Тихие игры.

AOA – 10 Seconds

      Тонкими пальцами выводит узоры на нежной коже, прислушиваясь к нервным прерывистым вдохам и выдохам. Шёпот еле слышный, рассыпается мелкими уколами по телу, оставляя ощущение истомы и болезненного желания. Никто и никогда не действовал на Хосока так опьяняюще. Нет возможности сдерживаться и перестать хотеть. Хотеть эту терпкую кожу под своими губами и нервную дрожь под ладонями. Тэхён выдыхает сдавленно и не делает ничего особенного, а у Хосока уже срывает крышу. В каждом взмахе пушистых ресниц, в каждом движении губ, он видит призыв к действию и не заставляет себя ждать, припадая губами к узору тонких вен на запястьях, и выше, вылизывая ключицы, в широком вороте растянутой футболки. Он делает настойчивое движение бедром вперёд, между раздвинутых ног, надавливая, вырывая всхлипы из груди Тэхёна, тот шепчет куда-то в шею, совершенно непонятное и спутанное, и заставляет Хосока кричать от ожогов горячего дыхания. Градус возбуждения растёт, ловкие пальцы под резинкой домашних шорт, находят горячее возбуждение, Тэхён выгибается на встречу, с его губ срывается на высоких нотах: - Хёёён...       Он тает и растворяется в рваных движениях, хватая воздух ртом, будто спасшийся из пожара, хотя внутри всё горит, его сжигает грубая настойчивость Хосока, его губы на шее, требовательные укусы. Тэхён тянется рукой ближе, туда, где уже тоже всё горит, сжимает твёрдую плоть сквозь ткань джинсов, торопливо цепляет пальцами пуговицу и язычок ширинки, дёргая за пояс ближе, вздрагивая и сбиваясь в дыхании, обхватывает ладонью член Хосока, тот замирает, и сжимает зубы на нежной коже сильней, одновременно скуля.       Движения нежные, медленные, затем грубее и резче, в такт, пальцы движутся, как по клавишам фортепьяно, Тэхён дышит тяжелее и упирается лбом в Хосоково плечо, перехватывая его запястье, чтоб не опередить, чтоб вместе, на одном на двоих выдохе-стоне, пару движений и оба парня, почти кричат. По ладоням стекает тёплое и вязкое, губы находят чужие, сжимая и оттягивая, языки сплетаются, дыхание восстанавливается лишь на секунды, чтобы сбиться снова, в новом порыве возбуждения, когда они валятся на кровать, вжимаясь друг в друга с остервенением, в невозможности разъединиться... Только не сейчас... - Мне тебя всегда мало - Выдыхает Хосок в приоткрытые влажные губы и сжимает рукой нежное светлое бедро под шортами.       Тэхён выгибается и просит ещё, просит сильней и больше, но Хосок ещё не остыл от прошлого раза, впрочем, как и сам Тэхён, Хосок водит пальцами внутри Тэхёна, там горячо и влажно, туго и хорошо. Даже от одного этого простого прикосновения Хосок стонет, потому что это Тэхён. Это его Тэхён, под ним, смотрит на него, ресницы на дрожащих веках трепещут, отбрасывая густые тени, розовый язык беспрестанно мелькает, увлажняя бесконечно пересыхающие губы. Тэхён тянется за поцелуем, смотрит умоляюще и Хосок в который раз растворяется в глазах цвета тёмного шоколада, рассыпается мириадами колючих мурашек, когда чувствует его руку на своём члене. Тэхён просит, водя ладонью, заставляя возбудиться снова, выдыхает истерзанно в горячий рот.       Хосок входит медленно, томя и выдавливая очередной грудной стон из лёгких, Тэхён жмурится и выгибается, сжимая простыни над головой. Грудь вздымается, живот ходит ходуном, он выстанывает имя, единственное сейчас, все другие просто исчезли, никого нет, они одни в целом мире. Хосок движется размашисто, придерживая стройные бёдра руками, откидывая голову, Тэхён наблюдает из-под прикрытых век, за дёргающимся кадыком, на длинной шее, за тем как сияет влажная кожа в тусклом свете бра, и его кроет от этого зрелища, гнёт ещё сильней, размазывает по хлопковому белью. Рука Хосока, с разведенными пальцами, медленно проходится по лихорадочно вздымающейся груди и сжимает бок, перемещаясь на член Тэхёна, движения не совпадают по такту и ритму, и Тэхён заходится жалобным стоном, разводя ноги шире, подтягивая колени, поджимая пальчики, впиваясь ноготками в тонкую кожу на ладонях, он почти кричит, почти задыхается, когда Хосок кончает в него с протяжным стоном и доводит его самого до разрядки, несколькими короткими движениями.       Тэхён дрожит и льнёт всем телом к обнимающему его Хосоку, впитывая запахи и образы, они проваливаются в тягучую спасающую темноту, расслабляясь и сожалея одновременно, потому что, всё ещё мало...