Отрицание (Denial)

Иногда, когда генерал Органа думает, что Рей не видит, она смотрит на девушку тем самым взглядом. Рей не может его понять, но вопросов не задаёт. Дело не в том, что она вникла во все нюансы социальных взаимоотношений, нет, – просто она достаточно воспитана, чтобы не выспрашивать напрямую, пусть и была когда-то сиротой-мусорщицей на пустынной планете. Впрочем, это не значит, что Рей не хочет знать, почему Лея глядит на неё с весёлой, но чуточку печальной симпатией. Всё же она не имеет права устраивать допрос настолько высокопоставленной персоне. Кроме того, Рей слишком занята собственной эмоциональной неустойчивостью, чтобы очень уж задумываться о необъяснимом поведении генерала. Восстановление доброго имени некого ситха уже само по себе задача почти непосильная, и она рада, что рядом всегда есть мастер Люк, способный совладать с его приступами гнева. Рей остаётся лишь догадываться, что произошло между этими двумя. Встретившись лицом к лицу, они почти сравняли с землёй целый город, а в пылу схватки Люк Скайуокер казался почти тёмным – через нити Силы Рей ощущала мучительную боль так остро, словно сама очутилась на месте человека, преданного Беном Соло. Однако, едва страсти улеглись, джедай и его бывший ученик заключили перемирие. И теперь согласие Люка с присутствием Бена – единственная причина, почему тот не созерцает тюремную камеру изнутри. Постоянная связь с Леей, которую Рей чувствовала с того самого дня, как её нога ступила на землю Ди’Куара, сделала из девушки её свирепую защитницу. Пусть дар генерала оказался недостаточно развит для того, чтобы стать джедаем, всё же она женщина удивительно талантливая – Рей в этом ничуть не сомневается. Когда Кайло Рен высадился на Эпилию, она уловила противоречивые эмоции Леи и инстинктивно выхватила световой меч – словно физической силой могла подавить смятение, бушующее в сердце генерала. Смерть Хана Соло никогда не будет по-настоящему прощена и уж точно никогда – забыта, однако Бен каким-то образом убедил и мать, и Рей, что он искупит свои грехи – как джедай света. Иногда через Силу девушка ощущает боль, которая словно поселилась в самом существе Леи – что ж, все вокруг оплакивают каждый своё горе, – но ещё чаще любовь к сыну, которая со временем лишь крепнет, затмевает эту боль. А что думает Рей о странной ситуации, суть которой – Бен Соло, некогда Кайло Рен, глава рыцарей Рен, отцеубийца, губитель множества невинных жизней, свободно разгуливающий по базе Сопротивления на гористой планете по имени Эпилия? Она не доверяет ему ни единой грёбаной секундочки. Прошёл месяц с тех пор, как Рей силой вломилась в разум Бена – впрочем, едва ли и светлейший из джедаев осудил бы её желание обезопасить друзей и союзников. Бен оказался свободен от мыслей, что принадлежали Кайло Рену, но по-прежнему считал себя крайне отталкивающим существом. Девушке абсолютно всё равно. Ей всё ещё больно, когда она думает, какие отношения могли бы сложиться у них с Ханом, и если Соло-младший хочет продолжать хандрить, то она не имеет ничего против. Копаясь в чужих размышлениях, Рей уловила ещё одну важную вещь – Бен считает время, проведённое в Первом ордене, ошибкой – однако это не мешает ей время от времени проверять его изменчивый ум. Также Рей считает, что нет ничего плохого в том, чтобы использовать его в качестве партнёра для тренировок. Особенно учитывая отсутствие шлема, явно призванного запугать слабонервных, и драматически развевающихся чёрных тряпок. В глубине души она признаётся себе, что чёрное одеяние Бену очень к лицу. Впрочем, теперь он предпочитает любимые джедаями светлые и тёмные оттенки коричневого. В первый раз, когда они сражаются без напряжения двух полюсов-противоположностей – света и тьмы, – Рей полностью теряет всю свою сосредоточенность – она чувствует, что воздух почти искрит совсем другим напряжением. Девушка знает, что Бен Соло привлекателен – чёрт, да его наследственности можно только позавидовать! – но она этого не осознаёт до тех пор, пока они не начинают драться. Словно в лучах рассвета перед ней не предстаёт простая истина – она его хочет. Открытие поражает – и мгновенно объясняет странное чувство, что возникало и в предыдущие их встречи. К счастью, для первого боя они используют деревянные мечи. Тот удар в плечо точно оставит синяк. Рей отбрасывает непристойные мысли о том, как ещё Бен мог бы попасть в цель, призывает Силу и швыряет мужчину через весь зал для тренировок. Он ударяется о стену, вышибая из лёгких воздух. Шрам, перечёркивающий лицо, ярко выделяется на побледневшей коже даже издали. Вот дерьмо! Она ведь не хотела ранить его. Рей замирает на месте и смотрит, как соперник поднимается на ноги и, буравя злым взглядом, идёт к ней. Внезапно у девушки пропадает всякое желание объясняться, и она отступает – нет, не убегает, ни в коем случае. Когда Бен хватает её за руку, прикосновение кожи к коже, голой ладони к плечу, заставляет её сердце суматошно забиться. Рей постепенно привыкает к физическому контакту – постоянным объятиям Финна, (раздражающим) трепаниям по волосам По, матерински-нежным прикосновениям Леи. Однако касание Бена словно заряжено его гневом и её враждебностью. Его ладонь большая и полностью обнимает её руку. Хватка усиливается, когда он заставляет её обернуться. – Да что с тобой? – требует ответа Соло, чуть резче дыша от боли. – Ты сама просила потренироваться вместе и теперь пытаешься меня прикончить? Кажется, ты сломала мне ребро! Рей огрызается в ответ: – Со мной всё нормально, – и когда рычит приказ: – Отпусти меня! – он повинуется. Она не знает послушался он из-за внушения Силы или по собственной воле и, не разбираясь, вылетает за дверь. Благодаря ссоре девушка чувствует себя чуть лучше, однако и дня не проходит, как её находит мастер Люк и читает лекцию о Кодексе джедаев. Оказалось, она действительно сломала Бену ребро. Рей хватает нахальства изобразить стыд, когда она смотрит в разочарованное лицо мастера. – Нет страсти, есть лишь безмятежность, – невозмутимо говорит он, и Рей едва сдерживается, чтобы не выпалить вопрос: «Тогда что мне делать с этими чувствами, которые только нарастают во мне?». Но Скайуокер, скорее всего, вновь рассказал бы о важности медитации и душевном расслаблении, и она решает смолчать. Медитация даётся с трудом, но Рей как никогда полна решимости. Она изо всех сил пытается успокоиться и изгнать эмоции, которые вскипают, стоит лишь вспомнить, как легко Бен Соло избежал наказания за свои проступки. Даже само его присутствие раздражает. Рей вдруг хочется, чтобы кто-нибудь подсказал, как справиться с избытком чувств. Возможно, стоило бы пойти к Лее, но та уже странно на неё поглядывает и вряд ли захочет взваливать на свои плечи чужие проблемы. По крайней мере всплески Рей не выражаются физически – и это для неё большое облегчение, хотя сам факт сравнения с бывшим ситхом заставляет чувствовать себя отвратительно. Девушка абсолютно убеждена, что напряжение между ними – вина Бена. Когда они не ссорятся, он то и дело усмехается, невольно заставляя что-то внутри трепетать, а несколько раз даже сделал небрежные замечания по поводу её внешнего вида. Слова были полны сарказма – и одобрения, и Рей не могла сдержать возмущения. И ни за что бы не призналась, что комментарий «Ты неплохо привела себя в порядок» сделал её по-настоящему счастливой. Погружённая в размышления, она наталкивается на медитирующего Бена. Рей застывает на пороге зала и не может отвести взгляда от безмятежного, как гладь воды, лица мужчины. Сейчас, когда его не искажают эмоции, оно кажется моложе. Она замечает тени под глазами, любуется носом с горбинкой и высокими скулами. Мастер Люк не раз бранил ученика за неспособность сосредоточиться, но в этот момент он – воплощённое спокойствие, единое с Силой. Рей сама не знает, сколько времени провела, впитывая его фигуру, длинные скрещенные ноги и расслабленно опущенные руки. Присутствие Бена успокаивает, и это та его сторона, которая редко ей является. Соло медленно открывает глаза, в них сверкает ядовитая насмешка, и Рей чувствует себя пойманной на месте преступления. Она торопливо напоминает себе не провоцировать его, думает о мастере Люке и мелочности издёвок, когда он шепчет: – Что? Нравится? И девушка мгновенно проигрывает этот бой. Чеканя шаг, она приближается и останавливается напротив, ощущая невероятное удовлетворение от того, что, наконец, выше ростом. – Я собиралась попытаться быть дружелюбной, но ты такой болван… Рей ещё многое собирается сказать, но одна из рук, которые она недавно рассматривала, как зачарованная, устремляется вперёд, хватает её за лодыжку и тянет на себя, опрокидывает на спину на устланный матами пол. То ли от удивления, то ли от боли Рей громко произносит какую-то непристойность, а Бен ловко вскарабкивается сверху, нависает прямо над ней и... Неужели спина вообще болела? Напряжение в воздухе уже почти можно увидеть. Мужчина ухмыляется, и внезапно желание убрать самодовольство из изгиба его губ становится для Рей почти смыслом жизни. Она вскидывает руки, зарывается пальцами в густые чёрные волосы и тянет голову Бена вниз. Поцелуй ничуть не нежный и не осторожный. Рот Бена прижимается к её, посылая искры возбуждения вниз по позвоночнику. Он покусывает губы девушки, словно испрашивая разрешения, и она на мгновение решает отказать, но тот уже обхватывает её щёку ладонью, давит пальцем на подбородок, и она со стоном размыкает губы. Соло повторяет её недавние движения, запуская пальцы в волосы, натыкается на заплетённые кички. Рей ощущает касание чужого языка и стонет, когда его острый клык впивается в её язык. Боль не идёт ни в какое сравнение с удовольствием от поцелуя. Они посреди зала, куда в любую минуту может кто-то войти, происходящее возмутительно, но мужчина прижимается ближе, и через ткань Рей чувствует напряжённую твёрдость, которая упирается ей в живот. Она начинает обдумывать пути к отступлению и только-только скользит рукой к его талии, когда Бен издаёт недовольный звук. – Рей… – стонет он, когда девушка стискивает его сквозь штаны. Через Силу она ощущает его нежелание. Не по отношению к тому, что они делают – в его движениях нет и следа нерешительности. Рей понимает что к чему, когда Соло тяжело выдыхает: – Мы должны остановиться, пока нас не увидели. – Я этого не хочу, – отвечает она, тянется вверх и кусает мочку его уха, по-прежнему не отнимая ладони, крепко прижатой к выпуклости. Ответный стон запускает какую-то неведомую реакцию – в паху разгорается тянущий жар. О, так ему нравится, когда она лижет и кусает его уши? Принято к сведению. Рей задумывается, как изменятся звуки, если она спустится ниже к бледной безупречной шее и ключицам. Однако, похоже, Бен сильнее её – по крайней мере в этом вопросе. Он приподнимается и откатывается в сторону так, что теперь они лежат бок о бок. Воздух над ними шипит и почти испаряется от возбуждения. – Отлично! – говорит Рей. Ведь Бен прав – они не могут просто сорвать друг с друга одежду, даже если это всё, чего им сейчас хочется. Однако девушка не прочь чуть-чуть подразнить его. Напряжение ещё никуда не ушло, но она чувствует себя так беззаботно, как не чувствовала уже давным-давно. В это мгновение в разум Бена так легко проникнуть, что это даже смешно. Рей отправляет образ – она сама, обнажённая, трогающая себя, – и тот издаёт странный звук, будто умирает. Вероятно, он был прав, когда годы назад сказал, что у Рей есть тёмный потенциал. Девушка, которая и понятия не имеет об этой мимолётной мысли, выходит за дверь, оставляя Соло позади. Её щёки горят, а губы припухли от поцелуев.