Шутки не всегда помогают

      На платформе слишком шумно, чтобы разобрать слова мистера Уизли, который о чём-то разъясняет Гарри, стоя поодаль от всей семьи. Я, стоя возле края платформы, отпихиваю руки Фреда, который старается затащить меня в вагон или хорошенько приложить головой о дверцу, но в любом случае я против этого. Потому что выискиваю Римуса Люпина.       Неожиданно прозвенел гудок, оповещающий, что «Хогвартс-Экспресс» скоро тронется с места. Ещё раз взглянув в толпу, я забралась в вагон и пошла в сторону купе под диктовку Фредди, так как рыжий остался попрощаться с родителями, а заодно и Гарри поторопить на пару с матерью.       Добравшись до нужного купе, я открыла дверь и проскользнула к окну, задев книгу на столе, которую читает Анджелина. Улыбнувшись подругам, я перевела взгляд на окно и снова стала высматривать лицо в шрамах, но профессор Люпин, похоже, уже свалил в вагон для преподавателей. Недовольно хмыкнув, я откинулась назад и прикрыла глаза.       Дверь в купе снова отъехала и зашли Фред с Ли. Сев на противоположные места, парни начали обсуждать преступника Сириуса, о котором мне уже надоело слышать. Он то, он сё… Такое ощущение, что в Министерстве магии других проблем, даже самых незначительных, нет! Как Блэк сбежал, так другие серьёзные вещи тут же сами собой решились!       Вскоре поезд тронулся с места и начал потихоньку набирать скорость. Семья Уизли через пять минут оказалась позади, как и сама платформа 9¾. Фред и Джордж начали обсуждать новые шутихи для Филча и Снейпа, Алисия подсела к Анджи и начала читать книгу, а Джордан устроился у неё на коленях и стал сладко посапывать, дёргая изредка ногой. Всё это заставило меня улыбнуться, когда я открыла глаза. — А это правда, что Гарри свою тётушку надул? — спрашивает Анджелина, оторвавшись от книги и вручив её подруге. — Жаль, нам мама не разрешает надуть тётушку Мюриэль, — недовольно пробурчал Джордж, — Так-то да, он её надул. Папа был в растерянности несколько минут, а потом радовался, что увидит магла из семьи, которая приютила малыша Поттера. — Лучше бы он её не только надул, — фыркаю, — Дурсли — воплощение невежественности, идиотизма и полного кретинизма.       Близнецы посмотрели на меня, будто я сказала одно из Непростительных слов. Отвернувшись к окну, я снова скривила губы в недоброжелательной улыбке.       Гарри как-то обмолвился, что Вернон и Петунья — его дядя и тётя — не думают о нём вообще. Ну разве можно ребёнка в чулане запирать, даже если так сильно его ненавидишь?! Порой мне хочется заявиться к ним в дом, наложить Силенцио и спокойно забрать Поттера в «Нору», где о нём точно позаботятся.       Джонсон и Спиннет тоже уставились на меня, но намного лучше, чем мальчики. — Только не говори, что ты их всех убить хочешь, — произнёс Фред, облокотившись на плечо брата, чтобы быть поближе, — Тогда камера в Азкабане уже готовится. — Убить? — переспрашиваю, продолжая рассматривать пейзаж, — Если только Гарри этого захочет.       Ребята засмеялись, поняв, что я шучу. Закатив глаза, я прижалась лбом к немного холодному стеклу — осень всё-таки — и начала вспоминать, каким был Римус без Оборотного зелья. Авось судьба мне поможет и я увижу крёстного до остановки в Хогсмиде.       Шум вокруг стих. Я услышала лёгкое шевеление рядом, после голова младшего близнеца легла мне на плечо. Поняв, что эти двое решили вздремнуть, я мысленно попросила Анджи разбудить нас, когда надо будет переодеваться в школьную форму.       <…>Поезд резко остановился, от чего все вагоны по инерции покачнулись вперёд и назад, после остановились. Разлепив глаза, я увидела непонимающие лица подруг, а голова Джи уже не лежала на моём плече. — Что это было? — спрашивает Ли, вскочив и чуть не ударившись лбом о низ столика. — Хочешь знать — иди к машинисту, — фыркает Анджелина, — Джордан, ты мне юбку помял!       Я усмехнулась: даже в такой ситуации Анджи думает больше о вещах, чем о сохранности конечностей нашего друга. Но это ведь не так — и все это знают. — Я пойду, посмотрю, в чём дело, — произношу, встав и протиснувшись между столом и Джорджем, — В любом случае, думаю, ничего опасного в этой остановке нет.       Прикрыв за собой дверь, я пошла в сторону следующего по счёту вагона, но тут же остановилась. Окно каким-то образом стало покрыто узорчатым инеем, а отовсюду повеяло жутким холодом. Застегнув куртку, я пошла дальше. Из купе начали высовываться удивлённые физиономии, из соседнего вагона послышался голос Оливера, который уже начал волноваться, не опоздаем ли мы на его тренировки… Почему-то я усмехнулась. Вот кто действительно думает о своих вещах, чем о других — Оливер Вуд. Он всегда думает только о квиддиче!       Тут же люди, завидев меня, попрятались в наверняка тёплых купе, решив, что именно я могу спросить у машиниста или учителей, в чём дело.       Я быстро перешла в другой вагон и развернулась, поняв, что пошла не в ту сторону. Вот что делает холод с людьми!       Сделав несколько шагов, я каким-то образом примёрзла к полу, хотя никакого льда на нём в помине нет. Позади послышался какой-то скользкий звук… Я медленно обернулась и открыла рот в безмолвном крике.       Передо мной над землёй парит какое-то существо в чёрной мантии, капюшон от которого скрывает лицо. Нечто протянуло ко мне что-то схожее с руками, и из головы вылетели все мысли, заменяя их на совсем детские воспоминания, которые я не помню. — И что нам делать, скажи на милость? — голос матери молодой, будто ей всего двадцать или даже меньше, — Как мне Лидию на ноги без тебя поднимать?! — Я говорил, что со мной одни проблемы? — усмехается мужчина, — Говорил. И ты прекрасно знала, что беременна от волшебника. Так что перестань ругать меня и помни одну вещь: Джеймс и Лили погибли!       Я, ещё совсем маленькая, сижу на коленях матери и смотрю на мага, сидевшего напротив. Он смотрит на меня и чему-то улыбается, протягивая руку и медленно погладив по голове. — Если я погибну, то только тогда можешь рассказать ей о том, кем был её отец, — откинувшись назад, произносит мужчина. — Экспекто Патронум!       Сцена из младенчества исчезает. Кто-то берёт меня на руки и куда-то несёт. Следом слышатся, будто сквозь вату, голоса Рона и Гермионы. — Дайте и ей шоколад, когда очнётся, — произносит жутко знакомый голос, и я уже была готова подорваться и обнять крёстного, но тело не послушалось.

***

      Я очнулась только тогда, когда уже приехали в Хогсмид. Быстро переодеться я всё равно не могла, поэтому просто накинула мантию, когда села в карету. Хорошо, что Фред догадался прихватить её, когда выходил из купе.       Девочки разволновались, когда мимо проходящий мужчина сказал, что я оказалась без сознания и, возможно, проведу всю поездку в купе Гарри Поттера. Джордж, пока мы ехали, признался, что этот мужчина очень походил под описание, данное мною в одном из летних писем. Пришлось рассказать, что преподавать в этом году Защиту от Тёмных искусств будет Римус Джон Люпин, мой крёстный отец. Сколько было шумно…       В Большом зале было намного громче — все обсуждали новенького мужчину, сидящего за профессорским столом. Сев на своё место, я откинулась назад и тоже начала разглядывать Римуса, но тот только улыбнулся и рукой приказал мне сесть нормально. Почему-то я повиновалась и села в прежнюю позу. — Это и есть твой крёстный? — спрашивает Анджелина, для которой чужие головы не оказались проблемой разглядывать волшебника. — Ага, — обиженно буркнула я и тут же схватила за плечо Фреда, который собирался подойти к Люпину и обо всём расспросить.       Алисия почему-то хмыкнула и отвернулась от профессоров. Я поняла, что это из-за шрамов на лице Римуса, но промолчала — это она брезгливо к нему относится, а не я. Но если это ещё раз повториться, то я забуду о нашей дружбе и хорошенько врежу ей.       Вскоре подошли первокурсники. Профессор МакГонагалл принесла заветную табуретку и Распределяющую шляпу. Началось!       <…>Когда все собрались и приготовились слушать торжественную речь профессора Дамблдора, я почему-то слово «торжественную» заключила в кавычки. Потому что вряд ли это так, если дементоры в поезд завалились целой оравой! — Приветствую всех! — сказал директор школы, — Приветствую и поздравляю с началом нового учебного года! Мне надо многое вам сказать. Начнем с самого важного и серьезного, чтобы уж больше к этому не возвращаться. Это не самое приятное известие, но зато нас сегодня ждет отменное пиршество, — Дамблдор кашлянул. Я подставила руку под голову и уже приготовилась к печальным рассказам, — Как вам уже хорошо известно, в нашу школу прислали на время несколько стражей Азкабана — дементоров, которые находятся здесь по поручению Министерства магии. Сегодня вечером они производили обыск в «Хогвартс-Экспрессе».       Ну, как я и думала. А то, что эти дементоры на двух детей напали, всем по фигу! Я брезгливо хмыкнула и уставилась на витражное окно. Наверняка сейчас над замком парят сотни и сотни этих существ, готовясь убить любого… — Они будут стоять у всех выходов с территории школы, — продолжал Дамблдор, — И пока они здесь — запомните хорошенько! — никто не должен даже пытаться покинуть Хогвартс без разрешения. Дементоров не проведешь ни переодеванием, ни какими-либо еще фокусами, не помогут даже мантии-невидимки, — Фред и Джордж недоверчиво переглянулись, решив, что им-то удастся провести стражей. Я почему-то не удивлена — вряд ли дементоры знают о подземных ходах, — Дементоров тщетно умолять, тщетно просить прощения. Поэтому я вас очень прошу, всех и каждого, не давайте им повода причинить вам вред. Я уже говорил со старостами факультетов и двумя нашими новыми старостами школы, они будут следить, чтобы никто никогда не затевал с дементорами опасной игры.       Я попыталась взглянуть на Римуса поверх голов других гриффендорцев, но все тоже начали приподниматься, чтобы разглядеть его. Пробурчав «Он мой крёстный, а не ваш», я вообще отвернулась от профессорского стола и Дамблдора. — Закончу на более приятной ноте, — продолжил он, — Счастлив представить двух наших новых преподавателей. Во-первых, профессор Люпин, который любезно согласился занять должность преподавателя Защиты от Тёмных Искусств.       Послышались редкие хлопки, известие было принято без особого энтузиазма. Я даже привстала, ровно так же, как и Невилл, Гермиона, Рон, Джинни и Гарри, громко хлопая при этом. Остальные как-то странно смотрели на нас. — Что касается второго назначения, — заговорил Дамблдор после того, как стихли жидкие аплодисменты, — Должен, к сожалению, напомнить, что профессор Кеттлберн, наш специалист по уходу за магическими существами, в конце прошлого семестра подал прошение об отставке, чтобы провести больше времени с оставшимися у него руками и ногами. Так вот, с большим удовольствием сообщаю вам, что его должность согласился принять сам Рубеус Хагрид. Он будет совмещать работу лесничего с преподаванием.       Теперь громче всех хлопало Золотое трио. Я же смотрела на Римуса, и тут же почувствовала что-то вроде испуга за него — должность преподавателя по ЗоТИ всегда была любима Северусем Снейпом, который и в этот раз остался зельеваром.

***

      Добравшись до Общей гостиной, я прошмыгнула мимо надоевшего Перси, который ещё сильнее возомнил себя пупом земли, и направилась в комнату Фреда и Джорджа.       После пира мне удалось отыскать Люпина и, наконец, почти нормально поговорить с ним. Я поздравила с назначением, попросила быть осторожней со Снейпом (на что крёстный лишь ухмыльнулся) и сказала, что не нужно волноваться о том, что он отличается от других профессоров. Как ни как, все люди разные, и вкусы тоже!       В спальне уже собрались все девочки и Ли, не хватает только близнецов, которых схватил их старший братец и которых начал поучать хорошим манерам. Надеюсь, рыжие вернутся самими собой, а не копиями Перси. — Готовы веселиться? — весело спрашивает Джордж, залетая в комнату. В руках у него что-то стукнулось друг о друга, — Сливочное пиво за наш счёт!       Я вопросительно посмотрела на него, но Фред, уже успевший снять мантию, вертел в руках две бутылки со сливочным пивом. — Откуда такое богатство? — спрашивает Алисия, приняв одну. — Нас Перси поймал за то, что мы сбежали с пиршества за сорок минут до окончания, — ответил Джо, сев на пол перед Анджелиной, — Естественно, мы бегали в «Сладкое королевство». И знаете — дементоров можно провести. Надо только знать, как.       Я усмехнулась, открыв кое-как бутылку и сделав глоток. После того, как мимо нас пролетел Барон, когда мы поднимались в башню, а на меня ещё и это существо напало, телу не хватает тепла. Поэтому этот напиток сейчас считается моим спасением. — Как вам Римус? — спрашивает Ли, забравшись на свою кровать с ногами и накрыв их одеялом, — Какой-то он странный, вам не кажется? Лидия, ты не спрашивала, почему у него лицо в шрамах?       Я сделала ещё один глоток и пожала плечами. Меня вообще не интересует, почему он таким стал, почему он превратился из явного красавчика в менее красивого мужчину. Мне главное, что у него в душе. — А вдруг на него кто-то напал? — продолжает Джордан, - Ну, оборотень там какой… Или ведьмочка ненормальная. — Как я? — спрашивает Джонсон, усмехнувшись. — Не, ты хуже, — смеётся Джордж, облокотившись спиной о кровать.       Ну да, хуже. Но Фредди-то на это наплевать. Он с ней гулял в Валентинов день и жив остался! А это значит, что Анджелина никакая не свихнувшаяся ведьма или кто-то похуже…