Мы — семья!

      Из школы Лисят Виктор забрал в прескверном настроении. Больше всего его напрягло то, что близнецы отказались делиться с ним своими явными проблемами, а по приезде домой тут же улизнули к себе в комнату. Альфе в этот момент стоило бы оставить ситуацию в покое и заняться подготовкой к межсеместровому коллоквиуму, который был назначен на последние недели марта, но поведение Лисят было настолько нетипичным, что здорово настораживало и заставляло придумывать ему самые страшные оправдания.       Вик поднялся на второй этаж и встал в дверном проёме комнаты близнецов. Те всё же были экстравертами до мозга костей, поэтому не закрывались на замок почти никогда, а дверь оказывалась закрытой только ночью и то если Рэй возвращался с ночной смены, когда все уже спали, и сам прикрывал всем двери, чтобы не разбудить шумом. Вот и сейчас дверь была нараспашку, и можно было полюбоваться, как Луис на своей постели, высунув кончик языка, корпел над раскраской-антистресс, а Кайл на своей рубился в какую-то игрушку на мобильной приставке. Оба почти сразу отвлеклись от своих занятий, когда Вик опёрся о дверной косяк, глянули сначала на Вика, потом друг на друга и синхронно, а главное демонстративно, вздохнули. У альфы сразу же от сердца отлегло – значит, всё это поведение отчасти театр двух актёров, а проблемы или надуманы, или решаемы.       – Ну, что носы повесили? – спросил Виктор, присев на один из прикроватных пуфиков.       Оба омежки тут же бросили свои занятия и перебрались к брату поближе. Луис вздохнул:       – Понимаешь, Вики, все альфы – дураки и вонючки, – альфа на это вскинул одну бровь удивлённо, голос звучал вполне убедительно.       – Ну, кроме тебя с братьями и папули, – поправил брата Кайл.       Виктор напрягся, хотя виду и не показал, и скрипнул зубами, это что получается? Его Лисят какие-то альфёныши изводят?       – Так, – сдерживая порыв закатать рукава, как в годы жизни в детдоме, и хорошенько почесать кулаки, спросил Вик, – и кто, скажите мне, самые большие вонючки?       Лисята переглянулись неуверенно, всё же ябедничать и жаловаться было не в их правилах, однако за месяцы дружбы альфа явно зарекомендовал себя как надёжный хранитель секретов и регулярный пособник проделок.       – Адриан и Джером Ревиаль, – скрестил на груди руки Луис и даже губы надул, а Кайл, услышав ответ брата, поморщился и сделал вид, что его вот-вот стошнит.       – И вы хотите мне сказать, что не смогли с такими-то именами поставить этих лягушатников на место?! – возмутился Вик. Не так он воспитывал своих Лисят, ох, не так.       – А почему "лягушатников"? – задумчиво спросил Кайл.       – Так фамилия же французская, – щёлкнул его по кончику носа альфа.       – Но у них нет акцента, – так же непонимающе хлопал глазами Луис, чем удостоился хмурого взгляда и ойкнул.       Виктор подскочил с пуфика и начал расхаживать из угла в угол, словно командир перед построенной перед ним армией, чётко выговаривая каждое слово:       – Вас это беспокоить не должно! Хорошая издёвка строится на очевидной для всех детали, а правдивость остаётся за бортом. Французская фамилия – лягушатники, итальянская фамилия – макаронники. Если носит брекеты – железный рот. Если кто-то хоть один раз пришёл на урок в высоких сапогах – он до конца школы должен зваться ковбоем, да так, чтобы даже учителя не знали его настоящего имени! Ясно?!       Альфа не боялся посвящать омежек в хитрости настоящих подростковых обзывательств, всё же те точно не стали бы издеваться над кем-то ради простого развлечения, но постоять за себя должны были уметь.       – Ясно! – в унисон кивнули Лисята, глазки которых всё же заблестели от пламенной речи брата.       – А теперь рассказывайте, чем вам насолили эти кто? – взглянул на них Вик.       – Лягушатники! – заголосили рьяно близнецы.       Альфа удовлетворенно кивнул и вернулся на облюбованный пуфик, приготовившись слушать.       – Они приписывают себе наши с Луисом заслуги, – пояснил Кайл.       – В смысле? Списывают контрольные? Воруют домашние задания? – не понял Вик.       – Да нет же, – всплеснул руками Луис, – мы устраиваем проделки, а ловят их! Вики, так нечестно!       Альфа закономерно завис.       – Кто ловит? Учителя? – всё же уточнил он.       – Ага, – кивнул омежка.       – И вы недовольны? – совсем запутался Вик.       – Конечно! – возмутился Кайл, – все же думают, что это именно они связали всю одежду в раздевалках...       – ...Или налили учителям в кофе-машину виски...       – ...Или заменили все пульты от проекторов бумажными бомбочками с блёстками!       – А мы две недели эти бомбочки складывали и начиняли!       – А вся слава досталась им...       – ...И они знают, что это мы, но всё равно не хотят признаваться...       – ...Их даже к директору вызвали...       – ...А потом отстранили на две недели от уроков!       Оба близнеца расстроенно скрестили руки на груди, закончив. Виктор же недоуменно почесал затылок:       – И вас такой расклад не устроил?       – Ха, ты спрашиваешь, расстроились ли мы, что вместо нас на внеплановые двухнедельные каникулы ушли Адриан с Джеромом? – саркастично спросил Луис.       – Но это же не каникулы – это наказание, – попытался объяснить Лисятам альфа.       – Хорошенькое такое наказание, – пробурчал Кайл себе под нос.       У Вика внезапно заболела голова. Нет, он отчасти понимал Лисят, которые всегда гордились собственной креативностью и никогда не пытались свалить вину на других, но вот так откровенно не понимать собственного счастья от случайной безнаказанности? Хотя... Случайной ли?       – А с чего вы взяли, что эти альфы знают, что именно вы все эти проделки устраивали? – спросил альфа.       – Так мы же сами им и сказали, – пояснил Луис, – да-да, подстерегли их после уроков и потребовали, чтобы они перестали приписывать наши заслуги себе.       – А они что? – затаил дыхание Вик.       – Что-что, – недовольно поелозил на кровати Кайл, – глазами похлопали, будто не понимают, о чём речь, и ушли.       Боль в голове альфы начала неумолимо нарастать, потому что поведение этих неизвестных альф действительно не поддавалось никакому рациональному объяснению.       – Так, – поднялся с пуфика он, – предлагаю организовать с ними очную ставку в ближайшие выходные. И, это, – Вик обернулся в дверях и поджал губы, – с обзывательствами пока что повремените.       В пятницу Лисята торжественно объявили Вику, что с братьями Ревиаль они договорились о встрече. И не где-нибудь, а в парке развлечений, который как раз открывал весенне-осенний сезон в предстоящие выходные. Виктору такой расклад отчасти понравился – можно было наблюдать за близнецами, не смущая тех своим присутствием, а затерявшись в толпе; а отчасти напряг – на открытии сезона наверняка будет дофига народа, и миниатюрных омежек легко потерять из виду, а там непонятно, как разговор с этими братьями у них пойдёт, в общем, в этом уравнении пока что было слишком много переменных. Но делать было нечего, Лисята походу к аттракционам явно обрадовались, а Вик, в свою очередь, отказывать им не любил.       Утром в субботу Ти наказал всем троим выиграть огромного плюшевого медведя для Зака и маленького морского котика для Ноа, не заподозрив неладное, и уровень возложенной на плечи Вика ответственности увеличился ещё на несколько делений. Сразу захотелось курить, но альфа как назло бросил на прошлой неделе, из-за чего в бардачке автомобиля не нашлось даже докуренного до фильтра бычка.       На самом деле Виктора беспокоило то, что за всю эту неделю он так и не смог понять, почему эти альфы так себя повели. Может, конечно, Лисята не всё ему рассказали, но им совершенно точно не было выгодно что-то утаивать, а значит, Ревиали и правда взяли вину на себя. Но зачем? Чтобы прослыть крутыми в средней школе перед другими детьми, как предполагали Лисята? Ведь это решительно не имело никакого смысла! Прежде всего, в таком случае вывести на чистую воду обманщиков было бы слишком просто – достаточно было попросить рассказать подробности планирования одной из проделок, и ложь тут же стала бы очевидной. Гораздо легче было придумать и сделать что-то своё, но как бы ни выпытывал у Лисят Виктор, те твердили, что альфы никогда не совершали ничего подобного.       Всё же когда Вик с близнецами и Котом приехали в парк, тревога отошла на второй план, уступив напору радостной и праздной атмосферы. Винс, когда они с опекуном жили без омег, практически никогда не мог затащить их на что-то подобное. Тайлер терпеть не мог громкую музыку, Кейси передёргивало от одного только запаха сладкой ваты, Бен подозрительно зеленел ещё до того, как сесть на пластиковую лошадь на карусели, а Роб хоть и держал язык за зубами, но особого энтузиазма тоже не высказывал. Поэтому Вик с Винсом оставались в меньшинстве, когда речь заходила о посещении какого-нибудь парка развлечений или ярмарки, хотя альфе очень нравилось это ощущение беспечности, витавшее в воздухе на такого рода мероприятиях, а может, ему просто нравился запах сладкого попкорна.       Омежки позаботились о том, чтобы приехать в парк немного раньше назначенного для встречи времени, потому что хотели вдоволь покататься на аттракционах и поесть яро презираемой Майло уличной еды. Вик на большинство выбираемых Лисятами поездок не проходил по росту или весу, поэтому приходилось ждать их на земле и изредка махать в ответ, когда те пролетали на очередном круге карусели. А пёс считал своим долгом поймать каждый мыльный пузырек, попадавший в поле зрения. В какой-то момент любовная парочка, которая стояла недалеко от Вика и Кота, заметила это и обрушила на растерявшегося ретривера целую армию пузырьков. Кот потом ещё минут десять отфыркивался от мыла, но зато вырываться с поводка перестал.       Так они и подбирались потихоньку к небольшому пруду – месту назначенной встречи – то останавливаясь, чтобы сфотографироваться с надувным пончиком, то засматриваясь на сувенирные безделушки. У очередной тележки со снеками Лисята купили небольшой стаканчик попкорна и попросили не добавлять в него соли, специй или масла. Продавец взглянул на них с явным замешательством, но Вик не счёл нужным объяснять, что те взяли лакомство не для себя, а для обитающих в пруде уток.       Альфа развалился на лавочке и грелся под ласковым мартовским солнышком, одним глазом подглядывая за Лисятами. Те почти перевернулись через бортик, наперебой подзывая сонных по весне уток. Прохожие сновали туда и обратно, и Вик не сразу заметил три силуэта, которые направлялись прямо к ним.       Первое, что бросилось в глаза Виктору – это количество. Он чётко помнил, что наказывал Лисятам не говорить, что пойдёт с ними, по крайней мере до тех пор, пока ситуация, не дай Бог, не выйдет из-под контроля. Но оказалось, что альфы тоже решили взять с собой подкрепление, хоть то издалека не выглядело слишком надёжным.       Как только трое пока ещё незнакомцев подошли достаточно близко, в глаза бросилось ещё кое-что – братья Ревиаль тоже оказались близнецами. Четырнадцатилетние альфы не отличались отличающимися от его Лисят габаритами в силу возраста, но взгляды прохожих ловили без труда. Головы их были усыпаны тугими тёмно-каштановыми кудряшками: у одного были выбриты виски и затылок, а другой довольствовался более естественной причёской. Но даже это было не самым интересным.       В руках у альф оказалось по букетику из ранних полевых цветов и по блоку шоколадки – любимой у Лисят, заметил Вик. И тут всё в голове Виктора стало проясняться, мысленно захотелось ударить себя по лбу за то, что он не додумался до этого раньше. Альфа глянул на своих омежек, которые, судя по выражению лиц, были в таком же замешательстве, и понял, что если они готовились на встрече выяснять отношения, то братья Ревиаль пришли на... свидание. Вопрос со странным поведением и покрытием проделок Лисят в данном случае снимался сам собой, поэтому оставался только один – кто был третьим?       Виктор встал с лавочки и направился к своим близняшкам, пока другие преодолевали последнее расстояние.       – Я же говорил, что они кого-нибудь приведут с собой, – слишком громко шепнул один альфёныш другому, и Вик услышал.       – Привет, Луис, – улыбнулся тот, что был с выстриженным затылком, и протянул омеге дары.       – Привет, Джером, – смутился Луис.       – Привет, Кайл, – поздоровался другой и повторил действия первого.       – Привет, Адриан, – чуть меньше смутился Кайл и глянул на своего брата.       Омеги на мгновенье перешли на язык их гляделок, но потом всё же приняли букетики и шоколадки. Вик легонько пнул их, и те вразнобой поблагодарили Адриана и Джерома за них.       – Это наш брат Виктор и наш пёс Кот, – опомнился Кайл и сделал пас рукой в сторону Вика и Кота.       – Крутое имя для пса! А это наш брат – Мишель, – скопировал движение омеги Адриан.       Только сейчас Виктор решился взглянуть в сторону третьего Ревиаля, и на долю секунды ему показалось, что земля под его ногами крутанулась чуть быстрее обычного. Мишель оказался омегой, с такими же пружинистыми блестяще-шоколадными кудряшками, которые падали на лоб и непослушно закрывали один глаз, отчего хотелось зарыться пальцами в них и убрать, очертив мимолётно это личико в форме сердца с пухлыми персиковыми щёчками.       – Привет, – застенчиво улыбнулся Мишель.       – Привет, – улыбнулся Виктор и подозвал к себе Лисят, – думаю, с очной ставкой пока надо повременить, – тихо предложил он, склонившись к омежкам, – а пока что просто повеселитесь в парке, идёт?       – Вики, а если альфа дарит омеге цветы, разве это не означает, что они, ну, типа, на свидании? – так же тихо спросил Луис.       Альфа скрипнул зубами, но ответил:       – Чаще всего да, но, Лисят, если вам не хочется проводить время с Адрианом и Джеромом, то мы пойдём домой.       – Я хочу, – пожал плечами Кайл, больше занятый откупориванием шоколадной обёртки, чем тайным совещанием.       – А ты, Луис? – перевёл на него взгляд Вик.       Омежка закусил губу и покраснел как спелая помидорка, но потом всё же выдавил:       – Я тоже.       Виктор понимающе хмыкнул и вернул омежек юным кавалерам. Те перестали наглаживать Кота, делая вид, что не подслушивают, и тут же утащили Лисят к аттракционам, оставив Вика и Мишеля позади.       – Медвежата, – крикнул им в след омега, – помните, что я должен вас видеть!       – Вы тоже называете своих близнецов животным прозвищем? – немного удивился со смехом Виктор.       – Ага, медвежата, – кивнул Мишель и пояснил, – из-за цвета волос и тяжёлого шага. А вы своих как зовёте?       – Лисята, – ответил Вик, на что омега тихонько засмеялся.       – А ведь похожи, – прищурился он.       – Твои тоже, – заметил Вик, – ещё кто-нибудь есть? Из братьев, я имею в виду.       – Нет, куда больше-то! – шутливо возмутился омега.       Виктор на это захохотал и ответил "куда".       – Шутишь? Двенадцать детей?! – хлопал глазами Мишель, узнав семейные особенности Палмеров-Райтов, – а вообще, вам, наверное, очень весело.       – Это точно, – подтвердил Виктор, – скучно не бывает никогда.       – А из минусов? – лукаво улыбнулся омега.       – Холодильник всегда пустой, – пожал плечами Вик и снова удостоился бархатного смеха в ответ.       Лисята, преодолев первое смущение, всё же расслабились и вовсю веселились на пару с Медвежатами. Наверное, думал Виктор, что таким и должно было быть идеальное первое свидание в жизни – когда не помнишь о том, что это свидание, а просто хорошо проводишь время. Омежки купили сахарную вату с кислой обсыпкой и предложили альфам, а те, естественно, ничего не заподозрили, прежде чем отхватить большой кусок лакомства. Визгу было на весь парк, а уже через минуту все четверо уплетали вату за обе щеки.       Потом Лисята вспомнили про наказ Ти и двинулись со своими новыми приятелями к тиру. Те, как выяснилось после двух выигранных зайцев, огромного медведя и маленького лоснящегося морского котика, занимались стрельбой с десяти лет – это было какое-то семейное хобби, поэтому даже милашка Мишель взял в руки ружьё и показал отличный результат.       Три карусели и два подхода к стенду с хот-догами спустя батарейка у Лисят начала садиться, и Медвежата как бы невзначай предложили передохнуть, прокатившись на большом обзорном колесе. Один круг на нём длился примерно десять минут, и Виктор поначалу напрягся – он прекрасно знал, что за десять минут можно успеть очень много, но тут его успокоил Мишель, напомнив своим альфам:       – Мы с Виктором займём кабинку следом за вами.       Когда обе пары близнецов и Кот забрались в подъехавший состав, стилизованный под винтажное авто типа "жук", и оторвались от земли, Виктор вежливо пропустил Мишеля вперёд, и оба они забрались в следующий. Альфа, после того как оператор аттракциона захлопнул двери, сначала решил, что кто-то, бывший здесь до них, намусорил, рассыпав где-то стаканчик сладкого попкорна, потому что в кабинке отчётливо пахло этим тёплым карамельным ароматом. И только когда Вик внимательно оглядел все углы в поисках источника запаха, его разум и взгляд медленно сошлись в одной точке. Так пах Мишель.       Он, между прочим, совсем не заметил реакции изменившегося в лице Виктора, а любовался открывающимся на весеннюю Санта-Барбару видом, прислонившись к стеклу. Вот только Вик не мог заставить себя отвести взгляда от омеги даже на долю секунды.       – Здесь так красиво, – глядя куда-то вдаль, мечтательно заметил Мишель, – не хуже родного Парижа...       – Почему "родного"? – переспросил альфа, стараясь дышать через раз, потому что каждый вздох сопровождался навязчивым желанием утянуть Мишеля в тесные объятия и зарыться носом в соблазнительно блестящие кудри.       – Так фамилия французская же, – улыбнулся тот, – я регулярно езжу на родину.       – К предкам? – предположил Вик.       – К суженому, – поправил Мишель.       Ответная улыбка на губах альфы от такого заявления начала медленно сползать, но Виктор был бы не Виктором, если бы не взял себя в руки почти мгновенно.       Да и хорошо, что он узнал о том, что Мишель занят сейчас, а не полгода спустя, например. Тем более, что по-прежнему оставалась одна тема, которую он так и не обсудил, а сейчас была прекрасная возможность всё выяснить и немного отвлечься от внезапно нахлынувших грустных мыслей.       – Ты... Ты в курсе, что твои Медвежата прикрывают моих Лисят?       Мишель оживился и взглянул на Вика:       – Ты знаешь об этом? По-моему, это так мило.       – Мило? – не понял Вик.       – Ну, у малышей, кажется, начинает просыпаться инстинкт Защитника по отношению к понравившемуся омеге, – смущённо пояснил тот.       – О, – только и сказал альфа, но потом всё же нахмурился, – а как ваши родители к этому относятся? Лисята рассказали, что твоих недавно отстранили на пару недель от учёбы...       – Да брось, – махнул рукой Мишель, – родители всё понимают и знают собственных детей лучше, чем учителя в школе. А за испорченные "личные дела" Адри с Джерри не переживай – со следующего года мы переводим их в частную старшую школу, там места для Медвежат были забронированы и выкуплены чуть ли не до их рождения. Так что, – пожал плечами он, – пусть мальчишки поступают так, как велит им сердце.       Виктор вспомнил застенчивый, но обрадованный взгляд Луиса в начале совместной прогулки и нервно сглотнул, прежде чем спросить:       – А старшая школа в?..       – Провансе, ага, – договорил за него Мишель, подтвердив худшие предположения альфы.       – Что ж, – решительно кивнул Вик и поднялся со своего сиденья, потому что кабинка сделала полный круг и уже спешила к месту остановки, – значит, будем потакать желаниям наших младших братьев, если те захотят ещё встреч, ведь так?       – Это точно, – Мишель выскочил на улицу и обернулся, – я своим ни в чём не отказываю.       У заграждения перед колесом альфу с омегой уже ждали четверо близнецов с псом. Почти сразу выяснилось, что у Медвежат скоро тренировка по лакроссу, поэтому свидание пришлось завершить, а когда Ревиали ушли, то и Лисята начали проситься домой.       – Вик, мы, пока катались на колесе, всё-всё выяснили, – гордо похвастался Кайл, забравшись на заднее сиденье машины.       – И каков результат? – поинтересовался альфа.       – Мы решили, что не будем воевать с Адрианом и Джеромом, – начал Луис, – а наоборот, сделаем их своими сообщниками...       –...Они сказали, что сами всегда хотели устраивать розыгрыши, но им не хватало фантазии...       –...А нам как раз для нашего грандиозного пранка на выпускном не хватает рук...       –...И Ревиали будут нам помогать! – закончил Кайл.       – Что за пранк? – резонно спросил Виктор.       – Мы заменим все надувные шарики, приготовленные для церемонии, на шарики с водой! – весело объявил Луис.       – Прямо все шарики? – недоверчиво взглянул на Лисят альфа, прежде чем тронуться с места. В ответ ему энергично закивали две светлые головы, – Это же преступление века! Боюсь, что одних Ревиалей в помощниках не хватит, придется уговорить на пособничество в нём ещё примерно одиннадцать человек.