Мистер Совершенство

В воздухе повисло напряженное молчание. Я сверлила Анну недоумевающим взглядом в надежде, что та признается, что это всего лишь неудачная шутка. Бывшая подруга не спешила меня обрадовать. Может она просто хотела посмеяться над моей реакцией? - Пятерка за наблюдательность и чувство юмора! – с вызовом бросила я и продолжила спуск по злополучной лестнице. Развивать этот бессмысленный разговор совсем не хотелось. - То есть ты не отрицаешь, что он на тебя запал? – ухмыльнулась Анна, заставив меня остановиться. - Знаешь, я просто устала от твоих глупых выдумок. Займись чем-нибудь полезным, я не обязана перед тобой отчитываться. – Прошипела я, даже не оборачиваясь. - О чем вы разговаривали? Он предлагал продолжить ваш ... ? - По-видимому Анна решила проигнорировать мое разъяснение. - Заткнись. - Боишься признаться? Я все-таки развернулась. - Чего ты хочешь? Поиздеваться? Ждешь не дождешься того момента, когда сможешь разгуливать по универу и всем рассказывать о том, что я с ним чуть не переспала? Валяй. Мне все равно. Если так хочешь насрать мне в душу – добро пожаловать, только не надо лицемерить и притворяться, не терплю это. - Так ведь я напрямую спрашиваю. Он сверлил тебя похотливым взглядом целых полтора часа, а потом не побоялся оставить после пары… - Вопреки твоим представлениям, в голове у парней может быть не только секс. Жаль, что круг твоих интересов ограничивается бесконечным желанием переспать с кем попало и обсудить чью-то похоть. – Возможно я была грубой, но меня это уже не волновало. - Ты переходишь границы, - заявила Анна предупреждающим тоном. - А ты их уже давно перешла. Тебя абсолютно не касается то, о чем мы разговаривали с профессором Льюисом. Я знаю, чего ты хочешь. Не терпится начать распускать грязные слухи про меня? Вперед. Я в этом не участвую. С этими словами я как можно спокойнее спустилась на этаж ниже, чтобы пройти на пару философии. Анна увязалась за мной. Мы шли бок о бок и, конечно, не разговаривали. Я не хотела ее обгонять, чтоб ей и в голову не пришло, что возникшая ситуация хоть немного меня смущает, поэтому пришлось терпеть. Мы вместе дошли до нужного кабинета и, как только переступили порог аудитории, Анна поспешила покинуть мою компанию. Ну и прекрасно. Я даже стала дышать свободней. - Эй, Миллер, о чем вы там беседовали с Мистером Совершенство? – со смешком спросил Чарли Рейнольдс, типичный приставака, который ни разу не упускал случая поиздеваться надо мной. - Об искусстве, о чем же еще. – Спокойно ответила я. – Тебя интересуют подробности? - А как же? Ты первая, кому он уделил столько внимания. Его дружки загоготали. А девчонки просто уставились на меня с любопытством. - О театре мы говорили, утихомирь свое воображение. На свидание он меня не приглашал. Чарли прыснул: - А жаль, правда, Миллер? Он бы помог тебе справиться с твоей главной проблемой… Я уже давно привыкла к колким шуточкам о своей девственности, поэтому спокойно восприняла его выходку. Интересно, а он подозревал, насколько близок был к правде? - Вот именно, мои проблемы решаемы, а твоя тугодумость даже лечению не поддается. – Я одним взглядом дала понять, что тема закрыта и поспешила сесть на свое место у окна. Скоро пришел преподаватель по философии и избавил меня от лишних вопросов со стороны одногруппников. Я, конечно, внешне была абсолютно равнодушна ко всем придиркам своих «друзей», но вынуждена была признаться, что они до сих пор задевали меня. Почему бы им не найти более интересные темы для обсуждения? Почему надо все время до меня докапываться? Я как обычно еле дождалась конца учебного дня. Благо, больше никому не пришло в голову меня расспрашивать, и я могла спокойно отправиться домой. За последнюю неделю я заметила, что одногруппники общаются со мной все реже, наверняка из-за нашей ссоры с Анной. Она всегда пользовалась популярностью у окружающих, а я служила своеобразным дополнением к ней, на котором, в случае чего можно будет попрактиковать чувство юмора. Когда мы вместе появлялись в любой компании, я выступала в роли активного слушателя, а слушать приходилось истории об очередных похождениях Анны. Жаль, что только сейчас я поняла, какой на самом деле дурой была, считая наши отношения нормальными. Ведь настоящий друг даже после ссоры не будет пытаться оскорбить своего недавнего приятеля. О да. Мои взгляды на жизнь были очень наивными. Я тщетно верила в порядочность людей вокруг и надеялась, что где-то существует человек, кого меньше всего интересует как там дела у меня под юбкой. Который искренне будет разделять со мной мои переживания и радости. И без пошлостей. Дура дурой, попросту говоря. Между тем мне сегодня предстоял очень серьезный разговор с отцом. Я боялась поднимать эту тему, но мне очень хотелось узнать у него, почему он без моего ведома решал мои проблемы в университете и тайно разговаривал с преподавателями. По пути домой я тщательно подбирала слова, чтобы высказать отцу свое негодование. Меня не устраивало, что он продолжал контролировать мою жизнь, хотя еще четыре года назад мы договаривались, что он предоставит мне полную свободу. Возможно, я должна была быть благодарной за то, что он постоянно решает мои проблемы, но ведь из-за него я не имела о них никакого понятия! Когда я зашла домой, мама заметила мое подавленное настроение. Она молча пригласила меня на кухню и налила чай. - Что-то случилось, детка? – наконец заговорила она после пятиминутного молчания. - Мне необходимо поговорить с отцом, - спокойно заявила я. – Он постоянно вмешивается в мою учебу. - Ну малышка, ты же знаешь, он тебя любит… - Правда? А почему тогда не говорит мне о моих же проблемах? Почему решает все у меня за спиной? - Что ты имеешь в виду? – Голос мамы звучал взволнованно. - Он платит преподавателям, чтобы они не заставляли меня выходить на сцену, - я с удовольствием подметила, что мое заявление ее не шокировало. - Как это? – попыталась она изобразить удивление. - Не притворяйся. Ты знала. И как мне теперь вам доверять? Вы обещали предоставить мне право выбора, а сами… А папа каждый раз при упоминании слова «театр» изображал сердечный приступ! – На глазах неожиданно выступили слезы. - Но он же заботиться о тебе, старается, чтоб тебя не исключили, чтоб ты исполнила свою мечту, а вместо благодарности, ты заявляешься с обвинениями. - Но мам… - Что «но»? Здесь тебе нечего возразить, если бы не он, ты бы уже была на улице без малейших перспектив на будущее, радуйся, что он вообще тебя простил после твоей выходки. - Я имела в виду… - Все. Закроем тему. Мало того, что сама себя накручиваешь, так мне еще настроение портишь. Тебе никто не мешает учиться, чтоб папе не приходилось вмешиваться. И не смей с ним об этом говорить. Он и так в последнее время слишком много нервничает. Во избежание продолжения неприятного разговора, я поспешно допила чай и поднялась в свою комнату. Разговор не состоялся. И мама тонко намекнула, что обсуждать его с отцом нет никакого смысла. Почему я даже воспротивиться не смогла? Мама, конечно, пыталась казаться заботливой и заинтересованной в моей жизни родительницей, но я достаточно хорошо ее знала, чтобы понять, что это всего лишь внешний фасад. Мы давно перестали общаться по душам, с тех самых пор, как я сбежала из дома. Она никогда не упускала возможности упрекнуть меня в чем-то, а особенно это касалось папиного здоровья. Она использовала любой случай, чтобы посетовать на то, что мои глупые увлечения частенько вызывают у отца предынфарктное состояние, а я лишь виновато кивала, прекрасно понимая, что она преувеличивает. Вот почему они не могли позволить мне жить так, как хочется? Ведь я не мечтала о чем-то незаконном, плохом, просто хотела быть свободной. Естественно, я умышленно не сказала маме о курсах актерского мастерства, на которые пригласил меня Джереми, так как прекрасно знала, что та будет недовольна. Она могла сколь угодно рассуждать о свободе предоставленного мне выбора, но ни разу не доказала ничего в действии. На театр в нашем доме был наложен строжайший запрет. Придется сделать родителям сюрприз, пригласив их на премьеру своего спектакля. Но до этого дня оставалось еще несколько месяцев, поэтому я могла какое-то время дышать свободно. Удобно устроившись на кровати, я достала свой ноутбук и по привычке открыла Гугл. Может следовало скрасить вечер какой-нибудь легкой комедией? Хотя бы чтобы не впасть в уныние от навалившихся проблем. Только я стала вбивать в поисковой строке свой запрос, в углу экрана высветилось уведомление о новом сообщение на мейле. Я уж было подумала, что это очередная реклама и навела стрелочку на крестик, но вдруг заметила имя отправителя: Джереми Льюис. Вот что он от меня хочет? Неужели нельзя оставить меня в покое, я и так согласилась участвовать в его цирко-спектакле. Пришлось открыть сообщение. Джереми писал следующее: «Здравствуйте, мисс Миллер. Спешу напомнить вам о занятиях по актерскому мастерству, которые состоятся в эту субботу в 12 часов дня. Очень прошу вас присутствовать, не думайте, что вам удастся безнаказанно их прогулять. И ознакомьтесь с прикрепленным сценарием пьесы. Вы в ней играете главную роль.» К письму был прикреплен документ под названием «Тот самый сценарий, который вы немедленно должны прочесть» (как остроумно, черт возьми). Борясь с желанием стукнуть по клавиатуре со всей силы, я быстро напечатала своему мучителю ответ: «Спасибо большое, обязательно ознакомлюсь. До встречи в субботу.». Теперь осталось только прочитать этот ужасный сценарий. Я знала, что он будет ужасным, ведь Джереми сегодня ясно дал понять, что моя спокойная размеренная жизнь кончилась. Открыв злополучный документ, я тупо уставилась на экран. «Кориолан». У. Шекспир. Новое прочтение. Что??? Я была едва знакома с этой пьесой известного драматурга, единственное я знала хорошо – главный персонаж в ней мужчина и весь сюжет вертится вокруг него. И что, Джереми заставит меня устраивать маскарад и играть мужскую роль? Такого я точно не ожидала. Быстро ознакомившись со списком персонажей, я поняла почему к названию пьесы прибавлено это чертово «новое прочтение». В списке в качестве главной героини значилась возлюбленная Кориолана по имени Ария. И напротив ее имени были вписаны мои инициалы. Следует добавить, что напротив других персонажей место оставалось пустым. Спасибо, отомстил дружочек. Будучи слишком рассерженной, я закрыла документ и вернулась к поиску подходящей комедии, задача которой – развеселить меня – теперь оказалась гораздо сложнее. *** И вот наступила злополучная суббота. Около двенадцати часов я уже стояла возле главного театрально зала, где стояло еще несколько студентов. Среди них я никого не узнала. Судя по выражениям лиц собравшихся, они тоже не горели желанием выступать на сцене, а пришли сюда, чтоб их просто не вытурили из универа. Что-ж, я была искренне рада, что не одна такая. Через пару минут к нам подошел Джереми. Бросив на нас мимолетный взгляд, он уставился в свой блокнот, скорее всего, сверяясь со своим списком. После он отпер дверь и впустил нас внутрь. - Ну, что-ж, здравствуйте, дорогие мои проблемные студенты. – Широко улыбаясь, поприветствовал он нашу небольшую кучку. Мы в ответ протянули «Здравствуйте», чем вызвали у меня ассоциацию с младшей детсадовской группой, приветствующей своего любимого воспитателя. - Я понимаю, что вы все не питаете к театру особой любви, - сказав это Джереми бросил на меня многозначительный взгляд, - но в ваш последний год я постараюсь хоть немного исправить ситуацию. Я очень люблю Кориолана и заставлю вас полюбить его всей душой. Можете не сопротивляться. Я всегда добиваюсь, чего хочу. «Ага, как же» - успела подумать я, невольно вспомнив о нашей неудавшейся ночи. Мы дружно вздохнули, демонстрируя свое нежелание во всем этом участвовать. - Не отчаивайтесь. В итоге вам все понравится. Обещаю. Жестом Джереми пригласил нас подняться на сцену. Мы уныло побрели в указанном направлении и послушно выстроились в шеренгу. Нас было пятнадцать. Шесть девушек и девять парней. - Надеюсь, все ознакомились со сценарием? Мы дружно кивнули. - А почему главная роль досталась этой? – задала одна из девушек вполне логичный вопрос, показывая на меня пальцем. Честно, я бы тоже хотела это знать. - Потому что она у нас самая большая прогульщица, - улыбнулся Джереми, - это ее последний шанс доказать, что она хоть на что-то способна. Зеленые глаза стрельнули в мою сторону. - А как же остальные роли? Вы больше ничего никому не раздали, - отозвалась другая девушка. - Я определился только с главными ролями, Кориолана будет играть Ральф Хогарт, а роль Арии – Элия Миллер. Остальные пройдут кастинг. Есть вопросы? Парень, по-видимому Ральф, вышел вперед: - А мне правда придется целоваться с Элией? Так в сценарии написано… Судя по выражению его лица, его это только радовало. Типичный идиот. - Видишь ли, это издержки профессии, - кивнул Джереми. – Для правдоподобности игры… - Я не буду ни с кем целоваться, - громко перебила его я и бросила гневный взгляд в сторону профессора. Ральф рассерженно повернулся ко мне. - Проблемы? – спокойно поинтересовался Джереми. - Я не целуюсь с незнакомцами. Никогда. – В таком же тоне ответила я. На мгновение на лице Джереми вспыхнула легкая усмешка, вероятно он вспомнил нашу первую встречу, но он сумел сделать так, чтоб заметила это только я. - Хорошо, мы поцелуи заменим объятиями. Миллер, вас все устраивает? - Теперь да. – Приторно улыбнулась я. Ральф уже было хотел что-то возразить, но я смерила его презрительным взглядом, и он решил промолчать.