Моя отпадная няня

…и тот, кто ничего не хочет удержать, владеет всем. © Э. М. Ремарк «Чёрный Обелиск»

В этот раз Реджина продержалась чуть дольше. Эмма, сжав ладонями свои коленки, напряжённо следила за передвижениями девушек. Миллс выбрала новую тактику: теперь она не убегала, а наоборот бросалась в наступление, пытаясь скопировать позы Кэтрин. Брюнетка, словно дикая кошка, шипела и кидалась на врага. Свон хмыкнула, удивляясь такой настырности. В прочем, удивляться было нечему: похоже, Реджина Миллс никогда не отказывается от начатого. Внутренности Эммы завязались узлом. Блондинка прерывисто дышала, волнуясь за сохранность своего объекта. И пусть шпаги были с резиновыми наконечниками на концах; Реджина всё равно может получить травму. Примерно в следующее мгновение Кэтрин ловко шагнула вперёд, задевая Реджину пологой стороной оружия. Железный прут, дрогнув, хлёстко ударил по оголённому плечику. Реджина взвыла от боли. — Боже, Реджи, прости! — Нолан, в страхе отскочив, бросила шпагу. Свон в одно мгновение подлетела к брюнетке. Реджина стояла, крепко зажмурившись, и прижимала здоровой рукой то место, по которому пришёлся удар. Эмма, аккуратно отодвинув пальцы брюнетки, наклонилась к пострадавшему плечу. По большому счёту, ничего серьёзного: лёгкое покраснение, которое пройдёт через пару часов. Блондинка аккуратно подула на больное место. Реджина, встретившись с обеспокоенным взглядом зелёных глаз, тихо прошептала: — Я в порядке, — брюнетка чуть отодвинула няньку рукой, вновь выставляя шпагу вперёд. – Ещё, Кэтрин! «Ну, всё! Это уже край! Она что, блин, не понимает, что может пораниться?! Господи, неужели у этой девушки напрочь отсутствует инстинкт самосохранения?!» Свон, шагнув вперёд, схватилась за рукоять шпаги и потянула на себя. Брюнетка, не ожидая такого подвоха, на мгновение опешила, а затем резко дёрнула шпагу в свою сторону. Эмма не отпускала, сжав зубы. — Отдай! — прикрикнула брюнетка, повышая голос. Эмма категорично помотала головой. — Ты что, опять? — спросила Реджи, не отдавая шпагу и против воли вспоминая вчерашний инцидент возле ветхой закусочной. Брюнетка тяжело задышала сквозь плотно сжатые зубы, когда поняла, что чувство дежавю, посетившее её вчера на парковке, возвращается. — Да отдай же! — истерично выкрикнула она снова. Свон выпрямилась, крепко держа рукоять рукой. Она сурово посмотрела в карие глаза напротив. Миллс, также глядя на Эмму, держала рукоять с другой стороны. — Я буду аккуратно! — попыталась договориться брюнетка. Эмма красноречиво посмотрела на пострадавшее плечо. — Это была случайность! — оправдывалась Миллс. Свон снова чуть помотала головой из стороны в сторону. Миллс внутренне взвыла. Да что же это творится! Что с ней происходит, что она не может просто сказать «отвали» и продолжить делать то, что ей хочется? .. — Я хочу обыграть Кэтрин. Пока я не сделаю этого, я не сдвинусь с места, — твёрдо проговорила брюнетка, настаивая на своей правоте. Свон размышляла всего секунду. Похоже, за время работы на Миллс, у неё вошло в привычку думать быстро и не всегда основательно. А ещё у неё вошло в привычку ввязываться в неприятности из-за одной взбалмошной брюнетки. Эмма отпустила рукоять шпаги и быстро расстегнула пуговицу своего пиджака, откидывая одежду на лавочку. Затем она торопливо расстегнула пуговицы рубашки на запястьях, наспех закатывая рукава. Шагнув к брюнетке настолько близко, что нарушила тем самым любые нормы приличия, Эмма положила одну руку на талию Миллс. Крепко ухватившись, она резко развернула брюнетку к себе спиной и вжалась в неё грудью. Свободную руку Эмма положила на рукоять шпаги, сжимая оружие вместе с пальцами Миллс. — Ты будешь учить меня?! .. — ошарашенно прошептала Реджи, чуть повернув голову. Её губы тут же коснулись щеки Эммы, которая выглядывала из-за её плеча. — Эй, так нечестно! — вдруг ощетинилась Нолан, нарушая идиллию. — Ты должна сама бороться! Эмма фыркнула. Подняв шпагу вместе с рукой Реджины, она пару раз эффектно взмахнула в воздухе, показывая, что технически правила не были изменены. Реджина всё ещё держится за шпагу, значит, играет она сама. А вот кто ей помогает — это уже другой вопрос. Миллс, поняв намёк, ехидно спросила: — В чём проблема, Кэт? Боишься, что не справишься с нами двумя? — Пф-ф-ф, — фыркнула блондинка. — Можно подумать, твоя рыбка ещё и фехтовать умеет! Да я в жизни в это не поверю! — Ну что, рыбка, — едва слышно прошептала Реджи, поворачивая голову и вновь касаясь губами щеки Свон. — Покажем этой выскочке класс? Эмма усмехнулась, коротко кивнув. Глубоко вздохнув, она закрыла глаза. Свон постаралась отключиться от всего, что было посторонним и ненужным сейчас. Единственное, что важно, это вспомнить то, что она делала когда-то давно. Блондинка отдалась во власть своим ощущениям. В правой руке шпага. Она чуть легче, чем обычная: Эмма сразу это поняла. На конце резиновый наконечник, а под костюмом Нолан защита — хотя бы о том, чтобы не покалечить противника волноваться не стоит. Теперь по тактике. Эмма держала в руках шпагу всего дважды в своей жизни: оба раза были в лагере. Там, разумеется, драться было сложнее: шпаги были настоящие, а в качестве защиты — собственное тело. Будто в память о прошлом поясница блондинки заныла тупой болью. Эмма вспомнила своё отражение в зеркале: на пояснице был тонкий шрам от рапиры. Кто её задел тогда? Сучка Лойс, кажется… «Так, Эмма, не отвлекайся.» Очевидно, что вспоминать утерянный навык времени нет — придётся учиться заново. Плюс, в качестве бесплатного бонуса, тяжесть в виде истеричной брюнетки в её руках. Хуже того: Свон не может закрыть Реджину спиной, значит, если Кэт прорвётся сквозь её оборону, удары обрушатся на тело Миллс. Не допустить этого. Что ещё? .. Шаги. Ну, конечно, придётся перемещаться. Как сделать это достаточно быстро, если на её груди висит шестидесятикилограммовый балласт? Крепче держать. Эмма чуть сильнее сжала бедро Реджины. Положение было малоустойчивым. Тогда блондинка переместила свою руку выше, обхватив девушку за талию поперёк оголённого живота. Шагнув вперёд, Свон поставил свои ноги между ног Реджины, чуть раздвинув носками ступни брюнетки. Тело покорно подчинялось. Отлично. Теперь, если она шагнёт вперёд, её колено подтолкнёт Миллс, и девушка сделает шаг тоже. Теперь верхняя часть туловища. Здесь сложнее, придётся быстрее работать рукой, чтобы отбивать атаки. Блондинка глубоко вздохнула, чувствуя запах яблочного шампуня Реджины, которым пахли её волосы. Эмма чуть наклонилась вперёд, прижав свою щёку к щеке брюнетки. Они одно целое. Одно тело. Сердце бьётся в унисон на двоих. И они победят. Эмма распахнула глаза, готовая к поединку. Все предыдущие действия и мысли заняли у неё от силы десять секунд. Реджина, тяжело дыша, задрожала. По телу прошла электрическая волна, едва она почувствовала сзади себя чужое тело. Это было совсем не возбуждение, нет, хотя оно и присутствовало явно в избытке от подобной близости; в большинстве своём это было странное чувство нечто большего… Единения, что ли. Миллс впервые в жизни чувствовала такое непрошибаемое спокойствие и уверенность в своих силах. Она чувствовала горячую ладонь на обнажённом животе и жаркое дыхание в районе шеи. Тёплая щека блондинки прижималась к её собственной, мягкая ладонь плотно обхватывала её пальцы, держащие шпагу, чужие ноги развели её ноги в стороны, заставляя безоговорочно подчиняться… Внизу живота сладко заныло щемящей судорогой. Да что ж это такое! .. Она лично готова была убить всех окружавших их людей, чтобы остаться наедине со своей рыбкой! А она? Она чувствует то же самое? .. Пожалуйста, пусть ответ будет «да»! .. Брюнетка, намереваясь проверить, выгнула спину, упираясь пятой точкой в пах блондинки. Между ног заныло сильнее. «Ну всё, блин, мне конец! ..» Кэтрин сделала пару шагов к прилепившейся парочке. Она совсем не обращала внимания на прикрытые в истоме глаза подруги; всё её внимание занимали аквамариновые глаза явно сильного соперника, от которого можно было ожидать чего угодно. Нолан, сделав обманчивый выпад в сторону, резко ткнула, целясь в живот Реджине. Рука брюнетки, словно по мановению волшебной палочки, а, точнее, по мановению Свон, взметнулась вверх, преграждая путь и отбивая атаку. Кэт нахмурилась. Всё оказалось сложнее, чем она думала. Ещё один колкий удар — теперь уже в плечо — Свон резко отбивает, заставляя Нолан провертеть в руке рукоять шпаги на девяносто градусов. Ещё шаг вперёд. Цель — левая нога Реджины. Снова удар по наконечнику: Свон хорошо защищала хозяйку. Кэтрин, хмыкнув, в пару шагов обогнула парочку, пытаясь произвести атаку с левого бока. Эмма сделала пару шагов — Реджина послушно отозвалась, тоже перемещаясь — и отбила. Шаг назад — Реджина безвольно отозвалась в её руках, гонимая внешней силой — и снова лицом к лицу. Кружась с Миллс в своеобразном танце, Эмма ловко отбивала атаки противника. Она была довольна тем, что Реджина беспрекословно отзывалась на её движения. Чуть сжала оголённую талию — Миллс прогибается в спине, чтобы Эмме было удобнее защищаться. Соскользнула ладонью вниз по мягкому животику — брюнетка подаётся за её рукой, вместе с Эммой производя атаку. Они были единым целым — как чёрное и белое дополняли друг друга. В какой-то момент Свон показалось, что теперь их нельзя разлепить: так плотно сплелись между собой её грудь и спина Реджины — если отдирать, то только с мясом. Они вросли друг в друга, словно вековые корни двух растущих рядом деревьев. Они соединились душами, разделив друг с другом кровь и плоть. По их жилам течёт один адреналин, в голове рождаются одни на двоих мысли. Они чувствуют друг друга, словно сотни лет жили вместе. Они знают, что хотят сказать, по едва различимому дыханию. Эмма подняла их сплетённые на рукояти шпаги руки вверх, делая шаг вперёд ровно в тот момент, когда Кэтрин совершила очередной выпад. Блондинка, не ожидая подвоха, наклоняется вперёд, когда сплетённое из двух в одно тело уже стоит за её спиной. Свон свободной рукой дёргает за наконечник шпаги, выгибая металлический прут. Благодаря именно этому трюку на её пояснице тянется длинный шрам. Эмма резко отпускает наконечник, и металлический хлыст с глухим шлепком бьёт Нолан прямо по заднице. Кэтрин пронзительно визжит от неожиданности. Реджина звонко хохочет. Ещё пара ударов, шаг вперёд и три назад, коронный выпад слева — и шпага Кэтрин лежит на полу, выпавшая из её рук. Эмма, победно улыбнувшись, кланяется, заставляя Миллс сделать то же самое. — Ну это же просто жесть какая-то! .. — воскликнула Кэт, тяжело дыша. — Натуральное свинство! .. — Завидуй молча, Кэт, — расслабленно улыбаясь и обмякнув в сильных руках, протянула Реджи. — Чему завидовать-то? Тому, что ты поймала в свои сети золотую рыбку? — запыхтела Кэтрин, но через секунду ярко улыбнулась, довольная сложной партией, хоть и проигрышной для неё. Эмма, рассеянно слушая разговор девушек, осторожно отпустила Реджину, отлепляясь от её спины. Тело непривычно ломит: она давно не тренировалась. Ещё в руках не хватает тяжести тела брюнетки: за десять минут поединка Эмма уже успела привыкнуть, что отвечает за двоих. Улыбка Реджины медленно сползла с лица. Как только незащищённую спину обдал непривычный холод помещения, ей стало дурно. Голова закружилась, во рту пересохло. Зачем она отпустила? .. Она же разорвала всё! .. Она должна стоять так вечно, она должна быть рядом! .. Она должна крепко сжимать её талию: Реджина всегда должна чувствовать горячее дыхание на своей щеке! .. — Подожди меня на улице, — хрипло проговорила Миллс срывающимся шёпотом. Эмма, услышав, что обращаются к ней, подхватила свой пиджак и, одеваясь на ходу, пошла по направлению выхода из зала. — Я скоро, — зачем-то прошептала Миллс, хотя чувствовала, что Эмма уже ушла и не слышит её. Это было не для Свон, совсем нет; это было для самой Реджины, просто так, вдруг блондинке интересно или она волнуется… Но она не волнуется. Потому что она на работе. Она просто работает на неё. И получает за это нереальные бабки. — Мне плохо, — прошептала Реджи, глядя в голубые глаза Нолан. — Реджина?! .. — Кэт тут же подскочила к подруге, хватая ту за руку. Реджина выглядела больной: чуть посиневшие губы и лихорадочный румянец на щеках. — Ты перенервничала? .. Чёрт! Я же говорила, не надо было! .. Давай, я позову рыбку… — Не истери, — хрипло, но твёрдо проговорила Миллс приказным тоном. — Не надо её. Просто помоги мне дойти до душа… Мне срочно нужно в душ. — Да-да, конечно, малышка… — Кэтрин, взяв подругу под руку, аккуратно повела её в раздевалку. Потные тела содрогаются в одном рваном ритме. Блондинка, тяжело дыша, вколачивает Реджину в железный шкафчик. У них есть всего десять минут — именно столько времени занимает перерыв между тренировками в спортивном клубе. Это именно то время, в которое женская раздевалка пустует. Миллс в расстегнутом лифчике, который болтается у неё на плечах, больно бьётся лопатками об железный выступ своего шкафчика. Блондинка, покусывая её плечо, отчаянно двигает тремя пальцами между ног брюнетки, вдалбливая податливое тело в опору всё сильнее. Они делают это стоя — сношаются, как кролики. Реджине всё равно: не это сейчас главное. Главное — это то, что ещё пара отчаянных стонов, и брюнетка с диким рыком кончает, повиснув на руках блондинки. Через пару минут, когда Миллс уже одета в обтягивающие джинсы, блузку и шпильки, блондинка подходит ближе, улыбаясь: — Может, как-нибудь повторим? — Обязательно, — легко улыбается Реджина и пишет на запястье девушки свой номер телефона. В такие моменты она радуется, что этот телефон был подарен отцом, разумеется, со спутниковым навигатором, отслеживающим её перемещение. Она выбросила его ещё полгода назад в первый попавшийся мусорный бак. Тот номер мобильника, что лежит в ящике с бельём в её гардеробной, знает лишь один человек — Нолан. Эмма сидела в «INFINITI» цвета индиго уже пристёгнутая, ожидая появления своей подопечной. Реджина, счастливо улыбаясь, плюхнулась на водительское сидение. Прежде, чем завести машину, брюнетка повернулась к няньке: — Это было потрясно, — протянула она, горящими глазами глядя на Свон. — Спасибо тебе… — Миллс чуть покраснела, когда продолжила: — …за то, что научила, — она мягко улыбнулась, чуть склонив голову набок. Реджина уже ненавидела себя за то, что сказала фразу случайной любовницы, но слова слетели с её губ прежде, чем она смогла сделать хоть что-то: — Может, как-нибудь повторим? Эмма, чуть улыбнувшись уголками губ, пожала плечами. Эмма, сидя на пассажирском сидении дорогого автомобиля Миллс, провожала взглядом пролетающие мимо высотки Лос-Анджелеса. Время неумолимо приближалось к полуночи, но от нескончаемой вереницы фонарей вдоль проспекта и сияющих неоном вывесок было светло, словно днём. Свон мельком взглянула на наручные часы. Без пяти двенадцать. Как только технически наступит следующий день, Свон будет ещё на шаг ближе к своей мечте. Ещё пять. Всего только пять минут, и Свон сможет с уверенностью сказать, что выдержала целый месяц работы на Миллс. Это значит, что ещё пара недель — и она с чистой совестью пойдёт увольняться. Долг на кредитной карточке стремительно уменьшался. Блондинке осталось оплатить ещё примерно двадцать тысяч. С щедрыми премиями мистера Миллса это как раз две недели, если повезёт — одна. Свон мечтательно закрыла глаза. Послезавтра у мистера Миллса снова будет званый ужин в компании французов. Значит, у телохранителя Реджины будет долгожданный выходной. Блондинка мысленно уже выпивала огромную кружку пива — этим бокалом она поздравит сама себя за целый месяц постоянных мучений. Ура. Свон резко распахнула глаза, когда почувствовала, что машина остановилась. В отличие от предыдущих вечеров, Эмма знала, куда она приехала. Реджина не затыкалась ни на минуту; последние два дня она только и говорила, что о крутой вечеринке квартала у Тины. Миллс, положив руки на руль, хмуро взирала на вход в здание самого крутого отеля Лос-Анджелеса. У входа уже толпились репортёры, журналисты с камерами и, кажется, даже телевидение. Тина Булстроуд, не смотря на то, что была старше Реджины всего на пару лет, уже успела зарекомендовать себя в светском кругу, как главную сплетницу города. В основном все её ненавидели. Но пропустить вечеринку Булстроуд, чтобы наутро проснуться политым дерьмом с ног до головы? Да никогда. Миллс вылезла из машины. Свон вышла следом. Реджина хмуро оглядела сначала себя, затем няньку, а после капот машины. «INFINITI», платье брюнетки и бабочка, туго затянутая под горлом блондинки — всё было цвета индиго. Девушка утвердительно кивнула сама себе — идеально. Реджина Миллс всегда умела красиво появляться на публике. Эмма, подойдя, как обычно, с правой стороны, подала брюнетке локоть. Миллс, чуть улыбнувшись, аккуратно взялась. За последние несколько дней у девушек уже сложилась молчаливая договорённость ходить под руку. Реджину, разумеется, больше устроили бы сплетённые ладони, но она не смела настаивать, боясь, что нянька всё поймёт. Не мудрено: тело брюнетки буквально дрожало от малейшего прикосновения телохранительницы. Обострение началось после урока фехтования. Реджина, закрывая глаза, видела цветные сны, от которых не помогали отделаться даже случайные любовницы, которых за три дня накапало уже пятеро. В этот момент блондинка глубоко вздохнула, и Реджина увидела, как высоко поднялась её грудная клетка под наглухо застёгнутой белой рубашкой. Коленки задрожали на высоких шпильках. «Надо найти какую-нибудь симпатичную блондинку внутри…» — сумбурно пронеслось в её голове, когда девушки почти одновременно сделали шаг вперёд, выходя из тени под свет фонарей, точнее, как показалось Эмме, софитов. Издалека тут же раздались вспышки фотокамер и молодая девушка с микрофоном, шнур которого тянулся к камере на плече какого-то юноши, буквально подлетела к девушкам, забрасывая Миллс вопросами. В общем потоке шума и гама, Эмма всё же смогла различить вопросы о новых партнёрах мистера Миллса, французах. Также краем уха Свон услышала вопрос о том, как Миллс относится к тому, что её бывший почти жених Грэм Шаксвелл теперь находится в отношениях с виновницей торжества, Тиной Булстроуд. Свон хмыкнула. Да уж, тот ещё вопросик; попробовало бы это чудовище ещё раз подойти к Реджине после техничного хука справа в казино… Миллс широко улыбалась своим алым оскалом и не отвечала на вопросы. Она легко позировала по пути ко входу, указывая Эмме путь за собой, словно маяк. Блондинка беззвучно ахнула, когда оказалась в холле отеля. Хрустальная люстра длиной в несколько метров, спускающаяся с потолка; куча пёстро одетой богатой публики… Это был самый настоящий светский раут, с котором не равнялись никакие вечеринки у друзей Редж. Здесь были сливки сливок. И Свон даже не удивилась, когда поняла, что Её Совершенство Реджина Миллс находилась в центре внимания всего этого великолепия. Реджина, держась за локоть няньки, вела её вглубь зала, не останавливаясь ни на секунду и лавируя между кучками по интересам, в которые собрались гости. Она широко улыбалась и ловила полные зависти взгляды женщин на своём лице и полные похоти взгляды мужчин на своих оголённых ногах. Платьишко покороче, вырез покруче: всё в стиле Миллс. Каблучки повыше, губы поярче. Вежливо здороваясь и кивая головой в приветственном жесте, Миллс искала своих. Свон с непроницаемой ледяной маской разглядывала окружавшее её месиво денег и разврата. Ей не было ни приятно, ни противно: всё как-то сумбурно смешалось в одну массу вокруг неё ещё несколько дней назад. Самой Свон её новый образ жизни казался чем-то заоблачным: она поняла, что достигла совершенства в технике защиты объекта. Буквально каждой клеточкой почувствовав Миллс во время поединка на шпагах с Нолан, Эмме было не отделаться от этого чувства. Настроившись однажды, она уже не могла сделать шага назад. Теперь всё её существование заполняла собой Реджина. Она буквально затмевала свет: Эмма могла понять, что она хочет сказать, по малейшему изгибу алых губ. Ловко подхватив со столика высокий бокал с мартини прямо по пути, Свон не глядя протянула его Реджине. Она даже не смотрела в её сторону: она просто почувствовала, что тонкие пальцы брюнетки схватились за высокую ножку фужера. — Ну, наконец-то! — воскликнула появившаяся из толпы Кэтрин Нолан. Сегодня она тоже была в синем, видимо, негласно поддерживая команду «Миллс». — Ты не могла ещё дольше ехать? — с укором спросила она Реджину. — Я тут, блин, уже замоталась вся среди этих акул тусовки. Не бомонд, а серпентарий какой-то, — закатив глаза, прошипела Кэт.