Space battleship Heechul 2: хроники левиафана

- БЕЛЫЕ РОЗЫ, БЕЛЫЕ РООООЗЫЫЫ, БЕЗЗАЩИТНЫ ШИПЫЫЫ,ЧТО С ВАМИ СДЕЛАААЛ СНЕГ И МОРОЗЫЫЫЫ, ЛЁД ВИТРИН ГОЛУБЫЫЫЫХ... Получалось очень противно, но очень отчаянно. Не знаю уж, что творилось с левиафаном, но с ним явно было что-то не так. А я просто проникся, самому бы крышечкой не поехать. Я тут нахожусь уже третью световую неделю, судя по отсутствию улучшений, в один прекрасный день придётся просить Хичоля оставить мой отсек в открытом космосе. Он кстати и так мою каюту как-то отделил, у меня даже иллюминатор появился, то есть, в случае чего, он легко сможет оставить капсулу со мной в открытом космосе. Думать об этом не хотелось, но так или иначе к этому я своими мыслями возвращался. - Хичоооль, - в какой-то момент я остановил пение и спросил левиафана, - может, я все-таки с поговорю с этим мм... голосом?. Ведь странно, что мы не попытались сделать этого раньше, да и Хичоль начинал делать прыжки, как только слышал этот голос, он его явно боялся. - Белые рооозыыы, белыыые рооозыы... - Хичоль вдруг замолк, но на мой вопрос не ответил, по всему левиафану по-прежнему раздавалось "космическое судно «Хичоль»", а на мониторе возникли обеспокоенные лица Кюхена и Йесона. В голову закралось нехорошее предчувствие. - У меня есть пара мыслей, как тебя вылечить. Но... – начал рептилоид, ему явно было не очень уютно, ну это надо же… - Вы можете не выжить - без предисловий выдал стоящий рядом Йесон. Он меня не удивил. Хотя одно дело - догадываться об этом самому, а другое – услышать это напрямую. - Это первое, - Кюхён покосился на хитинового товарища, которому казалось проще, чем другим, было говорить тяжелые вещи. - А во-вторых? - спросил я, нахмурившись. Что-то мне не понравилось это "вы", у нас на корабле никто вежливостью не отличался, а со своей гипотетической смертью я успел смириться и оплакать. Вернее, оплакивание самого себя я еще не закончил. - Лечить нужно не только тебя, - не дождавшись даже вдоха от Кюхёна, продолжил Йесон, - Кюхён сделал анализ нервных волокон левиафана. Хён, ты заразил левиафан. Если бы я не сидел, я бы непременно упал. Я потрясенно смотрел на лица рептилоида и хитинового, и не мог поверить - как же теперь все они? - А почему... - хотел спросить я про левиафан, но не успел, получив ответ до того, как я задал вопрос. - Просто я сейчас на той чистоте, которую слышишь только ты - ответил Йесон, два раза моргнув фасетчатыми глазами. Я так же продолжил переваривать то, что на меня свалилось, когда Кюхен по-деловому обратился к левиафану. - Хичоль, подготовь комнату Итука к операции. - Белые рооозы, белые рооозы... - так же завывал он на одной ноте одну ему известную мелодию, но обстановка в моей комнате стала меняться, а я будто проснувшись, вопросил. - Стоп, к какой операции? - вот уж чего мне не хочется, так это хирургического вмешательства. У меня ещё свежи воспоминания того, как мне удаляли второй желудок. Анастезия неправильно сработала, и я все чувствовал не в силах пошевелиться. - Не хочу никаких операций! У меня и так ощущение, что внутренностей не осталось уже. - Не хочешь - заставим. Хани уже бегает по поверхности спутника, насыщая свой организм подходящими веществами и запуская все механизмы обмена в организме. - Чтоооо? - я ничего не понимал. Я знал, конечно, что Хани с Хичолем в каких-то неведомых нам отношениях, но подробностей никогда не спрашивал, поэтому сейчас не мог понять, причем тут регенёр. - Смысл в том, чтобы подключить тебя к левиафану. Так же с Хичолем соединится Ханкён. Они, в общем-то, так и жили долгое время, насколько мне известно. Я ничего не понимал и отказывался понимать. Вдруг сильно разболелась голова, а в глазах потемнело.

***

Следующее моё пробуждение мне не понравилось. Я открыл глаза и не сразу понял, что лежу лицом вниз, а в основание шеи что-то впивается и шевелится там. - Хичоль, я уверен на 98% в том, что для тебя опасности нет, - надо мной раздавался голос Кюхёна. Я не совсем уже понимал, что происходит, и стоит ли действительно подвергать опасности левиафан и Хань Гэна. Я понимал, что они это делают как раз для того, чтобы вылечить корабль, а я – скорее предлог, поскольку меня можно было бы и в случае чего и в открытом космосе оставить, ту планету мы уже вряд ли найдем, слишком далеко улетели… или нет. Ааа… неважно… Корабль ему что-то отвечал, но, как я понял из спора с рептилоидом, в открытом космосе оставлять меня не хочет именно Хичоль. Неужели он меня любит больше, чем показывает? Прияяятнооо… Я заметил, что положение моего тела изменилось, теперь я лежал на спине, утопая в чем-то красном и мягком. Правда, ощущение инородного тела на шее не исчезло. Напротив меня укладывался Хань Гэн. Так вот где он спит! Кстати, где мы? И почему Хани без защитного костюма или хотя бы респиратора? Он же заразится! Хотя, если он сейчас соединится с нами, то в любом случае… Стоп, а как он будет это делать? Определить, где же все-таки находились мы с Хани я не смог, поэтому решил не думать об этом, да я решил вообще ни о чем не думать. Они с Кюхёном кивнули друг другу, и рептилоид ушел. Первым закрыл глаза регенёр, а Хичоль глупо захихикал, когда в следующий момент реальность от меня ускользнула, а в голове послышался знакомый мягкий голос, который говорил ровно и без запинок. - Не бойся, это странно и необычно, но не должно быть больно, просто ты другой расы, я – и то долго привыкал. Прими нас и засыпай. Я не понял ровным счетом ничего из того, что говорил этот знакомый голос, но решил отпустить свой страх и настороженность, открываясь этому голосу. Я ощущал какое-то доверие к нему и, еще посомневашись пару мгновений, согласно прикрыл глаза.