«Пустошь»

Ты только мой, Мой путь в будущее № 1. Ты только мой, Сюжет моего романа. Я клянусь любить тебя, Я буду сражаться за нас, как орёл, Несмотря на все невзгоды Ради нашего будущего. (Jannika B — Šiva)

Настоящее время, Сеул Пак мычит от того, что что-то тяжёлое давит на грудь и бёдра. От страха неизвестности настоящего Чанёлю тревожно разомкнуть веки, но от знакомого голоса он тут же, удивлённо моргая, распахивает глаза: — Ну и сколько ты ещё будешь дрыхнуть, а? На нём сидит Бэкхён и легонько постукивает кулаками по груди, призывая прогнать дрёму. — Давай же, Гигант, будильник давно прозвенел. Опоздаешь! — Бэкхён! — сидящий верхом на Чанёле парень взвизгивает, когда Пак хватает его за пояс и подминает под себя. — С ума сошёл? Чанёль! Убери свою тяжелую тушку с меня, сейчас же! — негодует Бэкхён, но при этом не оказывает никакого сопротивления, только хихикает в ухо Соулмейта. — Ты со мной, рядом! — Пак пускает скупую мужскую слезу, сгребая сильнее в своих могучих руках немного набравшего вес возлюбленного. Он не может поверить в столь крупное везение. Как же так получилось? Ведь Бэкхён порвал с ним?! — Конечно! Куда я по-твоему должен был деться? Или есть повод уйти? Ты там в офисе мне, случаем, не изменяешь с той секретаршей, муженёк? — кусает за подбородок парня Бэкхён. Только сейчас Пак обращает внимание на то, что на безымянных пальцах рук Бэка и своей блестят два обручальных кольца. Господи, они замужняя пара! Он замечает, что Соулмейт всё ещё ждет ответа на вопрос и поспешно мотает головой: — Нет… Ты же не пришёл на свидание тогда в «Магнолии» восемь лет назад, а сейчас мой муж… — О боже, ты теперь будешь постоянно вспоминать этот случай? Да, я сглупил, прости. Хочешь вновь моё горячее извинение? — ладонь Бэкхёна сминает сквозь пижамные штаны уже заметную выпуклость. — Ох, нет, — протестующе Чанёль убирает руку со своего паха. — Лучше расскажи мне ещё раз, как мы помирились. — Ты странный сегодня. Хотя, ты всегда странный. Странный Чан, — Пак вздрагивает, вспоминая, что его называли именно так в «Пустоши». — Так как мы помирились? — Тогда, после «Магнолии» я сам пришёл к тебе, хотел закатить скандал, раз тебе я, как Соулмейт, не угодил. А нашёл нажравшегося до забалансового состояния. Ты тогда так мило бормотал, валяясь в моих ножках, и просил, чтобы я вернулся к тебе, постоянно повторял, что любишь меня. И в душе, пока я мыл твою наглую зажравшуюся морду, просил у меня прощения за то, что оказался недостойным любви такого Соулмейта, как Пак Б-… то есть тогда ещё Бён Бэкхён, раз я не пришёл в ресторан и не захотел принять твоего предложения выйти замуж. После этих слов я осознал, что не так понял ту ситуацию с поцелуем Дары. Я так гордился тобой, узнав, как ты послал чертовку на хрен с её «прошу, выручи меня». Да, я тогда сглупил, когда не разобрался с ситуацией сразу, усомнился в тебе после той ночи и всех ухаживаний. Прости… Эх, если бы ты не опаздывал на работу, — огорчённо вздыхает Бэкхён, потираясь о живот Чанёля и давая понять, что возбуждён. — Почему ты дрыхнешь всегда так долго? Ладно, придёшь — наверстаем упущенное. Пойду посмотрю, как там Юна. Парень шлепает по заднице Пака и подгоняет на работу. Тот хмурится и не понимает, о ком идёт речь. Уже собравшись на работу, Чанёль заглядывает в комнату, где пропадал всё время, пока он принимал душ и завтракал, Бэкхён, после чего ошарашено замирает на месте, глядя на то, как его Соулмейт качает в кроватке ребёнка и окидывает малышку заботливым родительским взглядом. В этот момент Пак вновь осознаёт, что нет никого прекраснее его Соулмейта. Он оказался везучим засранцем! Сюрпризы в новом настоящем Чанёля не заканчиваются: Пак узнаёт, что у них с Бэкхёном трое прекрасных детей, которым шесть, четыре и годик. Два мальчика, старший Джун и младший Рен, и малютка-девочка, Юна. Их фото парень видит висящим в рамке на стене в коридоре. Судя по фотографии, их дети пошли красотой в обоих родителей. Джун уже высокий. Наверное, позже ничем не уступит в росте старшему папе. У Рена более тонкие черты лица, как и у Бэкхёна, а Юна немного лопоухая малышка с огромными глазищами и темными, вьющимися волосами. Как жаль, что Чанёль не помнит то, как росли его малыши! — Не забудь заскочить за Реном с Джуном на обратном пути, — Бэкхён чмокает мужа на прощание, кладёт в ладонь ключи от машины и желает удачи на работе. Сидя в машине на парковке возле офисного здания, Пак закрывает глаза и не может поверить, что всё происходящее с ним сейчас — правда. Он счастлив семь лет в браке. У него трое замечательных детей и престижная работа. А ещё они дружат семьями с тем самым Сехуном, который теперь уже не смотрит ни на кого другого, только на своего красавчика-мужа. Он с Лу Ханем растит гиперактивную девочку. В этом году она идёт в первый класс, как и Пак Джун.

⌚⌚⌚

Чанёль благодарит всех известных ему богов, что те привели его тогда, переполненного отчаянием и безысходностью к «Пустоши». Сейчас он смеётся над иронией судьбы. «Пустошь» — подходящее место, чтобы стереть несчастливое настоящее и начать всё с самого начала. В настоящем есть он, Бэкхён и его три маленьких чертёнка. Чтобы помнить, какого быть отцом и видеть, как протекает беременность его Соулмейта, Чанёль готов стать папой в четвёртый раз. Он только надеется, что и Бэкхён поддержит его желание. После рабочего дня Пак заворачивает в сторону детского сада, чтобы забрать своих сыновей. Подъезжая, он видит, как одна из воспитательниц помогает его младшему сыну застегнуть рюкзак, когда тот почему-то взволнованно крутит головой. Чанёль, припарковав машину, подходит к воспитателям на крыльце и спрашивает о поведении своих детей. Его хватает за рукав Рен и строит расстроенную мордашку. — Папа, Джун заблал мою кошечку! — жалуется на брата мальчик. — Ябеда! — старший сын Пака озлобленно швыряет игрушку за бордюр, и та падает на асфальт улицы. — Китти! — на глазах Рена выступают крупные горошины слёз. — Джун, перестань задирать брата! Пак отчитывает старшего сына за несносное поведение, когда маленький Рен выбегает на дорогу, чтобы забрать любимую плюшевую игрушку. Он поднимает её с асфальта и отряхивает запачканный белый мех. Чанёль замечает своего ребенка на дороге и тут же несётся к нему: небольшая тёмно-синяя фура выруливает из-за поворота. Спешащий доставить груз на нужный адрес водитель выплевывает бранные слова в трубку мобильного, что неожиданно выскальзывает из вспотевшей ладони и падает на коврик под ногами. Мужина чертыхается и нагибается за гаджетом, продолжая держать руку на педали газа и ехать по дороге. В этот момент встревоженный Пак кричит Рену и просит сейчас же уйти с дороги, но мальчик только прижимает к груди плюшевую кошку и, моргая распахнутыми от страха глазами, смотрит на приближающуюся машину. Чанёль продолжает звать сына и вытягивает вперёд руку, пытаясь, как Мистер Фантастик, дотянуться до стоящего в пяти метрах от него мальчика. Он не успеет. Невозможно успеть. Сердце уходит в пятки от мучительно страха за своего ребёнка. Громкий крик. И разом всё замолкает. Пак думает, что оглох от переполняющего его ужаса, и слышит только то, как гулко бьётся его сердце. В ушах звенит от внезапной тишины. Он оглядывается по сторонам и понимает, что жизнь вокруг него застыла на мгновение, словно кто-то нажал на паузу. В воздухе замерла парящая в хмуром сером небе ласточка над черепицами крыши детского садика. На его крыльце неподвижно стоят две воспитательницы, прикрыв глаза и спрятав лицо в ладонях, чтобы не смотреть на то, как машина настигнет стоящего в двух метрах от бампера фуры мальчика и отбросит его бедное тельце вверх по улице. Одна нога Джуна зависла над землей, он хочет сделать шаг в сторону Рена и не может сдержать слёз, глядя на то, чем обернулся его глупый поступок. Чанёль не особо задумывается над тем, какое чудо произошло, пользуется моментом, хватает за пояс своего сына и оттаскивает в сторону, подальше от дороги. Они с ребёнком тут же падают на траву. Рен выкрикивает: «Папочка!» и зарывается лицом в грудь Чанёлю. Фура продолжает нестись вдоль улицы, проезжая мимо с оглушительным рёвом мотора. Плачущий навзрыд Джун подбегает и обнимает сидящих на газоне отца с младшим братиком, прося прощения. Пак гладит по голове своих детей и обещает, что всё будет хорошо. Катастрофа миновала их семью. Он даже боится подумать, что было бы, не пробудись его способность. Похоже, что его дар — вовсе не случайное стечение обстоятельств, а подарок кого-то свыше, кто хотел подарить Чанёлю право выбора. И Пак, уверен, сделал правильный. Дома их встречает заплаканный Бэкхён с малышкой на руках. Похоже, он уже в курсе случившегося. Бён бросается навстречу разувающегося в прихожей мужа и обнимает одной рукой за шею. — Чанёль, спасибо всевышнему, что с вами всё в порядке. — Не плачь, дорогой мой, всё хорошо, — целует в лоб своего Соулмейта Чанёль и перекладывает к себе на руки Юну, направляясь в спальню их годовалой дочери. По традиции, которую Пак только узнал, он с мужем поёт колыбельную, а Джун и Рен поочередно дёргают за кольцо музыкальной игрушки. Приглушенный свет ночника бросает на стену с разноцветными отпечатками ладошек детей Соулмейтов тень прижимающейся друг к другу семейной пары. Эта близость успокаивает и внушает уверенность. Когда Юна засыпает и причмокивает во сне, выплевывая соску, Бэкхён ерошит волосы супруга и шепчет детям идти на кухню ужинать. Когда Джун уводит из комнаты младшего братишку, Бэкхён укладывает на плечо Чанёлю голову и тихо выдыхает: — Я так люблю тебя. Не знаю, как бы я жил без тебя… Молодой человек знает, какова жизнь, проведенная без Бэкхёна, но не рассказывает о своей небольшой тайне. Он лишь тихо выдыхает ответное признание и целует в русую макушку. Как же ему повезло — быть счастливым в браке с этим чудом. Парень держит мечту в своих руках. Люди перестают мечтать о далеком и несбыточном и бросать взгляд вдаль, когда их желания и даже большее сбываются, стоит только оглянуться по сторонам. Мечты способны становится явью, если человек не сдаётся, действует и рискует, не сетуя на весь белый свет, который мешает ему, совершая ход вокруг солнца. Пак Чанёль приложит все усилия, чтобы стать героем для своей семьи. Он постарается не использовать свой дар для этого, только в самых крайних случаях, когда его любимым и родным будет угрожать опасность. А так он заслужит самостоятельно, без всяких сверхспособностей, уважение и любовь своей семьи. Кто сказал, что обычные люди не могут быть примерами для подражания? Чанёль хочет быть героем своего времени, ни прошлого, ни будущего. Будущее за его детьми, новым поколением, которое будет учиться на ошибках прошлого и жить в своём настоящем.