Делить на два

Они сидели на трибунах среди жидкой толпы. Солнце садилось. В воздухе отчетливо слышалось все, начиная от того, как били битой по бейсбольному мячу, заканчивая обсуждением формы участников турнира. Команда Намимори выигрывала, несмотря на бездарную игру некоторых. Занзас с прищуром наблюдал за Савадой, который стоял, размахивая битой и иногда попадая по мячу. ― Никаких способностей, ― Сквало неизвестно откуда притащил попкорн. Занзас запустил руку в стакан, набирая горсть. ― Ага, тухловато играют. Хотя вон тот пацан ничего, ― Занзас толкнул Сквало в бок. ― Эй, да я не в том смысле. Играет неплохо. ― Снова он. ― Да чем он тебе не угодил? Пацан как пацан, даже пламя дождя есть. Чувствовать родственную душу должен и радоваться, нет? ― Он проебывает свою жизнь, тупо размахивая битой. Меня от него тошнит. ― А за других тебе, значит, не обидно? ― Это пламя дождя, с ним нельзя так. ― С любым нельзя. Несправедливо хоронить в себе способности, если они есть. Если бы в этом не было нашего интереса, я бы им рассказал, кто они на самом деле. А так ― пусть проебывают жизнь дальше. Не повезло им. Сквало согласно вздохнул. Игра была откровенно тухлой. В Саваде Сквало не видел никого, кроме проблемного и не очень способного школьника. И ладно бы, он был блестящим учеником, но учился он так же фигово, как и отбивал подачи. ― Пойду куплю еще жратвы, ― сказал Сквало. ― Последишь? Занзас, кажется, пригрелся на солнце, поэтому не ответил, и Сквало пришлось забрать датчик с собой. Сквало осмотрелся. На углу улицы он заметил фургон с хот-догами и прямым ходом направился туда. ― Кусакабе, больше мы тут ничего покупать не будем. Школьный комитет разрешил присутствие этой лавки только на дни турнира, потому что бейсбол без такой еды ― это не бейсбол, ― скорее выплюнул, чем сказал пацан, который стоял к Сквало спиной. Датчик в кармане завибрировал, и Сквало достал его, чтобы посмотреть. Хорошо, что он был похож на обычные часы, Сквало и так привлекал к себе достаточно внимания. В тот же момент парень резко обернулся и смерил Сквало убийственным взглядом. ― А ты кто еще такой? Никогда тебя тут не видел. Не очень-то вежливо прозвучало. Парень сжимал в руках тонфы и выглядел решительным. Пронеслось в голове: «Кто разрешил носить этому ребенку с собой оружие?» Не все так скучно в этой школе, оказывается. ― Турист, здесь проездом, мы с другом путешествуем. Пришли посмотреть игру. Нельзя? Парень осмотрел его с головы до ног. ― Можно, ― процедил он. ― И как вам игра? ― Ужасная. ― На следующий год не придется терпеть подобное безобразие, место проведения все время меняется. К счастью. Сквало усмехнулся. Пацан ему нравился. Он был опасным, насколько может казаться опасным пятнадцатилетний сопляк. Но то, что он смотрел на Сквало свысока, скорее раздражало. Научить бы его манерам. ― Я Хибари Кея, глава дисциплинарного комитета Намимори, и я буду следить за тобой и твоим другом, пока вы находитесь в моем городе. Никаких нарушений дисциплины я не потерплю, ― грозно сказал тот, и Сквало уже хотел огрызнуться, сказать, что он обо всем этом думает, но пришла его очередь покупать еду, и он решил, что не стоит пока настраивать местных против себя. ― Вон, видишь, пацан стоит у трибун? ― Сквало отдал Занзасу его хот-дог и кивнул в сторону. ― У него пламя Облака. Очень недружелюбный. ― Что, тебя обидел школьник? ― рассмеялся Занзас. ― Нет, он угрожал, что будет следить за нами, ― с поддельным ужасом произнес Сквало, и Занзас заржал. В их сторону стали оборачиваться, Сквало шикнул. ― Успокойся. Тот пацан реально жуткий. Лет через десять он станет охуенным офицером в Варии. Что думаешь? ― Теперь ты предлагаешь мне его похитить? ― Ты не думаешь, что он просто согласится? ― Нет. Посмотри на его рожу. Он ведет себя так, будто ему ничего и никто не нужен. И непрерывно пялится в нашу сторону. Это невежливо. ― Подойдешь и скажешь ему это? ― Пусть сам подходит. Занзас замолчал и уставился на поле. Сквало тоже. ― Не могу больше, ― сдался он через пять минут. ― Хуже пытки. Женщина, сидящая впереди, обернулась, но вместо того, чтобы сделать замечание, только с пониманием посмотрела на них. Сквало уставился на табло с обратным отсчетом до конца игры, но мысли его были где-то далеко. Того и гляди, здесь мог набраться полный комплект хранителей. Сквало покрутил на пальце кольцо дождя. Конечно, интересно, на что будут способны они лет через десять, но пока дети не представляли опасности. Вот если бы до них добрались Тимотео и Реборн, тогда следовало бы беспокоиться. Но старик, кажется, был очень острожен, дети ни о чем не догадывались. Им не нужны были новые проблемы, Савада и дальше ничего не должен узнать. Не стоило также списывать со счетов ЦЕДЕФ, все-таки Савада-старший был внешним советником при Тимотео, мало ли до чего они могли договориться, пока старик был еще жив. Понять, знает ли Савада-младший хоть что-нибудь о пламени, было невозможно. Савада вряд ли бы использовал его направо и налево. Чем больше Сквало наблюдал за ним, тем больше был уверен, что тот ни на что не способен. Если за ним никто не будет стоять, никто не подтолкнет, Савада так и останется унылым говном. Он вроде был неплохим, но Сквало таких терпеть не мог. Чего уж стоили одни только его полные надежды взгляды на девчонку в первом ряду. Будет и дальше так на нее смотреть, она ему никогда не даст. ― Прогуляемся? Игра закончилась, но они не торопились спускаться с трибун. Грели последние лучи солнца. Сквало вытянул ноги на лавку впереди и лениво наблюдал за тем, как расходятся болельщики. Больше всего было родителей, конечно. Они ждали, пока их дети переоденутся в школьной раздевалке, и шли домой вместе. Сквало было не понять, его семья никогда с ним так не возилась. Саваду встретила мамаша. Маменькин сыночек, сразу видно. Может, если бы отец жил с ними, Савада не был бы таким мягким. Как вообще Тимотео узнал о нем? Неужели сам Иемицу пришел и порекомендовал сына в качестве наследника Вонголы? Бред, но отчего-то Сквало не спешил отметать этот вариант. Сквало стоял и смотрел в окно, немного отодвинув тяжелую штору в сторону. ― Что ты там все высматриваешь? Уже было поздно, они давно вернулись и сидели в номере. Пойти вечером тут было совершенно некуда, в гостинице торчать и то было веселее. ― Тот пацан, бейсболист из школы. Стоит под окнами уже час. Вряд ли он тут свою подружку ждёт. ― Пусть, свалит рано или поздно. ― Я спущусь, поговорю с ним. ― Думаешь, будет толк? ― Посмотрим, ― ответил Сквало. Надел куртку и вышел на улицу. ― Ну и как, много увидел? ― Сквало подошел к столбу, где стоял пацан, и посмотрел на окна их номера. Когда кто-то приближался к окну, наверное, можно было заметить тень, но не больше. Окно светилось мягким оранжевым светом из-за того, что было завешено шторой. Вряд ли Занзас наблюдал за ними. ― Не понимаю, о чем вы. Я друга жду. ― Конечно. Взгляд скользнул по коротко остриженному затылку, шее и остановился на плече. Как и вчера, через него был перекинут чехол, но сегодня там определенно была не бита. ― Меч, значит. А то я думал, что у тебя слишком хорошая реакция для того, чтобы играть в бейсбол. На твоем месте я бы не проебывал эту способность на поле. ― Вы говорите, как мой отец. ― Не выкай мне, ― Сквало сложил руки на груди. ― А твой отец, пацан, ― мудрый человек. ― Я Ямамото Такеши. ― Сквало. Так что ты делал под моим окном, Ямамото Такеши? ― То же, что и ты на игре. И вчера в городе. Следил, ― честно ответил он. ― Что, не нравимся? ― оскалился Сквало. ― Или ты таскаешься за всеми приезжими, которые кажутся тебе странными? ― Нет, но я чувствую исходящую от вас опасность. Ты выглядишь как сумасшедший, прости, ― засмеялся Такеши, ― или музыкант. А тот парень с тобой вообще пугает. У нас никогда таких гостей не было. Хотя месяца три назад был тут один старик, но… это же старик. Сквало, кажется, догадывался, о ком Ямамото вспоминал. По его сведениям, Тимотео как раз был в Японии незадолго до смерти. ― Пройдемся. ― Пацан нехотя сдвинулся с места. Сквало положил руку ему на плечо. ― Да не убью я тебя. По крайней мере, сейчас, ― засмеялся он. ― Ты ведь можешь. ― Сквало промолчал. Они шли по пустынной улице, Сквало не очень следил, куда. Кажется, эта дорога вела к скверу, где они с Занзасом уже были. Пацан спрашивал совершенно спокойно и серьезно. Не боялся, нет, и не было это любопытством. Он просто говорил, что видел. ― Взгляд у тебя, как у человека, который может. Я в таком не ошибаюсь. ― Что, встречал уже кого? ― Да как сказать… Интуиция хорошая. ― Пошли, выпьем. ― Я еще школьник, ― снова рассмеялся Такеши. ― Значит, выпью я, а ты что-нибудь сожрешь. ― Сквало пихнул его в спину. ― Выглядит, будто я малолетку уламываю. Пошли, а то еще полицию кто-нибудь вызовет. А что за парк тут недалеко? Заброшенный? Ты не думай, я тебя не туда гулять зову. Ямамото снова рассмеялся, и Сквало поймал себя на мысли, что, несмотря на легкомысленный вид, его взгляд, цепкий и внимательный, ни на секунду не изменился. Он следил за Сквало, и Сквало, забавляясь, тоже следил за ним, находя пацана все более и более интересным. ― Это бывший парк развлечений, он уже давно заброшен. Я бы не советовал тебе туда соваться, там местная банда заправляет. ― И что, ваш комитет не разогнал их? ― Нет. У них соглашение. Дисциплинарный комитет туда не лезет, Мукуро ― главный в банде ― и его люди не бродят по городу лишний раз. ― Типа территорию поделили, ― усмехнулся Сквало. Про себя отметил, что детишки, кажется, в этом городе заигрались. Слишком уж было похоже на реальность, в которой Сквало привык жить. Хорошо бы посмотреть на этого Мукуро, если у него пламя, как у Кеи, все стало бы еще интереснее. ― Твои родители приходили сегодня игру? ― Нет. У отца ресторан, он не может его оставить. ― Совсем не похоже, что ты расстроен. ― А я и не расстроен. Я его понимаю. И потом, он любит меня, но не любит бейсбол. Ты тоже не любишь, я заметил, что тебе было скучно на игре. ― Блядь, у вас все такие внимательные? Ямамото улыбнулся. ― Нет. Но ты слишком показательно скучал. Я не сильно отвлекался от игры, но все равно заметил. ― Так зачем ты в нее играешь? Они сели на скамейку в парке. Сквало вытянул ноги и время от времени чертил пятками полоски на влажном песке. Пацан пожал плечами. ― Тот старик говорил, зачем приезжал? ― спросил Сквало. ― В гости к матери Цуны. Они дальние родственники, кажется. По крайней мере, ходили такие слухи. Цуна с ним так ни разу и не поговорил, они даже знакомы не были. Почему ты спрашиваешь? ― Умер тот дед. Но раз Савада его не знал, то говорить ему о смерти незнакомого человека бессмысленно. ― Цуна бы все равно расстроился. ― Откуда ты знаешь? ― Сквало сполз по лавке вниз и уставился в небо. Оно было не такое темное и звездное, как в Италии. Сквало вдруг понял, что очень хочет назад, а еще лучше ― к морю. ― Смерть ― это всегда грустно. А Цуна мой друг, я его хорошо знаю. ― Как мило, ― скривился Сквало. ― Что может быть общего у тебя и него? ― Он очень ценит дружбу. Умеет дружить, он добрый. ― С той девчонкой, на которую пускает слюни, он тоже хочет дружить? ― заржал Сквало. ― Большой уже, знаешь, как это на самом деле называется. Ямамото наклонился вперед, уперся локтями в колени. Сквало уставился в его спину. Может, не стоило так резко, пацану было лет четырнадцать от силы. Но Ямамото обернулся, и на его лице снова была улыбка. Не обидчивый, значит. Или хорошо притворяется. ― Какой тебе прок от дружбы с ним? ― давно у Сквало не было таких идиотских бесед. ― Когда дружат, ничего не нужно взамен. ― Пацан, ты живешь в каком-то охренительно розово-воздушном мире, когда-нибудь тебя здорово стукнет по башке жизнь, и ты, если повезет, поумнеешь. А если не повезет, так и сдохнешь тупицей. Такеши оставлял впечатление улыбчивого беззаботного парня, но вместе с тем Сквало было очевидно, что он не настолько прост, как кажется. Хотелось вытрясти из него то, что он скрывал, увидеть его настоящего. ― Зачем ты вообще о нем спрашиваешь? ― Хочу убедиться, что с ним все в порядке. ― Не проще узнать у самого Цуны? ― Ага, ― засмеялся Сквало. ― Какой-то хрен с горы подойдет к тебе и спросит, как жизнь. Это было бы подозрительно, нет? Ямамото пожал плечами. ― Мне нечего скрывать. Сквало не верил. ― Всем есть. ― Взгляд Сквало упал на меч Ямамото. ― Дашь посмотреть? ― Ничего особенного, ― замялся он. ― Я с ним тренируюсь пару раз в неделю, ― ответил Такеши, но меч отдал. ― Сколько раз ты играешь в бейсбол? Намного чаще, да? ― Сквало вытащил его из ножен. Меч был деревянным. Волна воспоминаний нахлынула, когда он сжал меч в руке. ― Я учился на таком же. ― Он сделал несколько выпадов, с удовольствием ощущая легкость дерева и его тепло в руке. Сквало давно не брал такого в руки. ― На таких же. Дольше месяца у меня ни один не выжил, ― рассмеялся Сквало. ― Ломал? ― Почти. ― Момент, когда Сквало начал учиться сражаться, совпал с моментом, когда у него появилось пламя. Мечи ломались от того, что Сквало плохо контролировал силу. С того момента, как он перешел на настоящие, стало лучше. Но сначала все равно был пиздец. Пацану было интересно. Сквало боролся с тем, чтобы напрямую не спросить, знает ли он, что такое пламя и умеет ли использовать его в бою, но решил не торопиться. Сквало не был уверен, что пацан не разболтает это кому-то из своих друзей. ― С кем тренируешься? ― С отцом. ― А друзья? ― Среди моих друзей не очень-то много любителей мечей, ― засмеялся Такеши. ― Вернее, совсем нет. Иначе ты бы тренировался с ними. Пацан запустил пальцы в волосы на затылке. Дурацкий жест. Такеши то ли раздражал, то ли вызывал интерес, хотелось понять, что на самом деле он из себя представляет. Вывернуть его на изнанку, узнать всю подноготную. Обычно люди Сквало не очень-то интересовали, только если их не надо было убивать, но внезапно проснувшееся любопытство было приятным и бодрящим. ― У меня предложение. Мы завтра устраиваем спарринг, а ты рассказываешь мне все, что я спрошу о Саваде. Ты же, сам говорил, с ним вроде как часто тусуешься, да? Пацан кивнул. ― Откуда мне знать, что ты не хочешь ему навредить? ― Ниоткуда. Но ты же его знаешь, он себе скорее сам навредит, ― ответил Сквало. Савада производил впечатление человека доброго, но непутевого. Хотя откуда знать, может, при любой опасности он рвался защищать друзей и становился совершенно другим. Как Каваллоне, например. Смеется-улыбается, а чуть что ― сразу серьезный. Сквало его, конечно, не боялся, да и как можно бояться того, у кого списывал когда-то домашнее задание, но на других Каваллоне производил правильное впечатление. Но его дрессировал Реборн, а Савада жил сам по себе. Такеши думал. Сквало видел, как ему хотелось согласиться, но сдавать друзей он не привык. ― Что, не хочется потренироваться с кем-то еще, кроме старика? Ты же все его техники давно знаешь, наверное. Я бы сдох от тоски. Сквало попал в точку. ― Ты должен пообещать, что с Цуной ничего не случится. ― Да жив твой Савада останется, я же не пароли от его банковской ячейки прошу, а рассказать, что он за человек. Знал я того деда, который приезжал. Дед думал, что Савада неплох, может, и мне надо приглядеться к нему. Кажется, ответ Такеши устроил. Сквало видел, что он пытается убедить себя изо всех сил, что поступает правильно. ― Хорошо. Давай завтра на этом же месте. ― Не так поздно. В три. ― У пацана как раз должны были закончиться уроки. Была польза в куче бумажек, которые подогнал Луссурия. ― Только не вздумай не прийти. Время на тебя свое трачу, когда бы мог… ― Снова наблюдать, прячась за соседскими кустами? ― Подерзи мне тут, ― Сквало пихнул ему меч обратно в руки. ― Размажу завтра. ― Посмотрим, ― снова улыбнулся Такеши и встал. ― Ну пока. Сквало смотрел ему в спину, пока он не скрылся за поворотом. Сквало думал, какого черта только что произошло, пока не достал смартфон и не увидел двенадцать пропущенных вызовов от Занзаса. Мысли о пацане выместили другие, более важные, о Занзасе. *** ― Я звонил. ― Я видел, ― ответил Сквало. Присматривался к нему. Занзас усмехнулся. Сквало всегда присматривался, хотя ему было все равно, плохое у Занзаса настроение или хорошее. Сквало делал то, что считал нужным, просто заранее оценивал возможный ущерб. ― Есть новости от Луссурии. ― И? ― Сквало закрыл за собой дверь и стащил куртку. Кинул ее в кресло. Потом туда же отправилась майка, ремень звякнул пряжкой об подлокотник. Штаны Сквало стягивал, путаясь, по дороге к кровати, их получилось зашвырнуть в угол. Занзасу нравился ход его мыслей, но недавний разговор с Луссурией его напрягал. ― Говорят, кто-то видел Алонсо. ― Серьезно? Как он мог выжить? Ты же убил его. ― Думаю, в любом случае тут замешан их иллюзионист. Алонсо, сколько я его помню, всегда проворачивал с их помощью грязные делишки. ― Ты можешь видеть сквозь иллюзии. ― Значит, был очень хороший иллюзионист, раз ничего подозрительного не заметил. Или Алонсо выкрутился как-то по-другому. Сквало сел на кровать и стащил с волос резинку. Занзас уставился на то, как они медленно растеклись по его спине. ― Что будем делать? Сквало повернулся к нему, и Занзасу стало похуй на то, о чем недавно говорил Луссурия. Мысли наконец-то перестали роиться в голове и замерли, будто их оглушили. Будто самого Занзаса оглушили. Да срать Занзас хотел на всех, кроме Сквало. ― Сейчас… или вообще? Он облокотился о кровать и протянул к Сквало руку. Провел пальцами вдоль позвоночника, и Сквало прогнулся в спине. Пальцы задевали волосы, от этого прикосновение казалось совсем ненастоящим. Занзас потянул его за прядь, Сквало лег, задрал голову, рассматривая Занзаса. ― Договорились с пацаном подраться завтра. ― Ты же о Саваде с ним должен был говорить, кажется. Ваш разговор явно свернул не туда. ― Не дослушал. Сначала я раскатаю его по стенке, а потом он рассказывает мне о Саваде. Типа равноценный обмен. ― Пойду с тобой. *** Пацан уже стоял на месте, когда они подошли. ― Это Занзас. ― Такеши, ― кивнул он и повернулся к Сквало. ― Мы куда-нибудь пойдем? ― Могу предложить додзе моего отца. Сквало сдержанно кивнул. Занзас видел, как загорелись его глаза. Они шли через парк по узкой дорожке, и Занзас смотрел им в спины. Они могли бы поговорить со Сквало по пути, но тот предпочел трепаться с пацаном, что Занзаса раздражало. Он изредка прислушивался к их разговору, но ему было неинтересно знать кучу подробностей о мечах и прочей херне, которую так любил Сквало. Занзас сам не понял, зачем пошел с ним. Было любопытно, потому что Сквало мало когда так интересовали люди. На сражение Сквало плевал, Занзас видел все его бои и мог сказать, что этот вряд ли будет хоть немного впечатляющим. А еще Занзас пошел, чтобы убедиться, что Сквало не сболтнет или не покажет лишнего. Они допоздна вчера решали, спрашивать у пацана о пламени или нет. И как можно узнать, умеет ли он использовать его в бою, так, чтобы он не догадался. Сквало говорил, что пацан стоит внимания, но Занзас, как ни приглядывался, не видел в нем ничего особенного. ― Привет. Это мои друзья, ― сказал он старику, который встретил их. ― Это мой отец, Ямамото Цуеши. ― Старик посмотрел на них с неудовольствием, а потом зацепился взглядом за меч Сквало, и лицо его сразу посветлело. Он кивнул им. ― Мы займем додзе. ― Конечно. Я рад, что у тебя такие друзья. Занзас подумал про себя, какие нахрен друзья, они совсем не были похожи на тех, с кем обычно тусуются школьники. ― Тебя сразу по стенке раскатать или пожалеть? ― спросил Сквало. Занзас уселся в стороне у прохода на веранду, чтобы его, в случае чего, не зацепило. Вскакивать и уворачиваться от атак он не собирался. Занзас огляделся. В окна ему был виден кусок ухоженного сада. Интересно, кто им занимался ― папаша или сам пацан. Щебет птиц, как и громкий стрекот цикад, доносился с улицы. Занзасу даже показалось, что где-то ухал филин, но это было глупо. Откуда тут может быть филин среди белого дня? Когда Занзас отвлекся от своих мыслей, Сквало уже пристегивал к протезу меч. ― Где это случилось? ― В бою. Занзас усмехнулся, вспоминая, ― что ни говори, но Сквало был фанатиком. Тот вскинул меч и посмотрел на пацана. ― Начнем. Они бросились друг к другу одновременно, мечи столкнулись со звоном, от которого зазвенело и в голове Занзаса. И казалось, что не они мечами размахивают, а мечи управляют и Сквало, и Такеши. В движениях Сквало была нечеловеческая точность ― он нападал и останавливался ровно в тот момент, когда стоило это сделать, чтобы не убить. Занзас знал, что такое многого стоит, да и ближний бой Сквало не любил, любил захерачить своей атакой и снести все на пути, и Занзас одобрял такие меры. Сквало двигался вокруг пацана, будто танцуя вокруг пламени, раздувая его все сильнее и сильнее. В его глазах плескался азарт, но выверенность движений никуда не исчезала. Подойти, зацепить, но не покалечить, отвесить подзатыльник, но не вырубить. Пацан уставал, но не сдавался, не ныл. Его лицо, всклокоченные волосы, дыхание и то, как он, концентрируясь, закусывал нижнюю губу, ― все говорило о том, что долго он не продержится. Но в глазах его светилось что-то такое, сродни восхищению и жажде, что становилось понятно, о чем раньше говорил Сквало, почему пацан стал ему интересен. Как Такеши ни старался, Сквало дрался даже не вполсилы. Внимание Занзаса переключилось на Сквало, и Занзас впитывал каждое его движение. Сквало уклонялся и нападал, теснил к противоположной стене, и Занзас понимал, что он делает. ― Ты играешь со мной, ― сказал Такеши, в его голосе не было обиды. Сквало усмехнулся и, не ответив, снова атаковал. Пацан стиснул зубы, и в какой-то момент все изменилось. Занзас увидел, как задрожал воздух между ними, а потом додзе наполнилось пламенем. Это был не Сквало, его пламя Занзас бы сразу узнал. Он поймал восторженный взгляд Сквало. Усмехнулся сам. Что ж, вариант, что пацан умеет сражаться вот так, они тоже рассматривали. ― А я думал, что ты совсем ничтожный, ― крикнул Сквало, уходя от стены дождя и посылая свою в ответ, ― и мы так и будем топтаться на месте. Бой стал зрелищнее, но ничуть не сложнее. Вторую атаку Сквало отбил так же легко, третья была пущена в сторону, даже уклоняться не пришлось. Волна дошла до стены и, отразившись, вернулась обратно в тот момент, когда пацан атаковал снова. Сквало увернулся и снова заскучал. ― Давай же, думай, как меня достать. Не шли в лоб, слишком топорно даже для тебя. Пацан попробовал повторить прошлый прием, изменив траекторию стены дождя, и сам не остался стоять на месте. Сквало был окружен, дождь нахлынул на него со спины. ― Можешь, когда хочешь, ― довольно сказал он. Со Сквало ручьями стекала вода. Занзас смотрел, как рубашка прилипла к его животу, а легкие штаны облепили ноги. Занзас не отказался бы, чтобы они уже закончили свой поединок, но противники, кажется, увлеклись. Занзас смотрел, останавливать их было опасно, да и Сквало бы потом был очень недоволен. ― Покажи, на что ты способен на самом деле. ― Такеши задыхался, но все еще не просил пощады, просил не жалеть его, будто ему мало досталось. Его взгляд горел так, как ни разу не горел во время бейсбольного матча. Сквало будто этого и ждал. Усмехнулся и шарахнул пацана своей любимой атакой. Такеши осел на пол и восторженно смотрел, как по полу пляшут отголоски пламени Сквало. Оно держалось долго, за это время Сквало успел подойти, подать ему руку, помогая встать. Такеши улыбнулся. ― Спасибо. ― А потом кивнул на шкаф в стене: ― Там полотенца. Он раздвинул двери и достал полотенца Занзасу и Сквало. Сквало вытер лицо и накинул полотенце на плечи, выжал волосы. ― Ты очень крутой. ― А тебе еще учиться и учиться. Но у тебя есть то, что поможет стать сильнее многих. ― Оставь-ка нас, ― к ним подошел Занзас, ― на пять минут. Мы придем, только кое-что обсудим. Такеши улыбнулся и вышел за дверь. Занзас тут же, больше не сдерживаясь, подошел к Сквало и отстегнул меч. Потом стащил с плеч мокрую куртку, рубашку, полотенце уже давно валялось под ногами. Он толкнул Сквало к стене и уткнулся ему в шею, вдыхая свежий запах воды, шарил по его спине руками. Сквало дышал быстро. Занзас собрал его волосы и потянул назад, и Сквало позволил поцеловать себя в шею, потом еще и еще. ― Я думал тебе отсосать, ― шепнул Занзас. ― Весь бой, пока ты красовался. Но это подождет до гостиницы, когда будет больше времени. Сквало толкнулся бедрами навстречу и потерся о него. ― Хочу. ― Скало застонал, когда Занзас погладил его по бедру, обхватил член через мокрые брюки, а потом стащил их к черту. ― Прямо тут. Сейчас. Ты просто не представляешь, какой ты охуенный. Занзас пьянел от того, что видел и чувствовал. Он целовал лицо Сквало, губы, ему все было мало. ― Давай по-быстрому. За стеной раздались голоса, и Сквало отступил назад. Его трясло от боя и возбуждения. ― Не здесь, ― с трудом сказал он. Шагнул к Занзасу, уткнулся губами в его шею, прихватил кожу, облизывал и целовал снова. Занзас обнял его. ― До гостиницы дотерпим. ― Не буду больше смотреть, как ты сражаешься. ― Почему? Занзас не ответил. Да и что он мог сказать, если пламя дождя, меч, стремительные движения настолько шли Сквало, что Занзас не хотел ни с кем делиться тем, что видел. Он бы перестрелял всех противников Сквало до того, как ему наскучит красоваться. Они отбирали у Занзаса их время, теперь Занзас не понаслышке знал ему цену. Сквало поправил мокрые штаны и поморщился. Сгреб рубашку и куртку в кучу. Накинул на плечи полотенце. ― Непростой пацан, согласись? Надо узнать, может ли кто-то из его друзей что-то подобное. ― Теперь он расскажет тебе все. Ты бы видел, как он на тебя смотрел. У тебя новый фанат, ― заржал Занзас. ― Мне и тебя хватает. ― Пошли уже, а то заждался… твой фанат. Сквало тоже рассмеялся и легко пихнул его в плечо. Пацан уже успел сменить спортивную форму и терпеливо ждал их в маленькой гостиной с распахнутыми в сад окнами. На улице было хорошо, время шло к вечеру, приятно тянуло свежестью с маленького декоративного пруда в зарослях и поливалок-разбрызгивателей. ― Могу предложить во что-нибудь переодеться, ― он посмотрел на Сквало. ― От сухих штанов бы не отказался. А то на мокром сидеть ― будто обоссался. Занзас усмехнулся. Цуеши, который принес им суши, посмотрел не очень довольно, но Сквало не был тем, кто стал бы извиняться за грубость. Тем более ― нечего слушать чужие разговоры. Такеши принес шорты. ― Пойдет, спасибо. Сквало быстро переоделся и сразу стал выглядеть более довольным жизнью. ― Я вспомнил, откуда вас знаю, ― обратился Цуеши к Сквало. ― Один мой друг много рассказывал о ваших боях. Для меня честь, что вы зашли. ― Спасибо, ― кивнул Сквало. ― Угощайтесь. ― Когда ты уезжаешь? ― Такеши разлил по кружкам чай. ― Завтра. У нас много дел. ― Новость Такеши расстроила. ― Так что с твоим другом, Савадой? Кто знает о том, что ты умеешь так драться? ― Друзья не видели ни разу, только отец. ― У них есть такие способности? ― Нет, и мы никогда не говорили об этом. Отец обучил меня всем техникам, которыми я владею. Сквало кивнул. ― Так что, что он за пацан? ― Цуна часто зовет к себе в гости. Готовимся к урокам или гуляем. ― И много у него друзей? ― Не очень. ― Кем хочет стать? ― Пока не решил. Он не очень амбициозный. Его отец где-то добывает нефть, может, Цуна тоже потом выучится и будет работать в такой компании. Но мне кажется, ему бы подошло быть врачом, только он от вида крови однажды в обморок упал, ― снова улыбнулся Ямамото и посмотрел на царапину, которую оставил мечом Сквало. ― А кем хочешь стать ты? ― Я думал о бейсболе, хотя отец это не одобряет. И я тоже понимаю, что спортивная карьера короткая, но потом я смогу работать тренером. Или в ресторане. ― Бейсбол в Японии. Даже если ты будешь играть в лиге страны, в другие команды, посерьезнее, тебе перевестись не светит, потому что никакой известной команде не придет в голову искать себе игрока в Японии. Я серьезно, пацан. Будь ты тут хоть трижды звездой… ― Кем работаешь ты? ― спросил Ямамото, и Занзас, который пил чай, закашлялся. ― Ты точно не офисный работник, слишком уж выглядишь необычно. И он тоже. ― Представь себе, пацан, безработные, ― ухмыльнулся Занзас. ― Живем, путешествуем… ― Классно владеете мечом. Ты тоже? ― Нет, ― Занзас сжал в кармане куртки пистолет. ― Железяки не для меня. ― А как насчет предсказуемости? ― Занзасу понравился вопрос, он бы и сам его задал. Сквало пытался получить максимум информации, и у него неплохо получалось. Хотя у Сквало это всегда получалось, а тут даже гвозди под ногти никому загонять не надо было. ― Савада делает что-то спонтанно? ― Нет. Ничего неожиданного. Держит свое слово; мне кажется, он преданный. И хорошо ко всем относится. Почему бы вам с ним не познакомиться? Если Занзас познакомится с ним, то от Цуны останется горстка пепла. Даже не потому что Занзас видел в нем угрозу, он все еще не мог понять, чего бы добился Тимотео таким позорным выбором. Савада и правда был самым обычным школьником. Занзас понимал, что опасаться нечего, но ему не давал покоя его папаша. Стоило узнать побольше о том, чем он занимается в ЦЕДЕФ. Отследить его перемещения будет проще, чем Тимотео. Иемицу особо никогда не скрывался. Но кто же знал, что он метил на место главы Вонголы? Хоть и не сам, но вряд ли такой мямля-сынок смог бы самостоятельно что-то решать за семью. ― А его папаша? Часто бывает дома? Ямамото задумался. ― За все годы, что я знаю Цуну, раза два или три. Иногда мне кажется, что у Цуны его и нет. ― И как, рад он приездам отца? Ямамото пожал плечами. ― Не очень. Когда видел их вместе один раз, подумал, Цуна его не то чтобы… боится, просто не верит, что он у него есть, наверное, ― улыбнулся он. ― Но он показался мне неплохим человеком. Сквало нахмурился, и Такеши это заметил. Занзас пнул Сквало под столом. ― Вода с волос по спине течет, хреновые ощущения, ― выкрутился он. ― Ладно, ― Занзас поднялся. Они и так уже засиделись, пора было возвращаться. ― Если что-то еще захочешь рассказать, ― Сквало написал на салфетке свой телефон и отдал Ямамото. ― Звони в любое время. Такеши проводил их до порога. Все время у него был такой вид, будто он хочет чего-то попросить, но сомневается. ― Ну, чего тебе? ― Сквало тоже заметил и не выдержал в конце концов. ― А мы можем еще раз… Занзас изо всех сил старался не засмеяться, но получалось плохо. ― Вряд ли, ― ответил Сквало и настойчиво потянул Занзаса за руку. ― Дальше не провожай, сами дойдем. ― Чего ты ржешь? ― зашипел он на Занзаса, когда они немного отошли. ― Он весь вечер только об этом и думал, не заметил? ― Он был готов предложить пожить у него, ― Занзас уже не мог не смеяться. ― Обменять на несколько боев ресторан отца и, если нужно, отдать пару органов, только чтобы ты задержался. ― У него нет нормальных противников. Представь, что ты из года в год стреляешь в одну и ту же мишень. ― Ебануться можно. Я бы бросил давно. ― И он не глупый же пацан, ходил бы в какую-нибудь секцию, но я понимаю, что пламя контролировать ему сложно, там бы дети разбежались после первого его же представления. Странно, что сегодня он его все-таки решил использовать… ― Ну блядь, усыновить его теперь, что ли? ― Обойдется, ― сказал Сквало. ― Но оставлять здесь рядом с этим Савадой небезопасно, ― задумался он. ― Тебе снять не пора? ― он кивнул на побелевшее кольцо. ― Черт. И правда. Завтра долгий перелет, но все равно времени не хватит. И обсудить план еще надо… ― Занзас задумчиво покрутил кольцо на пальце. Этот жест уже вошел у него в привычку. ― Что будешь делать? ― Позвоню Луссурии, расспрошу, как дела. Что-то новости в последнее время от него не очень. ― Хорошо. Когда они пришли, Занзас устроился на кровати и уставился в потолок. ― Поверить не могу, что чуть нас не пристрелил. И что это на него нашло. Сквало только вечера откровений не хватало. ― Забудь уже, все живы, и это главное, ― сказал Сквало, садясь рядом. ― Давай, вырубайся, а то мне хочется переодеться в нормальную одежду. ― Переодевайся. Я посмотрю. Тем более, мы кое-что так и не закончили. Сквало засмеялся и наклонился к нему, чтобы снять кольцо. Занзас увернулся, потянул на себя, и Сквало завалился на него. ― Занзас, ― выдохнул он. Занзас смотрел на него и не мог насмотреться. И не мог перестать улыбаться. Сквало уперся рукой в подушку и наклонился, чтобы его поцеловать. ― Я буду тут, когда ты проснешься. ― Всегда будешь, ― сказал Занзас, и Сквало снял с его руки кольцо. *** День выдался удачным. Не считая того, что много удалось выяснить о Саваде, у Сквало был еще и весьма любопытный противник. Сквало, хоть и развлекался во время боя и мог и с закрытыми глазами пацана победить, все равно был очень доволен. Сквало давно не сражался так, будто валял дурака, он предпочитал не тратить свои силы и время на ерунду, но в этот раз дурачество принесло только удовольствие. Наверное, все из-за того, что в глазах парня были такой интерес и восхищение, каких Сквало не видел у других своих противников. Когда бьешься насмерть, таким эмоциям совсем не место. Когда Сквало убивал на миссиях, то ощущал страх жертв и свое холодное равнодушие. С Такеши было по-другому. На Сквало почти так же смотрел Занзас, но этот взгляд относился не к тому, что Сквало умеет, а к Сквало в целом. Занзас не мог в полной мере оценить его техники, Занзасу нравился он сам. И, наверное, если бы Занзас присутствовал на каком-нибудь из его боев, то Сквало проиграл бы, потому что, даже несмотря на свою способность концентрироваться, против взгляда Занзаса у него ничего не было. Он прожигал и заставлял обернуться, смотреть на Занзаса, гадать, о чем он думает. Занзас принимал Сквало таким, какой он есть, не задавая вопросов. Ямамото пытался его узнать. Сквало подошел к окну, чтобы задернуть шторы. Вдохнул свежий воздух и ощутил дежа вю. Такеши стоял под столбом напротив гостиницы и смотрел прямо на него. Сквало задернул штору и налил себе выпить. Ему и самому хотелось устроить спарринг еще раз. Во время боя Сквало заметил косяки, о которых пацан, кажется, и не догадывался. Но объяснять было потерей времени, да и не хотелось при Занзасе, все-таки они не за этим пришли, и о разборе ошибок после боя не договаривались. Но Такеши мог стать лучше, и Сквало не видел причин, почему ему бы не спуститься и не поговорить. Сквало чувствовал: пацан мечется. Бестолково. Он собирался заниматься всю жизнь не тем. Если нужно дать ему подзатыльник, то Сквало было не трудно это сделать. ― Привет, ― он набрал Луссурию. ― Какие новости? ― Наконец-то я до вас дозвонился, ― возмущенно ответил тот вместо приветствия и вздохнул. ― Я дозвонился, ― оборвал его Сквало. ― Так что происходит? ― Мне кажется, вы приедете к середине большой разборки. ЦЕДЕФ вызвала на допрос Леви и двух рядовых. Леви-то ничего не скажет, парни вроде тоже надежные… Но это только начало. ― Чего они хотят? ― Если наезд был все-таки на Варию, а не на Вонголу, пока еще не понятно, то лишить нас ресурсов. А потом они доберутся и до Вонголы. Дела были дрянь. Сквало прекрасно понимал, что последует за всем этим, если Луссурия окажется прав. Нужно было начинать действовать. Затягивать с тем, чтобы набрать новый состав офицеров Варии, тоже не стоило. ― Уничтожь завещание. У Занзаса, в ящике стола. Сразу найдешь. ― Сквало, это ничем хорошим… ― Да срать я хотел. Нет улик ― нет проблем. Прямо сейчас, пока говорим, я жду. ― Что мне с ним сделать? ― Сожрать, блядь, ― вспылил Сквало. ― Сожги. Завтра мы летим обратно, будем ночью. Всю информацию, которая есть, я жду в течение пары часов. Леви вернулся? ― Еще нет. ― Об этом тоже доложишь. И пока никого никуда не отправляй. Маммон пусть сидит в особняке. Если что ― прикроет в первую очередь. Чужих на территорию не пускать ни под каким предлогом. ― Хорошо. Сквало, я наконец-то дожал поставщика, с которым работал Каваллоне, он согласен на встречу, готов обсуждать цены. И еще звонил Алонсо. ― Восставший из ада, блядь, ― не выдержал Сквало. ― Его не подпускать близко в первую очередь. Он без мыла в любую щель пролезет. ― Сквало допил остывший кофе и отодвинул штору. Пацан уходить не собирался. ― Ладно, у меня еще дела, если что ― сразу звони мне. ― Окей. Мы ждем вас завтра. Сквало переоделся, кое-как закрутил сырые волосы в хвост и вышел на улицу. В лицо хлынул аромат мокрой травы, пение цикад оглушило. Все-таки в номере на них он не так обращал внимание. Такеши встрепенулся, когда увидел его. ― Чего ждешь? ― Поговорить хотел, ― Такеши прислонился затылком к столбу, качаясь на пятках. Посмотрел в небо, а потом на Сквало. Вроде бы и выглядел равнодушным, но Сквало одного взгляда хватило, чтобы понять, что он чувствует на самом деле. Читать его было легко, но, пожалуй, его друзья-идиоты ничего не заметили бы. ― Звонить ― это не то… ― Ты глянь-ка. Только личная аудиенция его устраивает, ― фыркнул Сквало. Такеши уставился на его руку. ― Отец сказал, кто ты. Это большая честь, спасибо, что согласился на тот бой. Тебе, наверное, было неинтересно… ― он смутился. ― Это мне решать, интересно или нет. Не забивай свою и без того забитую подростковыми проблемками башку. А если хочешь забить, то послушай внимательно. ― Сквало тоже встал, прислонившись плечом к столбу и сложил руки на груди. ― У тебя удар левой получается смазанным. Опыта не хватает, и это чувствуется. Если не можешь, старайся не перехватывать меч другой рукой, а вообще надо тренировать обе, мало ли что может случиться, ― он махнул протезом и усмехнулся, заметив во взгляде пацана что-то сродни испугу и удивлению. ― Это, конечно, если ты не бросишь играть в бирюльки с битами и мячиками, просирая талант. Потом, когда тебе будет шестьдесят, вспомнишь мои слова, потому что поймешь, что занимался всю жизнь не тем. ― Мой отец владеет мечом, но у него ресторан. Кем можно работать с таким умением? Сквало не хотел говорить, кто он и чем занимается. Пацан и так догадывался, просто не озвучивал. ― Сам знаешь. И это не работа. Ты просыпаешься, живешь и засыпаешь, и ты все время должен быть готов ко всему. Некогда маяться дурью. Такеши молчал. ― Еще. Когда уходишь от атаки, ты должен быть быстрее. Должен чувствовать, куда и насколько отклониться. Это приходит с опытом, нужно все время наблюдать за противником. Понимать, что он сделает, до того, как решит что-то сделать. Тело решает быстрее, чем его мозги, ты должен читать это. Ты делаешь то же в своей дурацкой игре, так делай и когда сражаешься. Такеши кивнул. ― Я не мог предсказать ни одного твоего движения. Пацан говорил честно, и это подкупало. ― Значит, плохо старался. Чего ты так тогда на меня пялился? Даже Занзас заметил. ― Никогда не встречал таких, как ты. Я так рад, что могу наконец-то говорить обо всем. Не можешь остаться еще ненадолго? ― И так тут задержались. Давай с тобой договоримся. Ты будешь время от времени мне звонить и говорить, как у тебя и твоих друзей дела, понял? ― Ямамото кивнул. ― О нас никому не расскажешь, даже если тебя начнут пытать. А когда я разберусь со срочными вопросами, я подумаю, что можно сделать. Пацан перестал быть таким унылым, каким казался Сквало в начале их разговора, лицо его посветлело. ― Ты должен пообещать, что будешь делать все, что я тебе сказал. ― А что пообещаешь ты? ― Я не придушу тебя за наглость прямо сейчас, и хватит с тебя. Сквало посмотрел на часы. Нужно было еще поспать пару часов, скоро ехать в аэропорт, а там и Луссурия пришлет обещанную информацию. ― А теперь иди. И больше тут не стой. Я думаю, мы еще когда-нибудь пересечемся. Такеши кивнул. ― Удачи завтра. И вообще, ― улыбнулся он. ― Я буду звонить. Сквало усмехнулся, в этом он почему-то не сомневался. Он подождал, пока пацан скроется за углом, и уже собирался пойти в гостиницу, но передумал и решил прогуляться. Что ему точно здесь нравилось ― так это погода вечерами и отсутствие людей на улицах. Он прошелся вдоль главной улицы. Купил кофе в еще не закрывшейся булочной, где торчали одни школьницы и, когда он туда вошел, все, как одна, уставились на него. Не в его привычке было от такого смущаться, внимание внезапно стало раздражать. Поэтому, снова очутившись на улице, он выдохнул свободно и поспешил убраться подальше. Сквер, где они болтали с пацаном, был пуст. Сквало прошел дальше, мимо школы, ― на стадионе все еще горели прожекторы, там, судя по крикам, ученики гоняли мяч. Ноги привели его к заброшенному парку. Сквало сомневался, что найдет там что-то интересное, за свою жизнь он видел места, которые действительно наводили ужас, а это место в Намимори больше походило на пародию. Но уходить он тоже не спешил, потому что чувствовал что-то знакомое. От чего покалывали кончики пальцев, от чего в голове начинала крутиться какая-то муть. Почему-то вспомнился Маммон, от его иллюзий у Сквало было примерно такие же ощущения. Сквало пожалел, что тут нет Занзаса, Занзас мог видеть сквозь них. Он бы мигом сказал, что тут не так. Кроме того, что от заброшенного парка, который Сквало разглядывал через забор, было не по себе, опасности как таковой все равно не чувствовалось. ― Что ты можешь мне предложить? ― раздалось откуда-то сбоку ― Сквало вздрогнул и повернулся. У решетчатого забора стоял пацан. Он прислонился спиной к решеткам и вжался затылком в пространство между ними. Казалось, еще чуть-чуть, и он провалится между прутьями. Сквало окинул его взглядом с ног до головы. Неприятное ощущение шло именно от него, хотя он казался самым обычным оборванцем, правда, болезненного вида, но это уже были не проблемы Сквало ― выяснять, что с этим типом не так. Сквало отчего-то не хотелось с ним говорить, но любопытство все еще заставляло его оставаться на месте. ― Толкаешь наркоту, пацан? Я не торчок, извини. Можешь проваливать. Пацан улыбнулся так самонадеянно, что Сквало захотелось разбить ему лицо. Он не понимал, в чем дело, но хотел, чтобы этот тип перестал. ― Меня зовут Рокудо Мукуро, ― сказал тот и шагнул вперед. ― Нехорошо, если меня тут кто-нибудь заметит. Пошли внутрь, ― он приблизился еще на шаг и кивнул в сторону виднеющейся за забором крыши какого-то заброшенного здания. ― Слышал о тебе, ― Сквало не сдвинулся с места. Он смотрел, как разочарование промелькнуло на лице Мукуро, но потом тот снова улыбнулся. ― Такеши говорил? Так даже лучше. Ты ведь знаешь, чего от меня ждать? Или нет? Такеши не очень умен, чтобы сказать, на что я способен. Скорее всего, он просто чувствовал… ― Угрозу? ― Сквало повернулся к нему. ― Не знаю, как ты это делаешь, но если не прекратишь, то я тебе врежу. Мукуро рассмеялся, и Сквало стало легче дышать. В заборе появилась покореженная калитка, которая отворилась с тихим скрипом. Мукуро зашел и подождал Сквало. Потом махнул в сторону заброшенного здания. Теперь его было можно разглядеть ― Сквало признал в нем то ли кинотеатр, то ли концертный зал. ― Я думаю, мы существенно продвинемся вперед, если ты скажешь, что тебе от меня нужно. Людей-загадок терпеть не могу, нагнетать интригу ― это для другой аудитории. Они сидели друг напротив друга в хрен знает откуда взявшихся креслах, обитых красным бархатом, посреди большого обшарпанного зала, где никто не убирал лет сто, наверное. Рядом с ними стоял торшер на изогнутой ножке, и он был единственным источником света. Сквало думал, что так и должен выглядеть ебаный сюрреализм. ― Угощайся. Мукуро кивнул на пол, где кучей лежали пакетики с чипсами и несколько банок колы. Сквало порадовался, что взял себе кофе. ― Я знаю, что тебе интересен Савада Цунаеши. И Такеши. И я знаю, почему. Тебя интересует их пламя. Я готов дать реальную информацию, в отличие от некоторых. Такеши никогда не сдаст друзей. ― А ты? ― Сквало все еще не мог решить, как относиться к этому типу, но за наблюдательность и деловую хватку поставил ему плюс. ― А мне они не друзья. ― Мукуро откинулся в кресле, вытянув ноги. Задел банку с колой, и та покатилась по полу в сторону Сквало. Он смотрел хитрым и томным взглядом, и Сквало снова захотелось встряхнуть его, чтобы прекратил. ― Я знаю о пламени больше, чем они. У меня даже какое-то время был учитель, но потом я подумал, что он мне не нужен, и мы расстались, ― нехорошо улыбнулся он, и у Сквало не возникло сомнений, каким образом это произошло. ― Я знаю, у кого еще есть пламя, кто на что способен, и я не буду врать. ― Что ты хочешь взамен? ― Возможности, ― сказал Мукуро и открыл банку с газировкой. Отхлебнул и поморщился. ― Зачем тебе мы? Ты не дурак и на многое способен сам. ― Но я не настолько Хибари Кея, ― улыбнулся Мукуро. ― Как бы я ни ненавидел большинство людей, мне они нужны. А еще мне нужно кольцо хранителя тумана Вонголы. Сквало рассмеялся. Он не знал, как относиться к такому дерзкому заявлению. За годы в Варии Сквало повидал много разных кандидатов на места рядовых или офицеров и мог с точностью сказать, что Мукуро ― не лучший вариант. Сквало напрягало его позерство, но если бы он оказался достойным иллюзионистом, Сквало бы мог закрыть глаза на остальные недостатки. Если бы он не сделал так с Маммоном, того бы давно уже не было с ними. Но проблема была в том, что Мукуро не хотел в Варию. ― У нас уже есть хранитель. ― Какая досада… Но это можно исправить, ― губы Мукуро искривились в подобии улыбки. Черта с два, хоть Маммон порой был невыносим, но он их более чем устраивал. ― Кольцо тумана Вонголы ему не нужно. ― Почему ты так решил? ― Скажем так, ― Мукуро задумался, будто прикидывал, как лучше объяснить. ― Свойства пламени тумана у каждого хранителя разные. Ты видел, чтобы ваш хранитель носил кольцо? Оно ему не подходит. Я следил за всеми вами, с моими способностями это легко, ― пояснил он. ― Ты не воспринимаешь меня всерьез, ― покачал Мукуро головой. ― Пока ты не докажешь, что правда чего-то стоишь, вместо того, чтобы трепать языком, ― Сквало глянул на экран смартфона, ― уже двадцать минут. За это время я бы успел убить тебя двадцать раз. Или больше, если бы захотел. ― Ты самонадеянный, Сквало, ― сказал Мукуро. Их отвлек скрип двери. Сквало заметил, что стало темнее. В комнату вошел Такеши. Сквало перевел взгляд с него на Мукуро и хотел что-то спросить, но чем ближе Такеши подходил, тем больше становился похож на Занзаса. Его лицо менялось, было пластичным, будто воск, менялась одежда, в конце Занзас оказался Занзасом вплоть до нужного количества перьев в волосах. ― Что еще ты хочешь видеть? Кого хочешь видеть больше? Его? ― Занзас снова стал Такеши. ― Или его? ― Такеши стал меньше, и Сквало понял, в кого он сейчас превратится. Савада был похож на себя, насколько Сквало мог судить. Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, потом наклонился и взял чипсы. Зашуршала упаковка, раздался испуганный вздох, и чипсы посыпались на пол. ― Ты можешь убивать, я тоже могу, ― сказал Мукуро, и Савада закашлялся, в ужасе поднес испачканные руки к лицу и закричал, впрочем, ни звука не сорвалось с его губ. В комнате было так тихо, что Сквало слышал, как шуршит разбросанными фантиками сквозняк. Иллюзия была хороша. Ее бы Занзасу показать, тот бы оценил. Савада упал и забился в судорогах, окрашивая пол яркой розовой пеной изо рта. Сквало отвернулся. ― Это всего лишь картинки. Хочешь, он сдохнет сегодня же на самом деле? ― Мукуро не шутил, он предлагал. ― Пока нет. ― Заметь, я даже не спрашиваю, как Савада Цунаеши, самый обычный школьник, перешел вам дорогу. ― Кто еще с пламенем? Кто знает, что это такое? ― Савада Цунаеши знает, но боится его, как огня, ― рассмеялся Мукуро получившемуся каламбуру. ― Он не может вызывать его сам, слишком слаб и слишком напуган, но когда к нему приезжал отец, то привозил ему специальные таблетки, которые помогали пламени пробудиться. Тогда Савада вел себя, как совсем другой человек. ― Ты следил за ним, зачем? За кем еще? ― Я должен знать, что творится в моем городе. ― Мукуро погладил подлокотник кресла. Сквало фыркнул. ― Кто стоит внимания, а кто просто мусор… Я слежу за всеми. Такеши управляется с пламенем лучше всех. Кстати, он соврал вам сегодня, однажды я слышал его разговор с Цуной, они обсуждали пламя. Есть Хибари Кея, которому пламя не очень-то и нужно, чтобы наводить тут порядок, ― Мукуро скривился. ― Сасагава Рехей, но тот не понимает, что творит. Я видел у него спонтанные выбросы пару раз во время боев, он занимается боксом, ― пояснил Мукуро. ― Среди них Савада менее опасен, но никто не знает, как завтра распорядится судьба. ― Чего ты хочешь от меня? Чтобы тебя взяли в семью? ― Я ненавижу мафию по ряду причин… но вы… с вами мне было бы по пути. Пока. ― Ты не сможешь свалить от нас так же легко, как от Эстранео, Рокудо Мукуро. ― Сквало наконец-то вспомнил, откуда знал его. Имя Мукуро мелькало в сводке об Алонсо и семье Эстранео, с которой у него были какие-то дела. Мукуро изменился в лице, а потом рассмеялся. ― Зато ты будешь волен сдохнуть в любой момент. ― Значит, ты в курсе. ― Я знаю о тебе. Могу представить, на что способен, если ты, конечно, тот самый Мукуро, ― сказал Сквало, наклоняясь вперед. ― Тебе не пустить мне пыль в глаза пустым трепом и иллюзиями. Мне нужен запасной вариант. Подстраховка, и это я поручу тебе. ― Я выполню одну твою просьбу, а потом тебе придется исполнить мою. Сквало улыбнулся. ― С Маммоном будешь разбираться сам. И с Занзасом тоже. Вряд ли ты сможешь убедить его в том, что ему нужен новый иллюзионист. Сквало не верил, что тот отдаст Мукуро кольцо, но сам в такие разборки лезть не собирался. ― Что получу я? ― Возможность отомстить? Ты ведь этого на самом деле хочешь? Эстранео все еще живы, ты и сам знаешь, что тебе не удалось никого убить при побеге. Мукуро наклонился к Сквало навстречу, сжал подлокотники и посмотрел прямо в глаза. Сквало не отводил взгляд. ― Потом, когда я сделаю то, что ты просишь.... ― Ты вернешься в Италию. ― Хорошо, ― улыбнулся Мукуро. ― Все, кого я перечислил, будут там? ― С чего ты взял? ― Такеши побежит за тобой, если не дурак. Остальные вряд ли. ― Мне плевать на остальных. Хотя Кея тоже показался мне интересным. ― Сильным, ― поправил Мукуро. ― Мы с ним друг друга терпеть не можем. ― Ваши проблемы, ― Сквало поднялся. Мусор зашуршал под ногами. Мукуро вздохнул и превратил фантики в опавшие листья. До двери Сквало шел как по разноцветному желто-коричневому ковру. Сквало пока не понимал, дурачится ли Мукуро или действительно такой, но что-то подсказывало ему, что с Мукуро все сложнее, чем кажется. То, что ему пришлось пережить, не могло не оставить следа. Часы показывали одиннадцать вечера. По гостям в такое время ходить было невежливо, но после разговора с Мукуро Сквало обязан был узнать, кто на самом деле ему лгал. Оставался один способ это выяснить.