Мы — семья!

      Тайлер выскочил на улицу, чуть не забыв куртку, не потому что опаздывал, а просто потому что в доме находиться было решительно невозможно. В гостиной разворачивался скандал вселенского масштаба, сразу как только все вернулись с кладбища, где Ти признался, что они с Робом Истинные, а тот подтвердил, когда удивлённые взгляды устремились на него.       Младшим было интересно подслушивать ругань родителей со своими старшими сыновьями прежде всего потому, что в кои-то веки родители сердились не на них, однако у Тая не было на это ни времени, ни желания.       Впрочем, определённый плюс у скандала был – альфа помог Аарону беспалевно вынести массивное портфолио, которое он сегодня должен был показывать приёмной комиссии. Малыш очень волновался, ведь позади было уже несколько успешно пройденных этапов и экзаменов, и сегодня – на собеседовании – принималось окончательное решение.       Несколько недель назад Аро прошмыгнул к Таю в комнату и долго мучил того всевозможными расспросами и требованиями заверений в том, что альфа, если что-то пойдёт не так, обязательно поможет. Тайлер долго не мог понять, почему его малявочка выкручивает ему мозги, но потом до него дошло.       – Лучше просить прощения, после того, как всё уже сделано, чем разрешения, и в итоге даже не попробовать из-за отказа, – заверил омежку он.       Тот бросился альфу обнимать, заставив Тая впасть в ступор, потом вихрем унёсся к себе, а Тай после такого вероломного вторжения в личное пространство отходил весь оставшийся вечер.       И вот. Сегодня был день икс, а все были заняты выяснением отношений "кто кому что не сказал". Да какая, к чёрту, разница – думал Тайлер. Всем есть, что скрывать, и зачем Ти вообще считал нужным рассказывать про него и Роба, Тайлеру было непонятней всего. Он и Винсу, и Рэю, и даже Вику столько всего не рассказывает, и ничего, спит по ночам крепко и в душе не чает. А этот, святоша, возьми да выложи – глупо.       Аро высунулся со второго этажа и пискнул, вырвав альфу из собственных мыслей. Тайлер послушно принялся ловить на заднем дворе рисунки, гравюры, какую-то абстрактную поделку из дерева, тубус и папку с эскизами. Альфа с немалой долей раздражения понял, что Аро всё это сам просто не дотащит, а ведь машину сейчас не возьмёшь – остаётся душный автобус. Пришлось собирать омежкины пожитки и начинать улепётывать через чужие дворы. Да ещё и Аарон в последний момент вспомнил, что забыл "счастливую" ручку. Тайлер глухо рыкнул, но согласился вернуться, Аро не мог – ведь примета плохая же! – альфа прошёл через гостиную, где Ти, наконец, начал огрызаться в ответ.       "И года не прошло," – закатил глаза Тайлер и шмыгнул на второй этаж.       Естественно в комнате Аро оказалась не одна ручка, а сотня. Примерно половина из них были "ну с такими мелкими лиловыми цветочками", половина этой половины были "с витиеватыми стебельками, где некоторые в сердечки закручиваются", и наконец, только одна с "ну ты что, блин, ну с медвежонком на колпачке".       Когда ручка вернулась к её законному обладателю, тот вспомнил, что ещё карандашик забыл.       – Нет, всё, никаких карандашиков, – отрезал Тайлер, выхватив у Аро тубус, чтобы закинуть на плечо, а часть рисунков засунул к себе в рюкзак вместе с этой штуковиной из дерева.       – Ну Та-а-а-ай, – заканючил омежка.       – Ты опоздать хочешь? – спросил его альфа.       Аарон подозрительно замолчал на это, и пришлось снова проявить внимательность, чтобы понять, что тот просто боится. Тай присел на корточки перед омегой и заглянул в карие глаза:       – Всё будет хорошо, слышишь? – он плохо умел мотивировать и ещё хуже у него получалось утешать, – Аро, ты самый талантливый художник из всех, кого я встречал...       – Даже талантливее Ская? – тут же перебил омежка.       – Тем более талантливее Ская, – кивнул альфа, – и ты прекрасно знаешь, что поступишь в свою спецшколу без труда. Ведь знаешь?       Аро на это нерешительно кивнул.       – Не слышу, – с нажимом подбодрил Тайлер.       – Я знаю, что поступлю в свою спецшколу без труда, – пробубнил всё же в ответ Аро.       – Тогда считай, что сегодняшнее собеседование – это просто формальность, – пожал плечами Тайлер и поднялся на ноги.       – А если...       – А если что-то пойдёт не так, то звони мне, и я сделаю всё, чтобы тебе помочь, – в сотый раз за несколько недель повторил альфа, растрепал на голове и без того спутанные волосы, и они с омегой зашагали к автобусной остановке.       Эрик отвлёкся от заполнения отчётов, когда группка шумных подростков прошла мимо него в отданную для образовательных бесед переговорную.       – Здравствуй, Тайлер, – громко и отчётливо сказал он опоздавшему на встречу альфе.       – Драсьте, – не глядя в его сторону, сквозь зубы ответил Тайлер.       Эрик досадливо пожал губы и принялся черкать отчёты ещё яростней. Ну что с этим подростком не так?! Четыре месяца они виделись с ним почти каждый день, и ещё четыре Тайлер регулярно появлялся на встречах в участке, но до сих пор на Эрика смотрел как на чёрную дыру в натуральную величину, и поэтому, видно, старался на него лишний раз вообще взглядов не бросать. Эрик в итоге каждый раз всё шире улыбался и громче приветствовал Тайлера. А что? Пусть учится хорошим манерам.       Нет, это было просто обидно и жутко нечестно по отношению к Эрику. Он ведь к Тайлеру со всей душой, со всем участием подходил. А когда один из братьев альфы – ох, такой приятный молодой омега – рассказал, что Тайлер хочет пойти в полицейскую академию, так и вообще шёлковым для альфы стал. Что он только ни делал: и любимые книжки по криминалистике давал читать, и с законодательной базой знакомил, и отчёты предлагал вместе заполнить, только что из табельного не предлагал пострелять – всё как об стену горох. Альфа был непробиваемым. Ходил только на эти свои занятия для трудных подростков, смотрел волком и мычал в ответ что-то невразумительное, когда Эрик громко и отчётливо здоровался первым. Первым.       Офицер даже пару раз сходил на эти встречи – та ещё нудятина. Больше всего они напоминали встречи анонимных алкоголиков, которые ещё не стали алкоголиками. Встречи будущих анонимных алкоголиков. Бр-р-р. И что этот альфа в них нашёл? Его, между прочим, никто на эти занятия ходить не заставлял. Эрик позаботился, чтобы по истечении наказания у Тайлера тому поставили хорошую рекомендацию с ходатайством об исключении факта стояния на учёте из личного дела.       И главное, семья у Тайлера оказалась не из плохих, как в первое время подумал Эрик, глядя на поведение альфы. Ан нет, опекун – Винсент Палмер-Райт был довольно известным в узких кругах психологом, даже работал одно время с трудными подростками. Его супруг – Рэйвен Палмер-Райт числился главным хирургом в областной калифорнийской клинике и имел такой длинный список профессиональных наград, что если бы Эрик захотел его распечатать, то погиб бы под завалами макулатуры. А уж до чего хороши были братья у Тайлера: активные, смышлёные, вежливые. Когда Эрик с рейдами приезжал к ним в гости, то обязательно уходил с пачкой домашнего печенья или другой вкуснятинкой. Учитывая, что питался он исключительно китайской едой быстрого приготовления, то походы к этой большой семейке оказывались для Эрика сродни маленькому празднику.       В общем, дело было не в семье. А раз дело было не в семье, то оставался один только вариант – дело было в Эрике. Да, приходилось признать, Тайлер вёл себя так нелюдимо, потому что на дух не выносил омегу. Другого объяснения поведению альфы Эрик не находил. Но так как он привык всегда добиваться своей цели, приходилось из раза в раз пытаться завоевать расположение Тайлера. Было что-то в нём такое, что Эрик так и не смог разгадать, но из-за чего совершенно точно отказывался верить в неисправимость подростка.       Эрик досадно пожевал губу, испортил ещё парочку отчётов, а потом Вселенная словно услышала его, и из переговорной выскочил Тайлер, прижимая к уху телефон:       – Они что сказали?! – возмущался в трубку он, хотя на лице проступала явная паника, – никуда не уходи, Аро, я скоро буду... Сказал, сиди там, это ещё не конец! – Тайлер нажал отбой и шумно вздохнул.       Эрик так бессовестно наблюдал за альфой, что тому не составило труда его за этим занятием поймать.       – Какие-то проблемы? – невинно похлопал глазами Эрик.       Тайлер сжал губы недовольно, а потом глаза его удивлённо распахнулись, и офицер впервые услышал в свой адрес членораздельную речь:       – Офицер Мастерсон, вы не могли бы отвезти меня по одному адресу? Мне очень нужно.       Эрику захотелось проверить слух, потому что в голосе явно сквозила искренняя надежда. Рука сама собой потянулась к поясу, чтобы проверить наличие на нём ключей от машины.       – У меня так много работы... – смутился омега.       – Я понимаю, простите, что отвлёк, – отвернулся Тайлер и рванул к выходу, будто только и ждал отказа.       Эрик побежал следом.       – Эй, я не сказал нет, – крикнул он вдогонку альфе, перевесившись через перила на лестнице, – дай только рацию забрать!       Уже через пару минут Тайлер сбивчиво объяснял, куда надо ехать и почему:       – У моего младшего брата проблемы, – нервничал он.       Эрик начал тоже нервничать – из солидарности, возможно, он даже не зря сейчас бензин жжёт, раз у кого-то из Палмер-Райтов какие-то проблемы.       – А что за проблемы? – всё же решил уточнить Эрик.       – Комиссия отказ... – альфа оборвал себя на полуслове и повернул голову к офицеру, – да не важно, вы, офицер Мастерсон, просто подкиньте меня до нужного места, а я сам разберусь.       – Знаю я твои разборки, вон уже рукава закатываешь, – всё же "включил" полицейского Эрик. Привычная скрытность альфы закономерно резанула по самочувствию и заставила поднять собственный статус в глазах подопечного, – И кому ты собрался морду бить? Ох, Тайлер, Тайлер, а ведь я за тебя поручился...       – Я вас об этом не просил, – необычно резко ответил вдруг Тайлер, но рукава закатывать перестал.       Эрик снова удивился реакции в свой адрес. Кажется, лёд наконец-таки тронулся, вот только поплыл не туда. Хотя поведение альфы уже начинало настораживать взаправду, поэтому до места назначения оба доехали в гнетущей тишине, и Эрик твёрдо решил, что "просто подкидывать" он Тайлера точно не будет.       Приехали они на парковку какой-то средней школы. Возможно, если бы Эрик был местным, то он, может, даже знал бы в честь кого та названа. На часах было уже четыре часа после полудня, поэтому на территории почти никого не было. Пока омега забирал из машины свои вещи и брошенную на заднем сидении куртку, Тайлер уже успел выскочить из авто и набрал номер, судя по уточняющим вопросам, брата, а потом направился к небольшому одноэтажному зданию с косой крышей. Эрик поспешил за ним, уговаривая себя, что делает он это не из упрямого любопытства, а из нужды.       Младший брат Тайлера обнаружился у входа в здание, являвшее собой, судя по всему, актовый зал, весь в слезах. Как и все омеги из Палмер-Райтов, тот имел светлые волосы, тонкие черты. Омежка оказался по-настоящему младшим, на вид не больше двенадцати. Маленькие кулачки умильно стирали с круглых щёк слёзы, а голые коленки, торчавшие из чёрных шорт на подтяжках, прекрасно завершали образ. И кто, интересно, посмел обидеть эту святую невинность?       Омежка тем временем пытался успокоиться и объяснить, что произошло, но речь была жутко неразборчивой из-за постоянных всхлипов и сбитого дыхания:       – О-они... Они сказали, что п-по регла-а-а-аменту не положено, – выл омега.       – Аро, пожалуйста, – просил Тайлер, сидя перед омегой на корточках, – попробуй сказать чуть понятней. Что по регламенту не положено?       – Количество р-рабо-от, – хныкал Аро, – Тай, я-а-а, Тай, я-я правда готовил двадцать пять, правда, но одна, видно, потерялась где-то, не знаю. А они, они не могут без нужного количества принять.       – Что за бред?! – сжал кулаки альфа, – а ну показывай, где эта комиссия!       – Не так быстро, – вставил всё же своё слово Эрик.       – Ой, з-здрасьте, – застенчиво поздоровался омежка, заметивший офицера только сейчас.       – Офицер Мастерсон, – знакомо поджал губы Тайлер и встал в полный рост, машинально задвинув Аро к себе за спину, – извините, но это не ваше...       – Во-первых, ты сейчас на эмоциях, и, зная тебя, Тайлер, это не лучшее твоё состояние, – перебил подростка Эрик и заметил, – я всё ещё помню, как ты порывался устроить драку прямо в полицейском участке, когда какой-то идиот обозвал тебя. И это, я помню, было даже не сильным-то оскорблением, так, издёвкой. Посмотри на себя, у тебя же глаза кровью налиты и вены на висках вздулись – не самая располагающая к конструктивному диалогу картина, знаешь ли. Во-вторых, малыш, – обратился к омежке Эрик, проигнорировав взгляд Тайлера в свой адрес, – скажи мне, пожалуйста, кто не хочет принимать твои работы?       – Комиссия, – ответил из-за спины старшего брата Аро.       – Что за комиссия? – терпеливо продолжил допытываться Эрик.       – Приёмная. В школу для одарённых детей, – чуть лучше объяснил тот.       – Ага, – кивнул офицер и вернул взгляд на Тайлера, – во-вторых, там, – Эрик указал в сторону дверей, – наверняка сейчас собеседуют кого-нибудь ещё, и хамское поведение, если ты сейчас туда ворвёшься, тебе или твоему братишке не прибавит очков. Так что мы сейчас спокойно, прямо как в том анекдоте про быков, дождёмся окончания всех слушаний и вежливо попросим пересмотреть кандидатуру Аро. А ты, малыш, – снова обратился он к омежке, – не переживай, в таких школах всегда есть резервный список, и если тебе действительно не хватает только одной работы, то комиссия наверняка пойдёт на уступки.       – Не легче ли сгонять за рисунком домой, раз уж мы решили ждать? – хмыкнул в конце концов Тайлер.       – Тай, – обратился Аро к альфе, – я это портфолио год готовил, в нём были собраны все мои действительно хорошие работы. Мне кажется, что ту, которая потерялась, я обронил в автобусе, потому что, когда ты бегал за ручкой, я ещё раз пересмотрел папку и точно помню, что она была там.       – А нельзя сварганить что-нибудь прямо сейчас? – не унимался альфа.       – Тайлер, у него руки трясутся, – тихонько заметил Эрик.       – Да-да, – огрызнулся, впрочем, без особой злобы, Тай, – я просто не могу вот так просто стоять и ждать.       – Понимаю, – вздохнул Эрик, – но это всё, что мы сейчас можем сделать.       Следующие сорок минут прошли в нервозном волнении. Аро боялся, что всё пропало и ничего нельзя будет изменить; Тайлер по-прежнему хотел начистить кому-нибудь морду и явно находил удачных кандидатов на эту участь во всех, кто появлялся в его поле зрения; Эрик же изредка прислушивался к рации, искренне надеясь, что по ней не передадут какое-нибудь ЧП.       В конце концов, после очередного вышедшего из здания мальчика, Аро тихонько сказал, что тот был последним в списке.       – Можно? – заглянул в зал Эрик и улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой.       На него уставилось пять пар глаз, и пока глаза эти выражали полное замешательство, омега хорошенько смог рассмотреть сидящих за столом. Комиссия и правда выглядела внушительно. Три беты и два омеги выглядели до ужаса важными и чопорными, двое уже были с седой головой, у трёх на кончик носа были спущены очки в тонких оправах, отчего взгляд казался снисходительным и надменным. Эрик неловко вздохнул, мысленно посочувствовав Аро в том, что тому пришлось выступать перед такими кадрами.       – А вы, собственно, кто? – спросил один из бет в неуместно тёплом твидовом костюме. Его, видно, совсем не впечатлила ни форма полицейского на Эрике, ни тем более такое вероломное вторжение.       – А...Э... Я, э-э, по поводу одного из кандидатов, – наконец нашёл слова омега, – Палмер-Райт.       Комиссия начала шумно переговариваться, то ли возмущаясь, то ли одобрительно кивая такой смелости. И они бы точно до чего-нибудь досовещались, если бы Тайлеру не надоело ждать за спиной Эрика, и он не ввалился бы, держа за руку Аро, прямо в зал. Однако оказалось, что разъярённый альфа всё же смог произвести впечатление на слегка запылённых экспертов. Омежка что-то усиленно шептал старшему брату, но тот шёл прямо к столу, Эрик поспешил следом, боясь что альфа всё же пустит в ход кулаки.       – На каком основании вы отказали Аарону?! – рыкнул он, но хватать за шиворот кого-нибудь из комиссии пока не спешил, – вы считаете, что у него нет способностей?!       – Нет, ну почему же, – первым отмер самый худой и надменный на вид омега, он вертел в тонких узловатых пальцах ручку и говорил буквально через "не хочу", – но вы и нас поймите, мистер?..       – Тайлер, – оскалил зубы альфа.       – Мистер Тайлер, – продолжил тот с явной издёвкой, – у школы есть определённые правила и в них чётко сказано, что портфолио должно состоять из двадцати пяти работ...       – Как это влияет на способности Аро? – перебил Тай омегу, – а?       – Вы правы, не влияет, молодой человек, – вступил в разговор бета в пиджаке и развёл руками, – но правила есть правила.       – Но разве нельзя пойти на уступку, вы ведь сами признали, что у Аарона есть способности, – поддержал Тайлера Эрик.       Омега необъятных размеров, сидевший рядом с бетой, хмыкнул и закатил глаза:       – А если каждый захочет себе уступку? Что нам теперь, всех брать?       Тайлер всё-таки не выдержал и бросился к тому, схватив за лацканы пиджака:       – Аро не все! – рычал он так, что даже у Эрика под ложечкой что-то ёкнуло.       Тут-то и началось стремительное падение всех этих высокомерных масок с лиц приёмной комиссии. Толстый попытался вырваться из стального захвата и принялся мельтешить:       – Но вы понимаете, понимаете, это формальность, без которой мы просто не можем дать разрешение...       – Таков приказ высшего руководства, – поддакнул бета, активно пытаясь отцепить пальцы одной руки Тайлера от пиджака коллеги, пока Эрик с не меньшим рвением пытался сделать то же самое с другой рукой, но только всё без толку.       – С руководством тоже можно договориться, – шипел Тайлер, стоя на своём.       – Ну поймите же, – взмолился худой омега, – мы не можем взять на себя такую ответственность. Мы правда, правда, с радостью бы приняли Аарона в школу, – на этих словах Аро жалобно пискнул где-то сбоку от Эрика, но тот слишком напряжённо следил за разворачивающейся сценой, чтобы попытаться успокоить малыша, – если бы работ было двадцать пять!       – Нам бы подошло что угодно, хотя бы набросок, – продолжал оправдываться жертва Тайлера, – что угодно, хотя бы фото рисунка или другого объекта.       – Что угодно? – переспросил внезапно альфа, и Эрик почувствовал, как хватка ослабилась.       Вся комиссия оживлённо закивала в ответ, а через секунду облегчённо выдохнула, потому что альфа выпустил, наконец, из рук пиджак толстого омеги и даже попытался разгладить на нём появившиеся складки.       – Прямо чего угодно? – прищурился альфа.       – Чего угодно, что было сделано Аароном, – на свой страх и риск уточнил бета в твидовом костюме и даже как-то сжался от возможной реакции на свои слова.       – Есть такое, – хмыкнул Тайлер, глянул на притихшего Аро и подмигнул ему, – телефон кто-нибудь достаньте, – скомандовал затем он комиссии, стягивая с плеч кожанку.       – З-зачем? – переспросил худой омега, доставая, тем не менее, телефон.       – Фоткать, – как тупому объяснил Тайлер и взялся за края футболки.       Эрик попытался было его остановить, но как только увидел кусочек показавшейся татуировки на теле альфы, так и застыл. Альфа беспрепятственно снял с себя ткань, явив на общее обозрение невероятной красоты волка. Рисунок был выполнен в стиле витража и просто приковывал к себе взгляд – каждый фрагмент будто светился изнутри, а чёрный контур – Эрик сглотнул шумно, с силой подавив порыв прикоснуться – казалось, был объемным?       У комиссии, тем временем, с громкими звуками удара об пол попадали челюсти, а телефоны достали все оставшиеся её члены. Худой омега ещё ниже приспустил на нос очки, а толстый омега обвёл масляным взглядом Тайлера, будто и забыв, что тот только что угрожал ему, и сделал ещё пару снимков, судя по невольному облизыванию губ, явно для каких-то своих целей. Только бета в костюме, казалось, остался спокоен и подозвал Аарона к столу.       – Это правда твоя работа? – спросил он.       Омежка закусил губу и принялся ковырять носком пол:       – Я работал над макетом, – ответил он. И Эрик с ужасом понял, что тот врёт, вот только делает уж больно неумело.       Члены комиссии переглянулись, увидев, видно, то же, что и офицер и загудели.       – Вы, – снова обрёл надменный вид худой омега и ткнул пальцем в Тайлера, – можете одеваться, спасибо, нам всё ясно. А вы, – ткнул он пальцем в подскочившего от страха Аро, – приняты...       – О боже, – задрожал омежка.       – С одним условием, – деловито продолжил эксперт, – всех своих покровителей будете держать за пределами "Моньюментал Артс Хай".       – Да, да, конечно, – засветился от счастья Аро.       Бета, сидевший с краю, громко шлёпнул печатью по какой-то бумаге, затем все пятеро расписались и передали документ Аарону. Тот с благоговейным трепетом принял её, будто это была не бумага, а тысячелетний папирус, готовый вот-вот превратиться в пыль.       – Я поступил, поступил, поступил! – прыгал от счастья Аарон на заднем сидении полицейской машины.       Эрик же задумчиво вёл авто, осознавая одну не очень приятную деталь. И когда он подъехал к дому Палмер-Райтов, то выпустил Аро без проблем, в отличие от альфы.       – Тайлер, – позвал он, заставив того отпустить ручку на двери.       – Знаю, что вы скажете, офицер Мастерсон, – ответил, потупив взгляд Тай.       – Знаешь? – переспросил омега.       – Что я повёл себя отвратительно...       – Нет, я.. То есть, да, ты повёл себя крайне некорректно, – нахмурился Эрик, – но я не об этом, я о твоей тату...       – Вам не нравится? – резко поднял голову альфа.       – Господи, Тайлер, да дай ты мне договорить, – всплеснул руками офицер, – рисунок замечательный, но сделан, я так понимаю, окончательно и бесповоротно навсегда?       – Ага, – кивнул отчего-то расплывающийся в улыбке Тай.       – Ты же понимаешь, что это значит? – поднял брови Эрик и словил недоумевающий взгляд. Пришлось набрать в лёгкие побольше воздуха, прежде чем сказать пренеприятнейшую весть, – тебя не возьмут в полицейскую академию, там запрещены татуировки. Извини...       Тайлер хлопнул пару раз глазами, а потом согнулся на сидении пополам и растрепал свои чернющие волосы.       – Слава тебе, Господи, – выдохнул он, откинувшись обратно на спинку, – о боже, ты, наверное, и правда есть!..       Теперь очередь строить из себя удивлённую зверушку перешла к Эрику:       – Ты...не расстроен?       – Расстроен? Ха, да я просто на седьмом небе от счастья! – совершенно искренне воскликнул Тайлер.       – Но ты же хотел пойти учиться на полицейского, – недоумевал омега.       – Нет! Это всё Ти, чтоб его перекособочило, наплёл вам с три короба, – признался альфа.       – Но как же?.. Как же книжки и-и твои занятия в группе? Не понимаю, ради чего тогда всё это? – взглянул на Тая Эрик.       Альфа всё же дёрнул ручку двери и выбрался из машины, но потом наклонился и посмотрел омеге в глаза:       – Ради вас.       Сердце у Тайлера стучало бешено, он и сам не мог поверить, что осмелился только что сказать. И, тем не менее, перед глазами стояло удивлённое лицо офицера Мастерсона с открытым ртом, и это почему-то давало надежду, что, ему удастся этого омегу заполучить. Может, не сейчас, может, не с помощью полицейского значка, но хотя бы элементом неожиданности.       В гостиной, тем временем, скандал уже успел сойти на нет. Рэй с Ти всё ещё вели диалог, а все остальные старательно делали вид, что не подслушивают.       – Я ведь не злюсь на тебя или на Роберта, – пытался объяснить Рэй надувшемуся сыну, – я просто расстроен, что ты ничего не сказал мне сразу, как только узнал.       Ти поднял глаза на отца:       – Ты расстроен? Ты? – возмутился он, – тот, кто не сказал, что встретил Истинного? Тот, кто вышел замуж и даже не удосужился посоветоваться с нами?       – Значит, в этом всё дело? – без издёвки уточнил альфа, – милый мой, я думал, что ты простил меня за это...       – Простил, – скрестил руки Ти, – но не думай, что попадёшь на нашу с Робом свадьбу.       Рядом захлебнулся чаем Роберт, и притихший Винс похлопал его по спине. На лице Рэя же от слов Ти проступила настоящая боль так явно, что заметил это даже наблюдавший за ними в стороне Тайлер, а Ти моментально закрыл рот рукой, пожалев о сказанном.       – Нет, папуль, я не хотел этого сказать, – подскочил омега к родителю, – прости-прости, я не хотел.       – Нет, ты прав, – взял лицо Ти в свои ладони альфа, – ты совершенно прав, и сейчас я это понял. Я повёл себя эгоистично, необдуманно и глупо, и ты имеешь полное право наказать меня за это.       – Нет, я не хочу, – всхлипнул Ти, – ну, папуль, я правда не говорил всерьёз.       – Кажется, – вклинился в разговор Винс, разрушив излишнюю драматичность момента, – я знаю, как всё исправить.       Альфа с омегой посмотрели на него красными от непролитых слёз глазами и принялись слушать.       – Отчасти это моя вина, – начал пояснение Винс, – ведь это я сделал Рэю предложение руки и сердца сразу после знакомства, а потом я же и утянул его под венец безо всякой свадьбы, а значит именно я и должен попытаться всё исправить. И раз уж мы все так удачно здесь собрались, – он обвёл взглядом полную гостиную и поднялся с дивана, а потом встал на одно колено, – Рэйвен...       – Нет-нет-нет! – прервал его Майло, – Винс! Ты омега вообще-то, – возмутился он и глянул на Рэя.       Тот сориентировался быстро, усадил Винса обратно на диван, а сам опустился на одно колено:       – Винсент Палмер-Райт, – просиял он, – ты выйдешь за меня замуж?       – Да, – просиял в ответ Винс.       – У кого-нибудь есть возражения против нашего союза? – спросил Рэй и сделал паузу, пока изо всех концов комнаты доносились отрицательные ответы, – что ж, тогда самое время сыграть свадьбу.