Ты ведь мне поможешь?

— Профессор Снейп… «О Мерлин, он так… Он такой… Я не думала… Ах… Похоже, возраст ему к лицу. И новая мантия тоже… Гермиона, соберись! Он ведь твой преподаватель! Но ведь бывший…» Северус Снейп стоял перед ней, как всегда, в черном, этот цвет его неизменный атрибут. Манера одеваться осталась прежняя. Белая рубашка, черные брюки, черный сюртук и мантия. Но он выглядел дорого. Вещи словно блестели новизной и чистотой. Было ясно, что материальное положение Директора отличается от кошелька других преподавателей, но… Гермиона задохнулась, не в силах больше что-то сказать. Она ждала старого, угрюмого Снейпа, над которым все время подшучивали близнецы, которого ненавидела добрая половина школы, который вечно бросал на нее презрительные взгляды, а получила… мужчину?  — Мисс Грейнджер… «Я наверное попал не туда. Это не она. Это не может быть она! Куда делась надоедливая всезнайка, заучка, гриффиндорка Грейнджер? Она больше не девочка, не девушка… Она женщина…» Она стояла перед ним в новомодных магловских джинсах, белоснежной легкой рубашке с тонким поясом в виде змеи, на каблуках, не смотря на которые, все равно едва доставала до шеи профессора. Она была так проста, обычна, как любая магла, но это и заставило его залюбоваться. Мужчина скользнул взглядом на тонкую шею и слегка выпирающие ключицы и снова вернулся к лицу. Северус уже забыл, какая она красивая. По-своему красивая, и этого он испугался. Он думал, что едет к девушке, бывшей студентке, гриффиндорке, а приехал к… женщине?  — Здравствуйте, — эти слова вывели его из транса.  — Добрый вечер, — его голос ничуть не изменился, такой же бархатный низкий баритон.  — Входите, — Гермиона не успела вовремя отойти, поэтому на мгновенье оказалась слишком близко к Снейпу, отчего у нее снова сбилось дыхание. Как только мужчина вошел, он сразу почувствовал запах волос мисс Грейнджер, невольно оказавшейся рядом с ним. Аромат дурманил, и Северус мысленно выругался на самого себя. В доме было очень тепло, поэтому он, не долго думая, взмахнул волшебной палочкой. Мантия и сюртук оказались на вешалке, а он остался в брюках, рубашке, застегнутой под горло, и черной жилетке. Гермиона ни разу не видела профессора без сюртука, поэтому могла лишь предположить, что жилетка — новый предмет в гардеробе мужчины. И она ему определенно шла. Как только он снял верхнюю одежду, женщина заметила, что Снейп стал немного крупнее, от этого одежда смотрелась еще лучше. Она засмотрелась на бывшего преподавателя, за что мысленно отругала себя.  — Давайте я сразу покажу вам вашу комнату, она на втором этаже рядом с моей. Ванная, кухня и кабинет на первом. Я не знала, какой интерьер вам понравится, поэтому оставила все как есть. Если захотите что-то поменять, я не против, — они уже поднялись по лестнице, и женщина открыла дверь, позволив Северусу войти. Комната была достойных размеров для гостевой. В ней помещалась большая кровать, застеленная белым покрывалом, старинный резной черный шкаф, небольшой мраморный столик, также черный, на котором располагалась ваза с белыми розами, чернильница, перо и пергамент. Белые стены с едва заметным рисунком на обоях хранили на себе несколько японских гравюр XVI века, добавлявших красок черно-белой тематике комнаты. Окно было открыто, белый прозрачный тюль чуть подрагивал от легких порывов ветра. Отсюда открывался вид на поля, воздух был свеж и наполнял собой все пространство. Мужчина глубоко вздохнул, на мгновение прикрыв глаза. Он положил сумку на столик и повернулся к хозяйке, которая, как он видел, ждала вердикта.  — У вас достойный вкус, мисс Грейнджер, — женщина облегченно выдохнула. — Я ничего не буду менять. Для кого вы изначально готовили эту комнату? Она не похожа на гостевую.  — Для себя, — честно и просто ответила Гермиона, пожав плечами.  — Почему же вы в ней не живете? — он вопросительно поднял бровь. Ведьма минуту помолчала, а потом ответила.  — В ней слишком большая кровать, — «Для меня одной», — мысленно добавила про себя женщина. Снейп молча кивнул. Повисло молчание.  — Что насчет кабинета, мисс Грейнджер? — Да! Пойдемте, конечно. Они спустились. Бывший шпион без лишних слов понял, что здесь его напарница проводит больше всего времени. Судя по состоянию камина, он регулярно горел, даже сейчас, напротив него стояло старое потертое, но, видимо, любимое кресло, в котором лежал плед. На мебели не было ни пылинки, инструменты были разложены на рабочем столе для удобства. Но главное, это книги. Стеллажи, снизу доверху наполненные толстыми фолиантами, полностью закрывали стены, так что можно было лишь догадываться, какого они цвета. Да и в целом, комната отдавала уютом и теплотой, можно было почувствовать, что она, словно, живая.  — Вы можете использовать его в качестве лаборатории.  — А если что-нибудь взорвется?  — Серьезно? — она усмехнулась и с вызовом посмотрела на своего собеседника. — Профессор Снейп, я провожу здесь исследования всегда в течение уже трех лет. За это время я пережила два наводнения, пять взрывов и один пожар. Как вы думаете, как давно я наложила всевозможные защитные заклинания на эту комнату?  — Интересно, мисс Грейнджер, — усмехнулся он.  — Ну правда, я ведь уже не ребенок, мне двадцать пять. Голова работает, слава Мерлину, — Гермиона улыбнулась и, не заметив задумчивости во взгляде бывшего преподавателя, взмахнула палочкой. Ящик открылся и из него на стол переместился кулек. Женщина подошла, развернула платок и передала его содержимое зельевару. Он взял артефакт в руку и… — Шшш! — мужчина зашипел, подбросив осколок в воздух, где его ловко поймала Гермиона. — Вы не могли предупредить, что он обжигает?!  — Но я… Я… Этого раньше… Я ведь его держу! — Снейп удивленно поднял глаза на руки бывшей студентки. Она и правда спокойно держала свою находку. Он снова взглянул на свою ладонь: на ней красовался большой розовый ожог.  — Странно…  — Давайте я вылечу! — женщина снова положила злосчастный кусок золота в ящик и закрыла его. — У меня тут есть зелья и мази. Это быстро. Присаживайтесь, — с этими словами она побрела к дальнему шкафу. Мужчина сел в кресло и задумался. Мисс Грейнджер наколдовала себе маленький стул и расположилась напротив профессора. Она взяла его ладонь в свою, открыла маленькую колбу и капнула на ожог, начав медленно растирать зелье. Снейп облегченно вздохнул, зелье было остужающее, чтобы избавиться от боли, да и движения женских рук были плавные и нежные. Гермиона открыла баночку с мазью и начала покрывать ею руку густым слоем.  — Надо подождать несколько минут, а потом снять салфеткой.  — Мисс Грейнджер, скажите, кто-нибудь, кроме меня и вас, дотрагивался до этой вещи?  — Конечно нет! Я вам больше скажу, никто, кроме нас с вами, о ней не знает, как и о многих других моих находках, — Северус удивленно поднял бровь.  — Отчего же мне выпала такая честь, мисс? — Гермиона удивленно взглянула на него и задумалась. «А ведь и правда, почему?». Она опустила глаза, потом снова подняла их и ответила.  — Наверное, я вам доверяю. Пора убрать мазь, — она достала бумажную салфетку. Как только рука была очищена, ожога уже не было.  — Спасибо. Мне приятно.  — Что вам не придется ходить с перебинтованной рукой, профессор? — усмехнулась напарница.  — Что вы мне доверяете, — она удивленно подняла глаза, все еще держа профессора за руку. — Это редкость. Для меня. Снейп говорил серьезно, без шуток и не в попытке сделать комплимент. Он просто говорил то, что думал. Раньше это тоже была непозволительная для него роскошь. Женщина неловко, смущенно улыбнулась, встала и снова достала артефакт. Мужчина подошел к ней.  — Вам удалось узнать что-то новое? — Да. В письме были лишь мои предположения, теперь же я могу сказать что-то точно. Естественно, с исторической точки зрения.  — Так не томите, Магистр Исторических наук!  — Говорит мне мужчина, у которого подпись со всеми титулами занимает добрую половину письма, — она с улыбкой взглянула на него, довольная тем, что раньше никогда бы себе не позволила сказать подобное. Снейп усмехнулся, сложил руки на груди и поднял бровь.  — 1:0 в вашу пользу. Так вы расскажете?  — Я предполагала, что это обломок диска, и была частично права. Артефакт является частью золотого диска, это так. Вот только, это не обломок! Я взглянула под лупой и обнаружила, что он отшлифован со всех сторон, а значит, его изначально создали таким.  — Значит, второй половины не существует? — Нет, она определенно есть! Ну или была. Он отшлифован, но сильно потерт с этого края, взгляните, — она дала профессору лупу, сама держа находку в руках. — Это значит…  — …что вторую половину к нему часто прикладывали…  — … и снимали. Возможно даже крутили, судя по направлению царапин. А вот с языком я так и не разобралась. Не похоже ни на одно из существовавших когда-либо азиатских наречий. Я начала исследовать книги по другим языкам, но пока это трудно. У меня специализация преимущественно востока…  — У меня есть предположение.  — Правда? Какое?  — Мне нужно время и тишина, мисс Грейнджер, — он спокойно посмотрел на нее. — И, желательно перчатки. Вы не могли бы принести мне мои, из кармана сюртука.  — Конечно. Она вернулась буквально через пару минут с перчатками. Он уже сидел за столом, старательно разглядывая каждый миллиметр золота через лупу. Гермиона молча протянула ему перчатки и бесшумно села в кресло, наблюдая за работой. Она никогда не видела профессора за самим процессом. Всегда получала только уже результаты исследований и удивлялась, как ему удавалось все это выяснить, теперь же она могла увидеть все собственными глазами. Мужчина был сосредоточен. Оглядев полудиск с одной стороны, он надел перчатки и перевернул его, рассматривая теперь тыльную сторону, на которой, как казалось Гермионе, ничего не было. Взяв пергамент и чернильницу, Снейп начал записывать свои небольшие выводы. Потом он достал из кармана три склянки с разными зельями и принялся «испытывать артефакт на прочность», все так же записывая результаты наблюдений. Когда он отодвинул диск в сторону, женщине казалось, что все закончилось и сейчас он скажет свой вердикт, но он лишь уставился в свои записи, отмечая какие-то пункты и зачеркивая другие. Гермиона начала постепенно проваливаться в сон… Наконец, он встал и громко позвал ее.  — Профессор Снейп, я вас прекрасно слышу, — спокойно и немного сонно отозвалась она из кресла. Мужчина развернулся. — Я... Я вас не заметил. Вы все время были здесь?  — Угум, — она отвернулась и зевнула в кулак, попутно взглянув на часы. Почти десять.  — Я кое-что обнаружил. Но вы не сможете переваривать информацию, если не будете спать, мисс Грейнджер. Давайте продолжим завтра. Я тоже сегодня устал.  — Вы обращаетесь со мной, как с ребенком, профессор, — буркнула она, поднимаясь в свою спальню и добавила, уже мягче. — Доброй ночи.  — Глупая, — сказал он, уже лежа на кровати и смотря на стену, разделяющую их комнаты. — Доброй ночи.