Мы — семья!

      Винс был уверен, что разговор с Рэем будет нелёгким. Что ему придётся доказывать, уговаривать и спорить, однако Рэй всего лишь попросил отложить решение вопроса домашних родов до встречи с акушером.       – Ты не злишься? – уточнил Винс осторожно.       – Нет, любимый, – притянул его к себе Рэй и поцеловал в макушку, – я рад, что ты всё честно мне рассказал. Но, скажу сразу, если доктор даст нам добро на роды вне клиники, их придётся планировать очень тщательно. Ты готов ко всем этим хлопотам?       Винс был готов. Чего бы ему это ни стоило, он был готов. И всё же, когда они с Рэем вернулись с рождественских каникул и пришли на очередной приём к их акушеру – доктору Картеру – нервозность вернулась.       – Что ж, – степенно посмотрел он на Винса и Рэя, приспустив очки на нос, – патологий никаких не наблюдается, беременность протекает нормально, я бы даже сказал, образцово-показательно. Не вижу никаких причин отказывать вам в домашних родах. Однако это не отменяет ваших походов ко мне – это раз, – бета дождался, пока супруги кивнут понятливо, и продолжил: – Также, должен напомнить, что ни о каком обезболивании во время самого процесса схваток и рождения ребёнка уже говорить не придётся. Как вы сами считаете, справитесь? – спросил он Винса.       – Ну, – повёл плечом тот, глянув на Рэя, – я же не единственный такой, другие же справляются...       – И то верно, – кивнул доктор Картер, – ну и последнее, я вас курировать во время родов не смогу – я работаю исключительно в клинике, поэтому я дам вам визитку другого акушера, который специализируется как раз на домашних родах. Как только договоритесь с ним о сотрудничестве – сообщите мне, и я вышлю ему вашу полную историю беременности.       – Доктор Картер, вы удивительно понимающий и как всегда последовательный, – сдержанно улыбнулся Рэй, принимая визитку.       – Увидимся через неделю? – спросил бета Винса.       Тот подтвердил визит, тут же занёс его в календарь и покинул кабинет вместе с мужем.       – Ты кажешься взволнованным, – заметил Рэй, когда они не спеша шли к лифтам.       – Я... – не сразу скучковал будоражащие разум мысли Винс, – я, честно говоря, не могу поверить, что всё оказалось так легко, – выдохнул он облегчённо.       – Ну, насчёт лёгкости – это ты загнул, – хохотнул Рэй.       – Нет-нет, я про такой уровень поддержки говорю, – поправился Винс, – Роберт оказался прав, ну, насчёт моего состояния, но сам бы я ни в жизни не подумал, что у меня ПТСР, сам понимаешь, так бы и продолжал накручивать себя, не зная, что со мной происходит.       – Я тоже не без греха, – опустил глаза Рэй.       – В смысле? Ты о чём? – не понял Винс. Да Рэй был самым понимающим и заботливым альфой, каких свет видывал.       – Ну, знаешь, – вздохнул Рэй, – я могу спокойно спросить: как ты себя чувствуешь, но не могу: что ты чувствуешь. Казалось бы, вопросы такие похожие в словах и такие разные в значениях.       – Рэй, дорогой, не наговаривай на себя, – взял его за руку Винс, – даже если бы ты спросил, я не смог бы тебе ответить, поверь. Я и сам не понимал, что со мной не так. А уж если бы ты ещё меня начал пытать такими каверзными вопросами, я бы захлебнулся чувством вины от того, что со мной так возятся, а я ещё и умудряюсь себя несчастным чувствовать.       – Да я же не только про это, – неловко потёр шею Рэй, – я в целом не умею все эти "тонкие материи" чувствовать.       – Тебе и не нужно, – заверил его Винс и заглянул альфе в глаза, – для "тонких материй" у тебя есть я. Ты же знаешь, я сам скажу, если посчитаю нужным. И сам выведу тебя на разговор. Не всем дано да и, если быть совсем уж честным, нужно копаться в чувствах окружающих. Ну сам посуди, если бы ты каждого своего пациента перед операцией спрашивал о чувствах и страхах, далеко бы ты ушёл? Много операций провёл? Много жизней спас? Нет, Рэй, ты человек дела – и это нормально. Более того, в нашей с тобой паре это идеальный расклад.       – Ну да, – ухмыльнулся Рэй, – если бы мы оба целыми днями друг в друге копались, да о чувствах разговаривали, то дом бы мхом порос.       Винс засмеялся, представив эту картинку, солидарный с мужем. Они дошли до кабинета Винса и плавно переместились в его стены. Пока у Винса был перерыв, а Барби обедал, можно было отдохнуть на диванчике в обнимку.       – И всё же, я не ожидал, что и ты, и даже доктор Картер меня так легко поддержите, – сказал Винс, присаживаясь, а за ним и Рэй, – спасибо. Обещаю, я всё-всё изучу про домашние ро...       – Нет, – остановил его Рэй, – мы с тобой о чём договаривались ещё в сентябре? Никакой лишней информации, Винсент. Мы встретимся с рекомендованным акушером и будем выполнять его указания. Если он скажет что-то изучить, то мы изучим. Но тебе самому не стоит забивать голову интернетной чепухой.       – Никакой интернетной чепухи, – честно пообещал Винс, сражённый наповал властным тоном своего альфы. Аж волосы на холке дыбом встали и мурашки по телу пошли.       Глазки у Винса, видно, так выразительно заблестели, что муж, заметив такую реакцию, бесцеремонно взял Винса в охапку и поцеловал горячо. А что, он же тоже не железный.       Впрочем, Рэй хоть и был падок на чувственность Винса, сам себя в руках держал отменно. И страстный поцелуй плавно перетёк в нежный, и руки ласкали уже не жадно, но заботливо. Возбуждение постепенно сменялось умиротворением. Винсу так нравилось покоиться в руках любимого, который поглаживал его выпуклый животик. Нет, он бы ни за что не лишил себя такого волшебного момента из-за страха перед больничной палатой. Но теперь и этот страх был почти повержен.       – Ну всё, мне пора, – с явным разочарованием вздохнул Рэй, отстраняясь, – надо готовиться к операции.       – Хорошо, – огладил его лицо счастливый Винс, – увидимся тогда дома. У меня ещё пара пациентов на сегодня и всё.       Рэй кивнул, шумно чмокнул омегу на прощание и ушёл "чинить человеков", как он говорил младшеньким, когда они интересовались его работой. А Винс в очередной раз передёрнул плечами, наслаждаясь лёгкостью движения от сброшенного с них груза, и сверился с расписанием.       Акушер, которого им порекомендовал доктор Картер, оказался безумно занимательным персонажем. Крохотный омега с именем Ромео, в годах, с копной трогательно вьющихся седых волос, крайне живенький, с добрыми глазами, но в то же время знающий своим словам цену. Он сначала внимательно выслушал Винса, потом пожелания Рэя, узнал домашнюю обстановку, едва ли удивившись количеству детей, что наглядно говорило о его опытности или как минимум тактичности. И только после того, как Ромео собрал всю информацию буквально обо всём, что было значимо, он дал супругам несколько рекомендаций.       – Времени у нас осталось мало, – сцепил руки в замок Ромео, – но достаточно, чтобы подготовить всё необходимое. И готовить прежде всего надо нам Винсента, – посмотрел он на Винса, – роды – это не прогулка в парке, да и крайне малую роль играют внешние атрибуты. Самое главное подготовить к родам тело и разум. Тело, чтобы облегчить роды ребёнку, а разум, чтобы облегчить роды себе. Понятно, да?       Рэй с Винсом кивнули и продолжили слушать.       – Очень важно, чтобы у роженика был партнёр, активно участвующий в подготовке. Вам, Рэйвен, думаю, не надо доказывать полезность полнейшей осведомлённости?       – О да, можете на меня рассчитывать, – подтвердил Рэй.       Ромео явно удовлетворил ответ альфы, и он наконец принялся рассказывать техники, которые им предстояло освоить как можно скорей. В общем всё перечисленное было вполне ожидаемо, кроме одного упражнения, о котором говорил Ромео. На его описании щёки у Винса позорно запылали, что не скрылось от внимательного взгляда акушера и мужа.       – Я всё понимаю, Винсент, но это очень важно, – попытался донести до краснеющего Винса Ромео, – и вы, и ребёнок избежите ненужных травм.       – А как же... – ещё больше застыдился от собственного вопроса Винс, – как же оно... Оно потом всё обратно-то вообще?..       – Обязательно, – авторитетно кивнул Ромео.       Винс взглянул на Рэя, но тот сидел с крайне задумчивым и внимательным лицом и совсем не смутился от услышанного. И это при том, что Рэю предстояло принять в нём активное участие.       Но в итоге разговор с Ромео Винса воодушевил. Не болела голова про сбор вещей в роддом, на кого детей оставлять в это время. Можно было спокойно заниматься своими делами, а в перерывах практиковать особое дыхание и движения для облегчения схваток. Ромео пообещал заглядывать раз в неделю, проверять успехи, но не грозил надоесть. И как только голова Винса освободилась от одного ряда вопросов, в ней возник целый ряд других.       Прежде всего надо было сделать небольшую перестановку в спальне, чтобы поставить колыбель в угол. Это было исключительно на первое время, а когда их с Рэем малышу исполнится хотя бы полгодика, можно будет переселить его в детскую. Под детскую Рэй с Винсом в самом начале въезда отдали самую большую комнату. В прошлом году там умещались трое детей, и голова не болела, что скоро в комнате снова предстояло жить троим малышам.       Рэй взял на себя вопрос выбора колыбели, наотрез отказавшись забирать ту, в которой сейчас спал Ноа. Во-первых, когда Винс усыновил самого младшенького альфу, он уже приобрёл подержанную колыбель, и та неумолимо сдавала позиции. Ноа спал очень активно: ворочался и упирался ногами в бортики, так что те уже заметно поскрипывали. Поэтому легче было уже позволить Ноа окончательно доломать колыбель, а когда ему исполнится три, купить уже обычную детскую кроватку.       В один из будних дней Винс приехал домой, забрав перед этим Зака из садика, и заметил на подъездной площадке знакомый смарт.       – Дедушки! – обрадовался Зак и тут же ускакал домой.       Винс тоже был рад встрече с Говардом и Лу. Чета Файнов навещала Рэя с Винсом и детьми на все праздники и дни рождения детей. И даже альф, что крайне трогало Винса. Но в будние Говард и Лу редко выбирались в гости. В том пригороде, где они жили, альфа и омега входили в муниципальный совет, и у них было очень много общественно-значимых дел, которые обычно не терпели отлагательств. Поэтому сейчас, глядя на смарт, Винс ненароком задумался, не стряслось ли чего, но накручивать себя раньше времени не стал.       – Вот он, мой сладкий пирожок, – встретил его в гостиной Лу.       Винс тепло обнял пожилого омегу, заметив, что на диванчике сидит Майло. Тот был без ума от дедушки Лу и в его присутствии становился настоящим подлизой – что в случае с Майло Винс считал крайне полезной практикой – было неудивительно, что скрасить ожидание Лу вызвался именно он. А омега тем временем отстранился и пояснил свой визит:       – Вы нас так вероломно – второй год, между прочим! – заметил он, – оставляете в Калифорнии на Рождество, что все подарки нам приходится дарить с большим опозданием.       – Ох, Лу, ну какие подарки, – попытался отмахнуться Винс.       – Деда, не слушай его, – крикнул с диванчика Майло, – нам подарки ой как нужны!       Старшие омеги рассмеялись, а когда оба обернулись к Маю, то Винс понял, что с отмахиваниями он явно опоздал, и все подарки уже были розданы, потому что Майло с трепетом оглядывал чайный сервиз в яркой упаковке.       – А нашим подарком вы уже воспользовались? – поинтересовался Винс у Лу.       – А как же, – заверил тот, – собственно, только вчера вернулись из санатория и сразу к вам.       Рэй и Винс долго думали над тем, что можно было подарить чете Файнов, которые только и успевают заверять, что у них всё есть, и не придумали ничего получше, кроме того, чтобы взять Говарду и Лу билеты в санаторий с открытой датой.       – Понравилось? – осторожно спросил Винс.       – Очень! – резво закивал Лу, – то, что надо, чтобы набраться сил на целый год. Пойдём, что ли, посмотрим на ваш с Рэем подарок, если альфы уже успели собрать? – предложил он и напоследок обратился к Майло, – Май, детка, ты пойдешь с нами или продолжишь тарелочками любоваться?       – Продолжу тарелочками любоваться, – не отрываясь от своего занятия, ответил Май.       Лу с Винсом снова прыснули, чмокнули омегу в кудрявую макушку и пошли в указанном Лу направлении. Пришли они, к некоему удивлению Винса, в их с Рэем спальню. А там в углу Говард с Рэем... собирали модную колыбель. Точнее, колыбель-то действительно уже была собрана, альфы лишь возились с подвесными игрушками. Винс невольно ахнул.       – Что это за... чудо техники? – приложил он ладони к щекам, любуясь.       – Нравится? – обнял его за плечо Лу, спрашивая с явной гордостью за произведённый на омегу эффект.       – Да, только как с ней обращаться-то? – мотал головой Винс, – она же похожа на какой-то космический шаттл. Ещё и к розетке подключается, – заметил он шнур с вилкой.       – Ой, тут всё по последнему слову, – сказал Лу, – и несколько режимов укачивания, вшитые колыбельные с объемным звуком, а также белый шум нескольких видов. Радио-няня, видео-наблюдение с передачей прямо на смартфон, подсветка, детектор жидкости и даже бесконтактный градусник.       – Вот это да-а-а, – восхищённо протянул Винс.       – Дорогой, я надеюсь, ты не расстроен, что подарок для нас двоих выбрал я, – подал голос Рэй.       – Да я в полном восторге! – воскликнул Винс и бросился сначала Лу обнимать, потом Рэя, а потом терпеливо ожидавшего своей очереди Говарда. – Вы же останетесь на ужин? – с надеждой спросил он.       – Да, подкрепиться не помешало бы, – посмотрел на мужа Говард.       Чета Файнов, ничего не подозревая, согласилась погостить до вечера, а Винс понял, что это хороший момент для решения ещё одного очень важного вопроса, связанного с их с Рэем ребёночком.       Винс заметил, что крошка Заки очень вдохновился примером старшего брата Ти и тоже решил попробовать себя во всех начинаниях. Он подглядывал в чертежи Вика, когда тот делал домашние задания, а альфа охотно отвечал на все "зачем" и "почему" омежки. Вик вообще заметно расслабился, как только вопрос с его чувствами к французскому омеге решился. Насколько помнил Винс, Мишель должен был прилететь уже пару недель как, и он ещё не решился выпытать подробности романа, а точнее, собирается ли альфа быстренько паковать вещи и съезжаться с омегой. И всё же, когда Винс "случайно" заглядывал к Виктору в комнату и не видел собранных чемоданов, волна облегчения накрывала его с головой. Нет, он желал Вику исключительно счастья и поддержал бы любое его решение, но сам, оказывается, был ещё не готов отпустить своего такого уже взрослого мальчика.       С Аро и его бойфрендом Келли Заки гулял по музеям. Но недолго, всё-таки делать что-то руками омежке было интересней, чем созерцать. Впрочем, Аро и Келли это тоже поняли и запланировали для Зака поход в гончарную студию на выходных. Зак от одного этого был в восторге. А Винс краем уха услышал, что за омегами увязался Тайлер, и – что было для Винса вообще новостью из ряда вон – тот офицер полиции. Кажется, Тайлер всё-таки послушал совета Винса и действительно решил наладить отношения с офицером Мастерсоном. Винсу же было вдвойне спокойней, что за омежками будет кому приглядеть.       Бен, получив на Рождество велосипед для трюков, взялся за тренировки с настоящим остервенением. Винс подозревал, что у его маленького альфы уже начался переходный возраст и внутреннее состояние требовало выхода энергии. А ничего лучше спорта – и ещё кое-чего, чем Бену пока было рановато заниматься – человечеством изобретено не было. Зак сунул свой хорошенький носик и к Бену в дела, а тот с радостью показал несколько трюков и даже покатал омежку на руле. Хорошо, что Рэй не видел. Муж слишком много провёл операций на спортсменах и поэтому был необъективен, на взгляд Винса, ко всем от скейтбордистов до байкеров.       Ещё Зак перенимал опыт ухода за детьми у Вивиана. Тот послушно показывал на плюшевых зверях омежки, как надо пеленать младенцев, как укачивать. Иногда, конечно, бета уходил в такую чёткость инструкций, что Винс невольно прыскал, подслушивая. Вив объяснял даже угол, под которым надо держать бутылочку для кормления, и сколько раз надо похлопывать по спинке новорожденного, чтобы тот срыгнул. Винс, конечно же, старался не вмешиваться, а некоторые вещи и сам на ус мотал.       Вместе с Кейси Зак смотрел спортивные передачи и футбольные матчи и внимательно слушал объяснения альфы в процессе игры. Винс и не знал, что в американском футболе так много нюансов. А ещё через пару недель намечался дружеский матч команды, в которой играл Кейси. Игра должна была состояться на поле его старшей школы, поэтому Кейси пообещал, что возьмет Зака, чтобы тот посмотрел игру вживую. А заодно и на Майло с помпонами полюбовался.       С Лисятами Зак учился уходу за животными. Именно Луис и Кайл были ответственны за то, чтобы Кот был выгулян, они оба с Бруно – накормлены, а дом не погряз в кошачьей и собачьей шерсти. Лисята знали толк в вычёсывании животных, умели безболезненно стричь когти, помнили обо всех прививках и плановых визитах к ветеринару, разбирались в кормах и даже изучали звериную психологию. Удивительно, сколько заботы скрывали в себе эти два сорванца. Однако не стоило забывать, что все эти обязанности гораздо легче и быстрее выполнялись в четыре руки, поэтому Винс не боялся, что у Лисят не останется времени на планирование очередной проделки. Кстати, проделкам близняшки Зака учили вне зависимости от желания омежки.       Сегодня же Зак в рамках своего эксперимента выбрал готовящего ужин Майло. Винс тоже был в помощниках, в последнее время он почти всегда старался накрыть стол вместе с Маем, если была такая возможность. Убирать обычно помогал Кейси, но с отъездом Ти Май лишился помощника с подготовкой ужина, и Винс под шумок занял пустующую нишу. Может, Винса попросту спасла его беременность, но язвительных Майловских комментариев он в свой адрес так и не получил, поэтому просто продолжал помогать. Вообще в отношениях с Майло Винс давно нащупал правильную тактику: меньше слов – больше дела. Если не спрашивать строптивого омегу, нужна ли помощь, то и ответа "вот ещё", сопровождающегося презрительным фырканием, не последует.       – Ну, командуй, что будем в омлет класть, – допустил-таки Май Зака в святая святых, пока Винс собирал тарелки с приборами.       Майло сегодня готовил целый противень лёгкого омлета, в который крошил овощи и кусочки тушёной говядины. Винс обожал это блюдо и до беременности, и сейчас. Зак придирчиво выбирал ингредиенты.       – Брокколи, – начал перечисление омежка, – перец. Только, Майло, три разных цвета, – предупредил он, – помидоры и чёрненькие.       – Черненькие? – не понял Майло.       – Да, кисленькие такие, из банки, – кивнул Зак.       – А, маслины, – дошло до Мая, а заодно и до Винса. – Сыром посыпаем сверху?       – Да, – кивнул Зак.       – Ну всё, молодец, кулинар, – похвалил его Майло, – теперь я буду чётко следовать своим инструкциям, а ты иди помоги Винсу картофельный салат перемешать.       Зак послушно прошёл к кухонному столику и сел напротив Винса. Тот показал, как очищать варёную картофелину от шкурки, и торжественно вручил одну. И пока Зак возился с выданной в пользование картофелиной, сам Винс успел нарезать все остальные кубиками, мелко накрошил зелень и смешал майонез со сметаной для соуса. Вообще, Винс не понимал, почему это блюдо зовётся салатом, ведь, по сути, из ингредиентов там был только картофель, но спорить с традициями было не в его компетенции.       Когда дело дошло до жарки фермерских сосисок, Зака из кухни пришлось выманить, чтобы на кроху не попало раскалённое масло. Но омежке было интересно и стол накрывать. Он придирчиво поправлял чашки и командовал, куда ставить корзины с хлебом, а куда – графины с морсом. Винс разглядел в Заке, как и в других омегах Палмеров-Райтов, задатки настоящего лидера.       – Ну и с кем тебе понравилось проводить время больше всего? – спросил его Винс за ужином.       Семья в этот вечер была удивительно шумная, все что-то между собой обсуждали, Рэй умудрялся о чём-то спорить с Лу и параллельно приглядывать за Ноа, который с некоторых пор наотрез отказывался есть с чей-то помощью, но сам делал это пока что крайне неаккуратно.       – Мне со всеми понравилось, – пожал плечами Зак, наворачивая омлет за обе щёки, – я и дальше продолжу со всеми проводить время, а потом и сам чем-нибудь займусь, чтобы ко мне тоже все приходили время со мной проводить.       "Прирождённый лидер," – мысленно восхитился Винс.       – Это правильно, – кивнул он Заку, – кстати, омлет – просто объедение.       – А картофельный салат? – тут же поинтересовался омежка.       – И он тоже, – кивнул с улыбкой Винс.       Все остальные тоже были в восторге от ужина, до слуха то и дело доносился стук приборов по тарелкам, а Майло авторитетно оглядывал жующих домашних, принимая комплименты. Как только с основной трапезой было покончено, на стол опустились ягодные пироги. Их с собой привезли Файны как приложение, типа, к чайному сервизу. Конечно, Майло никому не дал наложить свои загребущие лапы на деликатные чашечки и блюдечки, поэтому у заварочного чайника выстроилась шеренга из разномастных кружек всевозможных цветов и размеров.       Наличие десерта играло Винсу на руку, потому что никто не спешил из-за стола выбегать, пока от пирогов не остались только крошки, и в то же время всем не терпелось о чём-нибудь поболтать и поспорить, а это-то и было нужно Винсу.       – Итак, – начал он, обратив на себя внимание, – пока мы все с вами тут в таком расширенном составе, – посмотрел он на Говарда и Лу, – я подумал, что было бы неплохо обсудить одну очень важную тему, – Винс перевёл взгляд на Рэя, и тот едва заметно кивнул, одобряя, после чего омега объявил: – Пора выбрать малышу Палмер-Райт имя! Мы с Рэем всю голову сломали, но так и не смогли подобрать ничего путного, поэтому надеемся на вашу креативность.       – А вы хотите только одно имя? – уточнил Аарон и пояснил вопрос, – мы же не знаем пол ребёнка. Вы хотите универсальное?       – Ну, можно и универсальное, – пожал плечами Винс, – но также мы можем подобрать три имени. На каждый пол по имени. Кто за одно универсальное?       Винс оглядел стол с поднятыми руками и посчитал их.       – Кто за три разных? – объявил он следующий вопрос.       Этот результат превысил предыдущий.       – Что ж, решено, – кивнул Винс, – будем подбирать три имени.       – Может, разделимся на команды? – предложил Лу, – не считая тебя и Рэя, нас, потому что мы с Говардом будем любить нашего внука с любым именем, и Ноа, получается девять – идеально делится на три команды: альфа, бета, омега. На обсуждение минут по пять-семь, потом презентация имени и обоснование.       – О, будет интересно послушать, – окончательно оживился Винс.       Остальные поддержали и быстро кинули жребий. Получилось, что имя, если родится альфа, будут давать Май, Тайлер и Бен; если бета – Луис, Аро и Кейс; и если омега – Вик, Кайл и Зак. Состав команд Винсу показался поистине рандомным, а это заставляло надеяться на настоящую креативность, а главное, Майло с Лисятами были в разных командах, и это значило, что обсуждение точно не закончится дракой. Всем было позволено прошерстить Интернет, и на некоторое время в гостиной, куда переместилась семья, раздавалось исключительно сосредоточенное сопение и глухие удары пальцев по экранам.       Самой скрытной командой оказалась "альфья", потому что те после ресёрчинга отправились совещаться на кухню и ещё и дверь закрыли, чтобы никто не подслушал. "Бетная" и "омежья" остались в гостиной и скомпоновались в тесные кружки.       Винс с мужем и четой Файнов развлекали Ноа, а заодно и обсуждали свои вопросы. Во время беседы Винс признался, что они с Рэем решились на домашние роды.       – Да вы что? – удивился Лу и переглянулся с Говардом, после чего осторожно спросил, – Винс, дорогой, ты уверен, что справишься без обезболивания?       – Ну, я надеюсь, – неловко повёл плечом Винс и заверил: – Я же не совсем повёрнутый, если пойму, что дело плохо – поеду в клинику, конечно. Да и Рэй не позволит рисковать.       – Следи за ним в оба, – наказал Рэю Лу.       – У меня хорошее предчувствие, – заверил его альфа.       – А вообще, я надеялся, что вы нам подкинете идей с именами для малыша, – вернулся к теме Винс.       – Мы можем, – подал голос Говард, – например, имя Альберт – замечательное! Или, вот, Максимилиан, да, Лу?       – О, потрясающее имя, – поддержал шутку мужа омега.       – Сильвестр, – продолжил Говард.       – Мы поняли, – усмехнулся Рэй.       – О-о, – озарился новой идеей Лу, – Талбот?       – Господи Иисусе, – хлопнул себя по лбу Винс, расплывшись в улыбке.       – Редмунд, – добавил в копилку к абсолютному и однозначному "нет" Говард.       К счастью, услышать ещё больше старомодных имён Винсу не удалось, потому что время на совещание у команд вышло, и настала пора презентаций. Первым на пятачок перед телевизором вышел Майло, озвучивая, очевидно, коллективное решение.       – Мы предлагаем имя Итан, если родится альфа, – сказал Майло.       Винс заинтересованно хмыкнул, заметив, что сделал это не он один.       – Имя Итан имеет значение постоянства, неизменности, твёрдости и силы. Это идеальное имя для альфы, а также подразумевает крепость связи его родителей.       Последнее было особенно трогательно. Винс переглянулся с Рэем и получил полный одобрения взгляд.       – Замечательное имя! – подвёл он итог, – спасибо, мальчики.       – Теперь мы! – поторопил его Луис и тут же выпихнул на пятачок Кейси.       – Мы решили, – с присущим ему энтузиазмом начал альфа, – что если родится бета, то назовём его Чарли.       Лицо у Винса попыталось вытянуться, но силой воли омега остановил этот процесс. Нет, ничего против имени Чарли он не имел, но в голове сама собой первой возникала ассоциация с псом.       – А почему? – осторожно поинтересовался Рэй, тоже пребывая в замешательстве.       – Потому что оно клёво звучит, – без запинки ответил Кейси.       – Ага, особенно в фразе "Чарли, к ноге", – приглушённо фыркнул Майло.       – Прекрасное имя, принимается, – прочистил горло Винс. А что делать, он ведь дал слово.       – Так, теперь мы, – поторопил всех Кайл и сам вышел перед всеми, – для омеги мы придумали имя Дакота. Потому что по звучанию оно похоже на сладкий десерт, который мы ели в Европе. Хочу, чтобы сладкий пирожок, которого родит Винс, у всех ассоциировался со сладостями.       – О-о-о, – умилился Винс, – решено. Если сладкий пирожок родится омежкой, назовём его пана... ой, то есть, Дакотой.       Потом, конечно, Винс поплатился за свою идею разделить детей на команды, потому что все начитались советов, как повлиять на пол ребёнка, и пару недель он постоянно находил у себя под подушкой какие-то дурно пахнущие цветы, пил странные на вкус чаи и терпел ритуальные ощупывания пуза. Впрочем, последнее было даже немного приятно.       Всю неделю Винс удачно избегал Рэя, но в воскресенье альфа его всё-таки настиг и припёр к стенке. В буквальном смысле, зажал в ванной, втиснув колено Винсу между ног, зная, что для омеги это самый запрещённый приёмчик.       – Нам с тобой надо заняться упражнением на эластичность, – без тени вопросительной интонации объявил Рэй.       – Ой, дорогой, а давай завтра? Я так устал, – показательно зевнул Винс.       – Ты так третий вечер подряд говоришь, – вздёрнул бровь Рэй.       Винс виновато закусил губу.       – Ты чего? – не понял альфа и нахмурился, – в чём проблема? У тебя что-то там болит?       – Нет-нет, у меня ничего не болит, и в связи с этим, можно мы не будем пока это упражнение делать? – попросил Винс.       – Почему? Винс, послушай. Ты решил, что роды пройдут дома? Решил. Пообещал мне ответственно подходить к этому вопросу? Пообещал. Упражнение нужное, а значит, его необходимо делать, – как маленькому объяснял Рэй.       Винс трагично вздохнул.       – А можно я сам буду это упражнение делать? – попросился он.       Рэй тоже вздохнул.       – Ты что, меня стесняешься? – посмотрел он на Винса и напомнил, – ты вообще в курсе, кто у тебя будет роды принимать?       – Ой, – только сейчас понял такую, казалось бы, простую вещь Винс, изменившись в лице.       – Вот тебе и ой. Мигом в постель, – скомандовал муж и освободил проход в ванной.       Винс мышкой юркнул под одеяло и для верности накрылся им аж с головой. Рэй же спокойно доделывал все свои дела в ванной, чем-то гремел, шумел водой и только минут через пять прилёг рядом. Сначала приобнял через пуховую преграду, но потом горячие руки забрались под одеяло и огладили напряжённое тело Винса. Холке достался поцелуй и даже чувственное покусывание, заставившее Винса немного расслабиться против воли. Его Истинный знал тело омеги буквально наизусть. А рука альфы тем временем переместилась ниже.       – Я боюсь, – не выдержал Винс, – я не хочу, чтобы мне было больно, а тебе – неприятно, я не хочу, чтобы у нас был такой опыт. Я лучше сам!..       Рэй рыкнул, обрывая Винса на полуслове, прижал дрожащего Винса к своей груди и сказал крайне спокойно:       – Винсент, я пока ничего тебе не сделал, более того, мне за тобой ухаживать всегда приятно. И неважно, какими способами. Обещаю, тебе не будет больно. Веришь мне?       Винс почувствовал себя загнанным в тупик, но делать было нечего:       – Да, – выдохнул он в ответ. Рука Рэя снова поползла ниже, – т-ты же помнишь, что у меня там всё узенько?       – С нашей последней близости прошло не так много времени, чтобы я успел забыть, – промурлыкал Рэй и стянул с Винса последний оплот защиты – трусики.       Винс прокрутил в своей голове слова Ромео о том, что проход к родам надо сделать максимально эластичным, чтобы не было разрывов, а для этого требуется регулярная растяжка мышц. И даже вспомнились заверения омеги, что всё потом вернётся в норму. Но перед глазами всё равно стояли страшные картины его собственного тела с необратимыми изменениями, а с ними и потеря чувствительности и отсутствие интереса со стороны его альфы. Да лучше швы, чем этот ужас.       Однако реальность, в которой сейчас находил себя Винс, никак не хотела стыковаться с безрадостными фантазиями омеги. Муж действовал бережно, даже нежно. Так как у Винса между ног сейчас было суше, чем в пустыне, Рэй использовал какой-то гель или крем, а уж о том, чтобы использовать что-то больше двух пальцев, и речи не шло. И движения были... странные.       – Ну как? Больно? Неприятно? – поинтересовался через минутку Рэй.       – Н-нет, – пришлось признать Винсу и на очередном движении выдохнуть судорожно, – а почему... так приятно?       Рэй сзади хрюкнул и прошептал в ухо:       – Не провоцируй, котик.       – Нет, я... – снова запнулся Винс от прошившей судороги, – я думал, что надо растягивать, а ты массируешь.       – А как ты собрался растягивать неразогретые мышцы? – удивился Рэй, – мы же не хотим травм, да? – Винс мурлыкнул "да", и Рэй продолжил объяснения, – А значит, сначала нам твои узенькие мышцы надо разогреть, чтобы они стали эластичными, и только потом переходить к растяжке. Но и она, обещаю, появится у нас в программе не сегодня.       – И-и что, – облизал губы Винс, – ты так каждый раз будешь делать?       – Угу, – сладко выдохнул Рэй ему в розовеющее ухо.       – А я, получается, всю неделю от такого удовольствия бегал? – изумился Винс.       – Угу, – прыснул Рэй и спросил, не теряя времени: – Ну что, больше не будешь от меня бегать?       – Не буду, – застенчиво пообещал Винс.       Сейчас он полностью уверился, что к родам нужно готовиться только так – вместе.