Запрет

—Опять дождь пошел, дьявол с ним. — Сварливый грузный мужчина потушил выкинутую сигарету ботинком. Холодные капли забирались к нему за шиворот. Надвинув пониже капюшон, он медленно, волоча ноги, поплелся вдоль охраняемой территории. Тишину нарушали только его шаги да звук падающих на земь каплей. Постепенно небо начало очищаться от туч, и наконец на нем показалась луна. Что может случиться здесь, в Форксе? На старом складе нет ничего жутко ценного, что можно было бы охранять. Мужчина, ссутулившись, остановил свой обход, вперив взгляд в желтый круг на небосклоне. Теперь стало совершенно тихо, и тишину не нарушал ни дождь, ни отзвук шагов охранника. Кашлянув, он потянулся за очередной сигаретой. Зажигалка полетела вниз, когда дрожь пробрала мужчину насквозь. Он услышал вежливое покашливание где-то недалеко от него. Трясущимися руками охранник вытащил из кобуры фонарик и, нащупав кнопку, осветил пространство вокруг. Никого и ничего. Почесав лысеющий затылок, мужчина сплюнул на пол от досады, смешанной с облегчением. Показалось, это просто сова так ухнула с ветки ближайшего дерева, или же сквозняк прошелся по ржавым цепям, и скрежет их был действительно похож на кашель. Решив, что табака на сегодня хватит, охранник бездумно пошел вперед, не останавливая внимания ни на чем конкретно. Свет от фонаря беспорядочно гулял по стенам склада. — Скучная работа? На этот раз охранник не выпустил ничего из рук, наоборот, еще крепче сжав крошечный фонарик, он метнулся в ту сторону, с которой послышался вкрадчивый голос. — Вон отсюда! — Рявкнул он, сам не зная кому. Сколько он не вертелся вокруг себя, найти обладателя голоса не удавалось. — Покажись или проваливай! За спиной послышался вздох. — Ты не виноват. — Рассуждал голос, и его обладатель на мгновение показался в поле зрения. Охранник прищурился, но не увидел ничего, кроме платиновой шевелюры. — Да я тебя где то видел! — крик, в котором читалось удивление, смешанное с восторгом. Уже более решительно двигался мужчина, выискивая во мгле знакомое лицо. — ... я и не собирался бросать всё. Возможно, семья что-то заподозрила. Это все из-за той девчонки. — Черт тебя подери, я узнал! — Очень жаль. — Сочувствие, скользнувшее в голосе, не предвещало ничего плохого. Глаза охранника округлились, когда навстречу ему из темноты шагнул блондин выше его ростом, а его улыбка, казалось, осветила своим сиянием мглу. — Ничего личного, просто плохой день. Шепот растворился во вновь наступившей тишине. Теперь она была не спокойная, а скорее как затишье перед чем то ужасным. Золотистые глаза сверкнули в темноте, и блеск их был подобен молнии. Как и принято, за молнией последовал гром. Но был ли это гром? Казалось, звук исходит из горла блондина. Этот грозный рык вывел охранника из шокового состояния, и, заметив, как губы медленно обнажают острые передние клыки в горькой усмешке, он бросился прочь. Преодолевая метр за метром, мужчина даже не оглядывался, сердце его бешено колотилось, а на лице появилась испарина. Ноги передвигались мучительно медленно, да и разве убежишь от такого преследователя? Наконец, преодолев уже довольно большое расстояние, бежавший остановился, чтобы отдышаться и осмелился оглянуться через плечо. Никого. И след загадочного нарушителя спокойствия простыл. Охраняющий зажмурился и вновь распахнул полные ужаса и страха глаза - все так же никого. Наваждение. Плод воображения. Дурной сон. Иллюзия. Чей-то злой розыгрыш. Приведя сбившееся дыхание в норму, мужчина двинулся назад, одной рукой держась за прыгающее в грудной клетке сердце, а другой опираясь на забор. Отдышаться ему так и не дали. Сильная рука, появившись словно из ниоткуда, схватила его за горло и начала приподнимать вверх. Вот уже носки его ботинок оторвались от асфальта, а рука сжимала так сильно, что изо рта стали доноситься сдавленные хриплые стоны. Глаза закатились, пальцы стали безуспешно хвататься за сжимающую шею руку. Лицо уже начало синеть, когда новая, невиданная боль пронзила его кисть. Закричать в полную силу не давала стальная хватка, и губы только беззвучно открывались и закрывались, на них проступила пена. Странные, мучительные ощущения терзали кожу рук, они постепенно расползались вверх, по запястьям, и уже всё предплечье горело невидимым огнём. Пламя уже охватило плечо, когда удушающая хватка на шее ослабла, и охранник рухнул на земь, сотрясаясь в конвульсиях. Он мог бы закричать, но боль полностью отняла у него способность мыслить, видеть, двигать языком, слышать. Ничего не осталось, помимо пламени, обжигающего его с новой силой каждый раз, когда он пытался сдвинуться с места. Тем временем за ним наблюдала неподвижная фигура, воплощающая собой такие смутные чувства, что нельзя было разобрать их невооруженным взглядом. Все тело просто дышало спокойствием и умиротворением, а вот лицо... Эти бледные губы сомкнулись в неподдельной искренней гримасе презрения. Блондин, казалось, возненавидел себя и то, что только что совершил. С этих бледных губ упала алая капля, впитавшись в воротник серой водолазки. Вампир помнил, и эти бледные губы хранили эту память, то, как приятно вошли клыки в тонкую плоть, какое блаженство испытало горло, получив заветный глоток людской крови. Глаза, недавно блестевшие, как у безумца, сейчас превратились в огромные, бесконечно глубокие бездны красноватого оттенка. В них читалась столетняя грусть и вина. Нерешительность. Помочь невинной жертве или убраться подальше, пока никто не увидел? Присев к дергающемуся мужчине, вампир, склонив голову, потянулся к укушенной руке, но едва его холодные пальцы дотронулись до кожи, лежавший человек изогнулся так, что захрустел позвоночник, и ночь пронзил очередной душераздирающий крик боли. Блондина это не испугало, он готов был оказать помощь пострадавшему по его вине созданию, решив во что бы то ни стало исправить ошибку, которая будет стоить ему еще несколько веков самобичевания. Тут его сверхъестественный слух уловил звук приближающихся шагов. Да приближались они так быстро, что сразу было понятно, что так передвигается явно не человек. Неужели это его семья бросилась искать его? И что они скажут, увидев его в таком положении? Секундное колебание в пространстве, мимолетное дуновение ветерка, и уже на месте, где мгновение назад был светловолосый вампир, значилась пустота. - Опоздали! - хмыкнула необычайной красоты женщина, указывая на корчившегося в агонии охранника. Её рыжие волосы спутались, а босые ноги испачкались в сырой после дождя земле. Она казалось дикой, и была самой запущенной на вид среди своих двоих спутников. - Ничего, еще тепленький! - Потянув носом воздух, ухмыльнулся чернокожий мужчина, и вся тройка по-кошачьи двинулась в сторону лежавшего на полу мужчины. Спустя пару секунд послышался вопль, но сразу стих. Далеко за деревьями задребезжал рассвет.