Немножко интернациональной магии

Вполне закономерно, что он ждал, каждый грёбаный день, который оставалось провести в академии, он ждал, когда, наконец, на пороге объявится Артур Кёркленд с обоснованными претензиями. И после академии Россия тоже ждал, как будто воровать ему было впервые, что вот-вот нагрянет «возмездие». Вообще-то, это действительно было очень странно, что Англия так и не дал о себе знать. Встретив его в коридоре возле спален во время погони за Джонсом, Арти уж наверняка мог предположить, что это именно Иван, проходя мимо, заглянул на огонёк и так неучтиво обчистил хозяина. Да даже если бы эта случайная встреча не состоялась, доподлинно ведь известно, кто у Британии всегда крайним оказывается. А тут ни слуху, ни духу, ни звонка, ни телеграммы. Даже на занятиях не посверлил взглядом. Быть может, всё дело в том, что единственный ответ, который ждёт неряшливого волшебника, это «О чём ты? Я не брал никакую книгу, в глаза её не видел». И милая улыбочка в сопровождении тёмно-фиолетовой обволакивающей ауры. Россия входил в то небольшое число счастливчиков, у которых не было необходимости в умении уходить от неудобных вопросов. Нервничать было ни к чему. Ведь не может же статься так, что вся эта ситуация – подвох? Нужно было пользоваться моментом и случайным подарком судьбы. К чему заморачиваться? Уже завтра день-икс, меньше двадцати четырёх часов до момента, когда, возможно, что-то особенное случится в жизни Ивана. Чем бы всё ни обернулось, он будет рад. Просто маленькая история, маленькое приключение в его и ещё чьей-то жизни, над которым они вместе, возможно, потом посмеются, вспоминая. Так он думал. Загадывать наперёд и фантазировать, а чем бы всё это могло обернуться, не хотелось, ведь плыть по течению порой бывает так весело, приятно и интересно. Но отдаваясь на волю случая, легко упустить из виду что-то важное. И Ваня не знал да и знать не мог, что уже завтра, вспоминая себя сегодняшнего, не раз воскликнет: «Ну что за идиот!» На ходу размышляя о том, во сколько завтра вставать, почему барахлит его лада, чего делать с горящими опилками под Красноярском и ещё о множестве несовместимых вещей, Россия метался от котла с уже почти завершённым варевом к ноутбуку, на экране которого красовался его блог, от него - к холодильнику, а оттуда - к письменному столу, где, как водится, лежали до последнего не подготовленные документы к собранию. У России всегда так было, но чаще всего даже не в лучшие времена он с юношеским задором брался за всё сразу и, как ни странно, успевал. *** Старые массивные часы с кукушкой показывали 9 утра, когда Брагинского, разлепившего глаза под механическое «ку-ку» накрыло страшное осознание того, что он проспал и конкретно влип. Так как, несмотря на то, что площадкой для крупного саммита по счастливой случайности в этот раз была Москва, ему предстояло собраться и добраться в центр. Всё должно было начаться в 11. На часах было 9.30, когда Иван весь такой красивый и в пальто схватил свой дипломат и вылетел за дверь. 9.40, когда он понял, что лада сдохла. 9.45, когда с оголтелым видом накинулся на старого знакомого из дачного домика неподалёку, объясняя, что, где, когда и почему. Тот ни шиша не понял, кроме того, что в Москву он сегодня поедет раньше, чем планировал, и на высоких скоростях. 10.10, когда после безумной тряски Брагинский выпрыгнул из драндулета, намертво осевшего в пробке, и галопом помчался дворами в сторону ближайшего метро. 10.15, когда в очередной подворотне он внезапно смачно отхватил чем-то тяжёлым по башке да так, что пришлось поздороваться с асфальтом. Мельком заметив кровь, выступающую на поверхность ободранной кожи ладоней, он резко развернулся и в шоке уставился на двух явно синих пацанов, которые по виду сейчас должны были бы исправлять оценки в школе. Один из них уже успел раскрыть выпавший из рук страны дипломат. Сложно описать словами, насколько ошеломила Россию такая подлая, подкравшаяся сзади «измена Родине». Он даже не потрудился подняться на ноги и, кажется, совсем позабыл, куда спешил, наблюдая, как с разочарованным возгласом напавший отбрасывает свой «трофей» - видно было, парень надеялся увидеть там совсем другие бумажки, - и оставляет в своей руке заготовленную Иваном заранее полулитровую бутылку с водой. - Ну, хоть что-то с тебя взять можно! - очень громко и пафосно провозгласил разбойник-неудачник, отвинчивая крышку и присасываясь к горлышку. - Дай мне, - пихнул его товарищ, - во рту как в пустыне. Брагинский, натурально охреневая от такого поворота событий, наблюдал за тем, как осушают его тару с разбавленным приворотным зельем.