Бессилие

— Гробыня! Помоги! — девушку с эффектными желто-зелеными волосами (в этот раз) и в тон такими же ногтями, этот призыв о помощи застал за завтраком. Та поперхнулась, закашлялась, но справилась с собой: — Ты смерти моей хочешь, Гроттер?! — взвизгнула Склепова. — Всегда знала — белым магам доверять нельзя… — Склеп! — с нажимом произнесла Татьяна Гроттер. — Идем за мной… Пожалуйста! — и девушка что-то зашептала ей на ухо. Наступил день первого тура Турнира. Гарри дико нервничал, но Таня здорово успокоила его. Тур должен был состоятся почти в самый обед — чтобы все чемпионы успели дойти до загонов с драконами. И уроки был специально сокращены. По мере выслушивания торопливого шепота, глаза Гробыни Склеповой становились круглыми как чайные блюдца, а на лице появилась какая-то непонятная ухмылка и торжество. — Идем, Гроттерша. Мне с тобою предстоит очень много работы…- отстранилась с этими словами от нее ученица темного отделения, — учти — ты согласилась на все! Гроттер обреченно кивает. Гробыня порывисто встает со своего места; брошенная ею ложка жалобно звякнула о столовый прибор, ударившись о ребро тарелки. Она быстро, как ей позволяют ее туфли на высокой платформе, идет прочь из Большого зала, а Таня спокойно идет за ней следом… *** Гарри все утро и все уроки просидел как на иголках. Еще и Таня куда-то запропастилась, а ведь ему нужна ее поддержка. Гермиона в этот день села рядом с ним и безмолвно успокаивала его. Вот и конец занятиям. Гарри, не слыша ни радостных напутствий, ни злобных пожеланий вслед, как во сне дошел до нужного ангара. И вошел в него. В углу, на низком деревянном стуле, сидела красавица-шармбатонка Флер Делакур. Она сразу бросалась в глаза: бледная, на лбу капельки пота. Куда делся ее обычный самоуверенный вид! Вот как поменяло ее первое задание! Виктор Крам еще сильнее хмурится — похоже, очень сильно нервничает. Седрик ходит как маятник из угла в угол. Увидев Гарри, он слегка улыбнулся, Гарри ответил тем же, с трудом двигая мышцами лица, которые точно одеревенели. Сердце желало и рвалось увидеть Таню. Только она была ему сейчас так сильно нужна! Она бы улыбнулась, провела ему рукой по волосам, заключила в такие нужные сейчас объятия… В палатку впорхнул (другими словами не назовешь) Бэгмэн. Бэгмен был одет в старую мантию с черно-желтыми, как у осы, полосками. Толстый, веселый, он выглядел карикатурой в окружении бледных, напряженных и нервных чемпионов. — Итак, все в сборе. И я сейчас сообщу вам, что делать! — чересчур бодро заявил Бэгмен. — Когда зрители соберутся, я открою вот эту сумку. — Он поднял небольшой мешочек из красного шелка и потряс им. — В ней копии тех, с кем вам предстоит сразиться. Все они разные. Каждый по очереди опустит руку и достанет, кого ему послала судьба. Ваша задача — завладеть золотым яйцом. — Хорошо, — произнес Гарри, с трудом скрывая внутреннюю дрожь. Все остальные чемпионы просто промолчали. *** Очень скоро послышался топот множества ног. Зрители шли, шутя, смеясь, возбужденно переговариваясь… Они все казались Гарри просто гостями с другой планеты. Им было неведомо то, что происходит в этом месте. Тем временем Бэгмен уже развязывал шелковый мешочек… — Леди, прошу вас, — объявил он, предлагая мешочек Флер, как единственной здесь девушке. Она опустила внутрь дрожащую руку и вынула крошечную точную модель валлийского зеленого с биркой номер два на шее. Тот негромко взревел у нее в ладони, и чуть не обжег. Флер не выказала ни малейшего удивления, скорее осознанную обреченность. Гарри понял — она знала… Вторым номером выбирал Крам. Дурмстрангцу выпал китайский огненный дракон, шар с номером три. Крам не моргнул и глазом, просто смотрел себе под ноги. Седрик вытащил из алого мешочка сине-серого шведского тупорылого под номером один. И Гарри понял, что его ожидает. Таня предупреждала его, и именно об этом злосчастном драконе. Он сунул руку в мешочек — и правда, венгерская хвосторога, номер четыре. Гарри взглянул на злобную дракониху — та растопырила крылья, стукнула шипастым хвостом и оскалила крошечные клыки. — Ну вот! — сказал Бэгмен. — С этими драконами вам предстоит встретиться. На шее у дракона номер очереди. Все ясно? Тогда вынужден вас оставить, я сегодня еще и комментатор. Мистер Диггори, по свистку первый войдете в загон, ясно? Гарри не услыхал его слов обращенных к Седрику, но понял, что сейчас нужно собраться и успокоиться. Иначе его ждет непоправимое… Метла уже наверняка у Тани в руках. Если бы что — то она бы нашла способ сообщить… Прозвучал свисток. Белый как смерть Седрик вышел из ангара… Гарри, Флер и Крам услышали, как снаружи взревели зрители. Значит, Седрик уже в загоне лицом к лицу с живой копией своего дракончика. От комментариев Бэгмена просто можно было с ума сойти… Потом Гарри просто отключился, настаиваясь на своей задаче — манящие чары, метла и яйцо, золотое яйцо… Не успел он и толком прийти в себя, как прозвучал второй звук свистка. Значит, Седрик справился с заданием. Флер дрожала с головы до ног, у Гарри даже шевельнулась внутри капля сострадания. Она покинула палатку с высоко поднятой головой, сильно сжимая в руке палочку. Гарри и Крам остались вдвоем; они сидели в разных углах, избегая взглядов друг на друга. Гарри почувствовал сильнейшую ненависть к тому, кто ему так удружил. Он мысленно поклялся отомстить тому, кто подложил его имя в чертов Кубок огня… — Мистер Крам, ваш выход! — объявил Бэгмен. Юноша дернулся как от удара. Крам, ссутулясь, вышел, и Гарри остался один. Никогда он не был в таком напряжении: сердце колотится, пальцы дрожат от страха, и как будто никакого ангара нет и в помине — словно видит и зрителей, и единоборство с драконом… Он судорожно, глубоко вздохнул и, к полной своей неожиданности, успокоился и собрался. Он ждал. Вот и свисток. Гарри вышел из ангара. Он брел мимо деревьев, брел, брел и, наконец, загон… Дракониха в реальной жизни гораздо опаснее копии… Гарри ее осмотрел, не торопясь, пока она его не заметила. Крылья полураскрыты, свирепые желтые глазки уставились на злоумышленника. Громадный чешуйчатый хвост, как у ящера, и весь в пиках, бьет по промерзлой земле, оставляя глубокие, метровой длины следы. Она восседала на яйцах как обыкновенная курица… В последние дни с помощью волшебства здесь воздвигли трибуны. С них на Гарри смотрели сотни чужих ему лиц. Зрители шумят невообразимо. Болеют они за него или нет? Какая разница! Пришла пора действовать… Предельно сосредоточился… Это единственное спасение… Он увидел Гермиону в толпе. Та жутко за него нервничала, впиваясь ногтями в щеки. А потом он увидел и Таню… Его сестра спускалась по лестнице, идя ближе к загону. Но ее вид… Она сейчас была без мантии. Сильно обтягивающие ее фигуру, сияющие, черные кожаные штаны, сидели на ней идеально. Вдобавок, они были с сильно заниженной талией… Вместо блузки или привычного свитера — черный топ без бретелек, но короткий — он закрывал узкой полоской грудь. Впрочем, вздымающуюся от волнения грудь было тоже видно… Девушка была на высоченных каблуках, в туфлях на платформе. Как она шла, да еще и спускалась по лестнице в них — загадка. Она накрасила губы ярко-алой помадой. Глаза явно были подведены, ресницы накрашены. На вид она показалась сейчас ему самой настоящей прожженной стервой-ведьмой. Ее узкие бедра и идеальный, плоский живот явно вызывал зависть у некоторых, сидящих здесь и разглядывающих ее. Все-таки тяжелые тренировки квиддича и драконбола очень сказываются как на фигуре, так и на здоровье. Сзади нее шла улыбающаяся во все лицо Гробыня Склепова, с которой Гарри вполне мирно общался. Та несла его метлу. И у нее, в отличие от Татьяны, была очень короткая юбка и в меру (что удивительно) открытый топ. Даже несмотря на холод, девушки шли без всяких накидок. Хотя… Накидки летели следом за хозяйками, подвешенные заклинаниями. А сами девушки были явно под согревающими чарами — наверняка они нанесли их прямо на одежду… Таня демонстративно достигла середины трибун. И она, метнув ярко-зеленую искру заставила развернуться самому по себе огромному транспаранту, с надписью на русском: «Брат, ты — лучший!» Гарри заулыбался, и с новыми силами поднял волшебную палочку… *** Таня в глубоком волнении встречала брата у выхода из загона. Ранее Яге, по-тихому, передала Гроттер качественную противоожоговую мазь. Тот прошел испытание, но получил легкий ожег — зацепило пламенем почти в самом конце. Золотое яйцо было у него в руках. Гарри, плюя на все, снял мантию, обнажая свою покалеченную залпом огня из пасти драконихи руку. Таня бережно втирала ему мазь прямо в ожог: та с шипением впитывалась, и новая, белая кожа постепенно приходила на смену покрытой неприятными волдырями и страшно покрасневшей. Кожа вскоре заросла. — Спасибо за все, сестренка, — Гарри осторожно обнял ее, кинув золотое яйцо под ноги, на свою мантию, что лежала теперь у его ног. Он хотел было ее поцеловать, но это сейчас вызвало бы вопросы и новые разговоры, неприятные им обоим. — Ты для меня… — Да, — бросила коротко Таня, поняв его намерение: спросить. — Классный прикид. Вам не холодно обеим? — обратился он к Гробыне, что переминалась с ноги на ногу. — Не-а, — хмыкает аловолосая (так Склепова покрасилась в этот день), — магия творит чудеса… Таня с Гарри хихикнули. — С меня пять коробок конфет, мисс Склепова. — Заметано, Поттер. И все трое обернулись к судьям в ожидании оценок. У Гарри было второе место. *** Гермиона с трудом пробилась к ним через толпу наперебой поздравляющих их судей. Указания финалистам были даны — в золотом яйце спряталась подсказка. Время участникам дали до февраля. Таня с Гробыней все-таки натянули на себя их плащи-мантии, и Гарри с сестрой уже собирались уйти в тот самый пустой класс — им всем нужно было отдохнуть, как бледная от волнений девушка раскрыла рот: — Гарри, ты был великолепен! — зазвенел голос Гермионы, —Потрясающе, Гарри! Честное слово! — Спасибо, — Гарри обнял ее как ранее и Таню. — Это и твоя заслуга, Герм. Я у тебя в долгу. — Да ладно… Пойдешь праздновать? — уже более весело спросила она. — Нет. К ним подошел и Рон. Гарри же, бесцеремонно схватив сестру за локоть, быстро, почти бегом, бросился с места мимо него, застывшего, с открытым ртом и уже хотевшим что-то произнести. Парень не хотел мириться как с бывшим другом, так и с собственным факультетом. Слишком много раз он прощал Рона, и слишком много раз тот его потом предавал. А факультет… Раз — бойкот, значит бойкот. Их пути уже давно разошлись. На полпути к замку навстречу им выскочила репортерша Рита Скитер. Хотела взять интервью. Гарри, лучезарно улыбнувшись ей, сообщил, что не имеет права с ней разговаривать без присутствия учителей, взрослых или опекунов. Та, скорчив дикую мину, быстро метнулась прочь. Таня едва ли не хохотала ей вслед. *** Гарри с жадным, мужским блеском в глазах, рассматривал ее новый облик, созданный Гробыней. Роковая красотка-ведьма, ну что тут скажешь! По крови все еще летал адреналин, кипела кровь — воздушная гонка на метле и битва с драконом еще сказывались… К низу живота уже устремилось знакомое ему возбуждение, и он с силой сдерживал себя. Член медленно начал вставать, и Гарри подумалось: как же хорошо, что мешкообразная мантия скрывает это. Таня под его взглядом покрывалась мурашками. Его пронзительный, голодный взгляд говорил о том, что он не прочь посмотреть, что скрывают ее чересчур обтягивающие брючки… — Гарри? — спросила она, увидев его исказившееся выражение лица. Тот от нее быстро отвернулся. Таня положила ему на плечо руку, но он ее сбросил. — Тань, — честно ответил ей Гарри, — если ты сейчас не накроешься, то… Я зажму тебя у стены. И… может случится непоправимое. Это реакция организма и инстинкты. Я… — Прости, — только и сказала она. Гарри услышал торопливый шорох одежды, и повернулся — девушка уже послушно закуталась в мантию. — Я знаю, что ты хотела меня взбодрить, и ожидаемый эффект превзошел все ожидания… Ты не виновата. Таня вновь шагнула к нему: — Я хочу, — зашептала она ему на ухо, — чтобы мы сделали это красиво. Чтобы… Мы были хотя бы помолвлены, понимаешь? — Понимаю. — Гарри все еще чувствовал как неприятно ему внутри. Но от ее слов стало значительно полегче. Вот чего на самом деле она хочет… — А чего бы ты еще хотела? — спросил он, ловя момент. — Собственный дом. Не важно где, только бы лишь это был небольшой коттедж с садом и террасой. Нас бы окружал лес… Чтобы неподалеку было озеро… Мы могли бы гулять вместе рядом с ним. — А… дети? Ты бы не хотела ребенка? — Я… Еще не думала об этом, — тихо проговорила Таня. — Но, если бы можно было бы загадать, то не менее двоих. — Дом можно купить. Я хочу уехать отсюда, — признался ей юноша, — меня уже давно терзает эта мысль. Я переведу золотые галлеоны в рубли, и нам с тобою хватит на безбедное существование… А если удастся, то хочу устроиться в мире маглов. Никакой магии. — Ты тоже хочешь дом? — радостное выражение девичьих зеленых глаз нашло отклик в так же, юношеских. — Да. Мечтаю. — Чуть улыбнулся Гарри. — Но… Меня так просто отсюда не отпустят… — А я помогу. Гермиона поможет. И мои тоже мне помогут, вместе с Ягге и директором! Гарри, обязательно поговори с Сарданапалом! Они не имеют право запереть тебя в этой стране! — Поговорю, Тань, обещаю… И Гарри, не тратя время на лишние слова, горячо обнял свою любимую сестру…