Мы — семья!

      Кристиан не мог перестать удивляться: как можно было вызывать такое большое чувство, будучи таким крошечным? Маленький Итан, его самый младший (на данный момент, но кто этих родителей разберёт?) братик покоился на его руках и был похож на херувимчика, не меньше. Ти чуть наклонился и втянул этот непередаваемый запах маленького чуда. Чудо пахло молоком и... любовью. Подобрать другого слова просто не получалось. А уж как Итан ощущался – это был отдельный разговор.       Ти давно понял, что Винса он чувствовал немного по-другому, нежели остальные омеги его семьи, – сильнее из-за его прямой кровной связи с Истинным Ти, Робом. Но он и представить себе не мог, что зачатый от Винса и отца Итан будет вызывать такую причудливую смесь ощущений между родством к себе и к Роберту. Шальная и пугающая мысль пробежала у Ти в голове: они с Робом едва ли раз говорили про биологического отца альфы, но встреть его Ти однажды, даже мимолётом, – узнал бы, понял бы, почувствовал бы. Особенно теперь, когда знал, как это ощущается.       Роб заглянул в детскую, нашёл взглядом Ти и расплылся в счастливой улыбке, на которую Ти не мог не ответить такой же. Альфа тихонько пересёк комнату, держа в руках по чашке с дымящимся чаем, – Кристиан уже успел забыть, что заказывал чай с молоком, когда они приехали домой. Крошку Итана пришлось положить в его супер-пупер навороченную колыбель, благо малыш был завернут в плед и разницу температур не почувствовал, а оттого не проснулся, лишь повозился и сладко причмокнул.       – Я ещё хочу посидеть, – шепнул Ти, обернувшись к Роберту.       – Знаю, – присел на детский диванчик рядом с омегой тот и протянул чашку, – просто соскучился и пришёл составить вам компанию, можно?       Ти без лишних слов оставил на щеке Роба невесомый поцелуй, а голову склонил на сильное плечо. Кажется, Итан спал достаточно крепко, чтобы можно было тихонько пошептаться.       – Внизу всё спокойно? – первым делом поинтересовался Ти.       – О да, после того, как близнецов забрали близнецы, а с ними уцокал заодно и Кот, жизнь на первом этаже явно замедлила свой ход. Папа уснул даже, – Роб усмехнулся, – перемазанный весь, правда, в слайме, благодаря щедрости Ноа, но мы с Беном не стали его тормошить. Только пледиком накрыли.       – Аро не выходил из своей комнаты? – спросил Ти.       Роб тяжело вздохнул, прежде чем помотать головой в отрицании. Ти решил, что ещё пять минут понежится в ауре Истинного и Итана, а потом обязательно заглянет к родному омежке.       – Слушай, – начал было Роб, но замешкался с продолжением, отчего Кристиан навострил ушки. – Ты же тоже... чуешь Итана как?..       Альфа явно не мог подобрать нужного слова, но Ти прекрасно понял, о чём тот пытается спросить.       – Ага, – кивнул он и улыбнулся радостно: – Прикольно, правда?       Роб тоже расплылся в улыбке, а во взгляде скользнуло облегчение:       – Очень странно, – признался он, – но прикольно, да. Интересно, как... – альфа вдруг оборвал себя на полуслове и мотнул головой, – а, забей.       Ти сделал вид, что не понял, что хотел спросить Роб, да и пора было сделать обход немногочисленных домашних, которые были, собственно, дома. Омега отпил идеально остывшего чая и поднялся на ноги. Потом склонился к Робу, подарил ему ещё один поцелуй, уже более смелый – в губы – словно обещание, что оставляет он его ненадолго. Альфу не надо было спрашивать, присмотрит ли он за Итаном, он и так всё прекрасно понимал – Истинный, что с него возьмёшь.       Как только дверь в детскую за омегой закрылась, он начал свой неспешный обход. Первым делом поскрёбся к Аро и, не получив отказа, осторожно заглянул. Оказалось, что тот и не слышал скромных перестуков Ти, потому что смотрел на планшете, сидя в наушниках, японский мультик. Радовало то, что Аро не просто смотрел его, но в руках теребил карандаш, явно готовый поймать вдохновение за хвост в любой момент. Это было хорошим знаком. Ти помнил, как где-то с полгода после смерти папы Аро ни в какую не подходил к своим тогда ещё восковым карандашикам, а потом сразу перешёл на акварель и ещё где-то полгода рисовал только чёрной. Было красиво, абстрактно и крайне удручающе.       Ти с Робом, к сожалению, прилетели уже после того, как Аро пришлось проститься с его другом. И омега очень жалел, что не успел вживую познакомиться с "первым бойфрендом" своего младшего брата, и жалел, что не смог утешить Аро непосредственно сразу после расставания. Он вообще как-то выпал из повестки во всей этой истории, а рассказы Тайлера были слишком односложными и оттого совсем неподходящими, чтобы из них можно было составить полную картину произошедшего. Кажется, Тай упоминал даже что-то про ФБР...       Кристиан хотел было тихонечко выскользнуть за дверь и не отвлекать Аарона, но тот, видно, заметил его в отражении планшета и поставил мультфильм на паузу.       – Ти? – обернулся он.       Ти пересёк комнату и приобнял Аро. Не удержался, чмокнул того в лобик как маленького:       – Да, котёнок?       Худенькая рука обвила торс омеги в ответ и немного сжала.       – Я рад, что вы вернулись.       – А я-то как рад, – шмыгнул носом Ти и в противовес испытываемым чувствам растянул губы в улыбке, – золотко, ты поесть не хочешь? Пропустил обед, – заметил он без привычной строгости в голосе. Всё-таки навыки нравоучительства за год путешествий успели немного подрастеряться.       – Да, сейчас, только досмотрю, – кивнул Аро на планшет.       Ти такой ответ принял, пообещал, что составит ему компанию, но перед тем, как выйти, всё же сказал то, что вертелось на языке:       – Аро, я... Хочу, чтобы ты знал – я всегда рядом. Если тебе нужно будет выговориться или, наоборот, помолчать, я всегда рядом.       И лишь дождавшись застенчивой улыбки в ответ на свои слова, омега прикрыл за собой дверь. Ти передвигался по коридору нарочито медленно: заглядывал в приоткрытые двери, надеясь увидеть обитателей комнат, но на втором этаже больше никого не оказалось. Омега спустился на первый, и тут уже было более людно. Бен рубился в приставку, надев беспроводные наушники, а рядом и правда покоился Винс с остатками липкой зеленовато-лиловой субстанции на лице. Дверь на задний двор была распахнута, и оттуда доносились крики Ноа и повизгивания Захарии с редкими низкоголосыми комментариями отца. Кто-кто, а Ти знал, как тяжело было уложить младших на дневной сон в летние дни, и он рад был, что отец даже не пытался. Кажется, строгость отцовских правил домашнего быта немного пообмякла за почти два года жизни с Винсом. И Ти тайно этому радовался.       Выходить на солнцепёк не хотелось, поэтому Ти завернул в кухню, невольно услышав окончание какого-то спора.       – ...Я всего лишь взял молока, что, нельзя? – буркнул Кейси, выходя из кухни.       Ти удивился нехарактерному для альфы тону голоса и посторонился, чтобы тот его ненароком не зашиб здоровенными плечами.       – Ох, извини, Ти, – извинился Кейси, хотя не задел омегу.       – Да ничего, – ответил тот пустому месту, потому что альфа уже унёсся прочь.       Ти перевёл взгляд на остервенело протирающего столешницу Майло, поверхность которой явно не нуждалась в чистке.       – Всё в порядке? – присел на стульчик Ти.       Майло отвлёкся от своего занятия и придал своему лицу неестественно добродушное выражение, как он делал всякий раз, когда что-то было явно не в порядке.       – Да-да, всё отлично, сока хочешь? – попытался перетянуть инициативу в разговоре на себя Май.       – Да не, – отказался Ти.       – М-м, хорошо-хорошо, – кивнул Майло, со стеклянным взглядом доставая из холодильника пакет сока, – вы на ужин-то останетесь?       – А-э... да, так и планировали, – продолжил наблюдать за братом Ти.       Перед ним возник стакан с соком, и старшему омеге ничего не оставалось кроме того, чтобы улыбнуться и отпить.       – Май, детка, может, прогуляемся? – предложил Ти, – а то ты у меня в этих четырёх стенах как будто с ума сходишь.       Май покосился на часы на холодильнике:       – Через полчаса надо будет уже мясо на бульон ставить, – виновато развёл руками он.       – А хочешь, я поставляю? – предложил Ти, – а ты пока, ну там, с Кейси...       – Нет! – резко оборвал его Майло, забегал глазами и начал нервно теребить подол фартука, – нет, Ти, давай лучше как в старые времена? Я буду готовить, а ты меня разговорами развлекать и за младшими присматривать?       Ти невольно расплылся в улыбке, поддавшись ностальгии.       – Да, давай, – кивнул он.       Майло будто выдохнул всем телом: расслабился, напряженные плечи опустились, взгляд наконец потеплел. А вскоре к ним спустился, как и обещал, Аро на запоздалый обед. Ти невзначай спросил, о чём был у него мультфильм, а тот принялся рассказывать. Оказалось, что Майло тоже его смотрел, и оба начали активно его обсуждать, настойчиво советуя Ти тоже заценить. Тот честно пообещал, что посмотрит.       Ти захватило этой безмятежной атмосферой домашнего тепла и уюта, и на секундочку ему даже показалось, что он очутился в прошлом, и им троим только-только исполнилось по шестнадцать, четырнадцать и одиннадцать, и всё ещё впереди. А потом пришёл Роб с агукающим Итаном на плече, и Ти тут же выкинуло в настоящее – ещё более яркое и радостное.       Для пятерых на небольшой кухне было явно тесновато, да и Роб заглянул не просто так, а чтобы предложить прогуляться с Итаном. Майло заверил, что ему помощники не нужны, а Аро расправился с супом и убежал к Бену играть в приставку. Поэтому Ти с чистой совестью натянул кеды и вышел с Робертом и коляской на свежий воздух.       – Только что проверил почту, – завёл разговор Роб, – завтра заступаю на проект.       – Ура! – тихонько обрадовался Ти и беззвучно прихлопнул в ладоши, чтобы не разбудить Итана.       – Знаешь, – замялся Роб, но всё-таки продолжил, – я могу замолвить за тебя словечко в офисе... Не подумай ничего плохого, просто я помню, как ты маялся без работы в Милане и-и... И если у тебя ещё нет планов, то...       – У меня есть планы, – мягко перебил его Ти и взял под руку.       Роберт удивлённо посмотрел на лукаво улыбающегося омегу и осторожно спросил:       – Поделишься?       – А как же! – усмехнулся Ти. – Знаешь, я за наш с тобой год путешествий много чем успел позаниматься, много примерил на себя профессий. Кое-что мне понравилось, а что-то оказалось совершенно не моим. Ещё в Лондоне я начал задумываться о нашем возвращении и о том, чем бы мне хотелось заниматься, а когда мы приехали домой, то окончательно понял, чего я хочу.       Роб остановился, чтобы смотреть омеге в глаза. Ти видел во взгляде своего альфы робкую надежду на ещё не озвученный им ответ ещё не заданного Робом вопроса. Однако сохранить серьёзное лицо у Кристи не получилось – губы расплывались в улыбке от знания, что его желания в очередной миллионный раз совпадают с желаниями его Истинного. И всё же Роберт спросил, притянув к себе Ти:       – И чего же ты хочешь?       Ти обнял альфу в ответ, невольно покосился на коляску с малышом, потом перевёл полный любви взгляд обратно на Роба и признался с лёгким сердцем:       – Семью.