Проклятие для бескрылой ведьмы

Мы помолчали какое-то время, поглощённые едой. Мысли тонули в грохоте развесёлой музыки и мельтешении пёстрых нарядов. Я быстро прожевала куски мяса, плавающие в подливе, обуреваемая сотней вопросов, самым будоражащим из которых был: – Значит, мертвяков ты всё-таки нашёл? Инь сумрачно взглянул на меня поверх бокала и хмыкнул: – Нашёл бы, но меня опередили. Судя по всему, могилы были разрыты задолго до моего визита, однако никаких вестей о появлении мертвяков в окрестностях Златой Рощи или Баньей Старицы я не слышал. Вывод? – Эксперименты монстрологов? – азартно предположила, нетерпеливо постукивая каблуком по полу. – Или какие-нибудь лекари-недоучки без лицензии решили поизучать на досуге анатомию? – Агнешка, – укоризненно погрозил мне пальцем Ингвар, – ты меня вообще слышала? Могилы вырыли изнутри. Или ты думаешь, что какой-нибудь монстролог предварительно закопался в землю, а потом выбрался наружу вместе с трупом не первой свежести? Я прижала ладони ко рту. Действительно, в пылу обсуждения эта деталь совершенно ускользнула от моего внимания. – И это значит... – Это значит, что на том кладбище поработали Вороны. Один. Или несколько, – безапелляционно припечатал воришка и сунул в рот последний кусок мяса. Я потрясённо смотрела на него. Вороны-некроманты, чёрные колдуны, адепты смерти и хаоса, чья птицеформа всегда представляла собой огромного иссиня-чёрного ворона с железным клювом, были истреблены в Галахии и близлежащих странах давным-давно. Однако передо мной сидел человек, утверждающий, что видел следы их тёмного колдовства собственными глазами. – Да нет, бред какой-то, – неуверенно пробормотала: настолько неправдоподобным мне казалось его предположение. Ингвар пожал плечами. – А что это ещё может быть? Кто-то из ваших студентов? В этом вашем Совятнике учат поднимать мертвяков из могил? – Основы некромантии у нас преподают, – обиженно протянула я: явное пренебрежение, прозвучавшее в голосе собеседника, показалось мне оскорбительным. – Но всё, что касается оживления трупов, в магических школах и академиях под запретом! – Чему тогда ещё учить на некромантии? – фыркнул Инь. – Как делать вытяжку из мертвецов? Варить клей из костей? – Ну знаешь! – вспыхнула. – Пойди сам, поучись и узнаешь! - Благодарю покорно, – иронически протянул вор. – Я человек старомодный, мне куда приятнее с живыми общаться! Я только махнула рукой и вцепилась в бокал. Пикировки с Ингваром, не успев начаться, сами собой сходили на нет, и за ним неизменно оставалось последнее слово, припечатывая меня так, что продолжать спор было бессмысленно. Это ужасно бесило, но... ...Но и парадоксальным образом повышало настроение. Вокруг раздались громкие аплодисменты и радостный гомон. Я допила остатки и непонимающе посмотрела на Иня; тот с воодушевлённым видом приподнялся с места и жадно разглядывал толпу. – Пришла пора Ганцольской Джиги! – радостно объявил он, поймав мой взгляд, и протянул руку. – Анфилий с мертвяками, Агнешка! Потанцуем? Радостно схватила его ладонь и вскочила из-за стола. В голове шумело ещё ощутимее, чем в Совятнике, но я не обратила на это никакого внимания. Все проблемы и неурядицы таяли, подрагивая, в залихватской мелодии, присыпанные блеском мишуры. – Ты ещё спрашиваешь! Ганцольская джига – это искрящаяся весельем круговерть бешеного танца, где стоит только отвлечься, как твоя рука выскользнет из ладони партнёра, а тебя саму затянет безумный хохочущий хоровод . Куда там степенному вальсу на Зимнем балу Совятника! Первые аккорды разухабистой мелодии гулко стукнулись в сердце приступом невероятного восторга, но стоило мне сделать один шаг вперёд по хитросплетениям фигур танца, как споткнулась и в ужасе замерла. Что, если я забыла, как танцевать джигу? Последний раз отплясывала её на последней своей Снеговьей Ярмарке в детстве, а это было ой как давно! Что, если всё перепутаю и выставлю себя на посмешище? Рука Ингвара, лежащая на моём плече, решительно и твёрдо сжала его. – Спокойно, Агнешка, – шепнул он мне, стоя сзади. – Если что-то не получится, положись на меня. Я тебя подстрахую. Все страхи тут же улетучились. У кого это ещё не получится, у меня? Я резко обернулась к вору и легонько щёлкнула его по носу. – Смотри, как бы тебя страховать не пришлось! – лукаво подмигнула Ину. Он усмехнулся и подтолкнул меня вперёд. Джига грянула. Все мои опасения оказались напрасными. Тело само вспоминало нужные движения, не давая отвлечься на размышления и сомнения. На это просто не осталось времени: нужно было считать шаги, прыжки, повороты, вовремя перехватывать руки и вливаться в общий хоровод, чтобы через несколько мгновений вновь распасться на отдельные пары. Меня захлестнуло самозабвенное упоение танцем, и я начала всерьёз верить, что с приходом нового года непременно начнётся какая-то обнавлённая, фантастическая жизнь, в которой буду способна на всё. Джига закончилась преступно быстро, подарив на прощание лёгкий оттенок укоризны в последних тактах мелодии. Шумно гомоня, люди гурьбой повалили за столики и непременно оттеснили бы меня, если б Ингвар крепко не держал меня за запястье. Шумно дыша и безудержно хохоча, мы упали на свои места. – Спасибо тебе, – с чувством произнесла, откинувшись на спинку стула и прижав ладони к разгорячённым щекам. Причёска сейчас наверняка напоминала взлохмаченный сноп, но сил прихорашиваться не нашлось. – Если бы мы не столкнулись на Ярмарке, я бы до сих пор там толкалась! Тоже полулежащий на стуле вор хитро посмотрел на меня: – Тогда тебе не меня надо благодарить, а бургомистра. Если бы не его побрякушка, я отсюда и носа бы не показал! – Так ты тут живёшь? Ингвар изобразил в воздухе непонятный знак. – Что-то вроде этого. Сбоку донеслись нестройные аккорды: кажется, местные музыканты вновь настраивали инструменты. Инь выпрямился, и в его глазах загорелся огонёк предвкушений. – Похоже, решили джигу на бис повторить. Пойдёшь танцевать? Я попыталась приподняться и почувствовала, как чугунная тяжесть усталости вдавливает тело обратно в сиденье. – Ох, нет. Хватит с меня на сегодня танцев! – Я тоже так думаю, панна Мёдвиг! – раздался сверху ледяной голос. Я подняла голову и поняла, что груз усталости – это, в принципе, пустяк, который исчезнет без следа после небольшого отдыха. Особенно по сравнению с уничтожающим взглядом тёмных глаз Стефана Штайна, блестевших колючей яростью. То, что передо мной стоит Стефан, я поняла не сразу. Секунды три молча смотрела на Пернатого рядом, пытаясь понять, почему его лицо кажется таким страшно знакомым и почему он обращается ко мне по имени. Потом в сознании стали появляться какие-то проблески, а в сердце — ввинчиваться смутная тревога. Но я только беспечно отмахнулась от неё. — Пан Штайн! Вы тоже прибыли на Снеговью ярм-марку? Какая удача! А то я уже ломала голову, как бы вернуться в Совятник! — Панна Мёдвиг, — голос Стефана гудел, как зимний ветер в печной трубе. В этом голосе было нечто, от чего любой неоперившийся студент на моём месте вжался бы в стул от дикого ужаса, а я — только недовольно дёрнула плечом. — Панна Мёдвиг, я прибыл сюда, в это… заведение, — последнее слово Штайн произнёс, сделав брезгливую паузу и скривив губы, — потому что до меня дошла весть о том, что вас тут видели! Он повернул голову, смерил замершего на месте Ингвара надменным взглядом и припечатал: — В весьма неподобающей компании! На месте Иня после таких слов я бы точно полезла в драку. Но воришка только откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и весело спросил: — Агнешка, кто этот неприятный господин? Ещё один из твоих оболтусов-учеников? Если да, то я советую влепить ему переэкзаменовку! Ручаюсь, так Стефана ещё никто не называл. Тонкие черты лица магистра исказила ярость, и он начал поднимать руку. Испугавшись, что Штейн сейчас применит к ни в чём не повинному (ладно, кое в чём повинному) Ингвару какое-нибудь уничтожающее боевое плетение, я привстала, готовая кинуться на защиту. Но Стефан удивил. Его рука метнулась в мою сторону и, крепко ухватив за плечо, рывком подняла с места. Я зашипела от боли. Инь вскочил: — А ну, немедленно отпусти её! — Вы что себе позволяете, магистр Штайн? — в унисон возмутилась я, пытаясь вырваться. — Инь, успокойся, это мой коллега! Который, похоже, решил испортить нам весь праздник! — Который вы, панна Мёдвиг, испортили всем ещё раньше! — рявкнул Стефан, не отпуская меня. — Когда самовольно покинули Школу! Слава Кахут, что молодой Эрицис встретил вас в Роще! «Вот паршивец! — возмутилась про себя. — Ну погоди у меня, теперь на золотое перо можешь даже не рассчитывать!» — Мы возвращаемся в Школу, — отчеканил магистр. — Вы пойдёте сами, панна Мёдвиг, или мне придётся вас тащить? — Благодарю покорно! — огрызнулась в ответ. Штайн держал как раз за недавно пострадавшее плечо, которое снова налилось болью. — Я вам что, неразумный совёнок? Хватит меня позорить при всех! Я и так сама уже собиралась обратно в Совятник. Стефан молча разжал пальцы. Я демонстративно поправила рукав и со вздохом обратилась к вору: — Zboham, Инь. Спасибо за весёлый вечер. — Удачи, Агнешка, — безмятежно откликнулся тот, искоса взглянул на Штейна и лукаво подмигнул. — Ещё свидимся. Я тепло улыбнулась, махнула ему рукой и быстро зашагала к выходу, демонстративно не глядя на магистра и чопорно вздёрнув подбородок.