my kind of love

ㅤ

Я скоро умру, и ты родишься со мной… Эта агония и это бессмертие собираются воссоединться и стать нашей гибелью.ㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤ Виктор Гюго

О такой смерти можно было только мечтать. Увидеть на поле боя того, кого давно уже хотелось отправить в ад, персонально сопроводив в огненное чистилище, где «Чёрному Джеку» Рэндаллу самое место. Сталь по рукоять входит в податливое тело, и рука Джейми Фрейзера омывается теплой, багряной кровью. Как же хочется, чтобы этот миг повторялся, а всё остальное вокруг замерло. Лишь он, его противник и клинок, вонзающийся в Рэндалла и причиняющий боль. Боль нестерпимую, жгучую, всеобъемлющую, с каждым ударом усиливающуюся десятикратно. И чтоб никакого скорого забвения. Чтобы его враг все еще держался на ногах и чувствовал каждый удар, как впервые полученный. Пусть его тело и черная душа будут одним сплошным страданием, долго агонизируя. Пусть Джонатан Рэндалл вспомнит и почувствует на собственной шкуре каждый удар плетью. Пусть его кости ломаются, срастаются и вновь крошатся почти в одночасье. Его зверствам и поступкам нет числа и прощенья. Джейми достаточно секунды, чтобы вспомнить, как этот монстр держал его в сыром подвале и пытался сломать как снаружи, так и изнутри, словно бесчувственную куклу. Как прикасался к нему, бил за неподчинение или просто ради удовольствия. Как грубо насиловал или заставлял себя ублажать, а затем, как ни в чем не бывало, растягивался рядом на деревянных нарах, прижимая к себе его искалеченное и обесчещенное тело, шепча в затылок скупые нежности. Как потом выжег на его теле фамильное клеймо, будто на собственности и бросил умирать. И вот они стоят друг напротив друга, пошатываясь от бессилия и потери крови. Рэндалл первым перестает сопротивляться и тянется к Фрейзеру в попытке обнять. Джейми силится разгадать, что может быть скрыто за этим взглядом и подобным жестом за несколько шагов от преисподней? Жажда оказаться как можно ближе к противнику и нанести решающий удар? Но нет, окровавленный штык выскальзывает из рук английского офицера и падает на землю. Тогда, может быть, сожаление? Раскаяние? Безмолвное признание в роковой, извращенной любви к рыжему шотландцу, доведшей до такой жестокости и безумия? Нежелание в одиночку танцевать со смертью? – Только не отпускай! – вырывается с хрипом, и оба валятся на груду остывающих тел. Что это – страх перед неизбежным? Боязнь расплаты или жест «доброй» воли, чтобы прикрыть собой Джейми от пули или клинка добивающих солдат? А может, последняя извращенная попытка Джонатана Рэндалла уйти из этой жизни все еще находясь в превосходстве, сверху, доминируя над любовником, которого так и не удалось подчинить? Джейми кажется, что он падает бесконечно долго. Тьма черным кольцом смыкается над головой, лишая проблеска света, а вместе с ним и надежды. Но Фрейзер ни о чем не жалеет и еще сильнее вонзается пальцами в безжизненное тело «Чёрного Джека», желая собственными глазами увидеть терзавших его демонов.