«Пустошь»

Говорят, это невозможно, Но они забыли о Чёрной Дыре, что высоко в небе. Вчерашний день — ничто, И у меня есть полжизни, чтобы его переписать, Пока я лечу в будущее. Я дам науке прорваться вперёд, И это будет последним излечением, Ведь я намереваюсь стереть прошлое. С помощью энергии Умирающей звезды, Я найду тебя, Где бы ты ни был И в каком бы времени ни находился. (Starset — The Future is Now)

Людям стоит думать настоящим. Если как-то нарушить баланс, смешивая его с прошлым или будущим, предсказывая судьбы или же постоянно возвращаясь в прошлое, коря себя за свои ошибки, то можно нанести вред не только себе, но и окружающему миру. Научиться наслаждаться настоящим моментом жизни, отпуская призраки прошлого и размытые фантомы будущего, — вот о чем должен заботиться человек. Настоящее не может пугать, слишком кратковременно это мгновение. Распахнутый, устремленный вперед взор и счастливая улыбка на губах. Без страха и полный светлых надежд. Вот такой он и есть, Бён Бэкхён. Дуновение свежего ветерка колышет тёмно-русые волосы юноши, крутящего педали туристического велосипеда с ярко-оранжевой рамой. Он жмурится от слепящего солнца и продолжает упорно ехать вперёд по небольшому подъёму. Впереди уже заметны крыши и корпус светлых построек сквозь раскидистые зелёные ивы. Парень останавливается возле кирпичного забора и встаёт с велосипеда, подвозя его к широким металлическим двустворчатым воротам. Он здоровается с охраной и называет своё имя, после чего створки ворот раскрываются. Впереди, возле входа в главную постройку, молодой человек замечает велопарковку. Он снимает с велосипеда увесистые сумки. В момент, когда щелкает последняя застёжка прикрепленного к багажнику рюкзака, к парню подходит худенькая девушка в белом халате поверх бежевого платья, подчёркивающего её стройность. — Вы Бён Бэкхён, наш новый медбрат? — интересуется она, выражая своё приветствие тёплой улыбкой. Юноша опускает рюкзак на землю к остальной поклаже, вытирает пот рукавом олимпийки и кивает, здороваясь с молодой особой. — Я Ким Суён, одна из сиделок этого дома для престарелых. Мне было велено Вас встретить и ввести в курс дела. Бэкхён повторно здоровается с девушкой, продевает сквозь колесо и стойки велопарковки трос, закрепляет его на замке и поднимает пару рюкзаков. Суён помогает ему донести до его комнаты более лёгкую поклажу и даёт время распаковать вещи и устроиться, оставляя юношу одного. Когда дверь закрывается за девушкой, парень присаживается на постель и судорожно глубоко вздыхает. Всегда волнительно оказываться в новой, незнакомой среде. Бэкхён переводит дыхание, подходит к окну и отодвигает шторку, глядя со второго этажа левого корпуса на расстилающийся вид небольшого парка, где в этот момент гуляет несколько пенсионеров с персоналом. Парень не смеет сдержать улыбки, заметив одну старушку в соломенной шляпе, которая «читает», при этом держа книгу вверх тормашками. Дом для престарелых со странным, на взгляд Бэкхёна, названием «Пустошь» располагается на небольшой возвышенности в провинции Кёнгидо недалеко от Сеула, где родился и закончил университет этот парень. Это достаточно крупное учреждение, в котором проживает около трехсот пожилых людей и более сотни человек персонала: врачи, сиделки, медсёстры, повара, охрана, уборщики и тренеры. Бэкхёну повезло найти работу в «Пустоши», этот дом для престарелых в почёте, да и зарплата хорошая. Благодаря отличным рекомендациям юношу приняли с распростёртыми объятиями, дав положительный ответ на следующий день, когда получили по факсу все необходимые документы для приёма на работу. Бэкхён был сильно привязан к своим дедушкам и бабушкам. Он часто навещал их, помогал по хозяйству, оставался на все каникулы. Наверное, по этой причине он и решился стать медбратом в доме для престарелых, ухаживать и заботиться о тех, о ком люди совершенно забывают с приходом старости. Замечтавшись, Бён вздрагивает от стука в дверь. Возвращается Суён и отдаёт парню тонкую папку с расписанием всех мероприятий, часов приёма еды и списком людей, к которым пристроили медбрата. В нём оказывается семнадцать имён. Не так много для «свежей крови» в персонале дома престарелых. Может, дело в том, что юноша замужний? Поэтому ему по статусу не положено много работы. Встречающая его девушка уже имела свой ярко выраженный «ангельский поцелуй» на шее. Следовательно она встретила своего Соулмейта. Повезло. Наверное, по этой причине Суён была с первой минуты знакомства столь приветливой. У Бэкхёна тоже была, как и у всех, своя метка, на ключице в виде знака бесконечности с четырьмя точками. Но она была не яркой, а тусклой и еле заметной. Парень до сих пор не встретил свою вторую половинку, хотя Бён уже связал себя узами брака. От многих людей удача отворачивается и им не удаётся найти своего Соулмейта. Суён своим вскользь невинным вопросом о наличии детей заставляет Бэкхёна понуро опустить голову. — Нет, пока нет. Ему с трудом даются эти слова. Парень с печалью поглядывает на своё обручальное кольцо. Год назад они с Сехуном обручились, но у них до сих пор так и не получилось завести детей. Может, всё дело в том, что парень не его Соулмейт? Поэтому им так трудно зачать ребёнка? Его муж хороший, добрый, понятливый, бережно относится к Бэкхёну и любит, но этого мало молодому человеку. Бён чувствует себя эгоистом, раз его не устраивают, считайте, идеальные отношения с Сехуном. Такое не каждому дано. Но чего-то не хватает. Всё больше он задумывается над тем: любовь ли он испытывает к мужу или это просто привязанность из-за долгих совместно проведённых лет? С О Сехуном они познакомились во время практики Бёна в одной из больниц Сеула. Сейчас Сехун работает в клинике города, а Бэкхён нашёл работу в «Пустоши». Они семейная пара, которая временно разбежалась из-за работы по разным городам. Бён понимал с самого начала, что из-за сильной нагруженности на работе они вряд ли смогут часто видеться, поэтому мечтал о ребёнке с самого медового месяца. Если бы Бэкхён сидел с малышом дома, в их двухкомнатной квартире в Сеуле, то смог бы чаще видеть мужа, чем пребывая на рабочем месте. Вчера они распрощались на целую неделю. По привычке Сехун клюнул в щёку поцелуем и пожелал удачи, собираясь на работу. Муж Бэкхёна нравился и до сих пор нравится многим, но повезло именно Бёну. Их дружеские отношения изменила одна ночь, когда пьяные парни разоткровенничались, жалуясь на отсутствие личной жизни, после чего приятель, будучи не в состоянии покинуть квартиру, заночевал у Бёна. Проснулся Бэкхён от настойчивых поцелуев и чужих рук, пробравшихся под пижаму и мнущих его соски. Бён тогда практически не оказал сопротивления — трудно, когда давно хотелось секса, а его удел — дрочка на парней с экрана ноутбука. Он смиренно лежал на простыни, отдаваясь уверенной ласке. Утром их ждал долгий и неприятный разговор, после которого они начали официально встречаться. Бэкхён всё чаще задумывается о том, что они с самого начала встречались и строили отношения по принуждению со стороны родственников О: переспал — неси ответственность. Сехун хороший малый и не мог по-свински обойтись с другом, поэтому и поступил, как его учили с самого детства: слабых и ранимых нужно защищать, любить и заботиться о них. Порой он перегибает палку, отчего Бэкхён бесится. Да, он из тех, кто способен зачать ребёнка в их паре с Соулмейтом, приравненный к женскому полу из-за этой особенности, но парень, сильный и самостоятельный, способный сам за себя постоять, нести ответственность за свои поступки и таскать тяжести. Сехун слишком взял его в оборот и не даёт и шагу ступить без «А ты сможешь? ..». Бэкхёну двадцать шесть, он замужний парень, имеет работу и незаурядную внешность, на которую ведутся многие, но он верен супругу. Даже если они — не Соулмейты, и если Сехун решит ему изменить с кем-то другим. Бён боится, что О сможет найти своего Соулмейта и уйти к нему, оставив Бэкхёна один на один со своим внутренним одиночеством. Наверное, чтобы быть хотя бы кому-то нужным, парень и устроился на работу в «Пустошь». После небольшой экскурсии по корпусам дома для престарелых, организованного той же сиделкой, Бён отправляется к первому своему «пожилому другу». Он в первые же минуты знакомства располагает к себе, поэтому без особого труда находит общий язык со стариком. Далее по плану идёт госпожа Кван, которой оказывается именно та чудаковатая старушка, которую Бэкхён увидел в парке из окна своей комнаты. Он считает её достаточно яркой и необычной дамой пожилого возраста, пока не стучится в комнату очередного одинокого пенсионера. Бэкхён уже наслышан о нём. «Странный Чан». Предположительно девяносто один год. Паспорт утерян. Этот слишком резвый для своего возраста старичок сам постучался в двери «Пустоши» полгода назад. Он постоянно путался, рассказывая о себе, нёс сущую околесицу о людях, живущих на Марсе, и другой цивилизации, летающих утках и самопишущих печатных машинках. А ещё понабрался у подростков молодёжного сленга и слишком продвинут в области видеоигр и навороченной техники. С ним никогда не скучно, но работать со «Странным Чаном» персонал постоянно отказывался, поэтому молодому работнику перепал этот пенсионер. — Здравствуйте, господин Пак Чанёль. Юноша одаривает сидящего на кресле-качалке возле окна старичка дежурной улыбкой и проходит в комнату. Отчего-то ему не по себе. Пленён волнением по непонятной причине. Ещё и его «ангельский поцелуй» зудит и чешется, что бывает крайне редко, в основном весной. Бэкхён представляется пожилому человеку и старается завязать разговор, интересуясь о том, как прошёл у Чанёля сегодняшний день. Как и рассказывали Бёну о старичке, тот тут же, яро жестикулируя, начинает свою историю об ужасном питании и как он поссорился с поварихой, которая почему-то отказала ему в просьбе тайком заказать его любимую пиццу с четырьмя видами сыра. Сквозь многочисленные морщинки Бэкхён замечает достаточно правильные и красивые черты лица. Наверное, молодым господин Пак выглядел превосходно: статный, высокий, с большими, живыми глазами и, вне всяких сомнений, широкой, добродушной белозубой улыбкой. Закрадывается в душу вопрос: почему мужчина одинок? Ведь такой должен был многим нравиться? Отчего сейчас он всеми покинутый попал в дом для престарелых? Где все родные и близкие? Сам медбрат помнит, как же радовались его визиту бабушка с дедушкой, когда они ещё были живы, как часто звонили и спрашивали, когда у Бэкхёна появится свободное время вновь их навестить. Старые люди — самые одинокие. Им, как и детям, необходимы внимание и любовь. Без них они умирают раньше времени, погружаясь сами в себя в попытке отыскать диалог со своим внутренним Я. Бён интересуется у мужчины о его Соулмейте, отчего на мгновение Чанёль замолкает. Похоже, медбрат затронул грустную тему судя по наполненному тёмным одиночеством взгляду. — Я его не встретил. Удача обошла меня стороной, — сцепляет руки в замок Пак, смотрит на выступающие сиреневые вены и сипло выдыхает. То, что он втягивает в рот и прикусывает губу означает одно — мужчине неприятно и больно вспоминать. Бён думает, что трудно прожить жизнь, так и не встретив хотя бы того, кто бы захотел провести её рука об руку, подарив любовь и восторженные улыбки. — Мне тоже не повезло. Я до сих пор одинок, — Бэкхён отвечает откровенностью на откровенность. — Мой символ с каждым годом тускнеет и вскоре совсем исчезнет, что означает одно — в моей родственной душе тухнет жизнь: он стар или смертельно болен. Пожилой человек подаётся вперёд и берёт юношу за руку, чтобы поддержать, сказать, что не всегда Соулмейт — лучший выбор, но резко разжимает пальцы. Пак вдруг начинает задыхаться и хватается за горло, хрипя и пытаясь глотнуть спасительный воздух. Грудь жжет огнём. Бэкхён хочет помочь мужчине, позвать врача, положив руку на дряблую кожу ладони Чанёля, но вскрикивает сам от внезапной колкой боли после первого телесного контакта. Он разрывает свою рубашку и замечает, как проявляется его метка, становясь ярко-оранжевой с коричневой обводкой вокруг рисунка. Это означает только одно… — Ты… Ты… — руки старика сжимают сильнее подлокотники кресла. Его мутные глаза хаотично мечутся от ключицы к перекошенному от не меньшего ошеломления лицу медбрата. Бён и Пак смотрят друг на друга и осознают, в чём причина, которая вызвала столь бурные реакции их организмов, заставив проявиться «ангельский поцелуй» — Соулмейты. Они чёртовы Соулмейты! — Нет, нет, — мотает головой Бэкхён, прижимая ладонь к пылающей метке, и поспешно выбегает из комнаты, хлопая напоследок дверью. Чанёль смотрит стеклянным взглядом на голую белую дверь, сердце ноет от боли — он не сможет дать Бэкхёну того, чего тот достоин. Уже никогда не сможет. Откашлявшись, он хрипло выдыхает: — Бэкхён-а, почему именно сейчас я нашёл тебя? Где ты был восемь лет назад? .. Бён не обращает внимание на обеспокоенный голос Суён, измеряющей давление у одного старичка в холле, стремительно направляясь в свой скромный уголок, где он сможет дать выход своим эмоциям. Он падает на свою кровать и зарывается лицом в подушку. Юноша пытается закричать от несправедливости, которую подготовила ему судьба, но издает только жалкие тихие всхлипы. В этот момент Бэкхён ощущает себя задушенным дважды: обручальным кольцом на пальце и горящей пульсирующей болью меткой на ключице. Ему двадцать шесть и его жизнь рухнула в одну проклятую секунду настоящего, которого он испугался впервые в жизни. Пак Чанёль, предположительно девяносто один год, оказался его Соулмейтом, его родственной душой. Хуже уже ничего не могло с ним случится.

⌚⌚⌚

Тем, что даровано людям свыше, нужно пользоваться с умом. Чанёль усвоил это, наверное, лучше многих. Страшно смотреть на своего Соулмейта и понимать, что променял свои молодые годы на абсолютно ненужные вещи. Каким же он был идиотом! Глядя на Чанёля сейчас, никто бы не смел предположить, что этому старику всего тридцать один год. Как так получилось, что старение настигло Чанёля быстрее, чем его счастливая жизнь с Соулмейтом? У парня была непростая и необычная жизнь, которую все люди прожигают одинаково, читая комиксы и мечтая о чем-то подобном: быть крутым чуваком в костюме супергероя и иметь рядом сексуального и остроумного партнёра. В двадцать три года у Пака появился шанс изменить свою жизнь. Чанёль думал неоднократно о том, чтобы вернуться в прошлое, чтобы предотвратить свое падение с мотоцикла, но у него была только одна попытка — каждая его вылазка в прошлое или настоящее отнимала годы жизни, с каждым прыжком всё больше. Сейчас на кону были двадцать лет. Если бы он вернулся в прошлое, не смог убедить себя забыть Дару и пропустить вечеринку, при этом оставаясь незамеченным для молодого Пака, то он бы уже не вернулся обратно, застряв в спирали времени между измерениями. Он мог, хотя это было рискованно, но чего-то выжидал. И сейчас Чанёль понимает, чего именно он ждал. Словно кто-то Сверху давал ему шанс — он встретил своего Соулмейта. Пак корит себя за то, что открытие своих необычных возможностей лишило его разума. Его дар стал его проклятием. Он открыл Ящик Пандоры, пробудив катастрофу, приведшую его к тому состоянию, в котором он находился. Наивный двадцатипятилетний парень не знал, что ему делать, когда время замерло на мгновение, превратив мир вокруг в неподвижную трехмерную картину. Тогда он вынырнул спустя два года из комы, в которую впал после своей лихой езды на мотоцикле, желая повыпендриваться перед Дарой. Сколько глупостей он натворил — ему стыдно вспоминать. Тогда Чанёль не знал, что тратит свою энергию понапрасну. Он мечтал совсем о другом: слава, признание девушки, в которую он был влюблен, восхищение друзей, родительская гордость за него, что он чего-то достиг в жизни, богатство и слава. Он смог получить всего сполна. Тогда парень не знал, чем может обернуться столь частое использование сверхспособности. Конечно, имея горячую кровь, молодой человек экспериментировал, начиная с краж ювелирных магазинов и заканчивая крупными банками. Он был объявлен в розыск. Пришлось забыть о карьере маркетолога. Куда веселее и интереснее находиться в постоянном раже от своих смелых выходок. Благо лица под маской мастера Йоды никто не видел, поэтому не так просто было отыскать способного останавливать время и прыгать в пространстве преступника. Но и находить время геройствам Чанёль тоже смог. Сначала он открыл только дар контроля над временем, но после смог намного больше — перемещаться во времени. Тогда он ощущал себя маленьким мальчишкой, побывавшим в парке аттракционов. Где ещё можно было посмотреть на города будущего, затусить с людьми на Марсе и побывать на боксе роботов? Он побывал в средневековье, нашептал во сне Бору о строении Солнечной системы и смог воочию увидеть Моа, «прекрасный осенний лист», гейшу, о которой рассказывала ему бабушка. И свершилось то, чего больше всего ждал Чанёль: наконец неприступная Дара стала его девушкой. Но это счастье недолго длилось. Дело было вовсе не в деньгах и дорогих подарках, которыми он постоянно осыпал её, а в том, что Пак начал меняться. Он увядал, с каждым днём его кожа всё сильнее покрывалась пигментными пятнами и морщинами. Он прогнал девушку, поссорился с родителями, впал в депрессию и не выходил из квартиры почти неделю. Когда он вышел на улицу за очередной порцией выпивки и курева, то уже не вернулся назад в свой роскошный особняк. Чанёль не помнит, как оказался после в «Пустоши», но не может забыть того, сколько боли причинил тем, кто по-настоящему любил его, не обращая внимания на его внезапное богатство. Скорее всего, его уже ищут, но никому из полицейских не придёт в голову искать старика, который уже и передвигаться без трости не может. Так он и заплатил своими часами жизни за игры со временем. Теперь у него только одна мечта — Бэкхён. Но сможет ли он вновь поймать удачу за хвост и изменить ход его истории? Бэкхён, очаровательный медбрат, понравился Чанёлю сразу, как только вошёл в его комнату. Открытый и добрый. В нём нет лукавства и можно читать его как открытую книгу. Все его эмоции написаны на лице. В момент, когда Пак дотронулся и осознал, что они Соулмейты, парень понял, чего лишился из-за своей безбашенности. Он мог быть счастлив, дурачиться со своей родной душой, выйти замуж, быть прекрасным семьянином и отцом пары ребятишек, но он всё спустил это в сточные воды ради понтов и желания покорить сердце той, которая рано или поздно нашла бы своего Соулмейта, если, конечно, не оказалась «бракованной». Паку трудно смириться с хитросплетениями судьбы. Но есть шанс всё исправить. У Чанёля есть ещё одна единственная попытка совершить прыжок во времени. Большего его организм просто не выдержит. Поэтому он решается на эту рискованную авантюру. На что не пойдешь ради простого шанса, попытки всё исправить. Он знает наверняка, в какой отрезок своей жизни хотел отправиться: восемь лет назад, семнадцатое апреля, вечеринка у Чунмёна, где он сел на злополучный мотоцикл. Он сжимает кулаки и прикусывает до крови нижнюю губу, закрывая глаза и ощущая, как его тело трясёт во время прыжка. Давно он не путешествовал во времени. Пак понимает, что после прыжка ему придётся тяжело восстанавливаться: все не обойдется простой тошнотой и легким головокружением, как это было в первые десятки раз. Но игра стоит свеч. Если все обстоятельства против, то нужно быть против них. И Чанёль попытается изменить своё настоящее. Вскоре вся «Пустошь» стоит на ногах. Пропал тот, кто столь же внезапно стал одним из постояльцев дома для престарелых, — «Странный Чан». — Ей богу, как в воздухе испарился, — хватается за голову медсестра, спеша к директору, чтобы объявили пиковую группу для поисков чудаковатого старичка. С одной стороны, им приходила кругленькая сумма денег на счет за уход за Паком, с другой, тот был просто хорошим человеком. Девушке невдомёк, как правдивы были её слова.