Ты ведь мне поможешь?

Северус Снейп сидел в своем кабинете, когда туда влетела мадам Помфри с профессором МакГонагалл. Женщины протиснулись в дверной проход и подбежали к столу мужчины.  — Что-то случилось? — как всегда бесстрастно осведомился он, внимательно разглядывая лица своих подчиненных.  — Гермиона! Она прилетела в Хогвартс! — задыхаясь от пробежки по многочисленным ступеням, произнесла Минерва, во все глаза глядя на директора.  — Надо же, — скучающе произнес Снейп. — Какой неожиданный визит. Что ж, полагаю, раз мисс Грейнджер нет в моем кабинете, она не желает выразить мне приветствие. Ничего удивительного, гриффиндорцы всегда были очень… бестактны. Что же ей понадобилось в замке?  — Мы не знаем, профессор Снейп, — подала голос колдомедик. — Мисс Грейнджер летела на метле с большой скоростью и… В общем, Гремучая Ива изрядно ее потрепала… Она без сознания. Лежит в Больничном крыле и…  — Что «и»? — Северус встал из-за стола, неотрывно глядя на женщин.  — Ее руки, — сказала Минерва. — Они в страшных ожогах. Мы не знаем, где она могла… Мужчина подорвался и быстрым шагом пошел в сторону больничного крыла.  — Почему вы так упрямы?!  — Почему ты так глупа? — они стояли на кухне друг напротив друга, гипнотизируя взглядами. Взрослые люди, но снова ругались. По началу, все шло гладко: работа, деловое общение, исследования, но затем они ни с того, ни с сего стали спорить по каждому поводу. Их раздражало в оппоненте все, начиная от мыслей и заканчивая цветом одежды. Северус все время пытался съязвить, уколоть, обидеть, Гермиону раздражало его вечное пребывание в ее личном пространстве.  — Я просто попросила вас выйти из ванной!  — А я просто объяснил тебе, что «немного» занят!  — Чем же таким важным?  — Грейнджер, включи мозги, чем по-твоему люди занимаются в ванне? — он стоял в одном белом полотенце, с волос, как и со всего тела, капала вода. Гермиона засмотрелась на мужчину и после произнесенной им фразы подумала почему-то не о купании. Отмахнувшись от пошлых мыслей, она смутилась и по-видимому покраснела, потому что Снейп усмехнулся. Она захотела посмотреть ему прямо в глаза, но взгляд женщины остановился на косом шраме — напоминании обо всем, что этому человеку пришлось когда-то перенести. Гермиона впервые видела своего гостя без одежды, даже когда в комнате становилось очень жарко из-за разгоревшегося камина, он все равно оставался в рубашке и жилетке. Теперь она понимала почему. Женская рука, до этого крепко сжимающая спинку стула, ослабла. Северус, заметив эту перемену в настроении, проследил за взглядом мисс Грейнджер и его передернуло, когда он понял, куда он направлен — она его жалеет. От одной этой мысли стало дурно и он молча ушел обратно в ванную комнату, желая оказаться как можно дальше от этих жалостливых глаз. Снейп все еще помнил, что это она когда-то принесла его в больничное крыло, помогая мадам Помфри, залечивала его раны. Если бы Гермиона тогда за ним не вернулась, они бы сейчас не разговаривали. Мисс Грейнджер сидела на кухне, пытаясь найти причину своего неожиданного гнева на этого мужчину. Он приехал, оставил все дела, чтобы помочь ей, а она… От этих мыслей ей стало противно. Женщина разозлилась на саму себя и подойдя к двери в ванную, тихо постучала. — Да? — голос Снейпа снова стал абсолютно спокойным, и она могла только удивляться, как ему это удается.  — Можно?  — Конечно. Когда она открыла дверь, он уже стоял в брюках и спиной к женщине. Она увидела, что на ней тоже много маленьких шрамов и, подойдя ближе, провела рукой по бледной коже. Северус замер.  — Не надо меня жалеть, мисс Грейнджер.  — Я не жалею, — голос женщины от чего-то понизился до шепота и стал хриплым.  — А что же тогда? — он снова повернулся к ней лицом, и Гермиона не могла не угодить в плен внимательных черных глаз.  — Восхищаюсь, — произнесла она, когда его лицо было уже пугающе близко к ее. В низу живота мучительно заныло, и женщина, облизав пересохшие губы, поднялась чуть на носочки и поцеловала профессора. Он ответил на поцелуй мгновенно, крепко прижимая ее к себе, зарываясь рукой в кудрявые волосы. Оторвавшись от губ, Снейп спустился к шее, слегка покусывая нежную кожу, и снова вернулся к губам. Она обхватила руками его лицо, полностью отдаваясь во власть этому мужчине, который уже нес ее на руках в гостиную, попутно целуя женщину за ушком. Он положил Гермиону на диван, а сам лег сверху, держась на руках, чтобы не придавить ее своим весом. Она покрывала легкими поцелуями его лицо, избегая заветных губ, чем еще сильнее распаляла огонь в душе мужчины. Раздался звонок в дверь, вызвавший недовольный рык мужчины и стон женщины одновременно. Он продолжил покрывать ее поцелуями и начал расстегивать ее рубашку.  — Кто там? — как можно громче и спокойнее произнесла женщина.  — Гермиона, ты чего? Кто к тебе еще ходит, кроме нас? — раздался смех. У нее сердце рухнуло, когда она поняла, что это Гарри и Рон. Снейп недовольно посмотрел сначала на нее, потом на дверь и снова на нее.  — Я… Ох, — именно в этот момент он расстегнул и снял с женщины бюстгальтер. — Я занята! Приходите завтра!  — Герм, у тебя все хорошо? — подал голос Уизли. — Что-то у тебя голос какой-то нервный. Северус засмеялся, но спрятал этот смех в очередном поцелуе и прошептал гриффиндорке на ушко.  — В самом деле, мисс Грейнджер, вы какая-то нервная. Думаю, вам надо расслабиться, — с этими словами он припал к ее груди.  — Так у тебя все хорошо? —  Да! — крикнула она, повысив голос, зарываясь рукой в шевелюру Снейпа. — Да, все хорошо-о, — Гермиона закусила губу, чтобы ребята не услышали ее стон. Дверь чуть приоткрылась и туда просунулась голова Гарри.  — Мы только хотели… Снейп?! — парень отпустил ручку двери, и она открылась полностью. Теперь и Рон видел всю картину. Если бы мужчина не лежал поверх Гермионы, их рты, возможно, открылись бы еще больше, но все, что они могли видеть, это спину бывшего зельевара.  — Поттер-р-р, — зарычал Северус.  — Так значит… Эм… У тебя действительно все хорошо… А мы завтра зайдем! Пока! — парень захлопнул дверь и потащил Рона аппарировать. На следующий день ребята не пришли. А еще через день Гермиона поставила мужчину перед фактом, что ближайшим самолетом улетает в Бразилию, где, по их предположениям, должна была находиться вторая половина диска. Они снова поругались, и Снейп сказал, что, раз его помощь больше не нужна, он возвращается в Хогвартс, и попросил «больше не беспокоить по таким пустякам». Так они и расстались, злые друг на друга, сами не зная почему. Прошло 4 месяца. Вестей от Гермионы не было, а Северус не хотел сам писать. Она была права: он слишком упрям. Сейчас он понимал одно: раз она прилетела сразу в Хогвартс, случилось что-то важное, и, судя по ожогам на руках, она нашла вторую половину. Он шел, как всегда не обращая внимания на учеников, которые расступались перед директором. Минерва и Поппи бежали за ним и о чем-то перешептывались. Спустившись в больничное крыло, он оглядел все койки и, не найдя ни на одной мисс Грейнджер, повернулся к колдомедику. Женщина повела его к ширме, стоящей в самом дальнем и неприметном углу, и отодвинула ее. На железной кровати, под белым покрывалом лежала его несносная гриффиндорка. Ее волосы рассыпались по подушке, окуная мужчину в приятные воспоминания. Руки были плотно перебинтованы, лицо поцарапано, как и, по словам мадам Помфри, все тело. У изголовья на столике лежало то, что осталось от ее метлы. Северус повернулся к женщинам с суровым видом.  — У нее было что-нибудь с собой? — Минерва тихо кивнула и достала из-под кровати дорожную сумку Гермионы. Снейп открыл ее: второй осколок, как он и думал. Мужчина аккуратно дотронулся пальцем — ничего. Тогда он закрыл ширму, чтобы его никто не видел, сел на кровать и достал новый артефакт. Все было написано древними азиатскими иероглифами. Северус готов был поспорить, что гриффиндорка уже все перевела и поэтому так неслась в замок. Но она была без сознания и ответить на его вопросы не могла. Директор положил вторую половину в карман мантии, а сумку вернул на место. Он нежно провел рукой по лицу женщины, подцепил пальцами несколько локонов непослушных волос, наклонился и целомудренно поцеловал в лоб. Северус разглядывал ее тонкие черты, когда вдруг вспомнил старый разговор, который он тогда не воспринял всерьез. Мужчина подскочил, отодвинул ширму и пошел в другую часть замка.  — Профессор Снейп, куда же вы? — окликнула его МакГонагалл.  — К одной старой сумасшедшей прорицательнице! — огрызнулся он и ускорил шаг. Минерва не понимала, что ему понадобилось от профессора Трелони, она прекрасно знала, что Северус никогда не верил в предсказания. Тем более Сивиллы. Пожилая женщина села на кушетку к бывшей ученице и ласково на нее смотрела, надеясь на скорейшее пробуждение Гермионы. Мадам Помфри принесла поднос с двумя чашками зеленого чая и села напротив преподавателя трансфигурации. Они начали обсуждать события дня.