Глава двенадцатая
7 февраля 2016 г., 19:15
Закутываясь в халат, Лидия спускалась по лестнице в Общую гостиную. Можно сказать, уже сегодня состоится заключительная игра в квиддич, поэтому Вест заснуть и не может. Ей всё кажется, что что-то пойдёт не так, и Оливер сильно разозлится.
Послышался хлопок двери. Лидия завязала пояс и поспешила вниз. За углом скрылись спутанные каштановые волосы Гермионы. Третьекурсница удивленно приподняла брови — а Грейнджер что тут забыла? Такая заучка, как Гермиона, обязана сейчас спать и видеть десятый сон, потому что отсутствие оного не способствует развитию мозга.
Внизу послышались голоса. Волшебница подошла к входной двери на лестницу и прислонилась к ней ухом. Подслушивать, конечно, нехорошо — но Лидия не была бы самой собой, если бы не попыталась сделать это.
— Невилл, прости, — послышался голос Гарри.
Гермиона и Рон повторили эти слова следом за Поттером. Когда послышался звук отъезжающего портрета, Лидия вышла на площадку и посмотрела вниз. Там, возле дивана, лежит остолбеневший Долгопупс, смотрящий в потолок стеклянным, как у куклы, взглядом.
В голове что-то щелкнуло. Лидия рванула по лестнице вниз, на ходу возвращая первокурсника к жизни, выбежала за пределы башни и побежала на первые этажи.
Вест часто попадала на те моменты, когда троица разговаривала о каком-то Философском камне. Один раз гриффиндорка услышала, как они говорили про трёхголовую собаку в Запретной зоне Хогвартса.
Решив, что этих ребят всё равно не переубедить, девушка побежала в сторону спален профессоров, к МакГонагалл. Может, она сможет образумить обезумевших новичков? Ведь даже Фред, Джордж и Лидия не гонялись за тремудрыми вещами, вроде зеркала Еиналеж. Они, увидев его всего один раз, больше его не искали — хотя, кто знает, может попозже они снова начнут искать зеркало ради интереса.
Тут она в кого-то врезалась. Отскочив назад, девушка упала на спину и ушиблась затылком. Сверху на неё смотрел завхоз Филч с довольной усмешкой — поймал!
— Живо к профессору МакГонагалл! — проворчал Аргус, поглаживая кошку, сидящую у него на плече.
— Я туда и собиралась, — буркнула ведьма, поднявшись.
Ей было плевать на то, что она попалась. Главное — объяснить всё Минерве и Альбусу. Только они, наверное, могут повлиять на трёх новеньких.
— А где же твои вечные спутники, Вест? — ухмыльнулась мужчина.
Лидия так хотела сказать «Не ваше дело», но промолчала, кутаясь в халат. В июньские дни в Хогвартсе по ночам всё равно бывает холодно. Но непонятным причинам такое происходит вот уже второй год.
Лидс подумала, что лучше бы было рассказать все братьям, но те приняли бы её слова шуткой. Малыш Ронни — и огромный пёс? Они бы сказали, что ей пора спать и не думать о всякой чепухе. Или не пить ничего из рук Ли Джордана.
Свет от лампы завхоза падает на рыцарей и на портреты, которые недовольно ворчат. Но сквибу — Вест узнала о него происхождение в этом году — на это явно плевать.
— Направо! — фыркнул мужчина.
— Я и сама знаю. Без вашей помощи разберусь, — в тон ему произнесла гриффиндорка.
Чем дольше они тут бродят, тем ближе трое юных волшебников к Запретной зоне. Интересно, а что будет, если сообщить об этом Филчу? Завизжит, брызгая слюной, и побежит в Зону, позабыв о Лидии?
Добравшись до цели, Аргус назвал пароль и вошёл в помещение, за ним зашла и Лидия.
— Профессор МакГонагалл! — рявкнул он, от чего Лидии показалось, что он разбудил всю школу разом.
— Мистер Филч? — к ним вышла Минерва.
Вест впервые видит эту женщину в таком образе. Длинные волосы заплетены в косу, вместо чёрной мантии обычная пижама и халат. И совсем не скажешь, что именно эта женщина может одним лишь взглядом почувствовать вину даже за то, чего действительно не делал.
— Профессор МакГонаггал! — воскликнула Лидия, не дав Аргуса произнести и слова, — Поттер, Грейнджер и Уизли пошли в Запретную зону школы! Они хотят забрать то, что там спрятано! Профессор, нужно предупредить Дам…
— Профессора Дамблдора в школе нет, мисс Вест, — спокойно ответила женщина, — И могу вас уверить, что ваши друзья не смогут достать камень. Вы ведь тоже знаете, что там спрятано?
Лидия заторможенно кивнула. В голову неожиданно ударила мысль, что Альбуса специально выпроводили из школы, чтобы попытаться достать Философский камень. А это значит, что трио первокурсников прекрасно знает этого человека и хочет помешать ему…
Лидия медленно осела в рядом стоящее кресло. Это Квирелл. Можно было подумать и на Снейпа, но первый постоянно ошивался возле этой треклятой зоны. Даже Северус так часто возле неё не торчал, как этот заикающийся профессор.
— Профессор, прошу вас, сообщите об этом профессору Дамблдору, — кажется, никто из обеих не замечала Филча, — Прошу, — Лидия взглянула на анимага, сжав в руках кончик пояса.
Она знала о их плане. Она молчала, не говорила об услышанном лучшим друзьям. И если что-то случится с Роном, парни обозлятся на неё. Лишаться дружбы из-за собственной глупости Вест никак не хотела.
Она резко вскочила, решительно взглянув на учителя. Да, так и надо сделать. Она пойдёт в эту Зону и отыщет ребят.
— Сообщите о случившемся Дамблдору, а я пошла в Запретную зону, — развернувшись, сказала волшебница, — Я постараюсь их остановить.
***
Пёс мирно спит, улегшись на правый бок и открывая доступ к люку. Лидия медленно стала подходить к дыре в полу, приготовив палочку. Люк оказался открытым, заставив Вест обречённо выдохнуть. Они уже внизу. Быстро спрыгнув в люк, Лидия испуганно ахнула. Какие-то стебли стали охватывать её со всех сторон, не давая пошевелиться. Что за чёрт! Неужели профессору Стебль нравятся эти Дьявольские силки?! Вот никто не подумал бы, что учитель Травологии — садист. Или мазохист. Или всё вместе. Лидия стала дергаться, стараясь выбраться. Но куда там! Силки стали ещё сильнее сжиматься вокруг тела волшебницы, оставляя явные следы на ногах и руках. Они проходили эти силки на первом курсе. Джордж оказался неосторожным и его эти стебли обвили вокруг ног, подвесив к потолку. С Фредом случилась та же история, когда близнец решил помочь непутевому брату. А итоге оба висели вниз головой, барахтаясь и все сильнее запутываясь. Профессор тогда сказала, что надо… надо успокоиться. Надо просто отдаться силкам. Лидия перестала двигаться, закрыв глаза. Она попыталась забыть о том, что происходит вокруг. И вдруг резко потянуло вниз, из-за чего она уже через полминуты лежала на спине с ноющей поясницей. Не самое мягкое приземление, если что. Поднявшись, она осмотрелась и подняла палочку вверх. — Люмос. На конце палочки зажёгся свет. Двинувшись в единственное верное направление, девушка старалась идти как можно тише, чтобы не спугнуть геройствующих детей. Но она с близнецами почти такая же. Где-то спустя пять минут послышались шуршание крыльев. Выйдя на свет, Вест ужаснулась — в разных направлениях летают ключи! Их множество, разных цветов и форматов, и даже сам чёрт ногу сломит в поисках нужного ключика. — Акцио, ключ от двери! К ней подлетел ключ с поломанным крылом. Волшебница бережно взяла его, стараясь не прикасаться к крыльям, и пошла к единственной двери. Вставив ключ в скважину, она повернула его и толкнула дверь. Выпустив ключ, она прошла за дверь и… — Рон, держись! — крикнула Гермиона. Добравшись до света, Лидия вздрогнула. Она стояла перед огромной шахматной доской с останками волшебных, таких же огромных, шахмат. Возле одной уцелевшей фигуры лежал Уизли, а над ним склонилась Гермиона. Но где Гарри? Неужели он… пошёл дальше? — Рон, Гермиона! — крикнула девушка, подбегая к ним. Грейнджер вздрогнула, подняв голову. По глазам было видно, что Поттер сейчас один и ему не помочь. — Давай помогу отвести его, — предложила гриффиндорка, склонившись над рыжим. Кажется, у него нет перелома. Но есть растяжение и неглубокие раны из-за сыгранной партии. Главное, что жить будет. Помогая подняться, Лидия бросила короткий взгляд на проем с другой стороны доски. Из-за разницы в росте ей пришлось согнуться и придерживать мальчика. Они перешли доску, обходя фигурки. Тут возле выхода появился мужчина. Лидия облегчённо выдохнула — Альбус Дамблдор успел! — Отведите мистера Уизли в Больничное крыло, — произнёс он будничным, обыкновенным тоном. Словно ничего не происходит, а Рон пострадал на обычном уроке.***
Фред и Джордж складывали вещи в чемоданы, выражая своё недовольство. Лидия стояла, прислонившись спиной к двери и сложив руки на груди. Всё обошлось. Почти. — Это немыслимо! — воскликнул Фред, — Как ты смогла не рассказать нам?! Лидия, я думал, мы друзья! Джордж на мгновение взглянул на подругу и спрятал лицо в шкафу, доставая вещи. Сейчас дети собираются уезжать. Гарри пропустил игру в квиддич, отлеживаясь в Больничном крыле, из-за чего в этом году Гриффиндор не получит Кубок школы по квиддичу. Ремус и незнакомец упорно молчат, заставляя Вест нервничать. Пообщались и бросили? Молодец, Лунатик. Просто супер! Теперь, кажется, Лидия понимает, что мать не хотела, чтобы дочь общалась с Ремусом и — уж тем более! — с каким-то другим мужчиной, имени которого Лидс не знает. — Лидия! — подал голос Джордж, — Почему ты не сказала?! — Вы бы не поверили! — не выдержала волшебница, отлипая от стены, — Вы не поверили, Джордж! Сказали бы, что я несу какую-то ересь! Открыв дверь, она вышла на лестницу и стала спускаться вниз. Они поссорились. И что с того? Она не виновата, что они — Короли шуток! Она не виновата, что они умеют только шутить! Спустившись вниз, Лидия прошла Общую гостиную и пошла к выходу. Многие уже собрались в Большом зале, ожидая торжественного заключения года и объявления победителя в соревновании факультетов. <…>Гарри сел рядом с друзьями, отводя глаза от каждого ученика, что смотрел на него. Он будто старался скрыться, стать незаметным, невидимкой. — Думаю, пора узнать, кто победил между факультетами. Начнем с конца. Четвертое место занял факультет Гриффиндор — триста двенадцать очков. Третье — Пуффендуй, у них триста пятьдесят два очка. На втором месте Когтевран — четыреста двадцать шесть очков. А на первом Слизерин — четыреста семьдесят два очка. После оглашения баллов зал загудел. Лидия спрятала лицо в ладонях, понимая, что они уже никак не могут вырваться вперёд. Это ведь нормально, да? А вот и нет, это ненормально! Гарри — гриффиндорец, так же как и Рон с Гермионой! Стол, за которым сидели слизеринцы, взорвался громкими криками и аплодисментами. Лидия видела, как Слизерин победно стучит по столу золотыми кубками. — Да, да, вы прекрасно потрудились, — произнес Дамблдор, обращаясь к сидевшим за столом Слизерина, — Однако мы не учли последних событий, — зал затих за столом. Дамблдор громко хмыкнул, — Итак, — продолжил он, — В связи с тем, что в свете последних событий некоторые ученики заработали некоторое количество очков… Подождите, подождите… Ага… — Дамблдор задумался или сделал вид, что задумался, — Начнем с мистера Рональда Уизли… — Рон побагровел и стал похож на обгоревшую на солнце редиску, — …за лучшую игру в шахматы в истории Хогвартса я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков. Крики, поднявшиеся за столом, где сидела Вест, наверное, долетели до заколдованного потолка. По крайней мере звезды на потолке задрожали. Все слышали, как Перси, обращаясь к другим старостам, безостановочно выкрикивает «Это мой брат! Мой младший брат! Он выиграл в заколдованные шахматы МакГонагалл!» Наконец снова наступила тишина. Лидс была уверена, что никто даже не дышит — боится. Боится, что Альбус передумает и оставит победу слизеринцам. — Далее… мисс Гермиона Грейнджер, — произнес Дамблдор, — За умение использовать холодную логику перед лицом пламени я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков. Гермиона закрыла лицо руками. Она расплакалась. За их столом творилось что-то невообразимое — за одну минуту факультет заработал сто очков. Уму непостижимо! Вест кажется, что она спит, а Фред и Джордж пихают её под рёбра, заставляя понять: не спит. — И, наконец, мистер Гарри Поттер, — объявил Дамблдор, и в зале воцарилась абсолютная тишина, — За железную выдержку и фантастическую храбрость я присуждаю факультету Гриффиндор шестьдесят очков. Поднявшийся шум явно оглушил Гарри. Все, кто умел считать, хрипло вопили, поняв, что у Гриффиндора теперь четыреста семьдесят два очка. То есть, столько же, сколько и у Слизерина. Они почти выиграли соревнование между факультетами. Если бы Дамблдор дал Гарри еще одно очко… Дамблдор поднял руку. Зал начал затихать. — Храбрость бывает разной, — Дамблдор по-прежнему улыбался, — Надо быть достаточно отважным, чтобы противостоять врагу. Но не меньше отваги требуется для того, чтобы противостоять друзьям! И за это я присуждаю десять очков мистеру Невиллу Долгопупсу. Если бы кто-то стоял за дверями Большого зала, он бы подумал, что здесь произошел взрыв, — настолько бурно отреагировали на слова директора за столом Гриффиндора. Гарри, Рон и Гермиона вскочили и зааплодировали Невиллу, подбадривая его громкими криками. А Невилл, весь белый от изумления, исчез под кинувшимися обнимать его школьниками. До этого он ни разу не принес факультету ни одного очка. Гарри, продолжая аплодировать, ткнул Рона под ребра и кивком указал на Малфоя. Вид у него был такой обескураженный и испуганный, словно Гермиона наложила на него заклятие, полностью парализовавшее его тело. — Осталось последнее, — произносит Дамблдор, заставив всех резко замолчать. Неужели кто-то ещё что-то сделал? — Мисс Лидия Вест. Не каждый бросится на помощь друзьям в саму неизвестность. Плюс десять баллов! Лидия открыла рот от изумления. Она чувствовала, как её под столом с улыбками пихают Алисия и Анджелина; слышала возгласы «Это наша подруга!». По мозг отказывался принимать услышанное, словно это была какая-то глупая ошибка, допущенная директором школы. Хотя — все уверены — Дамблдор вообще не умеет ошибаться. — Таким образом, — громко прокричал Дамблдор, пытаясь заглушить аплодисменты, которые только усилились оттого, что факультеты Когтевран и Пуффендуй тоже возликовали по поводу поражения Слизерина, — Таким образом, нам надо сменить декорации. Он хлопнул в ладоши, и свисавшие со стены зелено-серебряные знамя стали ало-золотыми, а огромная змея исчезла, и вместо нее появился гигантский лев Гриффиндора. Снейп протянул руку профессору МакГонагалл и начал трясти ее с вымученной улыбкой. Фред и Джордж обняли подругу с обеих сторон, прижимая к себе и радуясь, что победил именно Гриффиндор. Лидии показалось, что они её задушат, но они вовремя отлипли от неё и смущенно отвели взгляды — стыдно. Вест одарила их улыбкой и, поскольку сидела между ними, обняла за шеи, тем самым прижимая ближе и обнимая.***
На платформе 9¾ довольно шумно. Ученики наперебой рассказывают родителям, что произошло и какой факультет победил. Люциус Малфой, только услышав о победе золотисто-красного факультета, брезгливо поморщился и на несколько секунд задержал свой взгляд на прошедшей мимо Лидии. Лидия шла вместе с матерью, обнимая её. Спрашивать о Ремусе ей не хотелось — они соскучились друг по другу и разговор вполне можно отложить. — Лидия, ждём второго августа у себя! — весело крикнул Фред, махая руками. — Хорошо! — крикнула в ответ Вест. Можно забыть о Ремусе. Но невозможно забыть о Рэм, которая сейчас, сидя в клетке, весело ухает и приветствует новых друзей из совятника. Всё настолько хорошо, что Лидии не верится.
