tattooed

Дворецкий вернулся в особняк с ворохом необработанной информации, которую удалось заполучить от Хоупа и самого Ви. Чего только не сделаешь ради приказов босса, пришлось даже выстрелить из пистолета, дабы припугнуть парней, теперь придется отчитываться за выпущенную на волю пулю перед главой охраны, но это совершенно другая проблема, главное сейчас доставить уложенную и упорядоченную информацию боссу. Чимин, а именно так звали ярко выкрашенного в оранжево-рыжий цвет дворецкого, боится, что сказанного Ви будет мало, а следовательно недоудовлетворенный таким поворотом Шуга может его уволить. Чего-чего, а вот терять работу в такие нестабильные времена хотелось меньше всего, плюс парню такая работа была по душе. Кому не понравится быть правой рукой босса? Да, это ответственность, да, нужно много чего уметь и понимать, но у Чимина не было с этим проблем, потому что Шуга, который нашел его считай на помойке, отмыл, откормил и приютил, научил Чимина многим вещам. Хоть босс и был холоден к нему, его беспокойство и забота все равно всегда ощущались через действия и взгляды, какие Шуга бросал на Чимина, делавшего успехи в обучении. Чему обучался Чимин? Да всему и сразу. Уборка? Без проблем. Готовка? Без проблем. Бои? Пожалуйста. Приобретение навыков татуировщика? Конечно. Пройти курсы медика? Будет сделано, босс! Дворецкий на все руки, который должен уметь все — это то, о чем давно мечтал Шуга, и вот, осуществил. Да и не было у бедного парня выбора, он был обязан своей жизнью этому человеку, который стал его боссом. Чимин учился годами, чтобы стать лучшим в своем деле. А еще он был всенепременно мил, что не могло не нравиться Шуге. Босс ни разу в своей жизни не пожалел, что решил оставить парня у себя. В ту случайную промозглую дождливую ночь его будто сам черт дернул выбежать из машины и выкинуть пустую пачку от сигарет в мусорный бак. Хотя, черт ли? Скорее Шуга тогда просто не хотел держать вокруг себя мусор… Дворецкий заканчивает печатать данные, добытые сегодня днем, и направляется в кабинет босса. Рыжий валится с ног, он дико вымотался за сегодня, глаза скоро соберутся в кучку, а затем и слипнутся, дабы отдохнуть, тело ноет от усталости, но он не подает виду, шагает быстро и уверенно, стучится и отворяет дверь с разрешения откликнувшегося босса. Он низко кланяется на пороге, на что Шуга никак не реагирует, как и всегда, он только жестом подзывает его к себе, мол, подходи давай быстрее и выкладывай. Этим парень и занимается ближайших минут семь. Шуга одновременно слушает и внимательно изучает бумаги, подготовленные Чимином. Удобные для понимания скелеты и схемы делают восприятие удобнее и быстрее, поэтому босс сразу включается в тему, взвешивая все плюсы и минусы. Вот за что Шуга и любил Пака, так это за его искреннее желание сделать все в лучшем виде, сделать все возможное, чтобы Шуге было удобнее. — Молодец, Пак Чимин, — хвалит босс, — отлично поработал. Дарую тебе выходной. — Спасибо, не стоит. Я всего лишь выполняю свою работу, — чеканит дворецкий, скрывая свое ликование. Он готов прыгать от радости: босс его похвалил. — Вали давай, — усмехается по-доброму Шуга, кивая на выход. Он прекрасно видит, как сверкают глаза счастливого парня, и как тот глупо выглядит, пытаясь это скрыть. Это не дворецкий, а сплошная милота с рыжим ворохом волос на голове, думает про себя босс, выкидывая почти полную пачку сигарет в урну: ему снова хочется бросить курить.

***

— Черт, — морщится от боли Чонгук, держась за левое плечо. Он не успел увернуться от атаки Джина, который сейчас самодовольно ухмылялся. — Что, проворонил, мелкий? — дразнится он. Чону вроде как и понятны его действия, хочется продолжить, ответить, втащить старшему за «мелкого», но плечо покраснело, стало ужасно горячим и, похоже, воспаляется. — Джун, — запыхавшись, кричит Чонгук куда-то в потолок, — вызови врача! — Что, сильно влетело? — приближается Джин, —, а что ты будешь делать на ринге, если тебя сделет Сон ХиРан? — он вновь наносит удар с такой силой, что маты рвутся, а пол трескается. Чонгук лишь ошалело уклоняется. Он настолько вымотался, что больше не может ничего сделать. — Джун! — вновь кричит он, но в ответ ничего, а на него снова летит азартный Джин со следующей атакой. Видимо, думает Чонгук, это конец его жизни в виде Джина. Такой глупый и позорный… Парень с силой жмурится. Умереть на тренировке просто зашквар. Аналогично считает и Джин, поэтому резко останавливается на полпути и смотрит на обессиленного напарника по спаррингу. — Пошли, — снисходительно говорит он, и подхватывает парня за здоровое плечо, молча выводит из зала. — Куда этот придурок опять свалил? .. — размышляет вслух широкоплечий боец, говоря о Намджуне. — Наверное, отлить пошел, — улыбается устало Чон, направляемый в медчасть. Старший вздыхает и, открыв дверь в кабинет, оповещает врача о пациенте.

***

— Знаешь что? — Ви зло цедит скозь зубы, — пошел бы ты со своими прикрывашками в задницу, Дже. Хоуп чуть не сдох! — парня отпустило после ухода незнакомца в костюме, который доставал их расспросами точно не менее часа. Еще и так скурпулезно. — Да не хотел я… — донсен чувствует вину перед информатором и Ви. Он действительно полез не свое дело. Хоуп молча сидит у стены испуганный, смотрит в одну точку и дергается от любых шорохов, будто настороженное изнеможенное животное. — Хоби на ума лишенного похож из-за этого чувака с пестиком, — хмурится Ви, - хен, прими успокоительное. — Да пошел ты! .. — выплевывает Хоуп, дергаясь с места, и бессознательно, но быстро, уносит ноги из злополучной квартиры, что есть силы. А они откуда-то взялись. Человеческий организм штука сложная, чего только не понаделает от страху. — Похоже, мы только что потеряли нашего информатора, — обреченно проговаривает Миндже, теребя край футболки неловко. Ви тяжело вздыхает, думая, что делать в такой ситуации дальше. Он выложил тому парню в костюме всю подноготную о своем клиенте, чего делать было нельзя, но… Да, оправдывать нарушение правил угрозой убийства человека вполне так приемлемо, но не для мастера, для которого клиент и его личная информация — черный ящик, который никому более не дозволено вскрыть. Это как медицинская тайна врача. — Ебись оно все конем! — восклицает устало мастер, а затем решает, — мы должны связаться с ХиРаном. Если по чести, то этот мужчина должен знать правду, ведь его подставили «за просто так». Что ему до жизни какого-то Хоупа? А вот то, что под него роют информацию, ему точно сгодится. Ви не боялся того, что ему предстоит разговор с мужчиной, скорее даже был в какой-то мере рад, потому что за пару лет успел хорошо прощупать мужчину: он был добр и справедлив, всегда смешно шутил и был легок на подъем, но ему просто приходилось носить маску морального урода, чтобы «не быть тряпкой», как он тогда сказал. А все потому, что открытые, честные и добрые люди в этом мире гибнут быстрее, чем мерзкие мрази, плюющиеся грязью. Боец должен себя зарекомендовать, как это когда-то сделал Чонгук. Для того, чтобы вызвать восхищение публики, нужно всего лишь держаться холодно, быть харизматичным, а еще не показывать слабости, иначе тебе крышка. Многие фанаты не знают истинных лиц бойцов, за которых они болеют. Хотя, иногда даже менеджеры не знают истинного характера своих бойцов, потому что для татуированных это опасно. Кем бы тебе ни был человек, придется надеть маску и гонять в ней всю жизнь, потому что предать тебя могут в любой момент. Не надо думать, что если ты в хороших отношениях, например, с братом, то он ни в жизнь тебя не подставит. Еще как подставит, если ему это будет выгодно. В этом бездушном мире идет война на всех фронтах: не только на физическом, но еще и на психологическом. Чувства давно иссякли, люди позабыли о совести и чести, в их глазах огонь жадности и жажды развлечения, иначе бы бои не стали так популярны во всем мире. Ви судорожно вздыхает, выпивает одним махом остывшее содержимое кружки, затем роется в телефоне, пытаясь найти старый контакт. Ему нужен информатор, через которого его тогда нашел Ран. На другом конце отвечают, что знают о местоположении бойца, и Ви, махнув Миндже рукой, быстро направляется к машине, прихватив свою сумку, нельзя терять времени. Тем временем Чонгуку вправили плечо и сказали отдохнуть некоторое время, иначе «всем твоим боям крышка». Время близится к вечеру, татуированный обеспокоенно смотрит на золотистый закат из окна с кружкой кофе в руках. На сердце тяжело, а мысли все время возвращаются к проигрыванию момента, где Чонгук лежит на арене и не может вздохнуть: он снова опасается проиграть. Этого страха не возникало с того времени, как брюнет только-только вступил в ряды бойцов под началом Шуги и полностью посвятил себя боям. Тогда он был еще совсем зеленым, но вставал на ноги быстрее остальных. Наверное, поэтому босс его так ценит. И все равно человек слишком жадный. Чон понимает это, знает, что он тоже жаден, знает, что уже давно стер перед собой границы дозволенного, но все еще старается не опускаться ниже, сохраняет честность и хочет быть лучше. Лучше всех во всем. Он понимает, что это невозможно, но… Тело парня само просит модификаций, мозг давно желает получить силу, желает быть еще лучше, мощнее, быстрее, проворнее и выносливее, поэтому мысли бойца автоматически возвращаются к мастеру, у которого вживлена модицификация лишь на одном пальце. Он хочет его себе, хочет личного мастера, хочет очень сильно и не понимает, почему Шуга не позволяет. А он не то что бы не позволяет, он позволяет, просто Чонгук не понимает, что в этом нет смысла, что Ви все равно будет верен только себе до предельного конца. Чон теребит железное кольцо в ухе, делает глоток кофе и отворачивается от окна, возвращаясь в комнату, где уже хорошенько постаралась домработница.

***

Мужчина принял своего бывшего мастера, которому ранее отвалил море денег в оплату за модификации на своем теле. — То есть? .. — мужчина выгибает бровь и ведет головой в догадке. — Да, — склонил голову Ви виновато, — извините. Тот опускает взгляд вниз, будто с презрением смотрит на пол, открывает рот и произносит: — Ты понимаешь, что это значит? Миндже содрогается от этого вопроса, обеспокоенно мечется взглядом туда-сюда. — Да, — Ви сглатывает слюну шумно, стыдится поднять голову. Мужчина, кажется, спокойно встает со своего места и направляется к металлической двери. Через несколько секунд та щелкает и отворяется. — Что ж… Добро пожаловать, — говорит он в полной тишине, и Ви, наконец, открывает взгляд от пола, устремляя его в темное помещение с синей подсветкой. — Х-хен… — только и успевает протараторить Миндже, пытаясь ухватиться за кожанку мастера, но тот буквально выскальзывает из рук и смиренно направляется к двери.