Дело Дяди Феанора

Как уже говорилось ранее, Финьо был взрослым человеком, и у него была собственная квартира, которой он жутко гордился. Не то чтобы она была роскошной или какой-то особенной, но это было собственное жилье с нормальными условиями, а значит, одна постоянная и весьма нужная вещь в этом непостоянном мире у Фингона уже была. Это было доказательством его самостоятельности. Дом, в котором жил Финдекано, располагался на западной окраине Тириона, города-миллионника, одного из самых молодых и красивых городов Валинора. Это была практически своеобразная утопия : хорошие, стабильные цены, никаких проблем с подачей электроэнергии, прекрасные пляжи, метро, раскинувшее свои сети от одного уголка города к другому, никаких пробок и крайне низкий процент безработицы и нищеты. Курорт все-таки. Финьо гордился своим городом. У него не было претензий к жизни - родители живы, он был единственным и любимым ребенком в семье, так что с братьями проблем не возникало, друзья есть, а два года назад он окончил лучший из местных ВУЗов. Работа была стабильная и, что важно, никакого строгого графика. Фингон работал сам на себя, частным детективом. В городе мечты Тирионе редко случались убийства – еще реже они раскрывались, но об этом предпочитали не говорить вслух – а полиция почти сразу находила воров, но вот мужей, что следили за своими женами, и жен, что подозревали мужей в изменах, было достаточно. За полтора года работы частным детективом Финдекано научился прекрасно разбираться во всех видах и сортах замужних дам и женатых мужчин - во всех смыслах этой фразы. С личной жизнью проблем тоже не было. Парень почти никогда не чувствовал себя одиноким - с такой работой скучать не приходилось, да и благодаря ей Нолофинвион твердо решил: он никогда не женится. А для удовлетворения своих сексуальных желаний такой симпатичный мужчина, как он, мог без труда найти себе девушку или парня (по настроению) на ночь-две. Как видите, проблем с самооценкой у него тоже не было. В общем, жизнь была у него хорошая, сытная, стабильная и уютная. Когда умер дядя Феанор, это показалось Фингону чем-то даже забавным, ведь он редко слышал об убийствах в их городе. А тут еще и такого известного лица как сына бывшего мэра города. Хоть сейчас Финвэ уже не занимал должность мэра, он все так же был уважаем и почитаем, так как многое сделал для города. Слухи о смерти такого известного в Тирионе человека сразу расползлись по улицам и очень скоро дошли и до Фингона, который хоть и знал о смерти дяди, но внимательно прислушивался к тому, о чем говорили везде, где ни попадя. Финьо был частым посетителем в местах, где можно было встретить самых разных людей и где слухов было больше всего- в барах. - Говорят, его прах нашли в центре огромной пентаграммы, - шептались одни. - Да не, не прах, а обуглившийся труп. Жуткое зрелище, - говорили другие. - Поджарили его, как курицу на сковороде! - почти восхищенно восклицали третьи, ударяя стаканом с алкоголем о стойку. - В пентаграмме, говорите? - навострил уши Финдекано, подсаживаясь к одному из таких эмоциональных собеседников, гремящих посудой об стойки. - А мне почем знать? - фыркнул в кружку с пивом мужчина. - Тебе виднее. Небось своими глазами видел. - С чего взял? - прищурился Фингон, чуть покачивая стаканом в руке, разбалтывая тем самым виски. - Мордой похожи, да и отца я знал твоего, - простодушно отозвался собеседник. - Ну так что, какой он там? - Кто? - Да дядька твой! - А я откуда знаю? В дом полиция не пускает, – простодушно пожал плечами Фингон, настраиваясь на волну собеседника. – А ты чего слышал? - Хм-м-м-м, - задумчиво пробулькал в бороду мужик, - Да кто ж не слышал-то? Мало ли чего слышится теперь, слухи разные ходят. Вон у того спроси, я не собираю сплетни. Он кивнул в сторону темноволосого парня, что-то обсуждавшего с барменом. Парень жестикулировал так ожесточенно, будто собирался жестами изобразить то, о чем рассказывал работнику бара, который от удивления застыл на месте с раскрытым ртом, на автомате натирая тряпкой сткан. Фингон поблагодарил и заказал собеседнику еще кружку пива. Подойдя чуть ближе, он услышал кусок разговора. - ...так вот, и тело лежало прямо посреди огро-о-омной пентаграммы! - темноволосый развел руками в сторону, видимо, пытаясь показать, насколько огромная была пентаграмма. - А звезда пятиконечная? - спросил бармен. - Да, перевернутая, с жуткой мордой козла посредине! Вот... смотрите... - мужчина стал шарить по карманам. - Эй, длиннокосый! - окликнул он Фингона, на что тот возмущенно фыркнул. - У тебя ручки не найдется? - Найдется, чего ж не найдется? - Финдекано полез во внутренний карман кожанки. - Вот, держи. - Добрая ты душа, длиннокосый, - покачал головой парень и повернулся к бармену, - Стакан виски ему, на меня запиши. Вот, смотри. И он начал старательно выводить на салфетке кривую пятиконечную звезду с рогами и кривой козьей мордой. Бармен, отвлёкшийся от своих обязанностей, внимательно следил за стараниями собеседника. У того выходило, мягко говоря, так себе. К тому же, уже явно не трезвый парень постоянно цеплял ручкой салфетку, рвал тонкий материал и, в итоге, плюнул на эту идею. -Ну, спасибо, брат, - отдал он ручку Фингону. - Имя есть у тебя? - Финдекано. И что, звезда вот прямо такая была? - ткнул в истерзанную салфетку Финьо. - Прям такая, - уверенно кивнул мужчина. - Меня Тургоном зовут. Будем знакомы. - Будем, - Финдьо пожал руку Тургону. - А ты откуда знаешь, какая была пентаграмма? - Так моя сестра часто покупала всякие цацки у Феанаро, она и рассказала, – отмахнулся легкомысленно Тургон. – Она дружила с одним из его сыновей, общались они, и вот ей один из этих самых отпрысков этого типа картинку скинул. - Один из отпрысков? Какой? - нахмурился Фингон. - Слушай, друг, а мне почем знать? - устало буркнул Тургон. - Их там семь штук. Я что тебе, сталкер какой-то, следить за ними да всех по именам знать? - Да что ж ты злишься? Я племянник Куруфинвэ, знаю их всех...Ты хоть примету назови какую, - примирительно улыбнулся Финьо. Этот тип его немного выбешивал, хоть и был добродушным внешне. Что-то в нем было знакомое, слегка раздражающее, но несмотря на это Нолфинг почему-то проникся симпатией к парню, что на вид был чуть младше него. - Ну... - замялся Тургон. - Такой высокий. Блондин. Еще шрам небольшой на подбородке. - О, так это ж Турко! - удивленно воскликнул Фингон. Беседа продлилась недолго. Финдо, удовлетворив свое любопытство и взяв у Тургона номер "на всякий пожарный", возвращался домой. Небольшая черная машина, напичканная всякими чудесами техники, бесшумно виляла в темноте самостоятельно, на автопилоте - Нолофинвион был слишком пьян. Противно запиликал смартфон. Фингон поднял трубку и услышал голос Маэдроса. - Чего так поздно? - зевнул Нолфинг. - Что-то случилось? - Да я так, поболтать, - беспечным голосом ответил рыжий, хотя по тону Финьо понял, что эта беспечность была наигранной. Видимо, Руссо много сил прилагал, что б вернуть жизнь своей семьи в привычное русло, и решил начать с себя. С того вечера в день убийства Майтимо не проявил никаких эмоций в ответ на слухи или даже просто упоминание имени погибшего отца, что частенько случалось с людьми более слабыми духом, чем Руссо. Но силой воли и выдержкой кузена Фингон действительно восхищался. - Занят? - Не-а, - сонно протянул темноволосый. - Домой вот еду. - Из бара? – осведомился Майтимо, и в голосе его мелькнуло неодобрение. - Из ба-а-а-ра, - подтвердил Фингон. - Что, примерный сын, опять нажрался и снял себе кого-то? - попытался съязвить кузен, но Финдекано пропустил это мимо ушей. - Один еду, не поверишь, - весело фыркнул Финьо, запрокинув голову и разглядывая серый потолок. - Хотя один номерок все же получил... - О, что за номерок? - оживился Руссандол. - А можно к тебе заехать? - Ну заезжай, что уж тут, - пожал плечами молодой человек. - А номер... Это брат одной из клиенток Феанора. - Обычно ты номера не берешь, а сразу к своим жертвам едешь, - заметил Майтимо. - Что, серьезные планы на парня? - Да какие серьезные планы? Я тебя умоляю, - насмешливо хмыкнул Финдекано. - Тут другое. Приезжай, расскажу. - Заинтриговал, заинтриговал, - натянуто рассмеялся рыжий. - Ладно, до встречи. Финьо лениво бросил короткое "угу" и сбросил звонок. Оставшуюся часть пути он проделал в тишине, и в голове его практически не было мыслей. Когда машина остановилась, Финдекано с трудом выполз из авто и осмотрелся в темноте. Возле дома его уже ждала машина кузена. Они коротко кивнули друг другу. - Быстро ты, - заметил Нолофинвион, уже стоя с другом в лифте. - Да я тут недалеко был, к одной знакомой заезжал, - пожал плечами Руссандол, отведя взгляд в сторону и рассматривая стены лифта. - Знако-о-омой? - протянул Фингон, за что получил удар локтем в бок, и хрипло засмеялся. - Да, знакомой. Так что там с твоим Тутдругим? - рыжий вскинул бровь и сложил руки на груди. - У меня нет никаких планов на этого парня, а номер я его взял только потому, что он уверял, будто бы его сестре Турко кидал фото т... - Фингон осекся, чуть не сказав "трупа", но остановился, заметив настороженное лицо друга. - Того подвала. Маэдрос мгновенно помрачнел, и Финдекано стало неудобно и неловко находиться рядом. Он отодвинулся на безопасное расстояние, а когда лифт остановился, он первым выскочил из дверей и, чуть не врезавшись в дверь своей квартиры, стал слегка дрожащей от алкоголя рукой набирать код на небольшом экране. - Отойди, - осторожно отодвинул друга в сторону Руссандол, когда тот четыре раза подряд не попал по цифре "2". Он дважды попытался набрать правой рукой код, не вышло, попробовал левой (вдруг кодовый замок железо не воспринимает), но и в этот раз ничего не произошло. - Там сканер отпечатков встроен, не пройдешь, - хмыкнул Фингон. - А ты чего веселишься? - слегка рассерженно буркнул на кузена Майтимо. - Набирай код тогда сам, пьянь. Он махнул рукой в сторону двери, отошел вбок, и Финьо снова привалился к двери, тыкая по кнопкам. - Дай сюда, - нахмурился мужчина, взяв руку Фингона, - Палец выстави. Фингон непонимающе уставился на железную руку, сжимающую его ладонь, потом, погипнотизировав ее взглядом несколько секунд, протянул тихо "Ааааааа..." и, как только Маэдрос, управляя его рукой, открыл дверь, ввалился внутрь прихожей. - Так, поднимайся, - Майтимо подхватил его под руки и, потащив в ванную, умыл холодной водой. - Пошли, пошли, тебе хватит, спать иди. Финдекано забрыкался. - Нет! - вскинулся он и, встав ровно, что было чудом, прошел к бару в гостиной. - Будешь чего? - Нет, не стоит. Тебе хватит, а я не хочу. - Ничего подобного, - замотал головой Финдекано. - Я почти трезвый, просто о порог запнулся. - Ага, конечно, - рыжий скептично глянул на друга. - Да отвечаю. На, держи, - Фингон протянул Руссандолу бокал с вином. Майтимо пил только вино, и хотя Финдекано не любил этот напиток, в его квартире всегда была бутылка красного для кузена. - Дать тебе номер того паренька? - Ну давай, посмотрим на этого твоего Тутдругое, - усмехнулся нервно Маэдрос. - Ой, иди ты, - лениво огрызнулся Нолфинг, порылся в карманах и протянул салфетку с номером рыжему. Тот хохотнул. - Что, даже так? Почему на салфетке, а не в телефоне? Так пикантней? - поднял насмешливый взгляд на друга Феаноринг, и что-то в этом взгляде мелькнуло безжизненное и безнадёжно, одновременно с насмешкой и практически безумной пустотой. - А чего ж сразу не на руке? Ну, что б как у ш... - Иди ты, я сказал! - повысил голос Финьо, хоть и улыбнулся. Он любил такие перепалки с близкими. Темноволосый устало плюхнулся на кожаный диван рядом с Майтимо, откупорил себе бутылку и отпил из горла. - Ладно-ладно, не сердись, - Маэдрос прижал вазочкой для конфет салфетку. - А у Турко я поспрашиваю, про эту сестру папиной клиентки. Кстати... - Да? - приподнял бровь Фингон, обернувшись на его голос. - Дело закрыли. Сказали, самоубийство, - Майтимо выдохнул, облокотившись о подлокотник и прижав руку ко лбу. - Слишком много доказательств. В подвале и бензин нашли тот, и спички рядом валялись, и даже дневник нашли, спрятанный. И там суицидальные всякие... всякие записи. Много странных мыслей... Фингон сел поближе к другу, положив ему руку на плечо. Он не умел поддерживать словами, поэтому просто пытался показать, что если что, то он рядом. Это всегда действовало лучше, чем разговоры или соболезнования, и было нормой у них. - Я не думаю, что это его дневник, - тихо сказал Нолофинвион, - да и если все так, как ты описал, то похоже на подставу. - Похоже, - согласился Маэдрос. - Не верю я, что отец мог такое написать, да и дневники он никогда не вел. Разве что записки по части творчества. Даже в детстве, дедушка рассказывал. - Ну, хоть виделись мы редко, как обремененный жизнью суицидник, он не выглядел, - пожал плечами Фингон, и тут же ему стало стыдно за такую неудачную попытку глупо пошутить. Повисло молчание. - Мама не верит, что он сам себя сжег, - едва слышно продолжил Маэдрос. - Он очень любил жизнь, и украшения свои, и работу. У него все было, и мы все тоже у него были, он мог обратиться за помощью к нам, если вдруг что-то случилось бы. Мы же семья... Он прикрыл лицо руками, запустив ладони в волосы и сжав пряди, шумно выдохнул. Рыжий выглядел таким беспомощным, грустным, обреченным, почти жалким, что Финьо захотелось как-то ему помочь или хотя бы показать, насколько он сожалеет о случившемся. Он чувствовал вину перед другом за то, что не умеет поддерживать, и за всю свою жизнь так и не научился проявлять привязанность и помогать другим. И хотя чаще его помощь была молчаливой, многим людям нужны были именно слова, которые бы подняли настроение, успокоили и принесли покой. Фингон же красиво говорить не умел. - Слушай, а ты же детектив, да? - Майтимо вдруг резко поднял голову и с надеждой посмотрел на друга. Фингону это не понравилось, фраза эта не понравилась, и куда клонил рыжий, ему не нравилось тоже. - Может, возьмешься за дело? Чисто по-братски? Это же мой отец, это важно для всей нашей семьи. Фингон отрицательно покачал головой. - Я не сталкивался с убийствами, знаешь же, что у нас в городе такое случается редко. Я всего полтора года работаю, и если хочешь найти убийцу, поищи другого частного детектива, более опытного. Тебе же лучше, поверь. Майтимо нахмурился, и на секунду Финьо испугался, что тот может разозлиться или обидеться, назовет его равнодушным и прекратит общение с таким, как он. Затем он прогнал эти мысли, посчитав их бредом, но иррациональный страх потерять друга из-за отказа остался. - Ну, надо с чего-то начинать! - внезапно оптимистично продолжил уговаривать его Маэдрос, и его взгляд был таким умоляющим, что Фингону стало самому от себя противно за то, что тот отказывается. - Я заплачу за это, сколько нужно, потому что матери, да и всем братьям, просто необходимо знать, что произошло и кто это сделал. Пожалуйста. Темноволосый вздохнул. - Ладно, так и быть. Только ты все это время будешь мне помогать по мелочам. Хорошо? А то один я не буду все успевать, и опыта мало. Да и о Феаноре ты больше знаешь. Майтимо нахмурился сначала, но затем, после долгих минут раздумий, поднял благодарный взгляд на кузена и сжал его руку своими – и живой, и искусственной. Фингон поморщился от боли - контролировать силу своего нового протеза Маэдрос еще не научился, да и сам он был крупнее и сильнее Финдо. - Хорошо. Спасибо. Спасибо, Финьо, большое спасибо. - Да брось, мы же друзья. Но если я засажу невиновного, это будет на твоей совести, - отмахнулся и попытался отшутиться Финдекано, чтобы разбавить серьезность момента. - Можешь остаться у меня на ночь, поздно уже. Я разложу тебе диван. - Еще раз спасибо, - смущенно ответил рыжий. Он точно так же, как Фингон, не умел проявлять свои эмоции - в конкретном случае он не мог выразить свою благодарность. - Успокойся, - поморщился Финдекано. - Заблагодаришь еще меня до смерти. И он насмешливо улыбнулся, подумав, что ради такого преданного взгляда, полного надежды и благодарности, каким на него сейчас смотрит кузен, можно и взяться за расследования убийства.