Шутки не всегда помогают

      Лидия стоит, облокотившись о колонну, и наблюдает за близнецами, которые закапывают Алисию в снег. Урок только закончился, и волшебница ждёт Анджелину, которую оставила профессор МакГонагалл для важного разговора.       Все давно вернулись в Хогвартс после Рождества. К всеобщей радости, нападения прекратились и все смогли вздохнуть полной грудью и уже никто не боится ходить по замку, ожидая своей участи.       За полтора месяца Лидия привыкла к тому, что Алисия заняла её место в компании Фреда и Джорджа. Теперь только иногда сердцу становится больно, когда девушка видит всех троих, радостных и смеющихся над какой-то глупой шуткой. Но есть Анджелина, которая не бросила подругу и теперь всегда рядом, не давая сорваться. — Идём? — спрашивает волшебница, подойдя к подруге и тоже взглянув на ребят. — Конечно, — улыбнулась Лидс, развернувшись, и направилась ко входу в школу.       Анджи догнала подругу и, обняв её за плечи, ободряюще улыбнулась. Она считает, что всё может образоваться. Но разве что-то может измениться, когда Фред и Джордж взяли Алс на место Лидии? Вряд ли, и только Вест знает об этом.       Зайдя в тёплое помещение, Лидия сняла зимнюю мантию и повесила её на сумку. Студенты только-только вывалились из кабинетов и начали расходиться по своим делам, оживлённо переговариваясь. Кажется, что у каждого есть идеи для завтрашнего дня, но никто не знает, что Локонс все эти идеи пересёк на корню ещё три недели назад.       Дело в том, что уже завтра будет Валентинов день, когда каждый может подарить возлюбленному или возлюбленной валентинку. И поэтому каждый, у кого кто-то есть на примете, придумывает новый способ передачи этих кусочков пергамента, но Златопуст уже сам всё решил. На одном из уроков он «случайно» обмолвился, что придумал способ, который всем понравится. Так он постарался взбодрить интерес своих учеников, но весь четвёртый курс Гриффиндора пропустил его рассказ мимо ушей.       Завернув за угол, девушки начали подниматься на седьмой этаж, решив подготовиться к следующему уроку в Общей гостиной. — Интересно, что за способ придумал Локонс, — задумчиво произнесла Анджелина, поправив сумку, — Наверное, он возомнил себя Святым почтальоном. — Тогда я точно из башни не выйду завтра! — усмехнулась Вест, остановившись на платформе третьего этажа и дожидаясь лестницы на следующий. — Брось, весело же будет! — засмеялась Анджелина, — Вот представь: идёшь ты по коридору, допустим, на Зельеварение, а из-за угла выскакивает Златопуст в простыне и луком в руках!       Лидия закрыла глаза, попытавшись представить себе всё это. И как только получилось, она звонко рассмеялась, пошатнулась и чуть не упала вниз. — Боже, — прошептала волшебница, отшатнувшись назад, — Только ради этого я завтра поднимусь с постели, поняла? И если ты меня обманула! — Я сказала «допустим», — улыбнулась Анджелина, схватив подругу за руку и потащив по лестнице на четвёртый этаж, — Тем более, ты не хочешь узнать, кому ты нравишься?       На этот раз Вест закатила глаза, вырвав руку и уставившись на один из многочисленных портретов. Кому она может нравиться-то? Раньше бы она могла подумать на Фреда или Джорджа, но раз те не поверили ей, то вряд ли хоть кому-то из них она нравится.       Тут из стены вылетел Пивз, распевающий всем надоевшую песенку про Гарри. Он явно специально пролетел мимо Лидии, задев её. Девушка снова пошатнулась и сделала шаг назад, тут же отпрянув к Джонсон. — И-извини, — прошептала Вест, уставившись во все глаза на паренька, которому отдавила ногу, — Это всё Пивз. — Ничего страшного, — усмехнулся парень, — Главное, что не расплющила и инвалидом не сделала.       Анджи тут же что-то прошептала Лидии, на что подруга ткнула её локтем в живот и ещё раз виновато посмотрела на пуффендуйца. Но тот уже развернулся и пошёл по коридору четвёртого этажа. — Вот и твой Валентин! — ухмыльнулась Анджи. — Да заткнись ты, — пробурчала Лидс, уже пересекая вторую половину подъехавшей лестницы.       Джонсон засмеялась, побежав за однокурсницей. Она заметила румянец на щеках Вест — она явно была смущена, пусть и старалась скрыть это.       Спустя семь минут они добрались до своего этажа, назвали пароль Полной Даме и зашли в Общую гостиную. В камине уже потрескивали дрова, первокурсники играют в волшебные шахматы, а портреты на стенах обсуждают нападения.       Лидия повесила мантию на крючок при входе в гостиную и пошла к дивану, на котором расположилась испуганная чем-то Джинни. Заметив Лидс, Уизли пересела в кресло и опустила голову, прикрыв лицо ладонями. — Джинни, — прошептала Вест, стараясь быть более добродушной, но получалось очень плохо, — Джинни…       И вот терпение маленькой девочки лопнуло. Она вскочила, посмотрела на волшебницу красными от слёз глазами и побежала к выходу из гостиной. Анджи и Лидия непонимающе переглянулись, но уже через несколько секунд услышали на лестнице голоса близнецов, которые спрашивали у сестры, что или кто довёл её до слёз.       Лидия приготовилась к разгневанным крикам бывших друзей и обвинениям. Сжав палочку в руке, она вздохнула и взглянула на зашедших мальчиков. Те переглянулись между собой и молча прошли мимо. — Даже обвинять не станете? — спрашивает гриффиндорка прежде, чем подумать. — А зачем? — спрашивает Джордж в ответ. — Мы и так знаем, что это ты довела её до слёз, Вест, — фыркнул Фред.       Вест. Последний раз он называл её так в прошлом году, когда Лидия отказалась идти на тренировку по квиддичу. Но тогда это было подобно шутке, а в этот раз… в голосе близнеца читалось обвинение в чём-то.       Парни поднялись и скрылись за дверью в мужские спальни. Лидия сжала палочку сильнее, снова судорожно вздохнув.       Пронесло? Нет. Это только начало.

***

      Сидя за столом в библиотеке, Лидия перечитывает письмо, которое Рэм принесла во время обеда. Письмо было написано тем беглецом, который написал ей когда-то давным-давно.

«Дорогая Лидия,

      Римус сказал мне, что тебя мучают кошмары, связанные с твоим отцом. Я был бы рад, если бы ты объяснила, какие именно кошмары тебя мучают — возможно, я смогу помочь.       Лидс, ты должна помериться с Фредом и Джорджем. Ваша дружба — показатель того, что вы действительно дорожите друг другом, понимаешь? И если вы перестанете дружить, вы станете более уязвимыми для ваших врагов. Поверь, с каждым годом врагов будет больше, и именно поэтому ты не должна терять контакты с Уизли.       Я не знаю, что ещё сказать. Я просто прошу тебя быть осторожней на протяжении оставшихся школьных годов.»       Лидия сжала письмо, после небрежно положила его на стол и откинулась на спинку стула. Показатель того, что она дорожит ими? Это и так все знают, даже сами Фред и Джордж! Только вот они не принимают это как должное и стараются игнорить бывшую подругу, усомнившись в ней.       Быть осторожней на протяжении оставшихся учебных годов? О чём он вообще? Что должно случиться такого, что перевернёт её жизнь навсегда и полностью? — Лидия! — Джордан оказался рядом, тем самым испугав подругу, — Тебя профессор Дамблдор к себе вызывает! Колись, что натворила?!       Кажется, вот он — ответ на её последний вопрос.       Тот, кто пишет ей, сидит в Азкабане. И вряд ли Министерство хочет, чтобы заключённый общался с ученицей, а то многое может случиться…       <…>Лидия стоит перед директором школы, осматривая кабинет. Дамблдор сидит в своём кресле, внимательно изучая лицо студентки — будто на лбу может появиться надпись «разговаривала с преступником»! — Лидия, ты знаешь, зачем я тебя позвал? — спрашивает мужчина. — Нет, профессор, — Вест и сама не знает, соврала она сейчас или нет.       Альбус достал из стопки пергаментов распечатанное письмо, на котором была надпись «Корнелиус Фадж». Вот теперь Лидс испугалась. Фадж — Министр магии.       Волшебник протянул конверт девушке, призывая прочитать письмо. Зная Дамблдора, можно усомниться, знаешь ли ты его вообще. Он может быть весёлым и строгим одновременно, а может вообще разозлиться за долю секунды.

«Альбус Дамблдор!

      Спешу сообщить, что один из заключённых Азкабана уловил связь с внешним миром, а точнее, с одной из твоих учениц — Лидией Вест.       Ты прекрасно знаешь, что это значит. Ему хватило ума не приписывать своего имени, поэтому ты должен сделать так, что Лидия не узнала, кто ей писал. Если она узнает, Министерство не справится с вытекающими из этого последствиями!

Корнелиус Фадж»

      Лидия смотрела на письмо, будто поражённая. — Ты знаешь, зачем я дал тебе прочитать это письмо? — спрашивает профессор, смотря на ученицу поверх очков.       Волшебница отрицательно помотала головой, действительно не понимая, зачем он это сделал. В письме идёт речь об одном из заключённых и ней, а значит, если она прочтёт, то проблемы действительно будут. — Я не могу сказать, кто этот заключённый, — продолжил Дамблдор, — И не могу сказать, что может произойти, если ты узнаешь его имя. — Что случится, если я узнаю имя? — пропустив мимо ушей последнюю фразу, требовательно спрашивает гриффиндорка, — Я обещаю не рассказывать об этом никому, только скажите! — Я не могу, Лидия, — с сочувствующей улыбкой произносит учитель, — Я хотел попросить тебя с ним не общаться, если у него получится отправить тебе письмо.       Лидия согласно кивнула. Положив письмо на стол, она развернулась и направилась к двери, но тут же остановилась.       Помощником в этой хрупкой связи был Римус! Если… если они знают об этом, то Люпину не поздоровится! — Про Римуса никто не знает, Лидия, не волнуйся, — говорит директор, — Можешь идти.       Лидия заторможенно попрощалась и пошла вниз по лестнице. Откуда он знает про крёстного?       Конечно же! Раз Римус знал её отца и согласился пересылать письма, то и этого заключённого он тоже знает! А так как он является крёстным Лидии и об этом написано в её личном деле, то Дамблдор всё знает!       <…>Зайдя в гостиную, Лидия села рядом с Анджелиной и рассказала о случившемся. Подруга сначала встревожилась и начала расспрашивать, что было дальше, но после фразы «Про Рима никто не знает» она успокоилась.       По лестнице спустились парни, дёргая друг друга за волосы и шутя. Лидия хмыкнула и взяла со стола учебник по Заклинаниям. — Вест! — заметил её Фред. Он потянул брата к дивану и облокотился о спинку мебели, — Вест, тебя кто-нибудь пригласил в Хогсмид на завтрашний праздник?       Лидия захлопнула только что раскрытую книгу и повернула лицо к Фредди, соприкоснувшись с его носом своим. — Если ты не забыл, Уизли, я не являюсь фанаткой этого розового праздника, — по слогам произносит девушка, — И тебя, я уверена, тоже никто не пригласил. Вместе с братиком попрёшься?       Фред предостерегающе сверкнул глазами и уже хотел сказать что-то обидное, но Джордж потянул его в сторону Алисии и заставил сесть сыграть в партию шахмат.       Анджелина снова ободряюще улыбнулась, глазами сказав «Всё будет хорошо», и продолжила читать Защиту от Тёмных искусств.