Шутки не всегда помогают

      Подойдя к колыбели, женщина взяла на руки маленькую девочку, которой и года нет.       Позади стоят трое мужчин, двое из которых одобряюще хлопают третьего по спине, мол, мужик, такая дочь родилась! Но тот, кто является отцом, скептически смотрит на дочку и любимую женщину.       Нет, конечно, он рад. Он — первый, у кого родился ребёнок из их маленькой компании. Первый друг недавно сыграл свадьбу, а второй говорит, что лучше пока побыть крёстным, чем дать его ребёнку такую жизнь — Волан-де-Морт жив и ищет Джеймса и Лили Поттеров.       А девочка причмокивает, прильнув к матери и из-за её плеча поглядывая на отца, крёстного и их лучшего друга…       Лидия, вздрогнув, проснулась. Часы, магловские, старые и с треснутым стеклом, показывают без пяти восемь. Анджелина и Алисия ворочаются в своих постелях, что-то шепчут и улыбаются. А Вест снова не сможет заснуть, да и смысл, если через несколько минут прозвенит будильник?       Прошло две недели с Хэллоуина и странных видений. Теперь Лидию мучают детские сны, в которых показаны трое неизвестных и её мама. Но после таких снов головной боли нет, есть только короткие моменты из снов, всплывающих в памяти в течении дня.       Девушка, повернув голову к окну, заметила белоснежное полотно за ним. Откинув одеяло и поднявшись с кровати, гриффиндорка медленно направилась к окну. Подойдя, она радостно улыбнулась — первый снег! А это значит, что уже сегодня Фред и Джордж будут играть в снежки и закидывать ими профессоров, которые им не нравятся. И Лидию вместе с учителями тоже…       Поддавшись порыву, волшебница выбежала из комнаты и побежала по лестнице вниз, перепрыгивая две или три ступени сразу. Открыв дверь, она выбежала из девчачьей стороны и врезалась в смеющихся близнецов, которые чуть покачнулись от резкого налёта подруги. — С первым снегом! — крикнули трое хором, после засмеялись.       У них была традиция — закопать друг друга в первом снегу после уроков. Это правило сложилось у них перед первым совместным Рождеством. Считается, что если этого не сделать, то оставшиеся дни до Рождества пройдут в плохом настроении. Хотя, как такое возможно у Дреда и Форджа, которые шутками живут? — Пойдём закапываться? — спрашивает Фред, поправляя рубашку пижамы. — После уроков, — в унисон ответили ему Джордж и Лидия, усмехнувшись.       Внизу, возле лестницы, послышалось недовольное ворчание одного из портретов. Компания снова рассмеялась. — Ладно, пошли переодеваться, — улыбнулась Вест, — Встречаемся тут через десять минут. — Есть, мэм! — подняв руки и отдав честь, вместе сказали братья.       <…>Завязывая хвост, Лидия спустилась в Общую гостиную и села за шахматную доску, разглядывая волшебные шахматы. Близнецы наверняка сейчас придумывают, кого забросать снежками, и поэтому одеваются медленно, но при этом бурно обсуждая возможных кандидатов.       Лидия слышала, как в спальне мальчишек что-то упало — не факт, что у Уизли, но всё же.       Неделю назад Вест написала матери о Ремусе, но в ответ ничего не получила — мама не решается ответить дочери на интересующие её вопросы. Но вряд ли крёстный и отец мертвы — тогда бы мама вообще ничего не рассказывала Лидии. Или же?..       Анджелина подошла к подруге и села напротив, положив сумку на колени. Мулатка знает, что случится после уроков и не очень любит эту затею — они ведь могут заболеть. Но это всё равно не мешает, и ребята продолжают свою традицию, не смея её нарушать.       Наконец, вышли братья Уизли. Фред, обматывая вокруг шеи шарф маминой вязки, о чём-то рассказывая точной копии себя. Спустившись к однокурсницам, шутники переглянулись и задорно улыбнулись. — Мы придумали, — сказал Джордж, обматывая вокруг своей шеи точно такой же шарф, но с буквой «Д» на конце. — В кого будем кидаться, — продолжил довольный собой и планом Фредди. — Профессор Квирелл! — хором сказали братья и уставились на подругу, ожидая её ответа и действий.       Вест перевела взгляд с Анджелины на Джорджа, с него на Фреда. Джонсон уже собиралась что-то сказать, но хлопок двери женской части спален отвлёк её, что дало Лидии дать ответ. — Я согласна.       Фред довольно усмехнулся, когда Андж посмотрела на подругу как на ненормальную. Джордж благодарно посмотрел на Алисию, из-за которой мулатка ничего не успела сказать.       Поднявшись, Лидия пошла к выходу, заметив про себя, что настроение всё равно испортилось. Потому что первый урок Прорицания, на которых ей и Джорджу нагадала профессор Трелони что-то общее.       Полная дама, открыв проход, продолжила петь. Вест злобно посмотрела на портрет и с губ чуть не сорвалась фраза «Петь не умеешь», но она промолчала, спускаясь по лестнице в Большой зал.       Мимо пролетел уже радующийся Почти Безголовый Ник. Он вежливо поздоровался с девушкой и пообещал не рассказывать о выходке её лучших друзей — хаос в кабинете мистера Филча.       Усмехнувшись, Лидия заметила Перси. Старшекурсник стоял на одной из лестниц и разговаривал со старостой Когтеврана, а когда мимо прошёл один слизеринец, то Уизли еле сдержался, чтобы не высказаться.       Тут к девушке прилетела сова из совиной почты в Косом переулке. Сев Лидии на плечо, птица протянула конверт и слегка впилась когтями в плечо, чтобы не упасть при движении.       Остановившись на платформе пятого этажа, Лидия разорвала конверт и вытащила письмо, в которое что-то было вложено.       Волшебнице хотелось, чтобы письмо было от матери, но вместо почерка Милы был другой, немного корявый и с наклоном в другую сторону — такой же почерк был на табличке, припаянной к котлу.       Пробежавшись взглядом по тексту, девушка постаралась найти зацепку, по которой можно понять, кто ей Ремус. Но не было ничего, что говорило бы об этом — будто сам Люпин не желает отвечать на такой важный вопрос. «

Здравствуй, Лидия.

      Твоя мама сообщила, что ты хочешь поговорить со мной. Но, ты прости, я не могу сказать, кто я тебе — так просила Мила.       Я могу ответить на все интересующие тебя вопросы, кроме отцовства и крестин. Но пока я отвечу на те, которые мне передала твоя мама.       Тот Кубок, который ты чистила, будучи наказанной вместе с сыновьями Молли Уизли, действительно принадлежал мне. Я получил его, когда стал старостой Гриффиндора и предотвратил ужасную шутку над учениками Слизерина.       Второй твой вопрос связан с котлом, верно? Ты была права, когда думала, что меня поторапливали. Это действительно так, так как я решил сделать табличку прямо перед решающей игрой в квиддич «Гриффиндор — Слизерин». Мне пришлось взять котёл и табличку на игру, чтобы приделать надпись. Я тогда очень сильно получил от одного из охотников команды…       Третий твой вопрос я, извини, пропускаю, так как он связан с тем, кто я тебе.       А вот четвёртый меня заметно удивил. Говоришь, тебе казалось, что ты находишься в темнице? Такое бывает, если очень сильно и долго думаешь о чём-то. Поэтому советую не делать так больше и просто писать мне, что тебя интересует. Не обещаю, что отвечу на все вопросы, но постараюсь хоть как-то расширить твои знания о собственной семье.

Удачи в дружбе с близнецами. Твой знакомый Р. Д. Люпин.

      P.S. Я уже оплатил полёт совы в Хогвартс и обратно.»       Лидия только сейчас заметила стоящих позади Дреда и Форджа, которые с таким же интересом читали письмо от Люпина. — И почему он не хочет говорить? — возмутился Фред, — Ты же должна знать, Лид! — Мама так не считает, — подытожила волшебница, погладив сову по оперению, — Ладно, пошли на завтрак. Надо дать сове что-нибудь сладкое.       Троица стала спускаться вниз, обсуждая письмо. Лидия была рада, что хоть какие-то ответы получила, пусть и не те, которые желала. И парни злились, что их подруга до сих пор не знает, кто её отец и что с ним. Злились даже, наверное, больше самой девушки, для которой это гораздо важнее.

***

      Сидя за шаром, Лидия обречённо вздохнула и опустила голову на согнутые руки. Фред ради интереса пытается что-то разобрать в дымке шара, а Джордж, как и подруга, понял, что ничего путного из этого не выйдет. — И что ты видишь? — пробурчала гриффиндорка, подняв голову. — Скуку смертную он там видит, — тоже пробурчал Джорджи, взглянув на шар, — Лид, не легче просто свалить с Прорицаний?       Вест уже подумывала над этим, но не хотела обижать Сивиллу. Только из-за этого она и терпит весь этот абсурд, вроде смертей и дохлых крыс под подушкой, что на прошлом уроке нагадала профессор Алисии. — А если честно? — Тот, кто делал эти шары, явно курил во время работы, — ответил Фредерик, — Дыма столько, что ни черта не увидишь!       Тут к ним подошла учитель. Дослушав высказывание Уизли, она посмотрела на скучающую Вест и горестно вздохнула — видимо, она что-то увидела. Или разум уже настолько тронулся, что только гибель ей и мерещится. — Мисс Вест, посмотрите и скажите, что вы там видите, — обратилась к волшебнице женщина.       Лидия, вздохнув, оторвалась от изучения узоров скатерти и посмотрела на шар. Там, сквозь дымку, ей явился образ мужчины в кандалах. Дёрнувшись назад, Вест схватилась за скатерть потянула её на себя, из-за чего шар скатился с подставки на пол и покатился к Анджелине, Алисии и Джордану. — Неужели что-то увидела? — скептически спросил Фред.       Но, заметив лицо девушки, которое снова выполняло роль белого полотна, осёкся. — Ага, узника какого-то, — сдержанно, чтобы не крикнуть, ответила волшебница.       В голове она отметила, что обязательно расскажет о случившемся Ремусу. Может, он знает, что это значит? Потому что толкованию профессора Трелони Вест не очень доверяет.       К слову, учитель Прорицания снова ужаснулась и сделала несколько шагов назад. Но на этот раз она ничего не стала говорить и лишь вернулась на свою софу, полностью погружённая в свои раздумья.       Троица переглянулась, решая, что делать. Уходить — не вариант, а оставаться — стать таким же чокнутым.       Следующая галочка в невидимом списке была обозначена, как «Узнать, не знал ли Ремус Сивиллу Трелони», хотя студентка львиного герба не особо верила, что это может быть так.

***

      Подойдя к одному из библиотечных стеллажей с книгами по Прорицаниям, Лидия услышала разговор Рона, Гермионы и Гарри о Николаса Фламеле.       Так и остановившись с вытянутой рукой, третьекурсница продолжила подслушивать. Говорить об услышанном друзьям она не собирается, но зато перестанет интересоваться тем, из-за чего двое мальчиков подружились с Грейнджер. — В учебниках ничего о Николасе нет, — сказала Гермиона тоном профессора. — Это мы уже и без тебя поняли, — фыркнул Рональд, уткнувшись в учебник. Лидии показалось, что он вообще не читает книгу.       Гарри сидел напротив рыжего друга и читал «Историю магии», немного слушая друзей.       Вест хмыкнула и, положив книгу в стопку, пошла к свободному месту, рядом с Гермионой.       Достав чистый пергамент, волшебница взяла одно перо из держателя и чернила, развернула лист и принялась писать письмо для Люпина. «

Здравствуй, Ремус!

      Ты ведь разрешил задавать вопросы? Я хочу кое-что узнать.       Я выбрала Прорицания, как дополнительный урок. Его преподает Сивилла Трелони. И я вот хочу узнать, знаешь ли ты её? А если знаешь, то ответь: она всегда была такая ненормальная?       На первом уроке, второго сентября, она нагадала мне и Джорджу что-то общее: утрату или смерть. Первое, скорее всего, связано со смертью кого-то дорогого нам. А второе? Мы с ним умереть, что ли, должны?!       Второй случай случился сегодня. В волшебном шаре предсказаний я увидела мужчину в кандалах — с волосами средней длины и немного кудрявыми, отросшей бородой и безумным взглядом. Что это значит? Знал ли ты его?

Спасибо, что согласился отвечать на вопросы. Для меня это очень важно Лидия Вест.

»       Свернув письмо, гриффиндорка перевязала свёрток атласной лентой и положила его в сумку.

***

      Поднявшись по лестнице наверх совятника, Лидия нашла свободную школьную птицу и привязала письмо к её лапе.       Достав из кармана утеплённой мантии кусочек сахара, девушка назвала имя получателя и дала кусочек сове, чтобы той не было тяжело лететь на голодный желудок.       Вся мантия покрыта ещё не растаявшим снегом, капюшон весь промок, но волшебница рада — традиция исполнена.       Спустившись обратно вниз на улицу, Вест обнаружила своих рыжих друзей, колдующих над слепленными снежками. Подойдя поближе, она поняла, что от избушки Хагрида идёт Квирелл, которого трое решили закидать снегом.       Как только профессор прошёл мимо, с заиканием поздоровавшись, снежки начали лупить его по затылку. Кажется, Лидия даже услышала приглушённый голос, обещающий уничтожить шутников.