Возвращаясь к жизни

      Густус и Ания провели всю ночь в больнице. Женщина не давала отцу Александрии впасть в отчаяние. Постоянно находилась рядом, заставляла поесть и выпить немного кофе.       Младшая Роуз всё ещё находилась в реанимации, никаких изменений не происходило.       В девять утра сменить уставшую и измотанную пару приехали Линкольн и Рейвен. — Как вы? — у Линка были круги под глазами, что говорило о том, что парень не спал всю ночь. Спасало только то, что Октавия была рядом.       Густус посмотрел на него поникшими глазами: — Никаких изменений. Я останусь ещё. Не могу отсюда уехать, не могу быть далеко. — Дорогой, сейчас мы поедем домой и немного поспим. Ребята будут здесь, а ты должен беречь себя ради нее, — Ания обняла мужчину, пытаясь достучаться до него тихим и спокойным голосом. Впервые за всё то время, что они были вместе, женщина проявляла свои чувства на людях, тем более при своём сыне. — Густус, мама права: ты должен отдохнуть. Если что, я сразу позвоню вам и вызову в больницу, — Линкольн был подавлен, но понимал, что плохо не только ему. Все они должны держать себя в руках.       Старший Роуз, поколебавшись, молча направился к выходу. Ания, по очереди обняв Линкольна и Рейвен, направилась следом.       Парень с девушкой сидели молча. Ни у кого не было слов, чтобы описать свое состояние. Вся эта ситуация выбила их из привычной колеи. — Хочешь кофе? — Рейвен не могла просто сидеть на месте. — Я пойду, куплю что-нибудь в буфете. Мне нужно чем-то заняться. Не могу думать о том, что она лежит там одна, вся в трубках и капельницах. — Я бы выпил что-то покрепче, но не думаю, что в буфете продают алкоголь. Возьми чёрный кофе покрепче, пожалуйста, — ответил Линкольн, протягивая банкноты.       Как только Рей ушла, на телефон Линкольну пришло смс: Кларк Гриффин: Линкольн, вы на месте? Как она? Есть какие-то новости? Я хочу приехать. Линкольн Спенсер: Мисс Гриффин, побудьте дома. Пока никаких известий нет. Как только что-то появится, я сообщу. Жду вас вечером, чтобы сменить нас с Рей.

***

      Кларк не могла найти себе места. С самого утра она рвалась в больницу, но родные по очереди отговаривали её.       Сенатор безмолвно следил за поведением дочери. Он был слишком умен для того, чтобы не понять, что происходит с ней. — Милая, нам нужно поговорить, — мистер Гриффин пригласил девушку в кабинет. Если забыть о том, что маньяк пойман, то без агентов ФБР в доме было пусто. — О чём ты хотел поговорить, папа? — блондинка присела на краешек дивана. — Я хочу, чтобы ты посмотрела эти фотографии и потом рассказала мне, что происходит, и как мы дальше будем жить, — сенатор протянул дочери тот самый конверт.       Как только Кларк вытащила первое фото, её затрясло: вот они с Лексой сидят на лавочке возле клуба, вот Кларк несмело целует Роуз. Волна страха и паники накрыла девушку с головой. Гриффин не смела поднять глаза на отца. — Итак, Кларк, я получил эти фото около недели назад. Думаю, сразу после данного инцидента. Исходя из хронологии событий, инициатором целиком и полностью была ты. Всё это время я не придавал значения этим фотографиям, так как думал, что всё это — твои пьяные выходки и эксперименты перед свадьбой. Но после того, что случилось вчера, я всерьёз задумался, что это были не просто пьяные поцелуи с красивой и недоступной девушкой. То, как ты вела себя после нападения, как сидела вся в крови, держа её за руку, не говоря уже о том, что ты ей шептала, — я мог списать это на шок, как, в принципе, и поступил твой женишок, но вот в больнице я уже убедился во всём на 100%.       Блондинка всё это время сидела, глядя в пол, никаких слов в ответ отцу вымолвить не могла. — Да, Кларк, твой отец ещё на что-то сгодится. А теперь скажи мне, дочка: ты любишь эту девушку? Ты любишь её настолько сильно, что можешь сломать себе жизнь?       В ответ отец получил только короткий кивок головой. — Я понял тебя и очень рад, что ты честна со мной, — старший Гриффин сел рядом с Кларк на диван и взял её за руку. — Но замуж за Финна ты выйдешь в назначенный день.       Блондинка подняла на отца непонимающий взгляд. — Пойми одно, дочка: все знают о вашей помолвке и ждут свадьбу. Только подумай, какой будет скандал, если мы всё отменим за неделю до бракосочетания! А тем более если отменят свадьбу из-за охранника невесты. Давай даже уточню: из-за девушки-охранника невесты. Я хорошо отношусь к Финну, но ты моя дочь, и я люблю тебя. После свадьбы пусть пройдет немного времени, и ты уйдешь от него. Не получилось, не срослось. И все СМИ будут обсуждать, какая бедная и несчастная дочка сенатора, что её, молодую и красивую, бросил муж. Ну разве это не отличный план? Мы люди публичные, мне не нужны скандалы в подобной тематике, — сенатор был очень доволен собой. — Папа, это нечестно по отношению к Финну! Он этого не заслужил, — девушка была в шоке от предложения отца. — Кларк, ты привыкла отлично жить, ездить на комфортабельных машинах, отдыхать на дорогих курортах. Ты не работаешь и даже не задумываешься о работе! Я заслуживаю немного сочувствия с твоей стороны? Со всех сторон ты видишь только себя! Вокруг тебя много людей, Кларк. Пора думать и о нас с матерью тоже! — очень давно отец так не кричал на блондинку. — Ты сделаешь так, как я сказал. Можешь встречаться со своей Роуз, когда хочешь, но ты выйдешь замуж!

***

      День длился слишком долго, и блондинка не могла дождаться своей смены в больнице.       Телефон оповестил о новом сообщении: Линкольн Спенсер: Кларк, показатели улучшились, её перевели в обычную палату!       Блондинка начала собираться в больницу задолго до назначенного времени. — Милая, я хотел поговорить по поводу свадьбы. Сейчас, когда мы можем ничего не опасаться, возможно уехать в свадебное путешествие, — Финн был так счастлив и просто фонтанировал идеями. — Кларк, можно уехать на острова и забыть обо всём! Кларк! Кларк? Ты вообще меня слышишь? — Мне некогда сейчас. Я должна ехать в больницу, сменить Линкольна на дежурстве, — Гриффин не разделяла позитивного настроения жениха. — Дорогая, я не понимаю, зачем ты это делаешь. Она выполняла свою работу, она обязана была тебя защитить. Ты ей ничего не должна, — на лице Финна отражалось совершенное спокойствие и безразличие.       В этот момент глаза Кларк вспыхнули недобрым огнем. — Знаешь, дорогой, да, это её работа, и она должна была меня защищать, но это не значит, что обязана была броситься под пулю. А ты, мой будущий муж, который тоже должен меня защищать, стоял рядом и даже не шелохнулся, не подумал закрыть меня грудью. И я не говорю, что ты обязан, но даже после всего этого ты не спросил, как я! — спокойный голос блондинки перешёл на крик. — Поэтому сейчас я поеду к девушке, которая, выполняя свою работу, чуть не лишилась из-за меня жизни!       Договорив, Кларк громко хлопнула дверью и направилась во двор, где её уже ждала Октавия и водитель.       Приехав в больницу и наскоро надев халат и бахилы, Гриффин побежала по направлению палаты, которую указал Линкольн в смс. Октавия почти не успевала за ней.       Негромко постучав в дверь, блондинка зашла в небольшую комнату с белыми стенами. Линкольн и Рей сидели на маленьком диванчике, ребята были ужасно измотаны. В центре палаты, на большой больничной койке лежала Александрия, очень бледная, с кучей подключенных приборов, капельниц и датчиков.       Кларк не могла сдержать слез. Она так и стояла возле двери, не в силах сделать шаг. — Мисс Гриффин, вы рано. Ещё даже нет шести вечера, — шёпотом обратился к блондинке Линкольн. — Все нормально. Как только я получила смс, сразу выехала, — таким же тихим голосом ответила Кларк. — Вы совершенно не обязаны это делать. У нас хватает людей, чтобы дежурить. Вам нужно готовиться к свадьбе, это важно, — Линкольн не понимал рвения дочки сенатора. — Линкольн, самое важное для меня сейчас — чтобы с Лексой всё было хорошо, и я хочу быть рядом, — Кларк говорила уверенно, чётко глядя Спенсеру в глаза.       Повисло минутное молчание. Первой не выдержала Рей: — Линкольн, за это время Кларк и Лекса стали очень близки. Как тебе сказать... слишком близки...       После услышанного у парня буквально полезли на лоб глаза. Рейвен продолжала: — Поэтому сейчас мы поедем отдыхать, а Кларк останется с ней. И ещё мы заберем с собой Октавию, и она тебе всё расскажет.       Линкольн был в шоке, он устало улыбнулся. — Ну, Роуз, стоит тебе только очнуться, ты мне всё расскажешь сама. Охмурить дочку сенатора — совсем не плохо!       После того, как ребята удалились, Кларк подвинула стул ближе к кровати Александрии. — Не знаю, слышишь ли ты меня сейчас, но я по тебе скучаю. Я не знаю, что ты чувствовала, как тебе было больно, какие мысли были в твоей голове. Но так боюсь тебя потерять, ты так нужна мне!       Блондинка несколько часов просто сидела рядом, наблюдая за ровным дыханием шатенки.       К двенадцати часам ночи возникли грусть и отчаяние: ничего не меняется, кроме её капельниц.       Слёзы снова начали душить Гриффин. Она положила голову возле ног Александрии, больничное постельное белье впитывало её слезы.       Вдруг девушка почувствовала лёгкое, почти невесомое касание. Подняв голову, Кларк увидела приоткрытые зелёные глаза, которые с нежностью смотрели на неё. — Боже мой! — блондинка подскочила со стула. — Ты очнулась! Ты очнулась! Мне было так плохо без тебя!       Открыв дверь в палату, Гриффин крикнула: — Срочно позовите доктора!!! Она очнулась!!! — Я так люблю тебя, — прошептала Кларк, медленно возвращаясь к Александрии.