Солнце

      – Простите, так нехорошо вышло... – Энношита неловко коснулся шеи. Он планировал уладить всё быстро, но перед самым разговором с начальником замялся, сердце ёкнуло, и новость о своём увольнении по большей части Энношита бубнил виноватым тоном себе под нос, смотря вбок, на обшарпанный дверной косяк. Савамура его ни в чём не винил.       – Я понимаю, – сказал он, – ты один содержишь семью, я рад, что ты нашёл хорошо оплачиваемую работу. Правда!       – Спасибо! – Чикара всё так же не смог посмотреть начальнику в глаза. – Я тогда пойду. Извинитесь уж перед детишками за меня.       – А сам?       – Не могу – сердце разрывается. Я ведь к ним за эти три года привык, как-никак.       – Ну да. Понимаю... – Савамура вздохнул, какая-то необъяснимая тоска навалилась на него, но он сумел взять себя в руки. – Заходи, если время будет! – сказал он на прощание.       – Обязательно! – Энношита уже махал ему рукой из-за калитки.       Чернильные тучи закрыли солнце, сильный ветер наклонял молодую сакуру едва ли не к земле. Дайчи поёжился, одёрнул доселе закатанные рукава заношенного синего свитера. Где-то за спиной мужчины хлопнуло окно – закрылось сквозняком. Савамура поспешил зайти внутрь и закрыть дверь на засов – старые петли уже не выдерживали напора ветров, предвещавших непогоду.       Взглянув в окно на словно корчащуюся в агонии сакуру, Дайчи быстрым шагом преодолел коридор, начал подниматься по лестнице, ведущей на второй этаж, как за его спиной снова что-то хлопнуло. «Сквозняк?» – пронеслось в голове мужчины, и он поспешил спуститься обратно.       Но на этот раз причиной шума был вовсе не ветер. Это Тадаши – неловкий мальчик шести лет – запнувшись о дырку в ковре, прокатился на животе до тумбочки, врезавшись в неё головой. Защитная реакция на боль у ребёнка была мгновенной, и Тадаши разрыдался, размазывая слёзы по веснушчатым щекам.       Савамура подлетел к нему, взял на руки.       – Что уж ты так неловко? – Дайчи посмотрел на наливающуюся лилово-красным шишку. – Пошли, приложим лёд.       Савамура отнёс мальчика на кухню. Усадив его на трёхногий табурет, Дайчи полез в морозилку. Формочка со льдом там находилась ещё с позапрошлого года, когда они все вместе готовили прохладительные напитки из фруктов и ягод. То была идея Энношиты.       Ледяные кубики из формочек доставались крайне неохотно. Пришлось повозиться, но уже скоро Тадаши прижимал ко лбу ледяной компресс и тер чесавшиеся после рыданий глаза. Дайчи дал ему салфетку и заставил его высморкаться.       – Куда же ты так спешил во время тихого часа? – спросил он, когда мальчик совсем успокоился.       – Хотел попрощаться с Энношитой-сенсеем, – с грустью ответил Тадаши, а потом, словно оправдываясь, повысил тон и затараторил: – И не только я! И Тобио, и Ю тоже хотели, только они попались Асахи-сенсею.       – И Кей хотел? – скрывая легкую усмешку в голосе, спросил Савамура.       – Да, Цуки тоже! Наверное... – уверенности в мальчике поубавилось.       – Верю-верю, – Дайчи улыбнулся, потрепал Тадаши по голове, забыв о его шишке. Тот ойкнул, но смущённо улыбнулся в ответ.       Получившуюся идиллию нарушил ввалившийся на кухню Асахи. Запыхавшийся, растрёпанный, с некой паникой во взгляде, он тяжело дышал и пытался что-то сказать. Дайчи вздохнул и подал ему воды. Азумане благодарно кивнул и, осушив стакан, заговорил:       – Я, значит, их спать уложил, сам пошёл чай пить, дверь открытой оставил, на всякий случай, мало ли. Вдруг опять подерутся. Вы же знаете, как Тобио и Кей «ладят друг с другом»...       – Ближе к делу, – перебил его Савамура.       – Ко мне Энношита подошёл. Попрощались, он на выход пошёл, а тут эти оболтусы: Ю первый. Как выскочит пулей – я его ловить. В это время Тобио уже убегает – я за ним. Пока с этими двумя возился, замечаю: Кей уже из парадной возвращается. И когда успел!       – Ему не всё равно, я же говорил! – радостно воскликнул Тадаши, но тут же умолк под взглядами взрослых.       – А ты меня вообще больше всех напугал! – сказал Азумане, хватаясь за сердце, но, почему-то, с правой стороны. – Я с оболтусами возвращаюсь в комнату, а его нет! Зову – не отзывается! Я чуть инфаркт не схватил, ей-богу...       – Простите, Асахи-сенсей... – мальчик виновато опустил голову.       – Ладно, ничего, – Азумане улыбнулся. Дети ведь, что с них взять? – Иди в комнату, тихий час ещё не кончился. И чтобы ни звуку.       – Да! – Тадаши спрыгнул с табурета и поспешил в кровать.       – Не упади там! – сказал вслед Дайчи. – А ты, – обратился он к Асахи, – глаз с них не спускай. Я хочу успеть закончить бумажную волокиту, пока они спят.       Азумане взял из холодильника валерьянку и пошёл смотреть за детьми. Савамура вздохнул и почесал затылок. Дел было невпроворот.       Прогремело небо; задребезжала посуда в ящиках; в один миг в окно забарабанил дождь и отразился блеск молнии. Ветер завывал где-то под крышей и вдоль стен, подпевая скрипу калитки и непогоде.       «А я надеялся, что Суга успеет до дождя...» – подумал Дайчи.       Раздался хриплый звонок в дверь. Савамура поспешил открыть; Суга не брал с собой зонта, а простудиться после такого ливня ему не составит труда. Но на пороге стояла миниатюрная блондинка в красной кожанке. За руку она держала паренька лет десяти, тот пытался незаметно вырваться.       – Танака! – Савамура немедленно отошёл от дверного проёма, приглашая девушку зайти внутрь, но та лишь подтолкнула братца вперёд.       – Мне так неловко просить, – начала она, – но вы не присмотрите за моим оболтусом? Мне нужно уехать по работе в соседнюю префектуру, и я не знаю, как долго придётся там побыть.       – Конечно, в чём вопрос, – Дайчи улыбнулся, беря Рюноске за руку. Тот недовольно фыркнул, но сопротивляться не стал. – Мы присмотрим за ним, не волнуйтесь. К тому же, вы очень много для нас сделали.       – Ой, всего-то пару раз завезла продуктов, – Саеко махнула рукой. – Ладно, мне пора. Если что – звоните, постараюсь быть на связи. – Она наклонилась к брату: – Рю, слушайся старших, чтобы сестрёнка за тебя потом не краснела.       – Ты тоже там хорошо работай, чтобы я за тебя не краснел, – ответил Рюноске, вызвав улыбку у взрослых.       Саеко, вжимая голову в плечи, побежала к машине. Рёв мотора заглушил очередной раскат грома. Танака-младший честно простоял на пороге, пока машина сестры не скрылась за поворотом.       – Идём, тебя надо переодеть и высушить, – Дайчи закрыл дверь и вернул на место цепочку.       По стенам вновь загудел-завыл холодный ветер. Гроза усиливалась, и раскаты грома проносились прямо над протекающей крышей. В спальне и игровой слышался металлический звон капель, разбивающихся о дно тазов и кастрюль. Асахи всегда держал посуду в легкодоступном месте в сезон дождей.       Савамура отвёл Рюноске в спальню, прочитав во взгляде Азумане измученное «ох...». Зато Рюноске обрадовался Ю. Тихий час обещал быть громким.       Танака-младший вообще был у них частым гостем. Его сестра – выпускница приюта – после выпуска оформила опекунство, забрала брата на выделенную государством квартирку, нашла достойную работу, долгое время копила на машину – работа требовала частых разъездов по соседним префектурам. Во время таких командировок Саеко оставляла брата под присмотром тех, кому доверяла (хотя в то время ни Дайчи, ни Асахи, ни Суга не работали там – Саеко доверяла им, скорее, интуитивно).       Засев за документы в своём кабинете, Дайчи не заметил, как наступил вечер. Гроза постепенно утихала. Дети уже поужинали и наслаждались свободным временем.       Грохнула дверь. Потом ещё раз и ещё. Потом постучали. Савамура, уставший, не сразу понял, что к чему. Асахи снизу крикнул: «Откройте дверь, я не могу сейчас оставить детей!».       Дайчи поспешил открыть, на ходу думая, что это уже третий раз за сегодня и как бы это не вошло в привычку. Он посмотрел в глазок и, чуть не ахнув, поспешил открыть дверь. На пороге стоял вымокший до нитки Сугавара. Он улыбался, прижимая к себе нечто, завернутое в его дождевик.       – Проходи скорее! – Дайчи едва не втаскивал Сугу в дом, тот лишь тихо посмеялся на это.       – Фух!.. – Коуши убрал со лба мокрую чёлку и, опустив свёрток на пол, стал освобождать содержимое от дождевика. Содержимое пищало – ему было щекотно. А Сугавара стал рассказывать о своём небольшом приключении: – Метро затопило, центр тоже. Даже спецтранспорт с трудом проезжает.       – Да? Ужас, – Савамура поежился. – Надеюсь, что Танака доехала на работу нормально.       – Она приезжала?       – Да, оставила Рюноске, сказала, что это на несколько дней.       – Думаю, в этом есть кое-что хорошее, – Суга снова улыбнулся.       – Что?       – Рю познакомится с нашим новичком вместе со всеми, – на этих словах он наконец-то стащил с мальчика дождевик и сказал: – Знакомься, Дайчи, наш новичок – Хината Шоё.