FIDES

- Позвольте, Альбус. Боюсь, у меня более веские причины для беседы с вашим гостем. - Что же, вы прикажете мне оставить вас наедине в моем собственном кабинете? – чуть насмешливо переспросил директор школы. – Северус, мне кажется, это вам следует отправиться к себе, пока мы не закончим. Минерва МакГонагалл, случайно заставшая разговор из коридора (спасибо выбитой двери), могла поспорить, что в этом момент старый пройдоха еще и подмигнул собеседнику. - Забыл спросить, мой мальчик, как самочувствие? Ведь Нина заменяла тебя по веским причинам? - Можете не сомневаться, - холодно ответил бархатистый голос, скрывающий раздражение. – Вам не о чем беспокоиться, - сухо добавил он же. Послышались шаги к двери, и Минерва поспешила отпрянуть. Ведь это неслыханно – декан честнейшего Гриффиндора подслушивает у кабинета директора. Но Снейп не спешил выходить. Он догадывался, что спустись он в подземелья, как неожиданный гость Дамблдора допьет чай и исчезнет в камине. Поэтому зельевар встал на полпути к дверному проёму, скрестив руки на груди и всем своим видом показывая, что ждать не намерен. - Право, Северус, это даже невежливо, - пожурил его директор. – И ты так и не рассказал мне о причинах твоего отсутствия. Что-нибудь серьёзное? - Обсудим это позже, Альбус. Надеюсь, вы не забыли, что в данный момент я в отпуске? Берни, я хотел бы видеть вас в своём кабинете. Шотландец ещё с момента появления Снейпа в камине пристально наблюдал за ним. Сейчас, под маской грозы подземелий и просто мрачного человека, мастер зельеварения как нельзя лучше подходил для исполнения задумки МакФореста. Осталось лишь выяснить, насколько он предан Альбусу, какие клятвы могут их связывать. В том, что эта надменность и показное неподчинение – всего лишь игра, друид к своему сожалению не сомневался. В этой школе всегда было так. Кто-то плетёт интриги, создаёт правила, вербует себе «солдат», кто-то объявляет себя вне системы, но уже этим признаёт её существование. Всё связано. Фатально и непоправимо. Однако, друид молча поднялся над столом, слегка кивнул Дамблдору, заметив явное неудовольствие этого «властителя судеб», и подошёл к Снейпу. Тот развернулся на каблуках и направился в слизеринскую вотчину, жестами приглашая за собой. - Альбус! Альбус, немедленно объясните мне, что происходит! – с жаром выдохнула Минерва, едва перекинулась из кошачьего облика и заклинанием затворила оторванную дверь. - Может быть, чаю, Минни? У меня есть кошачья мята, – директор вглядывался в красноватый настой заварки в своей чашке, словно там заключалась тайная истина. - Не сейчас! Я требую объяснений. Что здесь делает этот… этот… предатель! Дамблдор задумчиво повёл бровью. - Тогда валерьянки? Чудесное магловское средство… просто чудесное… а зелье со схожими свойствами надо варить неделю. - Не отвлекайтесь, профессор Дамблдор! – жёстко отрезала Минерва, усаживаясь в кресло напротив. - Это слишком долгая история, дорогая Минни. - На сегодня уроки закончены, факультативы проводят Флитвик и Стебль, за тренировками следят старосты и мадам Трюк, - быстро отрапортовала главная гриффиндорка. – У вас есть ещё причины промолчать? – женщина гневно сверкнула глазами, и Дамблдор призвал мисочку с лимонными дольками. Беседа обещала затянуться. - Послушайте, Берни, - вздохнул Северус, устраиваясь в потрёпанном чёрном кресле деканата Слизерин. Для Берни он трансфигурировал такое же по другую сторону стола. – Мы с Вами, думаю, способны понять друг друга, и Вы не станете держать меня за идиота? – без особой, впрочем, на это надежды, начал зельевар. Берни лишь чуть склонил голову вбок и замер с выражением внимательного слушателя. Понимая, что в подземельях, по которым едва ли ностальгировал старый друид, разговор не заладится, Северус снова вздохнул. - Давайте Вы мне просто расскажете правила Вашей игры, - предложил он. – Я не хочу быть пешкой, не знающей, что от неё нужно. - Сколько Непреложных обетов тебя держит? – неожиданно уточнил старец. - Держит? – насторожился Снейп. - От противостояния Альбусу. - Что?! - если Северус за последние месяцы удивлялся не раз, то всё равно не мог предвидеть, что кто-нибудь так открыто заговорит о борьбе с долькоедом. - Я серьёзно спросил, Северус, - прищурил взгляд Берни, - есть клятвы, запрещающие тебе выйти против него в каком-либо деле? Снейп задумался. - Разве что, косвенно. У меня есть клятва оказывать содействие Ордену Феникса. Едва ли бой с директором окажется в списке допустимых действий, - кривая улыбка исказила лицо профессора. - Что ещё? – терпеливо уточнил шотландец. - Обет защитить сына Лили Эванс любой ценой. Если у меня будет такая возможность. Обет…нет, это слишком личное… Обет не распространяться с Поттером об истинной сути вещей. Обет… послушайте, Берни, я их все до утра не вспомню. - Хорошо, - старик напряжённо потёр виски. Посох лежал у него на коленях, серая холщовая мантия собственного кроя была заляпана дорожной грязью, будто он пришёл из Шотландии пешком. - Что - хорошо? Я не собираюсь воевать с директором. Да, он старый маразматик, и его делишками я сыт по горло, но я не собираюсь с ним воевать. Уйти из Школы, да, вполне возможно, хотел бы. Из школы под его руководством. Но поставьте директором ту же Минерву, и я останусь без раздумий, не смотря на наше противостояние. - А если тебя сделать директором? - Нет, бюрократия не для меня, - быстро сказал Снейп, - вы хотели подкупить меня этим? Убрать Дамблдора ради вашей игры, а взамен я получил бы кресло под портретами? Благодарю Вас, Берни. - Почему - убрать? – недоуменно переспросил друид. - Вы мне в тот раз не сказали, для кого предназначен яд. Сказали, что сообщите позже. Хм, теперь я не знаю, зачем нужно было отдавать его мне, если Вы так мило беседуете с Альбусом и можете подлить его сами? – наигранным задушевным тоном уточнил профессор, изобразив на лице подобие улыбки. - Яд не для него, а для вашего врага. Для общего врага. Или тебе никогда не исполнить свой главный обет, Северус. - То есть? - Я может и необразованный неуч, уж простите, профэссор, - подмигнул Берни совсем как Дамблдор, - но о крестражах знаю и я. Когда-нибудь тебе пригодится этот яд, иначе придется убить мальчишку Поттера. Снейп откинулся на спинку кресла, сжимая пальцами подлокотники. Взгляд его блуждал по столу, обдумывая услышанное. - Что Вам известно о Поттере? - спросил он, отложив личные темы на потом. - О Поттере, - живо откликнулся старец, - о, Северус, довольно многое. Он, вопреки ожиданиям не пойдёт в аврорат, а просто поселится в Годриковой впадине, защищая тамошний правопорядок. Всем желающим будет давать уроки магического боя, но жить будет довольно замкнуто и тихо, в кругу семьи. Он выживет, Северус. И будет часто посещать… твою могилу. - Занятно, - вздрогнул Снейп, глядя на собеседника в упор. - …только мне не ясно, зачем это требуется Дамблдору такой ценой. Ты ведь понимаешь меня? У парнишки уже сейчас нервы ни к чёрту, у него не было детства, а наш благородный Альбус хочет окончательно его искалечить. Ты же не стал бы доверяться воскрешательному камню, не стал бы отправлять за Грань мальчишку, едва закончившего школу? Никто никогда не узнает, что он увидел там. А я хочу, чтобы не увидел. - Не Вы один. Почему-то Нина появилась в моей жизни с этим же побуждением, - Снейп задумался, уперев голову в сложенные ладони. – Вы не поясните мне, Берни? Ведь это ваших рук дело. Я всё знаю, ваша внучка нашла способ обойти ваши клятвы рода. Друид снова склонил голову, и зельевар язвительно добавил: - Она просто рассказала мне всё, что клятвенно не могла сообщить Нина! И что за клятвы, которые даются в присутствии, уж простите меня, сквиба-алкоголички? Не находите странным стечение обстоятельств? Старик лукаво прищурился. - Хм, не зря я верил в неё. Она сильная девочка, просто слишком зависима от пут магловского мира… - Полагаю, вполне естественно, будучи не-магом, зависеть от благ цивилизации, - грубо перебил Снейп. – И чего нам ждать теперь? - Ждать, Северус? У тебя есть время ждать? Северус спрятал взгляд под ладонью. Общение с Дамблдором на фоне Берни казалось ему простым, как учебник по магловеденью. - Допустим, - устало выдохнул он. – Берни, я лишь хочу понять, что Вы видите результатом. И не надо, знаете ли, пафоса о «всеобщем благе», с годами это как-то приелось. Ироническое замечание друид пропустил мимо ушей, он, глядя в пол, перекатывал посох на коленях. - Северус, а зачем нам «всеобщее благо»? Благо, для которого Альбус принесёт в жертву не одну жизнь, и себя в том числе. Как думаешь, его жертвы хотели быть жертвами? Снейп молчал. С годами, когда кровь на полях сражений давно поросла травой, метка выцвела, а пыль событий поулеглась, осев тяжелым грузом на плечи всякому, кто в запале и панике давал обеты, молил о пощаде, взамен обещая что угодно, - как и он сам, - то теперь он каждый день чувствовал горький привкус не только вины, но и ошибок, глупых ошибок, сделавших его марионеткой. Северус был хорошим логиком, но плохим шахматистом. Не сложись всё так, он бы, может, сделал блестящую карьеру в зельеварении, - ещё в лаборатории Тёмного лорда Снейп запомнился всем, как непревзойдённый мастер. Но талант требовал отречения от своих житейских проблем, и они перевесили. В результате молодой, подающий надежды юноша валялся в ногах у Дамблдора за одно лишь обещание старика. Обещание, которое тот не собирался выполнять и знал это сразу. Северус молчал, потому что ему нечего было сказать. Он и сам был в определённой степени жертвой, ему лишь повезло чуть больше, и он остался в живых. Повезло ли? Неприязнь общества можно стерпеть, одиночество он выбрал сам, зарытый в землю талант… Талант – это случайная комбинация генов и ответственности*, как давно знал Северус, но его ответственность состоит лишь в том, чтобы успевать следить за недо-героем Поттером, да ещё и молчать о воспитательных мерах директора. Но сложно назвать везением жизнь с непроходящим чувством вины в гибели не просто человека, а своей любимой девушки. Встряхнувшись, словно вынырнул из омута памяти, Снейп вопросительно посмотрел на Берни. - Ты же чего-то хочешь, сам? – довольно весело спросил тот. - Мы все чего-то хотим, Берни. Какую цену мне предложите Вы? – оттенок сарказма не скрывал серьёзности вопроса. - Думаю, в любом случае мои условия лучше, чем у Альбуса, - заговорщически шепнул друид, пододвигаясь к столу. - Вы не говорите мне, что видите результатом, - скептически посмотрел на него Снейп, - и что должен буду сделать лично я. - О, какая разница, Северус. Зельевар приподнял левую бровь. - Не правда ли, интригующий ответ, - фыркнул он, невербальным «акцио» призывая из шкафа черную керамическую чашку. – Хотите чего-нибудь? – Снейп не слишком вежливо спросил старца, наливая себе холодной воды с помощью «агуаменти». - У меня всё при себе, - ухмыльнулся друид и извлёк из бездонного кармана фляжку в брезентовом чехле. - Магловская. Армейская, - прокомментировал Снейп. Он видел подобные не раз ещё в детстве, - удивляете, Берни. - Ну, что уж тут, удобство важнее. - Дайте сюда. - Зачем? Ты, вроде как, хотел водицы? - Дайте сюда немедленно! – рявкнул Снейп, но Берни сунул фляжку в карман. – Как хотите, - ответил профессор, парализовав его заклинанием, и забрал посудину. Минутой позже ему пришлось извиниться. - Простите, Берни, лёгкая паранойя на тему оборотного зелья. Полагаю, у вас там превосходный скотч, но мне сейчас не до крепких напитков. Чего вы хотите и каким образом? Заметьте, я не спрашиваю, как вы вообще провернули появление девушек в Хогвартсе, хотя это не укладывается в моей голове. Берни испытующе смотрел на него. - Мистер МакФорест! – не выдержал Снейп. - Никогда! Никогда не называйте меня «мистер»! – неожиданно взревел тот, поднимаясь над столом. - Как вам будет угодно, - сдержав насмешку, фыркнул зельедел. - Чего я хочу, - вкрадчиво начал Берни, - если не хочу всеобщего блага? О, Северус, я хочу немного блага для себя лично. Поставить на место нашего дорогого сладкоежку, отправить его к Гриндевальду, ну и по мелочи, возможно, ввести в Хогвартсе дисциплину друидских наук, которую я буду преподавать. А то скучно на старости лет в лесу… Ах да, ещё Шляпу в музей отправить, желательно магловский, так будет веселее. - Альбуса в Нурмегард? – только и ответил Снейп. - О, ему там самое место. Его любимый Геллерт не только не сошёл с ума за эти годы, как положено узнику, но и содержится в прекрасных условиях. Даже внешне не изменился. А раз в две недели его навещает…угадай, кто? - Альбус? Раз в две недели?! Министерские отчеты… - охнул Северус, вспомнив о частых отсутствиях директора и постоянных заказах на порт-ключи. Заказы отправлялись в мастерскую на бланках школы, но Снейп знал, что их мог заказывать только Дамблдор. – О, Мерлин! Но… к чему здесь Геллерт? - Да ни к чему, - махнул рукой Берни. – Но ты ведь хотел бы Альбуса туда отправить? Вместо ответа Снейп насторожился. - Берни, а у вас не слишком странное личное благо, для старца, добровольно лишившегося места в магическом мире, своей семьи, своей… магии, вероятно, неплохой, раз Шляпа предрекла вам Слизерин? Старик лишь хитро улыбнулся. Ну чем не слизеринец?! - Нет, Берни. Я не собираюсь бороться с Альбусом, - твёрдо сказал зельевар. – Было время, когда одним его словом решалась моя судьба. И если бы не он, я бы сейчас кормил дементоров в Азкабане. Я могу его ненавидеть и не соглашаться с его бреднями, но я не могу не признавать, что многим ему обязан. - Северус, за тебя мог поручиться Люциус Малфой. - Вы что-то совсем стали напоминать мне слизеринца, - намекнул Снейп, чувствуя, как в собеседнике подсознательно зашевелилась ярость. - Если бы не Люциус, я бы вообще не наломал этих дров, но это совсем другая история. - Ну уж, - снисходительно улыбнулся Берни, - неужели ты бы сражался плечом к плечу с Джейми Поттером? Теперь огонёк ярости полыхнул и в чёрных глазах зельевара. - И ещё, Северус, тебе не надоело всем быть обязанным? Посмотри со стороны, к чему привели эти раздутые из ничего обязательства... - Довольно! С вашей идеей я согласен в одном: Альбуса надо бы держать подальше от Поттера. И от всей школы тоже, но его репутация всё-таки гарантирует безопасность учеников, - деловым тоном сказал Снейп. – Всех, кроме Поттера. Но, допустим, у нас получится выдворить директора из его кресла. Что тогда? - А чего ты хочешь, Северус? «Оказаться подальше от старых абсолютно одинаковых идиотов, жаждущих вечного блага, не для всех, так себе лично, и всенепременно желающих утереть друг другу вездесущие носы». Но опытный окклюмент промолчал. - Какая тебя устроит цена за… участие в моём бесхитростном деле? – не унимался друид. - Что? Бесхитростном? Для чего вы сюда свою внучку определили, слетав лет на двадцать вперёд? Или вернувшись оттуда?! Для чего здесь Нина? - А ты хотел бы вернуть всё на свои места? – оборвал его шотландеец, перекладывая посох в руку так, что Снейп на секунду испугался: вдруг один удар посохом, и всё… вернётся на свои места. Как в детских сказках. Магловских, которые читала ему мать вперемешку с историями барда Бидля из древней обветшавшей рукописи. - Не хотел бы, - выдавил он из себя. - Стало быть, мы договорились? – морщинистое лицо седого старца просияло радостью. «Дурак ты, Снейп, - буркнул про себя зельевар, - совсем как раньше. Ты сейчас мог что угодно потребовать, а в итоге всё равно будешь делать, что скажут, чтобы не потерять свои миражи». - Берни, я искренне надеюсь, что вы мне лжёте. Что вы недоговариваете. Что заточение Дамблдора в Нурмегард не есть ваша идея, стоившая таких трудов, тем более, если Дамблдор и сам бы рад «переехать» к своему Геллерту. Старик сиял, как лунная дорожка на Чёрном озере. - О, Северус, я только внучку хотел пристроить, я ж не знал, что ей там так хорошо. Я ж, дурак старый, подумал, что это всё рутина, возня какая-то ерундовая, вся эта магловская жизнь. Она вон, если б не работа, пить бы там не переставала, ну я и хотел… - Понятно, - тихо перебил Снейп, вставая. – Мне бы, пожалуй, тоже надо выпить. Потому что дурак здесь я. Он достал из шкафчика бутылку «Весёлого гиппогрифа», - всего лишь выдержанный эль, но крепче ничего брать не стоило, если надо сохранить разум трезвым. - Что-то не так, Северус? - Неужели вы думаете, что я вам поверю? – зло бросил тот, - Вы, любитель заумных трактатов и нравоучений то на староанглийском, то вообще на гэльском, вдруг начинаете изъясняться, как наш лесничий, когда речь заходит о судьбе вашей внучки. Зачем она здесь? Зачем вся это история с деревом Рода, как это связано с Волдемортом? – Снейп уже отхлебнул хмельной напиток приятного цвета тёмного дерева, и начал успокаиваться. - Всё к сожалению, гораздо проще, Северус. Прости, что не оценил твой потенциал настоящего воина и позволил себе задействовать тебя в моих детских интригах, - Берни слегка склонил голову и направился в сторону камина. - Ну уж нет, - Снейп моментально среагировал, и невербальное заклятие связало друида крепкими верёвками. Он отлевитировал гостя подземелий обратно в кресло, не слишком удачно усадив его, и нервно плеснул себе ещё пива. Друид подозрительно улыбался. - Наверное, мисс Норден повезло, - он будто не заметил своё пленение. – Хотя на её месте я видел свою внучку. А может, не с тобой, а с Блэком. Судьба непонятным образом распределила палочки, но ещё большим разочарованием стало для меня то, что Энди сквиб. Такую цену потребовала магия за мой уход из системы магического мира. Это моя вина, Северус. - Не думаю, что Энди сильно переживает, - ядовито усмехнулся Снейп. – Налить вам эля? - Только руки развяжи. - Я правильно понимаю, что разговор у нас всё же состоится? – Снейп улыбнулся краешками губ. - Чего уж теперь, - по-доброму ответил друид. - Берни, - спросил Снейп, когда освободил собеседника, - почему вы умерли? Вы же умрёте там, перед тем, как Энди приедет в Лондон. Маги не умирают от старости так рано, а войны уже не будет. - Гриндевальд. - Что? - Обычная месть, Северус. Дамблдора уже не будет, и Геллерт, обезумевший от одиночества, просто придёт и убьёт меня. Нурмегард – его мэнор, Северус. Не надо наивности, что это страшная крепость с самыми суровыми условиями обитания для пленных. Нурмегард – отлично зачарованный мэнор, там есть сад, домовые эльфы, всё, что угодно. Фонтаны, конюшни. Геллерт согласился жить там и не высовываться без мантии-невидимки или оборотки только ради встреч с Альбусом. Мантию Альбус недавно забрал, палочка и так принадлежала ему, воскрешательный камень… не уверен, что знаю, где он сейчас. Это и не важно. - Почему? – тупо переспросил ошарашенный вестями зельевар. - Мы уже говорили об этом. Снейп кивнул. - А… зачем вы нужны Гриндевальду? - Я один знаю их тайну и знаю, как отличить Геллерта в любом образе, он испугается, что я выдам его. Хотя, он давно никому не интересен. - И… как же? – почти бессознательно повторил Снейп. - О, это секрет. - Хорошо, а… Дерево Рода и всё остальное? - Я сказал, что хотел пристроить внучку, - сквозь зубы прошипел друид. Северус предпочёл не спорить, его чёрные глаза и так были чуть не квадратными после обретения новых сведений. - Берни, только один вопрос. Что сделать, чтобы Нина осталась со мной? - Северус, ты читал свитки в моём хранилище. - В них не было ничего подходящего. "Плохо читал", - выражало лицо друида, не желавшего отвечать. - Северус, а что ты чувствуешь к Лили? Ведь ты по-прежнему связан обетом заботы о её сыне. Застигнутый врасплох вопросом, зельевар помедлил. - Я не знаю, что я чувствую. Благодарность за... годы своей юности, за поддержку, которая не дала мне сломаться. - А что было раньше? - Я любил её. Надеялся, что она полюбит меня так, как люблю её я. Она... да, я обидел её, но ведь она... предала меня, ещё в школьные годы. Впрочем, если разобраться, я не предавал её, а хотел спасти. Она пострадала из-за игры Дамблдора, - не через меня, так через кого-то другого лорду бы донесли пророчество. Долькоед продумал всё так, чтобы я был связан с Лили только чувством вины, иначе я ненавидел бы сына Поттера. Лили выбросила меня из своей жизни, перестала общаться из-за одной случайно брошенной в гневе фразы, брошенной, когда Лили как все не поддерживала меня, а смеялась. Она уже всё решила и ждала удобного случая, повода, чтобы исчезнуть. Видимо, это было общение из жалости, или как там говорят у них на Гриффиндоре, "из желания помочь для общего блага". Но я бы не сломался без неё, даже один в целой школе. Если бы не её дружба на факультете, меня бы и мародёры не трогали. Она делилась с ними тем, что я доверял только ей, она давала Джеймсу учебники моей матери, и это обернулось против меня. А в детстве ей просто нужен был тот, кто разбирается в магическом мире, и раз им оказался сосед-оборванец, значит, можно потерпеть и его. Она выбросила меня, и больше не вспоминала, вот что было раньше, Берни, - сухим безжизненным тоном закончил Снейп. - Я рад, что ты осознал это, Северус. А если бы она появилась сейчас перед тобой? Если бы она оказалась жива? Ведь есть зелья, неизвестные и тебе, Северус. Может, в ту страшную ночь в Годриковой впадине, когда ты видел её неостывшее тело, она была жива? - гипнотическим тоном говорил друид, и едва заметный огонёк печали на долю секунды блеснул в глазах зельевара. - Я... я бы извинился за всё, что случилось той ночью. Что не мог защитить её, и по многим причинам не имел права, - совершенно пустым голосом ответил профессор. - Вы знаете, Берни, недавно я понял, что появись в моей жизни Лили тем же чудесным образом, как Нина, - у нас бы ничего не сложилось. Она... не любила меня. Но причём она здесь? - Абсолютно ни причём, - тихо улыбнулся друид. - Но… почему Нина… в смысле, как так всё получилось, - профессор старался собраться с мыслями, но их перебивали мысли о «чудесном дворце Нурмегарде» и визитах туда директора школы. - Уж как у тебя с Ниной всё получилось, тебе виднее, - беззлобно подмигнул старец с коварной улыбкой. - Но… Берни… пять лет… - Это законы магии, Северус. Не мне их нарушать, - он снова поднялся в сторону камина и выжидающе поглядел на Снейпа. - Что? – рассеянно спросил тот. - Не знаю. Верёвки, петрификус, может быть, экспеллиармус, или что-то покрепче? – друид улыбался, но ждал подвоха от профессорской задумчивости. Северус приподнял руки без палочки, и Берни ушёл.