Ньери-2

      Саске задумчиво рассматривал мужа. Ньери крепко спал, повернувшись к нему лицом, и, как трофей, прижимал к себе его руку. Вчера они толком ни о чем не поговорили. Учиха поднимать неприятной темы не стал, всё ждал неминуемых расспросов, но Наруто предпочёл обойти их стороной. Такое за ним прежде не водилось. Обычно он всегда прямо говорил, что думает, в лоб задавал самые неприятные вопросы. Но в этот раз всё было совсем по-другому.       «Не знал, что вы знакомы», – только и сказал ньери, и, обещавший стать трудным, разговор неожиданно закончился после неопределённого хмыка в ответ.       Будильник зазвонил во второй раз. Саске отключил его и заглянул в настройки телефона. Добе. Только он мог поставить десять звонков с интервалом в три минуты. И заставить их звонить каждый день. Даже по выходным.       Вторая трель будильника тоже не потревожила Наруто. Он даже не пошевелился. Саске тихо хмыкнул, осторожно провёл указательным пальцем по щеке ньери, легко поцеловал мужа в губы и немного отстранился. Нет, его добе не был героем из сказки. Поцелуи не будили его. Но обычно Узумаки не спал так крепко по утрам. Значит, сильно устал. Вчера они довольно поздно легли. После просмотра нашумевшей новинки, Саске решил отойти от шока, почитав интересную книгу, а полностью разделивший его мнение Наруто взялся за написание красочной рецензии. Учиха потом с огромным удовольствием её прочитал. Потом, когда планшет вдруг выпал из рук ньери, а сам он начал медленно сползать с его плеча. Наруто уснул и только тогда Саске вспомнил о времени. Шел первый час ночи.       Учиха вновь включил потухший телефон. Время неумолимо шло вперёд. Если он собирался идти на работу, то вставать нужно было сейчас. Формально у него были выходные до среды, ведь сейчас он должен был быть на конференции, однако из-за повышения квалификации у него уже накопилось много дел. Это было обратной стороной медали. Накапливать дела любил добе. А потом, в один прекрасный день он осознавал, что начатых дел у него выше крыши, а до Нового Года осталось всего-то неделя. И тогда Узумаки спешно принимался со всем разбираться. И, похоже, в это время жил на работе. Надо не довести себя до такого же состояния. Так что, чем работать на выходных, лучше разобраться с большей частью сегодня и завтра. Саске осторожно высвободил руку. Это тоже осталось для Наруто незамеченным. Ньери только спустя пару минут заворочался, ища исчезнувшее тепло. Учиха покачал головой, укрыл мужа своим одеялом, и пошел умываться.

***

      Было так тепло и уютно, что мне совсем не хотелось признавать, что я больше не сплю. Будильник до сих пор не звонил, и я решил, что еще слишком рано, так что можно смело дремать дальше. Вот заиграет первая трель, я тут же встану. Однако время шло, а ничего не происходило. Меня это насторожило. На подлокотнике я с первого раза нашел свой новенький телефон, включил его, заставил себя разлепить глаза и подпрыгнул, увидев который час. О, непорочный рамен! Я снова проспал! О, невинные креветки, что теперь со мной будет? Ведь еще в пятницу мама очень просила меня быть сегодня вовремя. К нам должен был прийти какой-то очень важный клиент, для которого мы делаем исключение. Расчет, конечно, идёт по двойным, а то и тройным тарифам, но это сейчас совершенно неважно. Главное, что мы берём новый проект, и раз на встрече с клиентом должен присутствовать я, значит, свободных часов у меня совсем не останется.       «Должен был присутствовать», – отмечаю про себя, снова посмотрев на часы.       … Но, возможно, еще не всё потеряно. Во всяком случае, мама до сих пор меня не искала. И скандала еще не было. Удивительно даже…       Трясу головой, прогоняя ненужные мысли. Не время сейчас думать и рассуждать. Нужно действовать. Сбрасываю с себя одеяло, и только сейчас понимаю, что на мне их было два. Замираю. Саске. Срываюсь с места, но его нет ни на кухне, ни в туалете. Он ушел.       … Не хочет со мной говорить. Не хочет меня видеть. Не хочет мне доверять…       О, непорочный рамен! О чем только сейчас думаю?! Не до этого сейчас!       На всех парах мчусь в ванную, и, конечно, ударяю о порог мизинец. Больно, датебайо! Шиплю, сжимаю руки в кулаки и только сейчас замечаю, что держу в руках телефон. Новенький, красивый. Саске подарил. Теме. Негодяй! Выключил будильники, укрыл меня своим одеялом и думает, что может делать всё, что захочет! А потом ворчит на меня, что я ничего не успеваю. Так это же по его милости!       Не трачу время на гневные сообщения. Вызываю такси, а сам быстро принимаю душ. Собираюсь в рекордные сроки, и даже ничего не забываю, разве что позавтракать. Но сейчас как-то и не хочется. Оповещение о прибывшей машине застаёт меня на лестнице. Замечательно просто. Надеюсь, сейчас уже пробок нет, и доеду я быстро.       Жизнь в «ASA» как всегда бьёт ключом. Я приехал почти на три часа позже, а кажется, что пропустил здесь дней десять. Стоит только переступить порог кабинета, как меня вполне ожидаемо вызывает исполнительный директор. Маме уже доложили о том, что я здесь. Сейчас мне сделают выговор за мою безалаберность и безответственность.       – Привет, – мама улыбается и совсем не выглядит чем-то недовольной. – Проходи.       Подчиняюсь. Занимаю свободное кресло для посетителей, задумчиво её рассматриваю. Всё-таки мама у меня самая красивая. И вся прямо светится. Вот что значит, папа в последние полгода никуда не уезжал.       – Наруто, всё в порядке? – мама почему-то меняется в лице и кажется встревоженной.       – Да, – удивляюсь. – Всё хорошо. Почему ты спрашиваешь?       – Хм-м… Сегодня с утра здесь появляется Саске, а ведь он должен быть на конференции, и говорит, что ты, возможно, будешь позже. А может, и вовсе не придёшь.       – Саске вернулся в воскресенье, – улыбаюсь. – Я ему сказал, что скучаю, и он вернулся. Представляешь?       – О да, – мама мечтательно улыбнулась, как будто исполнили не мой, а её каприз. – Вот только, – она посерьёзнела, –¬ он уже что-то натворил, да? Ты расстроен.       – Теме отключил будильник, и я проспал, – ворчу, а в душе всё замирает. Неужели все мои чувства отражаются на лице? – Я ведь обещал тебе приехать с утра.       – Да, – мама серьёзно кивнула, – нехорошо получилось. Но раз Саске здесь, то ничего страшного.       Почему-то меня эти новости совсем не обрадовали. Я никогда не стремился быть незаменимым в компании, да и сейчас даже не мог упрекнуть Саске в том, что он уводит мой проект – ведь мы, мало того, что женаты, работаем в паре. И всё равно, на душе почему-то горько. Такое чувство, что я здесь совсем не нужен, хоть мама и говорит совсем другое. Она настаивает на том, чтобы я немедленно присоединился к переговорам и посодействовал им всеми силами. Идти к Саске в кабинет – именно там идёт это важнейшее заседание – совсем не хочется. Но проще подчиниться исполнительному директору, чем объяснять маме, что у меня с настроением. Она и так уже заподозрила неладное.       Секретарша Саске уставилась на меня во все глаза, как будто я был привидением. Впрочем, сегодня на меня все примерно так смотрели, и я никак не мог понять, в чем дело. Всё ведь было как обычно. Спохватившись, секретарша потянулась за телефоном, но я уже зашел в кабинет, и звонка боссу не последовало.       Стоило переступить порог кабинета, как Саске и его гость одновременно на меня посмотрели. А затем, не сговариваясь, зачем-то оба встали. И ладно бы этим всё и ограничилось, так нет. Теме. Своим поведением он ввёл меня в полное замешательство. Подошел, взял за руку, бережно так сжал мою ладонь в своей. Удивительно, что от такого невинного прикосновения в груди трепещет. По телу пробегают мурашки, и я ловлю себя на том, что успел снова по нему соскучиться, и что мне мало просто держаться с ним за руки. А это смешное расстояние между нами кажется мне настоящей пропастью. Шепотом зову его, и Саске приходит в себя. Странное наваждение исчезает. Теме снова такой же, как всегда. Немного отстраненный, холодный, с чуть надменным, уверенным в себе взглядом. Он подвёл меня к столу и представил мистеру Джирочо, нашему клиенту. Вопреки всем нашим правилам, в этот раз он предложил мне сесть рядом с Джирочо. Обычно на всех переговорах мы сидим рядом, но сейчас он почему-то решил, что нам лучше быть друг напротив друга. Наверное, он уже устал от меня и хочет быть как можно дальше. Теме.

***

      С самого утра от Наруто не было ни одной весточки. Саске это даже немного удивляло. Обычно добе, обнаружив, что проспал, тут же писал ему гневное сообщение, пусть даже оно нередко и состояло всего из одного слова. Но в этот раз ньери не спешил на него ворчать. Конечно, он мог всё еще спать, но в это верилось с трудом. К одиннадцати часам он обычно всегда просыпался. Но уже было почти двенадцать, а Наруто так никак о себе не напомнил. И тем удивительнее было видеть его в своем кабинете. Узумаки появился на переговорах совершенно неожиданно. Он вошел без стука, с таким видом, будто уже полдня провел в соседнем офисе и на этих переговорах появился только сейчас лишь потому, что разговаривал с другим клиентом. Но самое главное, сейчас Наруто был неотразим. Вроде бы такой же, как обычно, но вместе с тем неуловимо другой. Прекрасный. Именно это и заставляет подскочить с места и его самого, и уже немолодого заказчика.       От Наруто просто невозможно отвести взгляд. И совсем не хочется, чтобы его такого красивого, неземного, видел кто-то еще. И чтобы он кому-то улыбался, кому-то другому, не ему. И уж тем более, никак нельзя допустить, чтобы к нему прикасался кто-то посторонний, пусть это и будет всего лишь деловым рукопожатием. Поэтому Саске, не задумываясь ни мгновение, подошел к Наруто. Вдохнул и тут же почувствовал запах парфюма ньери. Приятный, немного необычный – кажется, ни у кого другого такого не было – аромат был не таким уж и сильным, но Учиха уже настолько привык к нему, что тут же уловил. Медленно выдохнув, он взял ньери за руку.       – Саске? – тихо позвал Узумаки. Он казался одновременно растерянным и удивленным. Его безумно хотелось поцеловать. И Саске непременно сделал бы это, если бы не вспомнил о клиенте. Мистер Джирочо всё еще был в кабинете, более того, он наблюдал за ними. О, как это сейчас раздражало!       Наруто поднял руку. Взгляд Саске зацепился за обручальное кольцо на пальце ньери. Его обручальное кольцо. Учиха немного расслабился. Опомнился, представил ньери клиенту, пригласил его за стол переговоров, причем усадил так, чтобы иметь возможность им любоваться.       Мистер Джирочо заговорил. Это был представительный, располагающий к себе мужчина. Он говорил с небольшим акцентом, который безумно шел его глубокому, приятно-низкому голосу. И Наруто он явно нравился. Кажется, еще никого он не слушал с таким вниманием. Саске с трудом удерживал себя от того, чтобы прервать его. Он и подумать не мог, что всё вдруг примет такой оборот. Поначалу Джирочо произвёл впечатление серьезного, целеустремленного человека, который без нужды не станет улыбаться. Разговаривая о своем проекте, он не позволял себе отвлекаться ни на что постороннее. О планах говорил сухо, нехотя выходил за установленные им же рамки. Но сейчас, когда рядом сидел Наруто, он несколько преобразился. Его лицо чуть просветлело, стало гораздо приветливее. Джирочо начал добродушно улыбаться и даже шутить, и самое ужасное, Наруто отвечал ему улыбкой. Это лишь ободряло клиента. Саске сжимал руки в кулаки и злился. Смысл фраз, что произносил Джирочо, ускользал от него. И ответы Наруто тоже были какими-то далекими и непонятными. Но слушать голос ньери Учихе нравилось. И когда клиент вежливо его останавливал, чтобы поправить, или что-то уточнить, Саске злился еще сильнее. Ему хотелось прекратить этот разговор, выгнать из кабинета Джирочо, запереться здесь вдвоем с Наруто, и потом… Да не важно что потом, главное, что они будут вместе, и никто не будет им мешать.       – Почему? – искренне удивился Наруто. Золотые брови поползли вверх, а глаза широко распахнулись. Так было всегда, когда он удивлялся.       Узумаки взял с края стола лист бумаги – там в последнее время всегда лежала стопка чистых листов формата А4, потому что ньери не любил таскать за собой блокноты, но ему всегда нужно было где-то рисовать, – взял лежащий там же карандаш и принялся графически доказывать свою точку зрения. И Саске сейчас совсем не волновало, что он пропустил, практически весь разговор. Ему всегда нравилось наблюдать, как Наруто рисует. Как-то чудно и легко сходились у него линии. Картинка появлялась на глазах. Это завораживало.       – Вот как… – удивленно и вместе с тем уважительно протянул Джирочо, рассматривая рисунок. Он тоже не сводил глаз с того, как Узумаки рисовал, и Саске заметил одобрение и восхищение, что отразились на его лице.       Нужно было собраться и включиться в разговор. Наруто, конечно, хорошо рисует и фантазия у него богатая. Но он же добе, поэтому ничем себя не ограничивает. А у них уже практически сформирован бюджет. И Джирочо всё торговался за снижение цены. Узумаки же о деньгах совсем не думает. Поэтому на работе у них всегда разногласия.       – Невозможно, – всмотревшись в рисунок, и разобравшись, наконец, что к чему, хмыкнул Саске.       – Почему? – возмутился ньери. Он насупился и требовательно посмотрел на Учиху.       Саске поймал себя на том, что хочет улыбнуться. Ответ был очевиден. Да и он всегда, осаждая творческие порывы мужа, говорил одно и то же.       – Потому что мы выходим за рамки нашего бюджета.       – Насколько сильно? – тут же вмешался в разговор Джирочо.       – Что по времени? – Учиха выжидающе посмотрел на ньери.       – Двенадцать часов, – моментально ответил тот.       Саске хмыкнул. Наруто всегда на удивление точно оценивал время работы, неважно, был ли у него уже эскиз на руках, как сейчас, или он только представил себе эту картинку. Конечно, на самом деле, в этом не было ничего удивительного, однако дело же касалось Узумаки. В жизни добе никогда не мог правильно распределить время, очень часто в, казалось бы, элементарных ситуациях был беспомощным. Но на работе с ним никаких казусов не случалось. Во всяком случае, в делах, касающихся непосредственно его деятельности.       Учиха незамедлительно озвучил новую сумму и только потом подумал, что эти дополнительные двенадцать часов в свой график придётся добавлять Наруто. Это был не самый лучший расклад. Саске очень надеялся, что Джирочо откажется от этой идеи, но тот выглядел весьма задумчивым. Он внимательно рассматривал набросок Узумаки и, похоже, собирался утвердить эти изменения.       – Надо подумать, – медленно сказал заказчик. – Мы можем продолжить этот разговор через пару часов?       – Конечно, – Учиха невозмутимо кивнул.       Перерыв в пару часов им действительно был необходим. Уже наступило время обеда. Время, когда работа отступала на второй план, и можно было забыть о некоторых формальностях. И наконец-то с уходом Джирочо они с Наруто остались наедине. Ньери критично рассматривал свой рисунок, хмурился, как будто он был им недоволен, и всё пытался как-то его подправить. Он так этим увлёкся, что не заметил, как клиент ушел.       – Наруто.       Подойти к добе, и окликнуть его было самым простым. А вот что сказать ему дальше Саске понятия не имел. Тем более сейчас, когда Узумаки смотрел на него так внимательно, и вместе с тем насторожено. Как будто испуганно, но страха добе точно не испытывал. Боялся он совсем по-другому. Сейчас он испытывал что-то совсем необъяснимое. Это тревожило.       – А, перерыв, – спохватился ньери. Он встал, с явным намерением уйти, и Саске, не задумываясь, его остановил. Крепко обнял, поцеловал в макушку и еще несколько секунд по привычке гладил мужа по спине, безмолвно убеждая расслабиться.

***

      Не понимаю Саске. Совсем. С тех пор, как я зашел сюда, он не сводил с меня глаз. Он разделил нас столом, и я решил, что он мной недоволен. И когда он позвал меня, разве не хотел сказать, что раз перерыв, он хочет побыть один? Так почему же он меня остановил? Зачем так крепко обнимает, заставляя дышать им и медленно сходить с ума от его близости? Теме. Он даже не представляет, как делает мне больно, сначала отталкивая, не позволяя совсем ничего о себе узнать, а затем крепко-крепко сжимая меня своих объятиях, легко целуя и так приятно гладя меня по спине. Я был бы рад оттолкнуть его, оставить здесь одного в полном смятении и удивлении. Чтобы он какое-то время растерянно смотрел на закрытую дверь, а затем пошел бы за мной, выяснять, в чем дело. Но это же Саске. Никуда он не пойдёт. Лишь еще больше от меня отдалится, и это я едва ли переживу.       – Саске, – тихо зову, и его объятия слегка ослабевают. Отрываю лоб от его плеча, заглядываю в его спокойное лицо, и не нахожу там никаких ответов. – Со мной что-то не так? – решаю спросить сам. – На меня сегодня все так внимательно смотрят. И ты тоже… – осекаюсь, столкнувшись с его внимательным взглядом, невольно сглатываю, а Саске не говорит ни слова. Чуть наклоняет голову, находит губы и ласково целует. И я безумно рад, что он сейчас крепко обнимает меня. От его внезапной ласки я буквально таю. Ноги просто отказываются меня держать, я даже не замечаю, как совсем расслабляюсь. Всё, о чем могу думать, – это о его губах и о том, как бы чувственнее ответить на поцелуй, чтобы он узнал все мои чувства. Узнал и наконец-то понял меня.       … Как жаль, что для этого мало одного поцелуя…       – Ты прекрасен, – негромко говорит Саске, отвечая на вопрос, о котором я уже успел забыть. – Сегодня особенно.       И снова он медленно меня целует, и я, забывая обо всём на свете, пылко отвечаю ему. Саске тоже не заботит, что мы стоим в его кабинете, что двери не заперты и в любую минуту нас могут потревожить. Разрываю поцелуй, правда, вместо того, чтобы сказать что-то умное, принимаюсь вновь целовать Саске. В этот раз в шею. Его галстук мешает, и я, не задумываясь, развязываю его. Я еще смутно понимаю, где нахожусь, и что для возбуждения не самое подходящее время. Но это не мешает мне расстегнуть верхние пуговицы на рубашке мужа и покрывать влажными поцелуями открывшиеся части его тела.       Саске тяжело и часто дышит. Его руки крепко сжимают мои ягодицы. Я не замечаю, как сильнее прогибаюсь в спине, но отчетливо чувствую, как возбужденный член прижимается к металлической ширинке. Невольно всхлипываю, спохватываюсь, вновь принимаюсь целовать подтянутое тело мужа. Отчего-то Саске меня останавливает. Больно хватает за волосы, заставляя поднять голову. Шиплю от боли, обиженно смотрю на теме и замираю. Его глаза черные-черные, в них плещутся страсть и желание, и даже удивительно, что он до сих пор ничего не сделал.       – Наруто, – негромко произносит Саске, а у меня всё внутри переворачивается от звука его хриплого от возбуждения голоса. Он легко целует меня, просит немного подождать и отпускает меня.       Замираю. Как завороженный наблюдаю за тем, как он в два шага походит к двери и запирает её изнутри. Искренне радуюсь, когда Саске так же быстро возвращается ко мне, на ходу снимая с себя пиджак и рубашку. Он очень красивый. Так и хочется прикоснуться к нему, приласкать, поцеловать.       Саске чем-то недоволен, но я никак не могу понять чем. Тянусь за поцелуем, и теме незамедлительно мне его дарит, а сам быстро и как-то нервно раздевает меня. С члена наконец-то исчезает давление, и я не сдерживаю облегченного стона.       – Ш-ш-ш, – предостерегает меня Саске. – Не шуми.       Всхлипываю, чувствуя внутри себя его пальцы. Дёргаюсь. Он добавляет еще, начинает ими шевелить. Мне это не нравится. Это неприятно. Хватит! Хватит!       – Хватит, – шепчу, и Саске прислушивается ко мне. Отпускает, оставляя после себя болезненную пустоту, мягко разворачивает меня к столу, заставляя лечь грудью на столешницу. Как хорошо, что она такая холодная!       Медленно выдыхаю. Саске больше не прикасается ко мне. Теме. Зачем он меня отпустил, если не собирается ничего делать? Не успеваю сказать этого вслух. Горячие руки ложатся мне на бедра. До чего же у него большие ладони! Сильнее прогибаюсь в спине, как он того хочет, немного шире расставляю ноги, чтобы стоять устойчивее, и не сдерживаю стона, когда Саске входит в меня. Презерватива нет. И невозможно промолчать, в полной мере чувствуя его горячую плоть. Саске гладит меня по спине, успокаивая, но невозможно успокоиться, когда он во мне, когда каждый его толчок выбивает из меня дух, когда я чувствую, как он всё глубже и глубже входит в меня. И мне это нравится. Безумно нравится. И кажется, что я сойду с ума, если это вдруг прекратится. Но Саске ритмично вколачивается в меня, крепко сжимая в руках мои бедра.       В какой-то миг он кладёт руку на мой член. Невольно всхлипываю, сильнее прогибаюсь в спине, позволяя Саске глубже проникнуть в меня. Замираю. Теряюсь в ощущениях. Нет сил даже вдохнуть. Тело сладко ломит. Внутри всё завязывается трепещущим узлом. Мне хорошо. Безумно хорошо. Хочется еще. Больше. И Саске не останавливается. Он всё резче и резче вколачивается в меня, так, что даже приходится засунуть в рот кулак, чтобы не закричать.       Саске кончает первым. Тёплое семя заполняет меня. Его член обмякает, но Учиха не спешит выходить из меня. Теме. Шумно выдыхаю. Тело ноет от напряжения. Саске всё еще сжимает в ладони мой член. Из-за него я не могу кончить. Так бы уже давно…       Желанная разрядка забирает, кажется, все силы. Саске наваливается на меня сверху, прижимая к столу, а у меня даже нет сил сказать, что мне тяжело. Не знаю, сколько мы так простояли. Кажется, я даже начал дремать, когда тишину прервал резкий телефонный звонок.       Вздрагиваю. Звук был слишком громким и неожиданным. Практически невесомые поцелуи в шею заставляет отвлечься, но звонок повторяется, и я снова вздрагиваю. Пытаюсь встать, не выходит – Саске всё еще прижимает меня к столу. Звонящий телефон его нисколько не волнует. Он даже не пытается его отключить. Вместо этого, кажется, забывается сам. Нежно целует меня в шею, а затем медленно спускается поцелуями вдоль позвоночника вниз. Внутри всё замирает от его прикосновений. Облизываю почему-то сухие губы, тихо выдыхаю. Телефонная трель смолкает. Неожиданно становится очень тихо, ничто уже не может отвлечь меня от собственных ощущений.       … Саске…       Он всё еще во мне, но уже не такой расслабленный, как раньше. Буквально чувствую, как твердеет и увеличивается его член. Широко распахиваю глаза, сглатываю, с трудом сдерживаю рвущийся из груди стон. Ладонь Саске ложится на мой член и, кажется, этого больше чем достаточно, чтобы по-настоящему возбудиться. Двигаю бёдрами, призывая Саске к более активным действиям, и он незамедлительно откликается. Первый толчок выбивает из легких дух. Времени опомниться Саске мне даёт. Хватаюсь руками за стол, кусаю себя чуть выше запястья, чтобы не шуметь, и мычу каждый раз, когда Саске глубоко входит в меня.       … Где-то, совсем в другом мире, звенит трель мобильного. Быстрая ритмичная мелодия, похоже, только подстёгивает Саске двигаться быстрее. Дрожу под ним и неосознанно скулю от удовольствия. Мне безумно нравится ощущать его. Это бесподобное чувство, быть полностью заполненным им, принадлежать ему. Хочу сказать Саске об этом, но не могу. Толчки сбивают с мысли, заставляют крепче цепляться руками за стол, сильнее кусать себя за руку.       Забываюсь, когда Саске снова кончает в меня. С мыслью о том, что он крепко держит меня, проваливаюсь в темноту.

***

      Саске никогда в голову не приходило заниматься сексом на работе. Для этого обычно здесь не было времени. И сейчас не было, но Наруто настолько прекрасен, что себя просто невозможно держать в руках. Особенно когда он так пылко отвечает на поцелуи. Учиха осторожно провёл по левой руке ньери. Узумаки сильно себя укусил. След был слишком ярким и всё не спешил исчезать.       «Должно быть больно», – подумал Саске, осторожно сжимая в руке ладонь ньери. Наруто это нисколько не побеспокоило. Он по-прежнему был абсолютно расслаблен и сладко дремал у него на плече. Устал.       Кресло для гостей, в котором они сидели было для них слишком тесным и неудобным. Саске всерьез задумался над тем, что ему не помешало бы поставить диван в кабинете. Но даже если бы уже и была нужна мебель, всё равно, это бы не добавило им времени на отдых. Судя по шуму в приёмной и нескольким звонкам, мистер Джирочо уже всё обдумал и принял решение. Что ж пусть так. И всё равно, в их распоряжении еще есть около сорока минут. Наруто еще может немножко подремать. Совсем чуть-чуть, но всё же.       Сегодня Узумаки был особенно молчалив. Если подумать, он начал молчать со вчерашнего вечера, после их не самой приятной встречи с пронырой бухгалтером. Наруто ничего не знал, но что-то почувствовал, что-то себе придумал и, похоже, расстроился. Но делиться своими выводами он не спешил. Была у него такая нехорошая черта, молчать, когда это совсем не нужно. Саске тихо вздохнул, сверился с наручными часами и покачал головой.       – Наруто, – он ласково потрепал ньери по волосам. В ответ на неразборчивое ворчание Учиха легко поцеловал мужа в плечо и вновь настойчиво его позвал.       Узумаки фыркнул, еще теснее прижался к нему и затих. Ему явно хотелось еще немного подремать, но они были не дома и не могли позволить себе такой роскоши. Саске осторожно отстранил ньери от своего плеча, и невольно улыбнулся в ответ на ворчание мужа.       – Теме, – Наруто облизнулся, тихо вздохнул и с усилием открыл глаза. – Я устал, – поделился он. – Отстань.       – И о чем ты только думаешь, добе? – Учиха покачал головой, поймав недовольный взгляд ньери, он примирительно его поцеловал. – Ты у меня замечательный, – негромко продолжил он, время от времени прерывая себя короткими поцелуями. – Я бы с удовольствием обнимал тебя и не тревожил, но сейчас у нас нет на это времени. Давай примем душ, и я отвезу тебя домой.       – Зачем? – Узумаки немного поёрзал у него на коленях, сладко зевнул, потер кулаком правый глаз и снова зевнул.       – Чтобы ты отдохнул, – хмыкнул Саске, на всякий случай, придерживая ньери за талию. – Или, – решил он, – давай лучше одевайся. Поедем домой, там примем душ.       Наруто фыркнул, но сопротивляться, когда Учиха осторожно поставил его на пол, не стал. Всё еще опираясь на плечо Саске, он попытался потянуться и тут же тихо застонал, жалуясь на спину. Учиха затаив дыхание смотрел на него. Ньери пока еще не думал о том, что он обнажен, иначе бы уже давно смутился и засуетился. Но пока Узумаки двигался медленно и лениво, как будто хотел соблазнить его. Тихо вздохнув, чуть прогнулся в спине, снова тихо застонал и как-то неуверенно переступил с ноги на ногу.       – Хочу пить, – пожаловался Наруто и посмотрел на Саске так, как будто только он мог с этим что-то сделать.       Учиха тихо хмыкнул, легко встал, быстро натянул трусы и брюки, и подошел к неприметному шкафу. Спустя минуту, он достал оттуда пустой стакан и графин с водой.       – И есть хочу, – продолжал жаловаться Узумаки. Сам он одеваться не спешил, всё не сводил глаз с мужа. – Я сегодня еще не ел, – поделился он, благодарно принимая стакан воды.       – Совсем? – нахмурился Саске. Моментального ответа не последовало. Наруто с жадностью пил воду.       – Совсем, – фыркнул ньери, возвращая мужу пустой стакан. – Вообще, – поделился он, – это первый стакан воды, который я сегодня пью.       – Добе.       – Что «добе»? – взвился Наруто. – Как думаешь, из-за кого всё так получилось?       Узумаки сжал кулаки, нахмурился, недовольно посмотрел на мужа. Это выглядело бы весьма внушительно, если бы он всё еще не был обнажен. А так он казался обиженным и совершенно беззащитным. Его срочно нужно было обнять. И Саске небрежно отставив пустой стакан в сторону, тут же привлёк к себе ньери.       – Отпусти, – проворчал Наруто, тихо вздохнул, понимая, что никто не собирается его слушать и негромко фыркнул. – Саске… – он хотел что-то сказать, но отчего-то передумал и как-то резко затих.       – Собирайся, – мягко напомнил Учиха, всё еще не выпуская мужа из объятий. – Поедим дома.       – Нет, – фыркнул ньери, – идём в душ, – он вдруг смутился, уткнулся лбом в плечо мужа, так, будто у него болела голова.       – Хорошо, – хмыкнул Саске. Он не стал напоминать Наруто о том, что даже так нужно одеваться, ведь им предстоит выйти из кабинета и пройти пусть и по служебному, но далеко не безлюдному коридору. Вместо этого он всё-таки отпустил мужа и сам его одел.       – Теме, – проворчал ньери, нервно сглатывая. – Ты слишком беспечный.       Учиха внимательно на него посмотрел. Он прекрасно понял, что имеет в виду ньери. Конечно, его смущало стекающее по ноге семя, но на самом деле, это были сущие мелочи.       – Как ты себя чувствуешь? – совершенно серьезно спросил Саске.       – Есть хочу.       Учиха тихо хмыкнул и принялся надевать на ньери рубашку. Он совсем не был удивлен ответом. Наруто редко делился с ним своим самочувствием. Это было несколько неудобно, но заставить Узумаки говорить оказалось безнадёжной задачей.       – Завтра поедем в больницу, – решил Саске. Накинул на плечи ньери пиджак и взял со стула свою рубашку.       – Зачем? – опешил Наруто.       – Проверим тебя.       Немедленного ответа не последовало и Учиху это насторожило. Он внимательно посмотрел на мужа, продолжая машинально застегивать пуговицы на рубашке. Ньери отчего-то был встревожен. Он о чем-то напряженно думал и время от времени облизывал губы. Так он делал, только когда очень сильно из-за чего-то переживал.       – Не волнуйся, – Саске осторожно привлёк мужа к себе и легко поцеловал в лоб, – я буду рядом. И это ведь будет завтра… – он на мгновение умолк, внимательнее всмотрелся в бледное лицо ньери, нахмурился. – Или нужно сегодня?       – Ненужно, – как-то слишком быстро выпалил Узумаки. Он даже попытался отстраниться, но Саске его не отпустил. – Вообще ненужно, – как-то смущенно продолжил ньери и затих, под слишком внимательным взглядом мужа.       – Значит, завтра, – решил Учиха. – Идём, – он легко поцеловал Наруто в губы и потянул его за собой.

***

      Домой мы не поехали. Еще бы! Эта была большая роскошь, даже для нас. Одно дело, если бы мы уже закончили переговоры, но сейчас, когда они были, так сказать, в самом разгаре, конечно, мы не могли никуда уйти. Во всяком случае, вдвоем. Мы ограничились тем, что приняли душ.       О, непорочный рамен! Это была безумно приятная и бесконечно смущающая процедура. Саске отчего-то не поверил, что я сам могу искупаться. Из-за этого мы заперлись в одной кабинке, и он сам принялся меня мыть. И его, кажется, совсем не смущало, что он прикасается к моим самым интимным местам. Но он был очень нежным и чутким. Мне безумно нравились его внимание, забота, прикосновения. Хотелось, чтобы так продолжалось вечность, но всё закончилось до обидного быстро. Теме. Он даже стал ворчать на меня из-за того, что я снова начинаю дремать. О том, что я не собираюсь спать, он и слышать ничего не захотел. А признаваться в том, что я млею от его прикосновений, я не стал. Зачем? Он итак об этом прекрасно знает.       Приняв душ, мы спустились на третий этаж. Здесь у «ASA» есть буфет, правда, я здесь никогда прежде не бывал. Мы наскоро пообедали безумно вкусной отбивной с каким-то необычным, но тоже очень вкусным салатом и вернулись к переговорам.       Саске, кстати, кухня нашего буфета совсем не понравилась. В этот раз, он даже не стал сравнивать их стряпню с тем, что обычно готовлю я. Похоже, я был настолько голоден, что для меня всё было бесподобно вкусным.       Мистер Джирочо не сводил с нас с Саске очень внимательного взгляда. Мне отчего-то было из-за этого очень неуютно. Мне всё казалось, что с нами что-то не так. Хотя я сам тщательно проверял, как одет Саске. Может, он как-то по-другому завязал нам галстуки?       … Правильно мама настаивала на том, чтобы я сам научился это делать. И почему я именно в этом вопросе проявил наследственное упрямство?..       Саске тоже внимательно за мной наблюдал. Он всё искал лишний повод отвезти меня домой и уложить спать. Теме. Вместо того, чтобы меня рассматривать, лучше бы он быстрее согласовывал последние детали договора. Мне было совсем неуютно сидеть в этом кресле и смотреть на этот, по-прежнему пустой стол. Я живо вспоминал совсем недавние события, и мне отчего-то было неловко.       Спустя каких-то полчаса все изменения в проекте утвердили. О, невинные креветки! Как я был рад выйти из кабинета Саске! И я бы с удовольствием в ближайшие несколько дней туда бы не заходил.       В этот раз мы расстались с Саске как-то сумбурно. Ему нужно было проводить мистера Джирочо к исполнительному директору и решить последние формальности. Конечно, это не заняло много времени, тем более у теме, который такие вопросы решали за считанные минуты. Но мама быстро его не отпустила. Всё расспрашивала о проекте, уж очень он её заинтересовал. Даже удивительно, что она ни слова ему не сказала о нас. А потом Саске пришлось поехать на незапланированную встречу. Одна из наших особенно привередливых клиентов захотела немедленно решить какие-то нетерпящие отлагательств вопросы. Так что угроза Саске сразу же после заключения договора отвезти меня домой, так и осталась угрозой. Никто не мешал мне заняться новым проектом. Во всяком случае, так мне казалось, до тех пор, пока я не включил компьютер и не загрузил нужные программы. Почему-то именно в этот миг ко мне зашла Акина и старательно зачитала список накопившихся дел.       … А всё ведь было так хорошо!..

***

      Встреча с Ибару в планы Саске не входила. Он бы предпочел вообще с ней больше не встречаться. Никогда. А, если уж встреча была неизбежной, то к ней нужно было тщательно морально подготовиться. Но всё сложилось не так, как хотелось бы. Какой бы неприятной Ибару ни была, она представляла очень внушительную компанию, и игнорировать её требование о встрече было некрасиво.       Ибару почти всё время улыбалась. Внимательно слушая ответы на свои вопросы, она задумчиво накручивала на палец прядь каштановых волос, и время от времени широко распахивала глаза, как будто восхищаясь тем, что слышала. Она делала всё возможное, чтобы привлечь внимание. И Саске никогда не мог понять, направлено ли это на него или на всех мужчин разом. Всех, с кем она имеет дело. Но то, что Ибару неровно к нему дышит, Учиха знал практически наверняка. И она совершенно не нравилась Наруто. Правда, его мнение уж слишком предвзято, но это даже приятно. Правда, не любить Ибару у Узумаки были все основания. Девушку совсем не смущало обручальное кольцо у Саске на руке. Она открыто заигрывала с ним даже на глазах Наруто. Добе в такие минуты становился подозрительным, ехидным, насмешливым. С ним становилось совершенно невозможно иметь дело. Ибару из-за этого терялась, невольно возвращалась к сути рабочей встречи и переговоры, в конечном счете, чем-то да заканчивались. Но в этот раз Наруто рядом не было. Встреча у них была один на один, и Ибару, по всей видимости, спутала её со свиданием. То, что Учиха не обращал на неё ровным счётом никакого внимания, лишь подливало масла в огонь. Отлучившись на пару минут в дамскую комнату, она вернулась оттуда с неожиданно увеличившимся декольте и немного другой прической. Впрочем, Саске не придал этому значения. Единственное, что его интересовало – вопросы, поставленные компанией.       – Первое, третье, седьмое, – сухо сказал Учиха, отмечая в распечатанном листе названные пункты, – сделаем. Второе, четвертое и пятое, – он не обратил внимания на то, что девушка склонилась над столом, и золотая подвеска недвусмысленно упала вглубь декольте, – выходит за рамки бюджета. Шестое не было оговорено до заключения договора, следовательно, – он что-то быстро черкнул на листе, – это новый вид работ, требующий отдельного просчета. К сожалению, заняться реализацией этого пункта мы сможем только после Нового Года.       – А если мы увеличим бюджет? – заискивающе прошептала Ибару, как-то кокетливо водя указательным пальцем по листу с задачами.       – Тогда я поговорю с Вашим финансовым директором. Всего хорошего.       Конечно, уходить так было несколько некрасиво. Но Саске это волновало мало. Он сделал всё, что от него требовалось. Встреча состоялась, все вопросы и пожелания он выслушал и прокомментировал. Причин и дальше задерживаться в этом бизнес-кафе не было. Хотелось поскорее вернуться в «ASA», увидеть Наруто. Подумав о муже, Саске в ближайшем удобно месте остановил машину и взял с подставки телефон. Подумав немного, он позвонил Цунаде Сенджу и договорился с ней о комплексном обследовании для Наруто.       «Вот добе "обрадуется"», – хмыкнул про себя Учиха, закончив разговор.       Он еще какое-то время посидел неподвижно, проверяя входящие сообщения. Новостей пока еще не было, но Саске не сомневался, что в ближайшее время ему расскажут о неудачах Кёуи. Его не выпустят из страны, не позволят вернуться в Коноху, вздумай он отлучиться на пару дней в столицу или какой другой город. И вообще, всё будет валиться из рук. Его эксцентричный работодатель, возможно, сразу и не уволит своего бухгалтера, но наверняка будет искать ему замену. И непременно найдёт. Ему все найдут замену, ведь его репутация уже не стоит ломаного гроша. Потому что попытаться опровергнуть слова Учихи может только равный ему. Кёуя при всём желании так высоко не прыгнет.       По дороге в «ASA», Саске позволил себе сделать небольшой крюк. Он решил побаловать, а заодно и немного задобрить своего мужа. Поэтому заехал в «Дукат» и заказал там так горячо любимый ньери шоколадный торт. Отчего-то сам Наруто никогда целиком его не заказывал. Коробка у торта была очень красивая и практичная. Её было очень удобно держать в руках.       В офис Учиха вернулся с черного хода. Он предупредил секретаршу, что с ним можно будет связаться только завтра, после обеда, и что сегодня он ни для кого не доступен. Ему повезло ни с кем не встретиться в служебном лифте, да и на этаже сейчас никого не было. Немудрено. До конца рабочего дня оставалось два часа, в это время все обычно сидели по своим местам и то ли работали, то ли усиленно делали вид, что работают.       Служебная дверь в кабинете Узумаки была не заперта. Саске зашел в комнату и немного постоял на пороге. Наруто был здесь, но его еще не заметил. Он не услышал, что дверь открылась, настолько был поглощен своим занятием. Монитор не давал рассмотреть его лицо, и Учиха решил пройти дальше. На щелчок дверного замка ньери тоже не обратил внимания. Он сосредоточенно кликал мышкой, и немного наклонив голову на бок, смотрел на монитор. Как будто хотел увидеть со стороны то, что получалось. Саске поставил торт на стол, и это движение ньери всё-таки заметил. Он встрепенулся, удивлённо на него посмотрел, расслабился, перевёл взгляд на торт и просиял. Да, его реакция была именно такой, как представлял себе Саске. Восторг, неподдельная радость, легкая растерянность, восхищение. Сине-голубые глаза сияют, на губах играет недоверчивая улыбка, ньери тянет руку и прикасается, к его руке, которую он всё еще не убрал с торта. Ладонь у Наруто очень теплая, прикосновение получается нежным, каким-то волнительным. Он тоже это чувствует, смущается, хочет одернуть руку. Добе.       – Саске, – прерывает молчание ньери, медленно встаёт, обходит стол и крепко обнимает. Доверчиво кладет голову на плечо, тихо выдыхает. – Решил меня подразнить?       – Побаловать, – усмехнулся в ответ Учиха. – Как ты? – он погладил мужа по спине, хмыкул в ответ на едва разборчивое «Нормально» и предложил: – Может, поедем домой?       – Нет, – проворчал ньери, – я хочу закончить.       Что закончить было совсем неясно, но уточнять Саске не стал. Тем более, что Наруто отстранился, коварно усмехнулся, легко поцеловал его в губы и с самым невинным видом спросил:       – Как прошла твоя встреча?       Он знал. О том, с кем он встречается, и как к ней относится. Он обо всём знал. И еще имел наглость спрашивать. Добе.       – Не напоминай, – Учиха поморщился.       – Это было настолько ужасно? – искренне удивился Наруто. Легко выскользнул из чужих объятий, пошел ставить чайник.       – С этой Ибару да, – хмыкнул Саске, наблюдая за тем, как ньери ставит на обеденный стол чашки и достает из шкафа банку кофе. – А так ничего нового. Обычные рабочие моменты. Я ничего не буду.       Наруто нахмурился, внимательно посмотрел на мужа и неопределенно хмыкнул. Чайник закипел, и это отвлекло его от того, что он хотел сказать. Ньери быстро заварил кофе и потребовал передать ему торт. И вновь он рассматривал десерт с детским восторгом. Аккуратно развязал разноцветную ленточку, снял коробку и с удивлением и восхищением рассматривал целый, никем не порезанный торт.       – Вкуснятина! – еще не попробовав, решил ньери. Сразу же отрезал два больших куска и не без труда поставил их на одной тарелке. – Точно ничего не хочешь? – переспросил он.       – Точно.       Наруто пожал плечами. Перенёс кофе и десерт на рабочее место, присел на край своего кресла и в первую очередь потянулся за компьютерной мышкой. Саске тихо хмыкнул, подошел к мужу и сел рядом. Ньери по-прежнему пользовался большим креслом, в котором так удобно было сидеть вдвоём. Узумаки тихо фыркнул, но позволил себя обнять и даже увлечь подальше, к спинке кресла. Они вдвоем какое-то время рассматривали монитор, а затем Наруто вернулся к прерванному занятию. Саске лениво наблюдал за тем, как неясный набросок постепенно приобретает всё более чёткие черты, крепко прижимал к себе ньери и наслаждался такими редкими минутами тишины и покоя. Не нужно было никуда идти, ни с кем не нужно было говорить, вообще ничего не нужно. Разве не здорово?..