Мысли не чувства

Дружба с Ишитакой у Каваками сложилась далеко не сразу. Примерно через месяц учебы в Кеншо на одной из перемен Тору подошел к Асаи со словами: — Там какая-то баба в коридоре расспрашивает наших дур о Каваками Асаи. — Ишитака указал большим пальцем в сторону выхода из класса. Асаи смотрел на него какое-то время удивленно, но потом, наконец, ответил: — Её случайно не Масаки Хина зовут? — А тебя случайно не Каваками Асаи? — ехидно парировал одноклассник. — Ну, да… — И что, по-твоему, это нормально? — Нет, но если там Масаки, я уже привык, — вздохнул Каваками. С тех пор Тору довольно часто стал приставать к Асаи с разговорами. Поначалу это были навязчивые монологи, которые лишь раздражали. Но, узнав одноклассника лучше, Каваками понял: у них много общего! Ишитака тоже был из небогатой семьи, хотя они и живут в своем доме. Его отец постоянно балансирует на грани банкротства, из-за чего у родителей Тору часто возникали ссоры, доходящие порой до невыносимых скандалов. Вместо того чтобы продать небольшую, почти не приносящую прибыли фирму, господин Ишитака держался за нее, постоянно загоняя жену и единственного сына в жёсткие рамки экономии. Всё это Тору рассказывал с огромным энтузиазмом и широкой улыбкой на обаятельно-веснушчатом лице. Поначалу такое поведение казалось Асаи странным, но вскоре он привык и быстро проникся симпатией к этому жизнерадостному, никогда не унывающему парню. Кроме того, новый друг нелестно отзывался обо всех выскочках, пытавших поступить после их (далеко не престижной) школы в какой-нибудь приличный институт. Он считал: надо принимать действительность такой, какая она есть. Иначе ты выглядишь глупо. Каваками ненавидел выглядеть глупо и во всем соглашался, предпочитая молчать о тайном желании когда-нибудь преуспеть. Сейчас Ишитака сидел напротив него в столовой, весело рассказывая про очередной, просто разгромный скандал в их семье. Обычно Асаи нравились эти рассказы. Его родители редко ссорились между собой, награждая руганью только сына. Но в этот раз слушать Ишитаку не хотелось. Не покидало чувство непонятной, неизвестно откуда взявшейся тревоги. Да и Акане задерживался на обед, что было совсем не в его стиле. — Я смотрю, вы меня дожидаться не стали, — Мика объявился лишь спустя двадцать минут, держа в руках поднос с большой тарелкой удона. — А ты еще дольше ходи. Пришел бы, а нас нет, — усмехнулся Тору так, будто его друг опаздывал постоянно, а не в первый раз за тот год, что они знакомы. — Что поделаешь? Теперь я занятой человек, — ответил ему Акане, опускаясь на стул. — Вице-президент, как-никак. — Кто-кто? — переспросил Ишитака, не переставая широко улыбаться. Иногда Асаи казалось, что абсолютно всё в своей жизни Тору воспринимает не иначе как за шутку. А вот самому Асаи стало не до смеха. — Шутишь? — серьезно спросил он у сидевшего напротив Акане. — Знаю, о чем вы думаете, ребята, — Мика расцепил палочки и принялся за свой обед. — Ну и о чем же мы думаем? — скрещивая руки на груди, спросил Ишитака, глядя на него через стол. Почти все тарелки перед ним уже опустели. Только у Каваками еще осталось немного омлета, но кусок в горло почему-то больше не лез. — Вы думаете: и зачем же ему сдался студенческий совет? — Ой да плевать, делай там что хочешь, — махнул рукой Ишитака. — И зачем тебе сдался совет? — холодно произнес Асаи. — А Каваками-куну, я смотрю, не плевать, — широко улыбнулся Мика. — Новый президент захотел «протащить» меня на хорошее место. Вот и всё. — Всё? Да ни за что не поверю, что он тебе так сильно доверяет, — Тору снова усмехнулся. Асаи сидел в растерянности. Он просто не мог поверить: Акане раньше терпеть не мог студсовет и тем более президента… Что же изменилось с приходом нового главы? — А зря. Не думаю, что здесь есть чему удивляться, — невозмутимо ответил Акане. — Было бы глупо не воспользоваться такой возможностью, как думаете? — Теперь тебя впрягут в общественную жизнь школы. И не отвертишься, — ехидно заметил Тору, а затем обратился к Асаи: - Всё, прощаемся с нашим дорогим другом. Асаи в ответ промолчал. Продолжая смотреть на Мику, он ждал дальнейших объяснений. — Сегодня после уроков приходите в комнату студсовета, — произнес Акане, не обращая внимания на слова Ишитаки и растерянность Каваками. А вот теперь Тору удивился: — Это еще зачем? Акане лишь улыбнулся: — Кое-что покажу… Без лишних вопросов Ишитака и Каваками действительно пришли к комнате, выделенной под нужды студенческого совета. Всю дорогу Тору строил предположения о том, что именно их там ждет. Одно абсурднее другого, но даже это не развеяло угрюмость Асаи. Ему никогда не нравился Совет школы и все те, кто в нем состоит, однако… теперь там будет Акане. Хорошо это или плохо, Асаи пока не знал, но прекрасно осознавал одно: подобные перемены его раздражали. Без всякого стеснения Ишитака забарабанил в дверь, которую тут же открыл Акане. — Заходите и присаживайтесь, дорогие гости студенческого совета, — он в поклоне указал на диван. Тору прошел первым, бросив на друга полный одобрения взгляд. Асаи молча проследовал за ним. Казалось, все происходящее было ему совершенно безразлично. Зона отдыха, где кроме дивана располагались два кресла, невысокий стол и книжный шкаф, была огорожена большими горшками с комнатными растениями. — Здесь будет кто-то еще? — оглядываясь, спросил Асаи. На столике он заметил четыре чашки с ароматным черным чаем. Тору сразу устроился, удобно развалившись в кресле. — Сегодня всё здесь в нашем распоряжении.– Акане поставил в центр стола вазочку полную шоколадных конфет. Ишитака, недолго думая, тут же стянул одну. — Кто еще тебе нужен? — А может, ему того мелкого не хватает? — рассмеялся Тору, а затем закинул конфету в рот. — Здесь четыре чашки, разве не видно? — обозлился Асаи. На самом деле он действительно вспомнил о Рюе, но друзьям об этом знать не полагалось. В этот момент в дверь робко постучали. Акане ушел открывать и вернулся, вальяжно закинув руку на шею какому-то парню. Тот был почти на пол головы ниже Мики, очень худой, с правильными чертами лица, длинной челкой и короткой прямой стрижкой. Друзья сразу узнали в нем нового президента. — Убери руку, Акане, — прошипел тот, но попытку сделать это самостоятельно не предпринял. — Сначала представься моим друзьям. Как учили. Давай. Парень согнулся в низком поклоне, и рука Акане соскользнула. — Президент студенческого совета Старшей школы Кеншо Ито Кейтаро. Приятно познакомиться, друзья Акане-самы. — Акане-самы? — присвистнул Ишитака, а затем, обращаясь к Мике, рассмеялся: — Это с каких пор ты командуешь президентом школы? — Для вас Ито-семпай, — уточнил Кейтаро, обращаясь к Тору и Асаи. Мика среагировал мгновенно — удар пришёлся президенту под ребра. Ито согнулся, схватившись за живот… скорее от испуга, чем от боли. — Не советовал бы зацикливаться на условностях в присутствии моих друзей, — с вполне дружелюбной улыбкой произнес Акане, наклоняясь к президенту. — Они тоже этого не любят. Ишитака невозмутимо продолжил поедать конфеты и принялся, наконец, за чай. Каваками стало не по себе, но вскоре и к нему пришло осознание правильности происходящего. Издевательство над президентом студенческого совета было зрелищем столь же удивительным и неловким, сколько потрясающим. — Уважаешь меня — уважай и моих друзей, — спокойно добавил Мика. Ито бросил на Каваками и Ишитаку такой презрительный взгляд, что даже Тору невольно нахмурился. — Ты сказал, все останется между нами! — процедил Кейтаро, выпрямляясь.  — Не переживай, они ничего не знают, — ответил Акане. — Чего мы не знаем? — тут же встрепенулся заинтересованный Ишитака. Каваками вдруг снова вспомнил о Рюе и, пытаясь отвлечься, решил взяться за чай. Происходящее хоть и казалось ему весьма любопытным, сейчас ему успешно удалось продемонстрировать безразличие. — Давайте будем считать, что я сделал Кейтаро-куну огромное одолжение, и за это… — Мика аккуратно поправил президентский пиджак. — …Мы можем пользоваться всеми благами студенческого совета. — В разумных пределах, — уточнил Ито, но при этом затравленно взглянул на Акане и тяжело вздохнул: — Пожалуйста. Я не хочу проблем. — Не переживай, нам они тоже не нужны, — Мика похлопал президента по плечу и тут же, словно забыв о его присутствии, обратился к своим друзьям: — Ну что, домой? Каваками молча кивнул, поднялся и поспешил уйти, даже не взглянув на Кейтаро. По правде говоря, ему все еще было неловко. Президент — далеко не последняя личность в школе, и портить с ним отношения совсем не хотелось. Оставалось надеяться: Акане знает, что делает. Ишитака проследовал к выходу, прихватив с собой еще парочку конфет и попутно толкнув плечом Ито. Тот пошатнулся, едва не упав, но лишь крепко поджал губы. И только, когда Мика направился к двери, он тихо произнес: — Знаю, ты на хорошем счету у преподавателей. Надеюсь на твое благоразумие. — О да, я постараюсь оправдать надежды, — не оборачиваясь, ответил Мика, выходя за дверь. Уже на улице ребята весело смеялись, обсуждая президента и его отвратительно-прекрасное раболепие перед Акане. Ишитака не переставал восхищаться своим старшим товарищем и постоянно хлопал того по спине, выражая крайнюю степень уважения. Каваками тоже расщедрился на комплименты, предпочтя всю тревогу держать при себе. Однако он заметно сник, заметив около ворот школы одинокую смутно знакомую фигуру. — Почему это чучело все еще здесь? — грубо произнес Акане. — Совсем забыл! — спохватился Тору. — Друзья, сейчас моя очередь для сюрприза, — он коротко рассмеялся. Шотаока Рюя вздрогнул, явно услышав слова ребят. А когда трое друзей подошли еще ближе, стало очевидно: первогодка до ужаса напуган. — Будешь хорошо себя вести? — встав к нему почти вплотную, насмешливо спросил Тору и сам же ответил: — Знаю, будешь. — Он положил ладони первогодке на плечи, глядя на него сверху вниз и ни на секунду не переставая широко улыбаться. — Что это значит? — не выдержал и вмешался Асаи, однако остался стоять позади рядом с Микой. — Ну… ты же хотел узнать, парень он или девка, — обернувшись, ответил Тору. — Замечательная идея, Иши, — одобрил Мика, и так же, как недавно президенту, закинул руку Асаи на плечи. — Может быть тогда, Каваками-кун, наконец, уймется?