Дыши, пока ты можешь.

Время неумолимо шло вперед. ХаНи находилась в клинике уже два месяц, восседая на полюбившемся ей кресле и смотря за тем, как снежинки парили за окном. СынДжо неизменно и каждый день приходил сюда, пока были каникулы, он свободно посещал девушку днем, останавливаясь в проходе и просто смотря за тем, как ее исхудавшие пальчики что-то перебирали в воздухе. Когда же вернулась учеба, то посещал вечером или на выходных. Ему было страшно представить, что за ад творится сейчас в ее голове, о чем она думает, что вспоминает? Он на себе ощутил, какого это, когда отвратительные мысли лезут в голову. Не понравилось... Но новый семестр начался, а это значит, что ежедневные поездки на окраину города для СынДжо невозможны, и это начинало его тревожить. - Доктор Ким, здравствуйте. Разрешите? - СынДжо постучал в кабинет врача, тот с радостью пригласил парня пройти, предлагая только заварившийся чай, но тот вежливо отказался - Я бы хотел поговорить о ХаНи. Как ее состояние? Доктор понимающе кивнул, откладывая какую-то папку с документами, и протер свои очки возвращая их на нос. - Ну что я могу сказать? Сейчас состояние Госпожи О стабильно. Организм постепенно восстанавливается. Да и за весе время количество фаз значительно снизилось. - уверенно говорил мужчина, не скрывая довольной улыбке на лице, он явно гордился проделанной работой. СынДжо кивнул, понимая все, что говорил врач, но его волновало лишь одно. - То есть, вы допускаете возможность того, чтобы моя семья забрала ее к себе? Она больше не попытается причинить себе вреда? Если есть такой шанс, я бы хотел забрать ее сегодня. - СынДжо осознавал, что два месяца - это слишком мало, но так же понимал, что это скебущееся внутри чувство просто не дает ему спокойной жизни, когда он снова оставляет ХаНи одну. Пусть и под присмотром, но она по прежнему одна, наедине со своими мыслями. И Это страшно. Врач со странным смущением посмотрел на парня. Было видно, что ему очень неловко говорить о таком, но тот понимал, что разговора не избежать. - Понимаете, Господин Бек. Госпожа О действительно идет на поправку, она уже не молчит на сеансах психотерапии и постепенно идет на контакт, что действительно говорит о ее положительном состоянии. Но.. - мужчина сделал акцент на последнем слове, серьезно смотря в глаза парню. - Каждый раз при упоминании Вас, ей становится хуже. Вы можете объяснить, почему? СынДжо бросило в холодный пот. Такого он точно не ожидал. ХаНи всегда его любила, не уж то сейчас все настолько изменилось? - Мы поссорились.. Незадолго до всего случившегося. - быстрая и серьезная ложь, вполне правдоподобно чтобы быть правдой. - Сами понимаете, похороны ее отца и все остальное. Тяжело сохранять спокойное состояние. Доктор кивнул, тихо кашляя в кулак. - Тогда хорошо. Вы сможете забрать Госпожу О, как только я подготовлю документы, но при условии, что каждые две недели будете привозить ее для проверки общего состояния. Она все еще подвержена стрессу и депрессии, поэтому с ней стоит вести себя аккуратно. - Конечно, я понимаю. - СынДжо наконец-то ощутил внутри странное волнение, это тоже казалось для него новым чувством. Новым и не познанным. В ожидании документов, что делались пару часов, он побродил по больнице, выглядывая на улицу через широкие окна коридора. Место это было жутким, хотя бы потому, что обдолбанные в слюни пациенты молчаливыми тенями бродили повсюду, даже не замечая ничего вокруг, или же наоборот вели себя слишком вызывающе, привлекая внимание санитаров. Вернувшись к палате девушки, СынДжо зашел внутрь, наблюдая, как медсестры бережно одевают непривычно тихую девушку. - Привет. - все же подал он голос, с тоской замечая, как дернулась девушка, поднимая на него испуганный взгляд. Боится. - Ты меня помнишь, ХаНи? Я - СынДжо. - парень подошел ближе, только девушка шарахнулась в сторону, прикрывая лицо исхудавшими ладонями. - Она Вас помнит. Но боится. - успокаивающе заверила медсестра, гладя девушку по голове. - Это нормальное следствие препаратов. К тому же, она долгое время пробыла одна, наедине с болью. СынДжо лишь кивнул, виновато опуская голову. Ему было стыдно слышать такие слова. Он не знал, что с ним происходит, но понимал, что чувствует вину за то, что не углядел, что был черствым по отношению к ней. Врач проводил пациентку до автомобиля, вручая СынДжо список диет и расписание принятия лекарств, лечение все еще следовало продолжать. *** Всю дорогу девушка не проронила и слова. Лишь отрешенно смотрела в окно и снова перебирала пальцами воздух. СынДжо уже неоднократно замечал этот маленький жест и неоднократно себя одергивал. Какого черта он вообще замечает за ней такие незначительные действия? Это не его дело! Свое он выполнил. Он спас ей жизнь, нес ответственность и принимал решения, когда никто за нее это сделать не мог, и сейчас везет к собственной семье, чтобы та окончательно привела девушку в себя. Так какого черта он все еще чувствует себя виноватым? - Мы приехали. - открыв дверь девушке, СынДжо лишь тяжело вздохнул, понимая, что та даже не думает выходить, вцепившись пальцами в ремень и не желает принять его руку. - Ладно. - захлопнув дверь обратно, он пошел к дому, с порога окликая мать. - Что случилось? - женщина все еще иногда бурчала о брошенной ХаНи, о нахождении которой не знал никто кроме упрямого СынДжо, но все равно простила сына, как ни крути, а он - ее ребенок, поэтому когда в машине на подъездной дорожке она увидела знакомую мордашку, то чуть не завизжала на радостях, но сын быстро ее остановил. - Без криков. Радостей и прочего. Она все еще в неустойчивом состоянии. Вот, тут список того, что ей следует есть и расписание когда пить таблетки. - всучив женщине листы в руки, предупредил он, направляясь к багажнику за вещами. - Твое бессердечие неизлечимо, СынДжо. - упрекнула его мать, открывая дверь все еще не шевелящейся ХаНи. - Я освобожу свою комнату. - лишь бросил он, уходя с розовым чемоданом девушки в дом, ему не хотелось слушать упреки. Женщина смотрела на девушку не веря собственным глазам. Живая. ХаНи была живая, пусть и походила на мраморную статую, но тетушка была уверена, что сможет вновь отогреть этого светлого ребенка теплом и заботой. - ХаНи. - помня о словах сына, тихо начала женщина, мягко касаясь хрупкого плеча. - Моя милая Хани, ты вернулась. С возвращением домой, доченька. Ты помнишь меня, ХаНи? - девушка медленно и неуверенно повернула голову, встречаясь с встревоженными глазами. Она помнила это лицо, и этот голос, эту любовь, что волнами исходила от женщины, поэтому только нервно вздохнула. - Омма? - тихо хрипнула девушка, поджимая губы, смотря за тем, как у женщины глаза наливаются слезами. - Да, да, моя девочка. Это я. Иди ко мне. - раскрыв объятия, женщина подождала, пока девушка неуверенно выйдет на улицу, аккуратно приближаясь и прижимаясь к ней, позволяя себя обнять. ХаНи сделала глубокий вдох, ощущая приятный запах вкусностей и специй с кухни, смешанный со сладким ароматов цветов. Так пах уют, в понимании ХаНи, и семья. Слыша, как женщина плачет, целуя ее в щеки, как что-то шепчет, поэтому сама не сдержалась, позволяя одинокой слезе скатиться к подбородку, большего не позволяли лекарства. СынДжо видел эту картину в окно, впервые ощущая, что поступил действительно правильно. - Ты привез эту дурочку? - голос брата неожиданно ворвался в мысли, от чего парень даже немного вздрогнул, опуская взгляд на ЫнДжо, что неведомым образом оказался рядом. - Да. Ей сейчас нельзя быть в одиночестве. Нам придется позаботиться о ней. - спокойно ответил СынДжо, складывая свои вещи в коробки. Младший устало вздохнул, поджимая губы: - Пойду освобожу часть своей комнаты. Ты же снова переезжаешь ко мне? - его вопрос, скорее утверждение, и СынДжо был очень рад тому, что у него такой умный и понимающий брат. - Спасибо, что ты все понимаешь. - тихо вздохнул старший, укладывая в коробку и фотографию, что мать так настырно ставила не его столе. Фото с последнего дня в школе, когда он так и не соизволил улыбнуться в объектив, а сейчас делал это как-то глупо. вспоминая, какой приставучей была эта девчонка, что сейчас шарахалась от него, как от огня. Ирония судьбы, не иначе. - Хен, я хоть и младший, но не тупой. - насупился ЫнДжо, скрещивая руки на груди.- К тому же.. без ХаНи стало скучно. - такое заявление было удивительным, но СынДжо не успел на это никак отреагировать, потому что младший убежал в свою комнату, снова оставляя старшего брата наедине со своими мыслями и воспоминаниями.