Белый ворон

      Жара сменялась прохладой и ливнями. Рассветы становились всё более поздними, а закаты — ранними. Летние дни спешно бежали друг за другом, оставляя после себя шлейф однообразных, но таких тёплых и приятных воспоминаний.       Это лето было самым ярким из всех в жизни Фрэнка.       Этим летом для него стал Джерард.       Они были так влюблены и так окрылены этими чувствами, что не отходили друг от друга ни на шаг. Они просыпались вместе, завтракали вместе, отдыхали вместе. Фрэнк провожал его на работу и встречал после с большим стаканом американо и чем-нибудь сладеньким на перекус. Они прогуливались по торговому центру вместе, иногда забегали к Рэю поболтать о музыкальных новинках и побрынчать на дорогих электрогитарах.       — Ох, чёрт побери! — восклицал Джерард, пролезая головой в гитарный ремень. Он слегка ссутулился от тяжести гитары. Его широкая левая рука обхватила её тонкий гриф, а пальцы правой неуклюже легли на струны. — Я знаю только три аккорда, но уже готов покорять рок-сцену, — Уэй широко заулыбался, проведя обстриженными ногтями по струнам.       — Всего три? — фыркнул Рэй. — Ну, тогда тебе за Фрэнком точно не угнаться: он знает целых десять!       Айеро каждый раз смущался, когда Торо упоминал о его интересе к игре на гитаре, но всегда, без исключения, по-доброму смеялся вместе с парнями. А затем вслушивался в лёгкое и такое ласковое пение Джерарда под кривой гитарный инструментал, чувствуя, как от сладости его тенора пробегаются мурашки по коже.       — Да, чел, петь у тебя получается намного лучше, чем играть на гитаре, — шутливо произнёс Рэй — из небольшого музыкального магазина вновь послышался хохот.       Счастье складывается из мелочей. Как хорошо, что у Фрэнка появились очки, чтобы эти мелочи, наконец, замечать.       Уходя от Рэя, они ещё долгое время могли прогуливаться по вечернему Трентону. Провожать закаты и наслаждаться компанией друг друга. Держаться за руки, не боясь взглядов прохожих, и обниматься, сидя на лавочке в сквере недалеко от дома, пока их не закусают комары.       Конфетно-букетный период затянул их в собственный мир, полностью абстрагированный от реальности и заставляющий забыть о доме, друзьях…       Джерард не помнил, когда в последний раз нормально общался с Линдси или Бертом. И если с Баллато он ещё мог перекинуться парой словечек, когда та сбрасывала ему очередное фото из своей поездки по Европе с родителями, то с МакКрэкеным дела обстояли намного хуже.       Они общались в последний раз в день суда над Джоном.       Несмотря на то, что Берт заявил о своей позиции ещё тогда, Уэю по-прежнему было неловко написать ему. Хотя бы поинтересоваться, как у него дела. Это было совсем не по-дружески со стороны Джерарда, особенно учитывая то, что они были давно знакомы. Но он считал важным, чтобы Берт сделал это первым — вероятно, тогда бы он понял, что МакКрэкен действительно перестал переживать из-за своего провала.       Общался ли Берт с Фрэнком? Нет. Был ли он всё ещё расстроен? Да.       В плену навязчивой идеи найти Айеро замену, МакКрэкен не вылезал из приложений для знакомств сутками. Образ Фрэнка для него был настолько притягательным, что, кажется, ему не было альтернатив ни в одном другом человеке. Он завидовал Джерарду.       Завидовал самому факту того, что его любят долго, преданно и искренне, чего Берт никогда не испытывал.       Но, минуя радости и невзгоды, жизнь продолжала идти, стирая плетущимся вслед временем дремучие переживания о былых неудачах.       Последние летние деньки перед началом нового учебного года были умеренно солнечными и на удивление прохладными. В шумящем листвой сквере на Суитс-авеню было не людно. Красное вечернее солнце контрастировало с насыщенно-голубым небом, прикрываясь редкими перинами тонких облаков. Сквозь кроны деревьев, казавшихся тёмно-бирюзовыми, просачивались пунцовые лучи и блёстками отражались в воде декоративного фонтанчика.       По традиции вечерних прогулок, Фрэнк и Джерард купили по стакану освежающего напитка и затесались в самом безлюдном углу сквера на своей любимой лавочке, где они признавались друг другу в любви. Айеро, привычно положив голову на плечо Джи, писал сообщение-ответ недавно написавшему ему Джулиану и медленно потягивал голубой лимонад с сиропом блю кюрасао.       «У меня всё отлично. Удивительно, правда? Такое чувство, будто я заново родился. Я никогда не думал, что в моей жизни может быть что-то, помимо ежедневных страданий…»       С момента, когда сводные братья разъехались по приёмным семьям, они стали общаться реже. И если Фрэнк, утопая в любви к Джерарду, забывал о реальном мире и отношениях с другими людьми, то Аддерли изредка, но интересовался, как у него дела.       «Значит, ты находишься в окружении правильных людей. Я очень рад, что ты чувствуешь себя хорошо».       — А Джулиан в курсе, что ты встречаешься с парнем? — спросил Джерард, мельком увидев их переписку. Айеро не скрывал от Уэя свои переписки, потому что считал, что ему нечего скрывать. Кроме всяких подозрительных сайтов, на которые он заходил последние несколько недель.       — Я думаю, он не оценит такую новость, поэтому пока что нет, — усмехнулся Фрэнк, блокируя экран телефона.       Он поднял глаза на Джи и мило улыбнулся, наблюдая за тем, как тот потягивает малиновый лимонад через прозрачную трубочку. Губы Уэя были слегка влажными и пухлыми. Фрэнку так хотелось его поцеловать сейчас, но он сдержался.       — Он гомофоб?       — Я не уверен, поэтому не хочу рисковать, — признался Айеро и вздохнул, на некоторое время замолчав.       — Я хочу задать тебе один странный вопрос. Не против? — поинтересовался Джерард.       — Ну, если странный, тогда ладно, задавай, — Фрэнк хмыкнул, широко заулыбавшись, чем вызвал смешок со стороны Уэя.       — Я хотел спросить, когда у тебя день рождения, — сказал Уэй и едва заметно покраснел, почувствовав, как ему в один момент стало очень неловко.       Они ведь общались так долго, встречались уже приличное количество времени, а Джи всё ещё не знал об Айеро таких банальных вещей. А что, если он уже всё пропустил? Наверняка, тогда бы ему стало ещё в тысячу раз более неловко, чем сейчас.       Фрэнк хихикнул, сжимая трубочку от напитка кромкой зубов.       — И это твой странный вопрос? — спросил он — Уэй улыбчиво отмолчался, ожидая нормального ответа. — Ну, тебе повезло, ты ещё не успел его пропустить.       — Так когда? Завтра? Через неделю? Через месяц? — допытывал его Джерард. — Я бы очень не хотел реально его пропустить.       Фрэнк неожиданно хохотнул.       — Я не обижусь, если ты вдруг реально пропустишь мой др, потому что твой я уже пропустил, даже не зная об этом. Так что… Считай, мы будем квиты, — он подколол Уэя, всё ещё прекрасно помня о том милом апрельском дне, который они провели вместе «без повода».       — Какого?.. — вырвалось у Уэя, и он рассмеялся. — Тебе Берт проболтался, да?       — Может, Берт, а может, и не Берт, — говорил загадками Фрэнк, прикусывая нижнюю губу. Всё ещё лёжа на плече Джи, он вновь на него посмотрел — увидев лёгкую растерянность на его лице, Айеро взял его за руку.       — Мне очень неловко, Фрэнк. Правда. Я не хотел нагружать тебя лишними заботами, но очень хотел провести тот день с тобой… — оправдался Джи, сжимая мягкую руку Фрэнка в своей.       — Я знаю, поэтому слишком сильно не переживаю, потому что у меня будет возможность поздравить тебя в следующий раз, — сказал Фрэнк, чувствуя внезапный прилив бодрости.       — А когда у тебя день рождения, ты так и не ответил, — заметил Джерард.       — И не отвечу, — кокетливо отмахнулся Айеро, глупо заулыбавшись.       — Ну Фрэнк, брось, скажи!       Айеро отрицательно промычал и показал Джерарду язык.       — У тебя язык синий, ты в курсе? — хохотнул Уэй, посмотрев Фрэнку в его наглые золотистые глаза.       — Наверное, это из-за лимонада, — предположил он, взболтнув его голубые остатки со льдом на дне стакана.       — Я хочу тебя сфоткать, — внезапно сказал Джерард, доставая телефон из кармана и включая камеру.       — Ой нет-нет-нет, я такой уродец, — Айеро нахмурился и даже немного заволновался на предложение Джи.       — За уродца щас по жопе получишь, — сказал Уэй и ущипнул Фрэнка за бок. Айеро рассмеялся.       — Ну блин… — заныл он, насупившись.       — Расслабься и забудь о своих комплексах хотя бы на пару секунд. Ты ведь знаешь, что для меня ты самый чудесный, красивый и милый. Посмотри, какой красивый закат, какой эстетичный стаканчик с недопитым лимонадом у тебя в руке, — Джерард пытался привести как можно больше аргументов для того, чтобы уговорить Фрэнка сфотографироваться. — Ну же, всего одно быстрое фото. Будет о чём вспомнить. Давай… — ласково проговорил он, слегка отстраняясь и наводя камеру на немного смущённого, но улыбающегося Айеро.       — Ладно, только одно, — согласился Фрэнк и повернулся к камере Уэя лицом.       — На счёт три показываешь язык, — предупредил Джи. — Раз, два, три…       Щелчок.       Лицо Уэя расплылось в широкой счастливой улыбке, которой он, кажется, ещё никогда в жизни не улыбался. Радостное и слегка розовое лицо Фрэнка с прикрытыми глазами, на который мягко ложился красноватый свет заходящего солнца в лазурной атмосфере, рядом — стакан с недопитым лимонадом с сиропом блю кюрасао. И синий язык. Таким было это фото, совсем слегка размытым, но невероятно красивым и родным.       — Что, совсем плохо? — спросил Фрэнк, и Джерард показал ему экран телефона. — Ну да, совсем какой-то страшненький получился, — сделал вердикт Айеро, рассматривая своё фото, но Уэй не стал его ругать за это вновь — вместо этого он приобнял его и заявил:       — Я поставлю себе это на обои в телефоне.       — Соболезную, теперь ты будешь видеть это лицо ещё чаще… — шутки над своими комплексами немного помогали Фрэнку держаться на плаву, но вместе с тем ужасно бесили Джерарда, потому что ему было больно слушать, как его любимый человек постоянно себя унижает.       Уэй вздохнул.       — Я с нетерпением буду ждать момента, Айеро, когда ты сможешь наконец себя полюбить так же, как и я тебя. Сечёшь? — сказал Джерард и посмотрел на Фрэнка самым серьёзным в мире взглядом, от которого Айеро стало немного грустно. Возможно, он и вправду иногда перегибает палку с ненавистью к себе.       — Прости, — тихо произнёс Фрэнк, виновато глядя на Уэя — тот пробыл ещё буквально долю секунды серьёзным и сразу же мягко и успокаивающе улыбнулся.       — Прощу, только если ты мне скажешь, когда у тебя день рождения, — сказал он, заставив Айеро тихонько рассмеяться.       — В Хэллоуин, — ответил Фрэнк, но Джерард, кажется, счёл это за шутку.       — А если серьёзно? — на всякий случай переспросил он, немного нахмурившись.       — А если серьёзно, то тридцать первого октября, — сказал Айеро и рассмеялся, вызывая у Уэя ответный смешок.       — Да ладно?! — удивлённо воскликнул Джерард.       — Мне тебе свидетельство о рождении показать? — задал риторический вопрос Фрэнк, оставив Уэя в непонятном восторге.       — Это просто очень необычно, извини, — усмехнулся Джи, крепче прижимая Айеро к себе.       — Все почему-то удивляются, хотя я не считаю это чем-то особенным, — признался Фрэнк, утопая в тёплых объятьях Джерарда.       — Зато ты для меня особенный, — сказав это, Уэй услышал, как его телефон зазвонил. На экране высветился входящий вызов от Донны. — Да, мам? — ответил он, чувствуя, как руки Айеро мягко обвивают его торс.       — Мальчики, уже поздно, вы там как, домой собираетесь? — послышался женский голос из трубки. Миссис Раш всегда говорила «мальчики», прекрасно зная, что они не отходили друг от друга ни на шаг.       — Да, мы недалеко от дома. Ещё минут десять-пятнадцать и пойдём.       — Хорошо, только сильно не задерживайтесь, — Донна не была строгой, но всегда переживала, когда парни гуляли допоздна. Их жизни — её ответственность.       — Не переживай, скоро будем.       — Давай, жду.       Завершив вызов, Джерард ещё какое-то время полюбовался фото Фрэнка на обоях.       — Ну что, покурим и пойдём? — предложил Уэй, целуя лежащего на его плече Айеро в макушку.       — Ага.       Прекрасный и беззаботный день походил к концу. Фрэнк находился в расслабленном и слегка возбуждённом состоянии после прогулки. И по приходу домой, когда Джи ненадолго отлучился по своим делам в комнату Майки, остался наедине с самим собой в гостиной.       Каждый вечер перед сном он обязательно что-нибудь читал. Но это «что-нибудь» всегда касалось того, что Айеро немного стеснялся обсуждать с Джерардом, хотя и очень этого хотел.       — Что ты там такое постоянно вычитываешь? — спросил вернувшийся Джерард, в очередной раз наблюдая за тем, как Фрэнк, сидя в углу дивана, с задумчивым видом всматривается в экран смартфона.       Айеро вздрогнул и резко заблокировал телефон.       — Э, да так, ничего… — ответил он и очень загадочно кривовато заулыбался, вызывая у Джи серьёзное любопытство. — Случайно набрёл на какую-то интересную статью в интернете и зачитался, как всегда, — оправдываясь, он пожимал плечами и немного смущался.       Присаживаясь рядом, Уэй закинул руку на спинку дивана и вгляделся в гармоничный профиль Айеро, на который мягко ложился тусклый жёлтый свет торшерной лампы.       — Интересно, что это за такая «случайная» интересная статья в интернете, что у тебя от неё аж щёки покраснели, а? — усмехнулся Джи, погладив его щёку костяшкой пальца. — Может, ты гейские фанфики читаешь? — спросил он, вызывая со стороны Айеро смешок.       — Вся моя жизнь — это какой-то гейский фанфик, — сказал Фрэнк, заставляя Джерарда тихо рассмеяться. Низ живота приятно стянуло, когда Айеро почувствовал, как бедро Уэя мягко соприкоснулось с его. — Да блин, реально, там ничего особенного… — кокетничая, отнекивался он.       — А если я тебя попрошу показать мне историю своего браузера — покажешь? — на этом вопросе Айеро занервничал и вздохнул, не зная, как ответить на этот провокационный вопрос.       Наверное, гейский фанфик был бы самой безобидной вещью, которую гуглил Фрэнк в последнее время. Внезапный яркий расцвет отношений с Уэем стал для него отправной точкой в мир бесконечного сексуального возбуждения и желаний попробовать что-нибудь новенькое.       Джерард наблюдал за немного растерянным Айеро, прикусив нижнюю губу в попытке сдержать широкую улыбку. Возможно, он догадывался, о чём именно читал Фрэнк, но не мог пройти мимо и не подколоть. Облокотившись на спинку дивана, Джи подпёр кулаком голову и с особой нежностью смотрел на Айеро. Фрэнк расслабился и, загадочно улыбаясь, посмотрел на Джерарда в ответ. Внутри в мгновенье всё сжалось. Он никак не мог привыкнуть не скрывать свои чувства и открыто влюблённо смотреть ему прямо в глаза.       — Я, может, и поделился бы с тобой своими секретами, если бы не стеснялся, — внезапно заявил Фрэнк спустя минуту молчания.       — Кого? Меня? — Уэй по-доброму рассмеялся и привычно взял Айеро за руку. Фрэнк от неловкости отвёл взгляд в сторону. — Я тебя голым вижу минимум по два раза на день, и у тебя всё ещё есть что-то, что ты стесняешься обсуждать со мной? Да брось.       — Ну и что, это очень деликатная тема! — воскликнул Фрэнк, засмущавшись.       — Мне не приходит в голову ничего, кроме геморроя… — неожиданный ответ Джерарда заставил Айеро громко рассмеяться и покраснеть в два раза сильнее.       — Упаси вселенная, Джи. Нет! — выдавил сквозь смех Фрэнк. Не зная, как прикрыть свои пунцовые щёки, он начал тереть свободной рукой лицо и глаза.       — Тогда что?       Джерард продолжал любоваться привычно раскрасневшимся Фрэнком. Внутри распускались пионы при виде его улыбки. При виде перманентного счастья в его глазах. Уэй преисполнялся летними чувствами своей первой и искренней влюблённости, видя Айеро таким. Радостным, забавным и беззаботным.       Фрэнк, немного успокоившись, выдохнул.       — Ну… — спустя некоторое время молчания протянул он, смущённо сминая большую руку Джерарда в своих руках. — Я изучаю кое-какую тему, — он растягивал слова, всё ещё стесняясь сказать об этом прямо. — В общем, — Айеро вздохнул, собираясь с мыслями, — я хочу кое-что попробовать, — сказал он, не глядя на Уэя, и слегка напрягся.       Опустившийся в сумерки Трентон медленно засыпал. Из приоткрытой форточки доносился мягкий шелест листвы и далёкий шум проезжающих мимо машин.       Легко улыбаясь, Джерард аккуратно взял Фрэнка за подбородок и повернул его розовое лицо к себе — глаза Айеро одарили его таинственным и немного стеснённым взглядом. Фрэнк почувствовал, словно его сердце приостановилось — Уэй был так близко.       — Что я могу сделать, чтобы ты мог свободно об этом говорить? М? — так ласково произнёс он, что по телу Фрэнка пробежались мурашки.       Джи гладил его тёплую и слегка колючую от молодой щетины щёку большим пальцем. И томным взглядом бегал по его миловидному лицу.       — Мне очень важно, чтобы ты не стеснялся разговаривать со мной на любые темы, особенно, если это касается твоих желаний, — продолжил он. Его голос был тихим и немного хриплым. Уэй будто не хотел, чтобы любые их разговоры выходили за пределы гостиной. — Я переживаю, что могу делать что-то, что тебе не нравится, и даже не догадываться об этом.       — Джерард, я таю просто от того, что ты дышишь. Ты действительно думаешь, что можешь делать что-то, что мне не нравится? — Айеро негромко рассмеялся — его счастливая улыбка вызывала у Уэя приятный мандраж.       — Ну мало ли, я ведь не экстрасенс, — усмехнувшись, ответил он и, недолго промолчав, спросил: — Ну так что, хочешь поговорить об этом?       — Наверное, это будет немного неловкий разговор, — сказал Фрэнк, поджав губы, и отвёл взгляд в сторону. Ему хотелось об этом поговорить. Правда, хотелось, но его нерешительность была сильнее любой инициативы.       Услышав это, Джерард нервно хохотнул. Он был озадачен смущением Айеро, но почему-то ни капли не удивлён. Фрэнк, тяжело адаптируясь к стремительно развивающимся отношениям с Уэем, сочетал в себе все самые противоречивые черты. Не успев осознать реальность взаимности чувств, Фрэнк время от времени возвращался к своим дефолтным установкам и ловил сильную дереализацию. Как будто они не встречались и не спали друг с другом почти два месяца. Как будто он вновь был безответно влюблён.       — Фрэдвард, чёрт побери, я делал тебе минет сегодня утром, какой, блин, неловкий разговор? — Джерард улыбался, глядя на то, как лицо Айеро расплывалось в улыбке в ответ и приобретало слабый пунцовый оттенок.       — Ты уверен, что это хорошая идея, Джи? — шептал Айеро, тихо вздыхая от каждого прикосновения губ Джерарда к своей шее. — Что, если Донна уже проснулась?..       — Ты так переживаешь, будто мы с ней находимся в одной комнате, — Уэй усмехнулся. Он скользнул рукой от груди Фрэнка к талии, проходя кончиками пальцев по едва выпирающим рёбрам, и крепко схватил его за задницу.       Айеро охнул.       Было восемь утра. Проснувшийся от внезапного возбуждения Джерард не дал Фрэнку поспать.       — Или ты не хочешь? — спросил Уэй, когда с большой неохотой оторвался от шеи Айеро и взглянул в его немного сонные глаза. — Только скажи — я сразу отстану.       Фрэнк вздохнул и немного устало улыбнулся. Его взгляд был заманчиво-томным.       — Я хочу, но просто ещё не до конца проснулся и… это будет немного вяло, — тихо рассмеявшись, пробормотал Айеро, без доли смущения глядя на лицо Джерарда, слегка расплывающееся в утренних потёмках гостиной.       Джи хохотнул в ответ.       — Не переживай, тебе не нужно ничего делать. Я сделаю всё за двоих. Просто расслабься и получай удовольствие… — прошептал он и, легко чмокнув Фрэнка в губы, внезапно скрылся под одеялом, напоследок сверкнув загадочной улыбкой.       — Джи? — Фрэнк немного опешил, приподнявшись на локтях.       И, не успев заглянуть под одеяло, замер от неожиданно-приятных чувств. Он рвано выдохнул и рефлекторно сжал простынь под руками. Тело пробила мелкая дрожь — Айеро рухнул на подушку, слегка выгибаясь в пояснице…       Фрэнк почувствовал, как от воспоминаний приятно стянуло низ живота.       — Ты не понимаешь, это другое! — заявил Айеро.       — Какое ещё «другое»?! — Джерард вновь рассмеялся.       — Одно дело обсуждать это, другое — делать, особенно когда ты уже возбуждён и мысли только об одном, — оправдывался Фрэнк. Его лицо за всё время подобных разговоров, кажется, стало уже перманентно-красным.       — Айеро, — наигранно-недовольно произнёс Джи, заключая его в объятья. Фрэнк в одну секунду размяк, укладывая голову ему на плечо. — У тебя мысли только об одном с момента нашего первого раза. Ты возбуждён постоянно, — Уэй сделал акцент на последнем слове. — И поэтому у меня не укладывается в голове, почему ты всё ещё стесняешься говорить на такие темы.       Джи смотрел на Фрэнка сверху — он казался таким беззащитным и маленьким.       — Ну, факт того, что мы с тобой наконец вместе, не избавил меня от всех моих комплексов по щелчку пальцев, понимаешь? — сказал Айеро. Он не слишком сильно переживал по этому поводу, но посчитал нужным признаться. — Ты знаешь, что у меня бывают заскоки, — сказал он и мягко обнял Джерарда в ответ.       — Я знаю, и очень не хочу, чтобы ты чувствовал себя плохо из-за них, — тихо и ласково произнёс Джи, утыкаясь носом в его макушку. — А знаешь, что немного помогает избавиться от этих заскоков?       — Что? — Айеро внезапно поднял голову, чтобы на него посмотреть.       — Перешагивать через свои страхи и разговаривать со мной на темы, которых ты по каким-то неведомым причинам стесняешься, — сказал Джерард, с бесконечной нежностью глядя ему в глаза.       — Хорошо. Дай мне пару секунд, чтобы собраться с мыслями, — ответил Айеро, мило улыбнувшись, и на какое-то время замолчал. Говорить на такие темы было невыносимо сложно. — Окей, наверное, так будет проще, — вздохнув, сказал он и, взяв телефон в руки, разблокировал его, чтобы показать статью, которую читал несколько минут назад.       — О, Фрэнки, серьёзно? Ты стеснялся со мной поговорить об ЭТОМ? — спросил Джерард, увидев заголовок. Понимание того, что его догадки оказались верными, немного повеселило его.       — Это действительно немного деликатная тема, правда? — Фрэнк криво улыбнулся, чувствуя, как внутри него всё переворачивается от неловкости.       — Деликатная она только из-за подготовки, да и то… — усмехнулся Джи.       — Вот именно из-за подготовки я стесняюсь больше всего, — признался Фрэнк. Наверное, туалетная тема смущала его куда больше, чем разговоры о сексуальных практиках.       — На самом деле, это не настолько противно, насколько кажется на первый взгляд. Сложнее всего решиться первый раз, а потом… нормально, привыкаешь, — говоря об этом, Джерард морально готовил себя к тому, что Фрэнк в любой момент может спросить, с кем у него был первый сексуальный опыт.       И если вопросы о том, что он делал, как и в какой позе его в принципе не пугали, то переживания о том, что он мог вызвать у Фрэнка сильные чувства ревности, сохранялись.       — И ты прям пробовал? Ну, то есть… Ты был снизу? — уточняя это, Айеро немного удивился.       Он, будучи морально забитым, видел в Джерарде условного альфу и из-за полного отсутствия сексуального опыта мыслил стереотипами. То, что Уэй мог быть снизу, не укладывалось в его привычную картину мира.       — Ага. И снизу, и сверху, — ответил Джи, заметив у Фрэнка лёгкую растерянность. — Зависит от настроения и обстоятельств.       — Ну и, то есть, без этой подготовки никак? — поинтересовался Фрэнк. Наверное, эта тема его волновала сейчас куда сильнее, чем то, с кем до него спал Уэй.       — Вообще, конечно, можно и не делать, но только если ты очень рисковый парень или копрофил.       — Фу, Джерард! — смутившись, воскликнул Фрэнк, чем вызвал сильный хохот со стороны Джи.       — Прости, — едва успокоившись, сказал он. — А если серьёзно, то так, тебе на заметку, — Уэй прислонился губами к горячему уху Айеро и очень тихо произнёс: — я был бы очень не против как-нибудь тебя оседлать.       От этого заявления у Фрэнка разбушевалась фантазия и скрутило живот и. Выпучив от такой неожиданности глаза, он словно онемел, не зная, что на такое можно в принципе ответить. Заметив это, Джерард нахально усмехнулся, прикусив нижнюю губу.       — Это правда так приятно? — единственное, что смог из себя выдавить Фрэнк в этот момент. Посмотреть на Уэя в ответ он почему-то побоялся.       — Первые несколько раз не совсем комфортно, хотя тоже, конечно, зависит от того, насколько ты умеешь расслабляться, и от опыта партнёра. А потом очень даже… — заманчиво протянул он. — Наверное, зависит от того, насколько часто ты это делаешь и с чего начинаешь, ведь надо растянуться. Ну, понимаешь… На член с разбегу не прыгнешь, — сказал он, и Фрэнка пробрало на смех. Он воспринял последнюю фразу слишком буквально.       — Мне очень хочется попробовать, но я не знаю, решусь я всё-таки на это или нет, — ответил Айеро и вздохнул.       — Если не решишься сам, то… я весь в твоём распоряжении, — намекнул Джерард.       — Не знаю, это ещё волнительнее. Я не готов брать такую ответственность за твоё удовольствие, я слишком неопытен, — мысль о том, что он будет сверху, немного пугала Фрэнка. Облажаться перед любимым, видимо, было бы не менее ужасным событием, чем подготовка к анальному сексу.       — А ты не спеши с выводами, подумай. У нас впереди ещё много ночей и не только, чтобы попробовать…       До конца дня оставалось не так много времени. Фрэнк знал, что его ждёт, как только дверь гостиной закроется и выключится свет, потому что последние ночи в этой комнате не заканчивались пожеланиями приятных снов. И уже стоя в ванной за чисткой зубов и слушая приятный шум текущей воды, размышлял.       Прополоскав рот и умыв лицо тёплой водой, он опёрся руками о раковину и посмотрел на стоящий в открытом шкафу прозрачный ящик с медикаментами, в котором лежала спринцовка. Сердце ускорило ритм. Фрэнк почувствовал, как его коленки затряслись, словно он уже определился. Мысли об этом сейчас были совсем не возбуждающими.       «Я надеюсь, никто ничего не услышит…» — подумав об этом, Фрэнк зажмурился и открутил вентили крана на полную.       Дом Уэев уже спал. В окна сквозь густую листву шелестящих деревьев пробивался рыжеватый свет уличных фонарей. В уши ударила звенящая тишина, как только Фрэнк на ватных ногах вышел из ванной.       «Ни о чём не думай, Фрэнк. Ни о чём не думай…» — он успокаивал себя, пытаясь забыть о том, что он только что сделал. Это был такой постыдный опыт, что идти дальше ему просто расхотелось. Даже несмотря на то, что никто ничего не видел и не слышал.       — Тебя так долго не было, я уже хотел было выдвигаться на поиски, — шутливо сказал Джерард, когда Айеро зашёл в тёмную гостиную и присел на свою половину дивана, подпирая спину подушкой.       — Да я вроде как обычно… — Фрэнк всё ещё чувствовал себя неловко, будто бы Уэй знал в подробностях, чем он занимался всё это время в ванной.       — М-м-м, от тебя так приятно пахнет, — полушёпотом произнёс Джи, присаживаясь рядом. Айеро пробрало на лёгкий смешок — воспоминания о прочистке не ассоциировались у него с чем-то приятным.       Уэй прислонился носом к его щеке и взял за руку — она оказалась такой холодной, что Джи насторожился.       — Ты там ванну со льдом принимал? — решил отшутиться Джерард, заключая Айеро в объятья. Фрэнк чувствовал лёгкую слабость в теле от стресса, который получил недавно.       — Нет, — тихо рассмеялся Айеро. — Просто немного замёрз.       Обнимая Уэя в ответ, он невольно дотронулся до его оголённого предплечья, чем вызвал мурашки по коже. Джерард был очень тёплым, даже горячим сейчас.       — Тогда нужно тебя как-то согреть, — сказал Джи и чмокнул его в холодный нос, затем в щёку, подбородок и губы.       От любви к Уэю Фрэнк таял, кажется, забывая обо всех неловких моментах своей жизни. Его прикосновения, мягкие поцелуи, тепло и запах так манили, что чувства после недолгой дремоты вспыхнули новыми тёплыми красками.       Фрэнк думал, что испортит себе ночь своими экспериментальными желаниями. Но рядом с ним негативные ощущения словно испарялись.       Айеро слегка отстранился, чтобы в ночной, почти непроглядной темноте увидеть блеск одурманенных любовью глаз Джерарда, нежно провести прохладными пальцами по его тёплой щеке и прильнуть к его губам снова, проваливаясь в бездонный океан окрыляющих чувств.       Звуки сладких причмоков вызывали бури эмоций. Нарастающее возбуждение щекоткой пробегалось от паха к центру живота. Углубляя поцелуй, Уэй осторожно уложил Фрэнка и навис сверху.       — Как же я тебя люблю, малыш… — шёпотом произнёс Джи, едва оторвавшись от поцелуя, и примкнул к его шее, заставляя глубоко вдохнуть.       Айеро каждый раз широко улыбался, слушая ласковое бормотание Джерарда во время прелюдий. Сердце ускорило темп, и Фрэнк почувствовал, как в одно мгновенье загорелись его щёки, ещё совсем недавно бывшие холоднее льда. Потеплевшие руки Айеро ловко проскользнули под спальную футболку Джи — его горячее тело покрылось мурашками.       Страсть взяла Джерарда в плен слишком быстро — громко вдохнув, он резко отстранился и снял с себя футболку, удобно усаживаясь на бёдрах Фрэнка. И лукаво ухмыльнулся, поёрзав по его паху ягодицами. Руки Айеро непроизвольно легли Джерарду на бёдра. Фрэнк затаил дыхание, ощущая невероятно сильное напряжение внизу живота. Чувствуя, как у Айеро встаёт, Уэй вновь наклонился к его лицу. Пытаясь рассмотреть в темноте глаза Джи, Фрэнк заложил его чёрные волосы за уши и, спустившись руками к шее, притянул за очередным сладким, чувственным и глубоким поцелуем.       От желания температура тела росла. На лбу проступила испарина. Тело Джерарда стало слегка липким, но Айеро это совсем не заботило сейчас. Уэй помог ему снять футболку — кажется, Фрэнк совсем недавно одевался после душа, а теперь приходится раздеваться вновь — и припал губами к его почти гладкой груди. Вдыхая аромат его чистой и солоноватой от свежего пота кожи, Джерард поцеловал Айеро в левый сосок, который был чуть ли не самым чувствительным местом на его теле. Фрэнк глубоко вдохнул, чувствуя, как Джи его легонько покусывает, заставляя твердеть, и каждый раз следом нежно проходится по нему языком.       Разместившись между ног Айеро, Джерард, не отрываясь от его груди и шеи, ловко проник влажной от возбуждения рукой в его пижамные штаны и, коснувшись кончиками пальцев гладкого лобка, усмехнулся.       — Ты побрился? — шёпотом спросил он, поглаживая его вставший член. — Милый, это было совсем не обязательно.       — Тебе не нравится? — Фрэнк немного напрягся.       — Ты нравишься мне любым. Я просто не хочу, чтобы ты испытывал раздражения после бритья. Но если тебе комфортно, то всё в порядке, — ответил Джи и, чмокнув Айеро в губы, резко спустился вниз.       Фрэнк невольно заулыбался словам Джерарда и рвано выдохнул, когда почувствовал, как Уэй целует его в лобок, прежде чем снять ему штаны. Возбуждение полностью задурило Айеро голову. Чувствуя, как Джерард покрывает поцелуями внутреннюю часть его бедра и ставит засосы в районе лобковой кости, Фрэнк забылся о том, к чему изначально готовился всё это время.       Уэй расставил ноги Айеро максимально широко и, смяв его мошонку в одной руке, провёл языком от основания члена до его головки.       «Не смотри на него, не смотри…» — отговаривал себя Фрэнк, когда тело после недолгой немоты бросило в приятную дрожь. И, поддавшись соблазну, посмотрел вниз.       Зачесав слегка влажные волосы назад, Джерард взял головку его члена в рот и начал нежно её посасывать, стараясь не соприкасаться с ней зубами. Обхватив пальцами его основание, он водил головой вверх-вниз, с каждой секундой спускаясь ниже на несколько миллиметров.       Фрэнк забыл, как дышать.       — Джи, — с его губ внезапно сорвался тихий стон — он закрыл рот рукой, боясь, что как только даст волю своим чувствам, его услышит весь дом.       Уэй получал неописуемое удовольствие, чувствуя, как тело Фрэнка дрожит от его прикосновений. Как он тяжело дышит и произносит его имя.       С причмоком отстранившись от члена Айеро, Джерард оттянул его крайнюю плоть, слегка оголяя головку, и, облизнув её, снова взял его в рот.       — О мой бог, Джи, — просипел Фрэнк, едва выгибаясь в пояснице. В какой-то момент его посетило осознание того, что он кончит раньше, чем попробует фингеринг. — Джерард, погоди секундочку, ах… — сосредоточиться на мыслях Фрэнку было сложно. — Остановись… — этого слова было достаточно, чтобы Уэй мгновенно отстранился.       — Что случилось, милый? — настороженно поинтересовался он. Сделать Айеро больно было одним из самых больших его страхов.       — Всё в порядке, я просто… — он внезапно рассмеялся. — Я очень хочу, чтобы ты мне вставил… Прямо сейчас, — сказав это, Фрэнк раскраснелся, закрывая руками лицо. Джерард заулыбался во все тридцать два.       — Так вот почему ты так долго сегодня в душе торчал, — догадался Уэй.       — Не напоминай… Просто сделай это, пока я не кончил раньше времени, — пробубнил в ответ Фрэнк, открывая лицо. — Только пальцами.       Джи тихо рассмеялся, прикусывая нижнюю губу.       — Всё, что ты пожелаешь, — ответил он и, поцеловав Фрэнка в низ живота, добавил. — Подай нашу смазку, пожалуйста…       Айеро отыскал под подушкой Джерарда тюбик с лубрикантом, который они всегда использовали для взаимной мастурбации, и передал Уэю.       Джи приподнял таз Фрэнка, схватившись за его бёдра.       — Максимально расслабься, — сказал Джи, когда выдавил себе на средний палец большое количество геля, и приставил его к анусу Айеро.       Фрэнк почувствовал лёгкую прохладу у заднего прохода и как Джерард массировал его круговыми движениями, прежде чем войти, вызывая мурашки. Сердце забилось чаще. Секунда — и Уэй проник пальцем внутрь, заставляя Фрэнка резко вдохнуть. Он едва сдержался, чтоб рефлекторно не сжаться.       Айеро не испытывал сильного дискомфорта, будучи максимально расслабленным. Палец со смазкой в прямой кишке был более приятным ощущением, чем сопло спринцовки. Но и ожидаемого мгновенного вау-эффекта он не получил.       Джи принялся водить пальцем вперёд-назад, наблюдая за реакцией Фрэнка. Немного глубже и чуть-чуть правее — низ живота Фрэнка напрягся.       — Что-то чувствуешь? — спросил Джи, поглаживая его лобок.       — Да, немного, — на выдохе сказал Фрэнк и тут же, приоткрывая рот, напряг низ живота вновь, когда Уэй нащупал его припухшую от возбуждения простату. — Сделай так ещё раз, — попросил он — Джерард нажал на бугорок — Фрэнк вздрогнул снова. — Это так странно, но довольно приятно, — Фрэнк невольно усмехнулся, вызывая у Уэя улыбку в ответ.       — Я могу сделать ещё приятнее, — сказал Джи, лукаво посмотрев на Айеро.       Джи снова начал елозить им по простате Фрэнка — с каждым последующим толчком его чувствительность увеличивалась. Айеро чувствовал, как из головки его члена начинает выделяться вязкая прозрачная жидкость.       От перевозбуждения Фрэнку захотелось, чтобы Джерард вошёл в него уже не пальцем. И плевать, что у них не было презервативов. И плевать, что ему будет больно. Желание было настолько сильным, что Айеро кончил бы от самого факта того, что Уэй засунул в него член, невзирая на любой дискомфорт.       Дыхание участилось, во рту пересохло. Рука Фрэнка потянулась к члену, потому что от длительной эрекции он уже начал ныть. Но Джи не дал ему этого сделать. Не отрываясь от массажа простаты, он взял его член в рот, чтобы закончить начатый им несколько минут назад минет.       Фрэнк неожиданно пискнул, подавляя стон. Выгибаясь в пояснице от невообразимо приятных чувств, пробегающих по всему телу, он обхватил руками лежащую рядом подушку и закусил ею вырывающиеся в преддверии оргазма стоны. В один момент его тело свело приятной судорогой — и он обильно кончил Джерарду в рот, чувствуя сильную дрожь во всём теле.       От гипоксии закружилась голова. Тяжело дыша, Фрэнк отложил подушку и попытался вернуться в реальность. Он был настолько расслаблен, что, кажется, готов был уснуть в любую секунду.       Джерард вытер уголки своих припухших губ от остатков спермы и вновь уселся Фрэнку на бёдра, чтобы удовлетворить себя, но Айеро взял инициативу в свои руки. Он притянул лицо Уэя к своему и, совершенно бесстыже глядя ему прямо в глаза, приспустил его штаны, принимаясь мастурбировать. Джи рвано выдохнул ему в губы. Его брови дрожали в попытке нахмурится. Но он продолжал смотреть Айеро глаза, дожидаясь своего оргазма.       — О, Фрэнк, — в какой-то момент Джи не выдержал и припал к его шее, начиная резко толкаться в руку Айеро.       Он тихо стонал в его плечо, не в состоянии сдерживать своих чувств, и спустя несколько секунд кончил ему на живот.       Дыхание всё ещё было неравномерным. Джерард усмехнулся и прислонился своим лбом к его. Он поцеловал Фрэнка в его сухие губы и получил довольный смешок в ответ.       — Я, наверное, ещё никогда настолько хорошо не кончал. Ты выжал из меня всё, — полушёпотом сказал Фрэнк.       — Скорее, высосал, — внезапно сказал Джерард и залился хохотом на пару с Айеро, надеясь на то, что их следующие ночи будут ещё лучше.