Задание Демиурга

      Я родился в Новом Мире на острове, который находился на отшибе от основных морских путей. Деревня, где я жил, была достаточно небольшой. Моё детство было безоблачным, и я жил одним днем, словно бабочка однодневка. Я тогда не представлял, что произойдет в недалеком будущем. Хоть я и не знал своего отца, меня воспитывала мать Сильва Д. Монки, капитан морского дозора в прошлом, вышедшая в отставку перед моим рождением. Она исполняла обязанности старосты в поселении, в котором мы жили, которое раньше находилось под патронажем Короля пиратов. Но когда мне исполнился год, он сдался Морскому Дозору и его казнили. Спустя четыре года после этого, на деревню напал Кайдо, так как моя мама отказалась пойти под его защиту.       Горели дома, c улицы раздавались крики людей, пытающихся отчаянно сопротивляться, они, опасаясь за своих детей, бессильно атаковали ублюдков как семейство израненных волков, из последних сил защищающих потомство. К сожалению, всё это было напрасно, ведь в команде Кайдо слабаки бы не выжили. Простые мирные жители ничего не могли противопоставить пиратам, которые добивали уцелевших людей. А я в это время схватил палку решив выбежать из дома и напасть на бандитов, кинувшись к двери, я попал в руки зашедшей с улицы матери. Она схватила меня в охапку и кинулась в замаскированный подпол. Я почувствовал, как мама успела мне что-то засунуть в правый карман штанов. Оставив меня в подвале, устремилась наверх и заперла за собой дверь. Я услышал сверху крики матери и разъяренный рык неизвестного пирата. Кинувшись по лестнице к люку, я в бесплодных попытках пробовал его открыть, но всё напрасно, он был крепко заперт. Неожиданно раздался выстрел и грохот упавшего тела. Потом я услышал голос пирата:       − Сожгите здесь всё, я хочу, чтобы здесь ничего не напоминало об этой подстилке так называемого Короля пиратов.       − Да, Кайдо-сама! - ответили видимо его подручные.       − Вы уверены, что у неё не было детей? - спросил Кайдо.       − Уверены! Мы очень тщательно подошли к пыткам жителей и все как один клялись, что она жила одна.       − Золото и фрукт нашли? - спросил Йонко.       − Тут пусто, и никаких тайников не видно.       − Значит Роджер отдал остатки казны и фрукт, скорее всего, Рейли... Всё, уходим.       - Кайдо-Сама, с восточной стороны деревни на нас нападают, у нас запросили помощь по Ден-ден муши. Говорят, что это Драгон со своими людьми. - завопил один из пиратов.       − Отступаем, нет смысла с ними связываться, мы завершили здесь все свои дела - ответил босс пиратов.       Раздался топот ног, а потом я услышал звук рушащихся балок.       Спустя час я сидел в подвале, и горевал о потере единственного близкого мне человека: "Мамочка, как же так, почему ты меня оставила. Как я теперь буду без тебя?" Потом мне вспомнились лица многих жителей посёлка, которые были добры ко мне и друзья детства. Нахмурившись и сжав в ярости кулаки, я поклялся: "Мама, друзья и остальные, я обязательно отомщу Кайдо за вас! Он пожалеет о том, что посмел убить близких мне людей! Я клянусь, в будущем стану таким сильным, что никто даже косо не посмеет посмотреть на дорогих моему сердцу людей!       Засунув свою руку в карман, неожиданно, я нащупал свернутый клочок бумажки и сразу вспомнил, что это мама подложила мне её. Вытащив её из кармана и развернув послание с последними словами матери, сквозь слёзы я попытался её прочитать, но из-за влаги в глазах слова размывались. Вытерев рукавом слёзы, я наконец-то приступил к чтению записки:

"Дорогой Дан! Если ты читаешь эту записку, значит мы не успели вместе с жителями эвакуироваться с острова. Кайдо напал на него раньше, чем мы рассчитывали. Скорее всего, я погибла, так как ни за что бы не покорилась такому ублюдку как он. Дождись командира революционеров и твоего дядю Драгона, я послала ему весточку, он обязательно придёт на помощь и позаботится о тебе. Драгон отвезёт тебя на Сабаоти, там ты найдешь старпома твоего отца Сильверса Рейли, который обретается в баре Шаки, у него хранится твоё наследство. После чего плыви в Ист Блю, где живёт твой сводный брат. Попроси Драгона, он знает о ком я говорю. И прости, что я тебя так рано покинула. Да-да, ты правильно понял, твой отец, знаменитый Король Пиратов Голд Д. Роджер. Носи с гордостью свою фамилию, когда станешь сильным! С любовью, Мама".

      Всхлипнув, я аккуратно, будто драгоценность, сложил записку и сжал кулаки и поклялся: "Я не подведу вашу память мама, папа, обещаю, вы будете мной гордиться!" Оглядевшись вокруг, я раздумывал, как же буду отсюда выбираться, насколько мне известно, тайного прохода в подвале нет. В сумрачном помещении вокруг меня около стен стояли бочки с соленьями, свисали пучки грибов, копчёной рыбы и множество разных лечебных трав, казалось, что это подпол знахарки... и хлопнул себя по лбу, вспомнив, что вообще-то так и есть, мама ведь руководство деревни совмещала с врачебной помощью жителям. Неожиданно сверху послышался грохот растаскиваемых брёвен. Я вскочил, и подобрал палку, валявшуюся рядом со мной. Осмотревшись, я кинулся за бочку, которая стояла в самом тёмном углу подпола и притаился за ней. Через минуту раздался скрип открываемого люка и в него заглянула огромная голова:       − Командир, я чувствую здесь ребенка, близкого вам по духу! - сказала она, как будто к чему-то прислушиваясь.       Сверху послышался топот шагов и в подвал влетел высокий мужик в зелёном плаще, с татуировкой на левой стороне лица. Его руки и лицо были сильно запачканы сажей, как у трубочиста. Я внимательно наблюдал за ним, и он мне показался смутно знакомым, чем-то похожим на мою маму. Мужчина остановился посреди подпола и с беспокойством стал осматриваться. Выглянув из-за бочки, я спросил его:       − Дядя Драгон?       Увидев меня, он мгновенно оказался рядом, схватив за подмышки и подняв в воздух, стал меня с беспокойством осматривать:       − Дан, с тобой всё в порядке? Тебя не ранили?       − Нет, до того, как пираты добрались до нашего дома, мама успела спрятать меня в подвал. Она не выжила? - спросил я всхлипнув.       − Мне очень жаль, но, скорей всего, нет. Огонь снаружи был слишком сильным. - сочувствующим голосом произнёс Драгон.       − Ладно, пойдём, мои люди отведут тебя на корабль, незачем здесь оставаться, смотреть на разрушенную деревню и трупы людей, только ещё больше расстроишься. А мы пока всё подготовим, к их достойному погребению. - сказал дядя, поставив меня на пол.       Поднявшись наверх, я увидел, что нашего дома больше не существует, вместо него пепелище, а вокруг него разбросаны обгоревшие брёвна. Небо было пасмурным под стать событиям и навевающим уныние, моросил редкий дождь, казалось, будто само мироздание оплакивает погибших. Докуда хватало взгляда, раскинулись пожарища жилых домов. Повсюду ходили люди Драгона, одни старательно, словно трудолюбивые пчелы, собирающие мед, растаскивали обугленные доски на месте пожарищ, видимо, искали заваленных людей, ну а вдруг есть выжившие? И найти тела погибших жителей, чтобы отдать им последние почести. Другие, относили тела убитых на площадь, складывая их в определенном месте, а затем собираясь похоронить.       − Ива! Отведи мальца на корабль, останься и присмотри за ним. - приказал Дядя, подзывая кого-то.       − Есть, командир!       Посмотрев в сторону откуда раздался голос, я увидел... потёр глаза... а картинка ни фига не изменилась. (POV автора: я не буду внешность этого описывать!!! Дайте мне это развидеть!!)       − Дан, что-то не так? - спросил у меня Драгон.       − Не знаю, мне кажется, я вижу перед собой какой-то глюк.       − Слышал Иванков, тебя глюком назвали! - сказал, Дядя, стараясь удержать на лице безэмоциональную маску, скорей всего, чтобы не разбить вдребезги привычный образ поведения командира на мельчайшие осколки, вызвав у бойцов когнитивный диссонанс. Драгон натянув поглубже капюшон плаща, сотрясаясь в беззвучном смехе, отвернулся в противоположную сторону от подчиненных, занимающихся спасательными работами и поиском останков мирных жителей.       Подбежавший Иванков возмущённо на меня посмотрел:       − Я не глюк, а Эмпорио Иванков, Король оккам.       − Да, да, как скажете, - помахав рукой, я развернулся и пошёл по дороге, в сторону бухты.       Мы направились к выходу из деревни по широкой дороге, тянувшейся вдоль разрушенных домов, постепенно еле моросящий дождь заканчивался и хмурые тучи почти полностью миновали селение, а вдалеке показался их край. Так, шагая вместе с Иванко к воротам и поглядывая на небо, а потом возвратив взгляд на дорогу, я с сожалением оглядывался по сторонам. С обоих сторон высились остовы зданий, от их красоты не осталось ни следа, только руины, в которых смутно угадывалось прежнее великолепие. Я шагал вперед вместе с Эмпорио, который, не отвлекаясь на посторонние дела старательно охранял меня, и следил за окружающей обстановкой. Приближаясь к выходу из поселения я заметил, как Иванко достал из кармана плащ и закутался в него, видимо для того, что если нам кто-то встретится, не сразу бы опознал в нем реально опасного преступника.       Наконец, дойдя до выбитых створок высокого частокола, я огляделся по сторонам, и картина, представшая перед моими глазами, еще больше испортила мне настроение − бревенчатые стены, обмазанные смолой, а на всем их протяжении виднелись проемы, их края были до того аккуратными, филигранно вырезанными неизвестными техниками, что у меня сложилось впечатление, словно тут поработал фигурный резчик по дереву. Нахмурившись, разглядывая эти огромные отверстия, в которых способно разминуться пара человек, я размышлял, с помощью чего их сделали, клинковым оружием или это способности фрукта?       Дорога вывела нас за ограду, на протяжении сотни метров вокруг частокола, раскинулось свободное от деревьев пространство. Вплоть до деревьев, за исключением дороги, всю землю окрест устилал сочно зеленый травяной ковер, едва колыхающийся под порывами легкого ветерка, дующего нам навстречу. Передвигаясь по дороге в сторону раскинувшихся впереди джунглей, я думал о лагуне, где на построенном руками жителей причале, кинул якорь корабль Драгона, каково состояние построек, находящихся там, разрушили их пираты Кайдо или нет?       Цепочка размышлений привела меня в конце концов к тому, что я вспомнил, как недавно увидел наш остров с вышины. Буквально месяц назад, показывая, как правильно использовать Геппо, мама, схватив меня в охапку, совершила под облаками круг вокруг острова, заодно приучая меня к тому, чтобы я не боялся высоты. Наш небольшой городок находился в подбрюшье острова, имеющего форму подковы, на котором росли сплошные джунгли, и вот в самом их сердце, располагалось наше поселение.       И вот, очнувшись от раздумий, я обратил внимание, что мы подошли к опушке леса. Дорога тянулась дальше вглубь, и вот, войдя в джунгли, осматриваясь вокруг в поисках угрозы, не заметно ли рядом каких-либо хищников, я увидел взмывавшие вокруг нас ввысь огромные деревья, и всевозможные ротанги. Раздавался шелест листьев и чириканье птиц, а из глубин леса иногда слышался мощный рык неизвестных хищников. Причудливые лианы змеились от одного дерева к другому, большинство деревьев были увиты ими, и благодаря шурудящему их ветру, казалось, что это крадется выводок питонов, охотящийся на остающихся в неведении обезьян, которые скачут по пальмам. Они, ухитряясь помогать себе хвостами, и цепляясь ими за ветви, орут как оглашенные, успевая отвешивать друг другу пенделей, в попытках поделить найденную пищу.       Шествуя с Иванко, на запад, в сторону причала, я заметил, что Эмпорио, шагая по правую руку от меня, не забывая о своих обязанностях, и не отвлекаясь на ор макак, с серьезным выражением лица, сканирует обстановку вокруг нас. Не буду ему мешать, может, где-то в джунглях бродят не успевшие сбежать заблудившиеся Кайдовские недобитки. Повернув голову обратно, я ощутил дующий мне прямо в лицо муссон, он доносил запахи свежего воздуха, пропитанного ароматами растений. Переведя взгляд вверх, я поразился увиденной картине, представлявшей собой светло голубой безоблачный небосвод, на котором полыхал прекрасный, багровый-алый закат.       Внезапно, сзади послышался едва различимый шелест кустов и сразу после этого за спиной Иванко, прямо около него раздался звук сильного удара и крошащегося металла. Я резко начал оборачиваться, в то время как Эмпорио тут же отреагировавший, загородил меня. Выглядывая из-за оккамы, увидел неизвестного в хламиде, он с удивлением кинул взгляд на рукоять кинжала в руке. Молниеносно отпрыгнув на десяток метров, вражеский лазутчик, приготовившись к бою, принял атакующую стойку.       Иванко, в мгновение ока размазался в воздухе, и появился возле асассина, в ту же секунду ударив противника потемневшим кулаком, неизвестный в черном балахоне невероятно изогнулся назад, как гуттаперчевый акробат, перед этим умудрившись невидимыми мне ударами обрезать ему по плечи рукава. Но дальше атаки не прошли, им помешала задействованная Эмпорио способность. Неведомый враг, пропустив кулак над собой и оттолкнувшись руками от земли, резко подпрыгнул с непредставимой для меня скоростью. Я успел засечь только размывшийся силуэт, который, приземлившись за спиной Эмпорио, нырнул к его ногам, пытаясь подрезать сухожилия, вылетевшими из рукавов кинжалами, ограничив его движения. Видимо, опасается его шибко быстрых атак, предупреждая Иванко, я закричал:       − Ива, берегись, сзади! – болея за Эмпорио, я обессиленно сжал кулаки, обеспокоенно думая, как бы ему помочь… Но что я могу сделать? Я не знаю никаких сильных техник.       В это время Иванко разворачиваясь, неожиданно для врага отскочил в сторону, а лазутчик, среагировав на движения окаммы, и мгновенно приблизившись к нему, вспорол кинжалами воздух в том месте, где только что находился Эмпорио. Но было поздно, Иванко моментально сместившись вбок, тут же непостижимо как возник за спиной ублюдка. Резко размахнувшись и сконцентрировав в руке еще больше непонятной мне силы, благодаря чему она стала черной, как безлунная ночь, ударил, целясь в лицо бойца, я смог лишь с грехом пополам углядеть атаку, увидев лишь смутный темный силуэт конечности, приближающейся к роже злодея на невообразимой скорости. Вражеский боец, как будто имея глаза на затылке, начал отклоняться и лишь слегка не успел избежать атаки, она попала ему в плечо. Он вознесся высоко вверх, и закрутившись против оси, врезался в дерево, стоявшее за ним, сила удара была так велика, что я не могу себе представить, почему он не сломал его? Он оставил в нем только отчетливый силуэт своей фигуры. Боец отключившись, оседая на колени, сполз на землю.       Капюшон сполз с его лица, и мне стала видна его внешность, которая была до того незапоминающейся, что складывалось впечатление, что стоит мне отвернуться, я мгновенно забуду, как он выглядит. Черты лица издалека казались очень невзрачными, какими-то смазанными, подойдя поближе и приглядевшись, я все-таки разглядел, как он выглядит, прямой нос, тонкие губы, впавшие щеки, прижатые к голове уши среднего размера и темные брюнетистые волосы, а также короткая прическа.       Эмпорио, не теряя времени, тут же резко переместился к нему и достав из-за пазухи веревку, отливавшую сталью, примотал его к дереву, привязав врага к нему до того сильно, что она врезалась лазутчику в кожу сквозь балахон. Я подошел к Иванко, и увидел, как он размахнувшись, бьет его по щекам, пытаясь заставить того очнуться, остановившись рядом и взглянув на Эмпорио, спросил:       − Ива, как ты считаешь, кто это, и с чего вдруг он решил на нас напасть? – задав вопрос оккаме, одновременно с этим я сосредоточил взгляд на лазутчике, стоя по левую руку от Эмпорио.       Иванко, дожидаясь, когда очнется вражеский лазутчик, ответил:       − Без понятия, сейчас он очнется, и я быстро его разговорю… − Оккама с ненавистью сверлил взглядом урода, посмевшего подвергнуть опасности охраняемого, видимо представлял, что если бы он не успел отреагировать на коварную в спину атаку, то, скорей всего, целью балахонистого типа был я, может он хотел взять меня в заложники.       Тут, ниндзя застонал и разлепил глаза, зафиксировал взгляд на Иванко, поняв кто перед ним, он заскрипев зубами, и искривив лицо в ненависти, выплюнул, громко зашипев, как змея:       − Ублюдочный извращенец, не обольщайся, тебе просто повезло победить меня! Я не знал кто передо мной, потому и сражался экономя силы! – он откинул голову на дерево приготовившись к пыткам.       Иванко разозлившись, и резко отведя ногу назад, взбешенно прожигая в противнике дыру взглядом, заорал:       − Козлячьим слабакам, слова не давали! – и ударил лазутчика по «колокольчикам».       Наблюдаю за муками лазутчика я подумал, вот вроде бы он сам нас атаковал, но только лишь из-за мужской солидарности, я сочувственно сморщил лицо, словно в попытках съесть лимон, слегка сопереживал бедному ниндзя, это блин ведь, наверное, очень больно…       В руке Иванко из ниоткуда возник огроменный шприц, предвкушающе улыбнувшись, и ехидно смотря на врага, который пытался оправиться от ущерба и рефлекторно скукожится, как улитка, но к его великому сожалению, потерпел неудачу из-за пут. Эмпорио протянул, обращаясь к лазутчику:       − Дорогой мой испытуемый, знаешь ли ты, что за жидкость здесь? – И поводил шприцем перед его лицом. Ниндзя взглянув на орудие пытки, и осознав, что перед ним такое, побледнел, взгляд заметался в поисках спасения. А потом на пару секунд погрузившись в размышления и что-то решив про себя, он в непоколебимой уверенности, что вытерпит любые мучения, ответил:       − Тебе не удастся меня испугать, я терпеливо перенесу все пытки, и если какой-то твой вопрос мне не понравится, я перекушу себе язык! – он ухитрился взглянуть на нас, как на надоедающих ему мошек, и замолк, приняв неприступный вид.       Эмпорио ухмыльнулся, и саркастично произнес:       − Посмотрим, сладенький, как ты запоёшь, когда станешь бабой… − а в это время вражеский лазутчик наблюдал, как шприц приближается к нему, он окинул нас взглядом и осклабившись прикусил зубы.

***

      «Я только потом понял, что враг задумал убить двух зайцев финальной атакой, которую от него не ожидали, забрав нас с собой на тот свет».

***

      Раздался взрыв, за секунду до него, Иванко внезапно схватив меня в охапку, отпрыгнул не меньше чем на двадцать метров, почернев и встав спиной к шпиону, оберегая меня от ущерба. Сзади послышался скрип падающего дерева. Отпустив меня, Эмпорио обернулся и уставился на истекающие кровью мелкие части тела, падающие сверху. Иванко сокрушенно и со всей силы топнул ногой:       − Эх, если бы я знал, что он умудриться себя подорвать! Отвлешись на превращение его в девушку, я не смог прочитать его намерения, нас только моя реакция спасла… − нахмурившись и казня себя за то, что ошибся, он подошел к останкам, ища хорошо сохранившиеся фрагменты одежды, может найдет в них какую-то подсказку, касательно того, чей он человек, и вдобавок попытаться разъяснить его личность.       В отвращении смотря на останки, я отвернулся и отбежал на вперед, зажав нос рукой, запах до того гадостно противный, из-за него мой желудок сжался в спазмах, и я старался удержаться от рвоты. Сзади, послышался плеск жидкости, Иванко чем-то облив останки, поджег их и подбежал ко мне, сказав:       − Пойдем, нечего тут больше делать, к сожалению, личность его так и не выяснил, фрагменты одежды распались на моих глазах… − мы с оккамой направились дальше к причалу. Шагая рядом с Эмпорио, я спросил его:       − А ничего, что ты там разожжённый огонь оставил, он не перекинется на деревья? – я посмотрел вперед в ожидании того, что он мне ответит.        − Да все нормально, это спец жидкость, предназначенная специально для сжигания останков, как только она полностью уничтожит их, тут же затухнет. − ответил мне Иванко, натягивая обратно капюшон и стараясь идти немного впереди меня, на случай, какой-либо угрозы, чтобы первым встретить неожиданную опасность, как только он её почувствует.