Звери

Это место было словно капканом — манящее, таинственное, очаровательное. Ловушка не только для Шапочек, но и для любого живого существа, обладающего сознанием. Пугающе спокойное, ранее забытое, а теперь наполненное туманом озеро манило волков. Пианист понимал, куда пропадали братья и сестры, потому что испытывал то же волнующее чувство. Словно в насмешку, озеро туманов появлялось недалеко от театра каждый день. И музыкант всё сильнее желал увидеть нового лесного обитателя своими глазами. Он хотел удостовериться, что в лесу поселилось его воплощение. Хотел так сильно, что почти не боялся, что может не вернуться. Пройдя пару шагов к заболоченному тиной озеру, Умирающий волк раздвинул ладонями осоку и на мгновение опустил взгляд вниз, на открывшуюся меж стеблей травы мутную поверхность озера. Ему почудилось, словно сквозь туман он видит размытые очертания тонкого тела. Тел. Множество незнакомых девушек, совсем маленьких и довольно взрослых, смотрели на него бесцветными глазами. Спрятанные под слоем воды, невесомо парящие под неподвижной поверхностью в бесконечно глубоком омуте цвета их алой одежды, разлагавшейся на волокна. Девичьи руки скользили под водой вдоль тела, а волосы развевались, обрамляя худые лица, среди которых он увидел худое лицо младшей сестры-певицы, ещё такое живое и как будто бы печальное… …Но сейчас под желтовато-болотной гладью воды не было ничего. По зеркальной поверхности лишь пробежала рябь от порыва ветра, растрескав отражение крон деревьев, а фигура человека, казалось бы, уже давно парит в густом тумане неподалёку, чуть повернув склоненную вбок голову в сторону беловолосого волка. Пианист взглянул на полупрозрачное тело, невесомо парящее в воздухе и отступил пару шагов. Лицо с размытыми очертаниями не смотрело на него, безмятежный взгляд был устремлен куда-то в небо, просвечивающее сквозь листву. Существо определенно понимало, что Пианист присутствует здесь, определенно знало его, может быть даже нарочно преследуя. Но никак не реагировало на него. Немолодой юноша почувствовал себя уязвимым, подумав, что существо делает это намеренно. — Что ты такое? — негромко и спокойно произнес он, смотря за плывущими в воздухе тонкими пальцами, сквозь которые было видно стволы деревьев. Фигура, даже так не обратившая внимание на музыканта, свела руки над запрокинувшейся головой, беззвучно хлопнув ладонями. Капли воды ринулись вниз, приветствуя тёплым дождем подошедшую к лодке девочку. Белый волк отошёл от кромки воды, скрываясь в тумане, и удостоил Шапочку прохладным взглядом, смотря, как хрупкая фигурка осторожно ставит ножки в лодку. Маленькая девочка зачарованно следила за богоподобной фигурой посреди озера, сжав пальчики в кулачки и прижав их к в волнении вздымающейся груди. Она не заметила бы Пианиста, даже если бы он стоял рядом с ней. Да и сам белый волк ненадолго позабыл о существовании жертвы, пристальным взглядом изучая воплощение леса. Затаив дыхание, он наблюдал, как безмятежно кружится туман вокруг подплывающей лодки, как встаёт, а после медленно поднимается в воздух тоненькая фигурка, преданно-восхищённым взглядом смотрящая на существо, парившее перед ней. В мистическом танце двое, не говоря ни слова, общаются первый и последний раз в своей жизни, прежде чем один из них скроется под недвижимой гладью воды, растворённый в тумане. Растворившийся в лесу. ...Поднеся ладонь ко рту, Пианист торопливо удалялся в сторону театра. Он сполна ощутил благоговение гостьи леса, увидев непередаваемо яркую гамму эмоций на её лице, и сейчас ужасающая пустота и паника внутри него граничили с всепониманием и наполненностью. «Те, кто не видят его, ощущают его в безмятежном спокойствии природы, царящего в тумане, в шелесте травы и каплях дождя. А если подойти ближе, то его суть становится такой громкой, что дрожь охватывает тело, а цвета становятся ярче обычного. Только отойдя на расстояние можно ощутить весь ужас этой безмятежности, случайно-нарочно убивающей людей. Не испытывающий злости, не способный на сильные эмоции. Он даже не осознает, что уничтожает что-то. Кого-то. Для него это полёт души. Душа — вечна. И Красные всегда остаются с ним рядом, не могущие выйти из леса, остаются в отзвуке шагов, в узоре листьев, кровавых стеблях высокой травы, корнях деревьев. Их алая кровь сочится по стволам деревьев, их плоть растит кусты и траву, создаёт вещи по нитке, по каждому винтику, по кусочку пластика. Из их кости, плоти и крови Лес создает тела Волков.» Пианист остановился, затуманенным взглядом касаясь алого занавеса. Музыкант определённо хотел остаться осознающей себя частью леса.

***

Очередной громовой раскат, раздавшийся повсюду в лесу (а значит, и на тропе), не показался Очаровательному волку необычным. Он лишь быстрее устремился в сторону цветочного поля, зная, что там негде переждать дождь. Зажигалка ритмично щёлкала в его руке, но через пару секунд мелодичный ритм затих в шуме дождя, а парень неслышным прыжком оказался за ближайшим деревом, вслушиваясь в звуки совершенно другого происхождения. Мимо толстой сосны шла темнокожая девочка в белом платье, ведя за руку одетого в красное ребёнка. До ушей блондина доносились лишь обрывки заботливо-ласковых фраз, но и тех было достаточно. «…А самое опасное — волки, которые захотят съесть тебя… …Они очень-очень хитрые, и не каждый волк выглядит как зверь… …Нет, именно они живут только в лесу. И обязательно постараются убедить тебя, что они хорошие и добрые... …Скажи своим друзьям, чтоб они тоже ходили осторожно, хорошо?..» Когда шорох травы затих, а голоса перестали быть различимыми, блондин откинулся обтянутой кожаной курткой спиной на влажный от дождя ствол дерева, усмехнулся и закурил. Пожалуй, то, что Белая выводит их, попутно выдавая все возможные тайны волков, было очевидным и ранее. Просто в голове настоящего Волка, члена стаи, никак не могло уложиться то, что эта девчонка могла наплевать на свою семью ради сохранности глупых девчонок в коротких юбках. Молодой парень слегка улыбнулся, не подав виду, что услышал запах земли и тихий шорох листвы невысоких кустов. Чарминг уже представлял, как тихо и довольно женственно изгибаясь крадётся вдоль земли темнокожая подросток во влажной листве, оставляющей капельки на её коже, совсем ещё молоденькая, немного щупленькая, как долговязый подросток, но всё-таки… Волк едва успел увернуться от цепких пальцев близняшки, которая раздраженно цокнула языком, надеясь застать его врасплох, а в итоге только ухватив за край куртки. — Ты должен был прийти раньше, — тут же насупилась девочка, не давая брату сказать что-то про её провал в охоте. — Я нечаянно наткнулся на твою любимую сестренку, — парень слегка улыбнулся и пожал плечами, накидывая чёрную кожанку на худенькие плечи сестры. Он обратил внимание, что та подняла слегка настороженный взгляд, довольно умело стараясь скрыть страх под напускным интересом. Даже её голос не дрожал, а звучал немного весело, а чёрные глаза сияли заинтересованными солнышками. — М-м-м? А поподробнее? Что было-то? — Да ничего. Она-то на меня не наткнулась, — блондин мягко улыбнулся, приобняв девочку за плечо и поведя её в сторону площадки. Девочка в алом платье тоже расплылась в улыбке, приняв жест за дружеский и направилась вперед, тряхнув туго завязанными хвостиками. В её глазах всё ещё сверкали солнечные зайчики, всё так же выглядящие как напускная маска поверх нешуточного беспокойства. Определённо, Волчица о чём-то лихорадочно думала. Скомканный окурок, кинутый Волком на землю, не остался тлеть, а растворился в грязи, смешиваясь с дождевыми потоками. Очаровательный продолжал спокойно-ласково улыбаться, намного более внимательно наблюдая за Девочкой в красном, зеркально искажённым отражением своей доброй и светлой близняшки. Но всё-таки отражением. Об этом в последнее время и он, и вся стая благополучно позабыли. «О, ты знаешь про неё немного больше, чем показываешь всем нам, хитрая лиса?»