Тонкие грани

      Эти тонкие грани между вымыслом и реальностью снова пошатнулись. Смотритель опять забыл закрыть несколько дверей.… С ним часто такое бывает. Но на этот раз кто-то проник слишком далеко, слишком глубоко зашел…       – Опять эти дети с воображением… – бубнил старик, плотно закрывая дверь в тот мир.       – Софи! Софи!! Очнись! Ну же… Софи.       Я медленно открыла глаза и снова закрыла.       – Софи, что с тобой?! Нигде не болит? – истерически спрашивала учительница, склонившись над девочкой, которая только что прямо на уроке упала, напугав при этом всех, тем более и без того нервную учительницу Мари Майлз.       – Да-да. Я в порядке… – прошептала я, поднимаясь с не очень мягкого пола.       – Ну уж нет! Ничего не в порядке, ты уже второй раз за неделю падаешь в обморок. Меня сильно беспокоит твое здоровье. Сейчас я позвоню твоим родителям, чтобы тебя забрали, заодно поговорю с ними.       Тут- то я поняла, что отговаривать ее бесполезно и понемногу начала собирать свои вещи. В это время Мари Майлз уже говорила по телефону, как я поняла, с мамой, потому что учительница мило улыбалась, несмотря на то, что говорила, что ее дочка теряла сознание.       В этом вся мама : даже когда говоришь с ней о серьезных вещах, хочется улыбнуться – она очень позитивна и добра, многие сравнивают ее с Солнцем. Говорят, что она несет тепло. Именно это я у нее и переняла. Я не могу просто так накричать на человека или не сказать, что он сегодня красиво выглядит, если так оно и есть. Наверное, поэтому ко мне в классе многие хорошо относятся. Именно многие…       – Эй! Наша эмочка снова трупом прикидывается.       – А она репетирует…       – Ха-ха. Иди вены режь!        На этом я перестала слушать, надев наушники, и поставила любимую песню на повтор. Да я – эмо. И нисколько этого не стыжусь. Хоть и «добрая» половина класса меня… ну, не любит, я на них не злюсь – они вправе делать, что хотят. Думаю, они от меня скоро отстанут. Им просто придется. Через два года уж точно отстанут, ведь я закончу школу. Сейчас я в десятом классе. Учебный год только начался, а меня уже забирают домой. В прошлом году я отключалась реже и все происходило по-другому. Сейчас мне показалось, что я пробыла без сознания много лет, много веков… Мама часто мне говорила, что я много летаю в облаках. И да, я согласна, что это заходит слишком далеко, но иногда я просто не могу остановиться! Я представляю разные места, разных существ, затем уже чувствую запахи, ветер пробирается сквозь одежду, трава под ногами щекочет голые ступни – это все так реально, что кажется, будто этот мир и есть настоящий, а тот, который со школой, учителями, уроками – просто плод моего воображения. Вот и тогда я куда-то зашла : то ли в коридор, то ли тоннель. И вот уже почти дошла до конца, но что-то упало, будто захлопнулось, и в следующий миг вижу трясущую меня Мари Майлз. Да уж, надеюсь, я еще не окончательно сошла с ума…       – … совсем не нравится. Я завтра тебя свожу к доктору, ладно? – мда… опять я задумалась. Как оказалось, мы с мамой уже выходили из школы и шли к ее машине.       – Ты меня опять не слушала? – улыбнулась мама.       – Даа-а, – киваю ей.       Думаю, любая другая мама уже бы наорала, но моя мама просто супер! Обнимаю ее за шею, что составило немало труда, так как мама на высоченных каблуках, а я по природе… низенькая. Кое-как дотянулась, бубню:       – Я тебя так люблю, не волнуйся за меня, со мной правда все нормуль.       – Хорошо, тогда я тебя сейчас запихаю в багажник и увезу в больницу со связанными руками и ногами… – вполне так по-доброму говорит моя маман.       – Ок! Схожу. Так… через годик…       Но мама уже не услышала, садясь в машину и заводя мотор.       – Садись давай, – кивнула женщина за синим BMW.       Эта… женщина была в мини платье, на шпильках, еще и в красной кожаной «косухе» (кожанке). На голове был высоко собран хвост из длинных рыжих волос. Лицо было идеальное : высокие скулы, выразительные глаза. Как говорится, губки бантиком, а бровки домиком, – и это была моя Мама…        Стайка мужиков, бесцеремонно пялящихся на маму, мягко говоря, удивились, когда я подошла к тачке с намерением уехать в ней.        Невысокая девушка, лет шестнадцати. Длинные вьющиеся волосы белого цвета, в некоторых местах покрашенные в синий, зеленый, розовый, длинная челка опущена на один глаз, а второй аккуратно обведен карандашом. Смотрится… необычно. Одета девушка была в клетчатую черно-розовую юбку, высокие кеды и черную футболку с клёпками, значками разных групп и аниме, а весь этот образ завершала сумка почтальонка.       Некоторым мужикам и я пришлась по вкусу, ибо они выкрикивали что-то типа : «Пошли со мной, девочка, а я тебе конфетку дам», после чего ржали.       Мама несколько раз нажала на газ, они замолкли. И вот мы едем. Я включила радио, так что мы молчали. Посмотрела в зеркало, улыбнулась. Не то чтобы я была красавицей, но я унаследовала от мамы ее внешность, тем более она начала сама меня штукатурить (красить). Как сказала мама : «Когда ты сама себя красишь, то ты похожа на панду – трансвестита». Так что я просто согласилась и подставила свое лицо профи. Кем мама, собственно, и была. У нее было несколько своих салонов в городе, магазинов косметики и кафешек с их логотипом. Профессии визажиста, парикмахера и тому подобные были ее страстью.       – Как тебе моя машина? – счастливо спросила мама.       – Ты на ней год уже ездишь… – улыбнулась я, вспомнив о том, как сильно она любит машины. Не просто глазеть, а именно ремонтировать их : лазить в капоте, меня колёса, что не характерно для её внешнего вида. Не судите человека по его виду. И высказывание : «Как тебе моя машина?», вероятно, означает, что мама просто поменяла очередную деталь.       – Едет, вроде, так же, - сказал «великий спец»…       – Да ты послушай!       Ма выжала сцепление – 3-я скорость, затем 4-я. Мы заметно набирали скорость. В это время она пыталась мне объяснить, что же поменялась. Угу, бесполезно… Я открыла окно, немного высунув голову, и в глаза сразу полетели листья, мелкие камни и прочий мусор. BMW умело объезжал другие машины с бешеной скоростью, пока мы не оказались на «чистой» дороге, где не было ни единой машины.       – Сбавь скорость… – взволновано сказала я. Как-то было не по себе.       – Почему? Боишься? – с улыбкой пропела мама.       – Предчувствие плохое…       – Хорошо, раз ты волнуешься..        Мама еще не договорила, как прямо посередине дороги появилось… что-то. И в это что-то мы на всей скорости врезались. Конечно, бампер погнулся, стекло треснуло, когда об машину ударилось чье-то немалое тело. Его перекинуло через машину, и я увидела, как оно еще несколько раз перевернулось на дороге и врезалось в дерево.       Мама уже жала на тормоза, но мы ехали очень быстро, так что проехали еще несколько метров. Наконец-то затормозив, мама ринулась к месту столкновения. Мы ехали несколько минут или даже меньше, но мне казалось, что несколько часов. Я не могла поверить, что из-за нас кто-то, возможно… умер. Мне стало по-настоящему страшно, когда я увидела большую полосу крови на асфальте. И не только крови.