Свет тьмы

Как-то я отвыкла от этого. Но… а, черт побери, почему бы и нет! В конце концов, я сразу в старшем классе, это Кевину и Соланж два года мучиться. Сол, вообще-то, можно и три, но, думаю, жестоко оставлять ее одну, хотя это и третий ее предвыпускной класс. Ступая по широким коридорам средней школы города Форкс штата Вашингтон, я поняла, что соскучилась. И дело даже не в этих самых коридорах или аудиториях, которые я посещала всего три месяца, и не в учениках, которые за семьдесят лет конечно неоднократно сменились. Я соскучилась по самой идее, учеба в школе, потом колледж или университет, а потом перед тобой теоретически открыты все пути. Я лишилась этого за те три месяца. Но… настало время, и я перестала об этом жалеть. При всей своей неспокойной жизни (мягко сказано, говорит мой муж), я смогла не меньше десяти раз закончить школу, получить семь профессорских степеней. Интересы мои были разносторонними: экономика, юриспруденция, искусствоведение, архитектура, история религии, философия и даже ветеринария. То-то бы Эммет поржал. Эммет… я не видела их все те же семьдесят лет. И только наши постоянно увеличивающиеся счета напоминали о главной забаве этой семьи – игре на валютной и фондовой биржах. А ведь познакомилась с ними все тут же, в этой самой школе, в этой самой столо… Их было семеро, они сидели за столиком в таком знакомом мне углу, перед подносами, полными еды, но не ели и не разговаривали. Они смотрели в разные стороны, но будто не видели окружавших их школьников, как и те неосознанно старались обходить их стороной. Они все казались членами одной семьи, будучи настолько разными внешне, потому что объединявшая их бледность и синяки под глазами сразу позволяли догадаться – они – особая каста, не такие, как все. Я застыла дура-дурой посередине столовой, пока они не заметили – даже не меня – а моих приемных детей, по легенде моих младших брата и сестру, которые жили со мной и нашим родственником Полом. Они насторожились и вот уже все головы подняты, семь пар глаз буравят чужаков и медленно обалдевают, взгляды расфокусируются прямо на моих глазах, потому что даже быстрым вампирским умам требуются долгие секунды, чтобы осознать мой очередной выкрутас. Вампирским? Да я слышу как минимум одно сердце за тем столом. Неужели эта юная красавица с жемчужной кожей, бронзовыми кудрями до поясницы и невероятно знакомыми глазами, неужели это… Я бы и за двести лет не забыла ритм этого сердца. Кевин и Сол тем временем напряглись по бокам от меня, но помнят, где они находятся. Они уже видят вегетарианские глаза, но все еще не уверены, хотя сотни тысяч раз слышали от меня о моей дорогой семье, которую я все эти годы оберегала. Я, между тем, круто развернулась и пошла к выходу, все еще не уверенная в том, что наша беседка стоит на месте. Выйдя в коридор, я заметила, что он пуст, быстро обхватила детей обеими руками и запульсировала. Эта беседка нравилась нам тем, что она не только располагалась рядом с лесом, на нее выходила только глухая стена спортзала и бассейна, и если кто-то и хотел пройти мимо нее, мы всегда чувствовали это заранее. И она как штык стояла на месте. Я остановилась и отпустила детей. - Мам… то есть Вик, это они? – голос дочери дрожал. – Это правда они? - Неужели мы увидим легендарных Калленов? – голос Кевина ощутимо подрагивал. Я кивнула, с гордостью глядя на своих детей. Золотоглазые красавцы, прекрасно воспитанные, одаренные. У меня все получилось. Мне было чем гордиться и не стыдно предстать перед моей первой семьей с таким пополнением. Они не замедлили появиться. Первым был, конечно, Эдвард. Он подскочил и схватил меня крепко-крепко, я повисла в его руках. Я и забыла, какой он высоченный. После чего меня начали выдирать еще более сильные руки. Эммет, брат, я ведь только его вспоминала! Следующей была Элис, но к ней пришлось наклоняться мне самой. После меня молча обхватила Розали. Джаспер не давил меня так, будто хотел прикончить, просто покружил, насколько позволяло место, потом поставил на землю и поцеловал руку. Настоящий южный джентльмен. А потом мой нос окунулся в невероятной сочетание ванили, свежайшей сдобы и французских духов, которые продают по тысяче евро за унцию. Ренесми, моя дорогая Несси сжимала меня и всхлипывала, и только эти звуки нарушали тишину. А потом я подняла глаза и встретилась взглядом с той, по кому я скучала больше всего, если это было возможно. Элис всегда была моей лучшей подругой, но только Белла была дорога как сестра, с которой мы будто на самом деле появились из одной утробы и всю жизнь росли вместе. Мы не кинулись навстречу, сшибаясь телами, не начали сжимать друг друга в костедробильных объятиях, мы просто шагнули и соприкоснулись лбами, совсем как мы с Полом через стекло соприкасались руками в период привыкания. И снова полная тишина. Почти. - Ну вот, теперь видно, кто был для тебя лучшей подругой! А то Элис, ты лучшая, ты такая самая! А сама налево! Звонкое сопрано разносится, наконец, по школьному двору, раскалывая неистовую тишину. Я расхохоталась, Белла вторила мне. Доли секунды – и хохочут все вампиры и полу-вампир. Я скосила глаза и увидела, что мои дети тоже хихикают, жадно разглядывая Калленов. - Дорогая, ты лучшая Элис среди Калленов, а это лучшая Белла. - Ты всегда умела отмазываться! – обреченно проговорила Элис. - Вик, не поверишь, но сегодня мы впервые т а к смеялись за все время с того момента, как вы ушли! - Прости, Эм, так вышло! У нас тоже поводов было маловато. - Знаю, сестра! Знаю… Тут я опомнилась. - Семья, представляю вам новых членов, - я притянула к себе детей, - это наши с Полом приемные дети: мисс Соланж Эльвада и Кевин К. Эльвада. - А «К» - это что? – спросил Эммет. - Кальмар! – проворчал Кевин. Мы с ним прыснули. У вампиров память отменная, через мгновенье снова ржали все, даже Несси. Я вспомнила, что сама неоднократно рассказывала ей эту историю. - Толькооо… не… говори… что…ты… назвала… его, - захлебывался Эммет, с трудом выталкивая слова, - в честь… Он упал на землю и забился в конвульсиях. Хорошо, что он вампир, а то бы помер от разрыва сердца. - Эммет, встань с пола, я тебя умоляю! – попросила я. – Ты сейчас лопнешь! Кевин, кончай прикалывать родственников. «К» - это всего лишь Кристофер. - Мам, ну чего ты, весь кайф обломала! – смеясь, попенял мне сын. - Вика, так странно слышать, как тебе говорят «мам»! – восхитилась Белла. - Не страннее, чем тебе, юная моя! – ответила я. Тут терпкий мускусный запах достиг моего носа, слегка опалил горло, как благородный «Бурбон». Все не успели опомниться, как горячие сильные руки развернули меня, как пушинку, прижали к такой же горячей груди. Я знала, что это не муж, но ощущения были весьма схожими. - Сестренка! – прохрипел знакомый голос. Я сцепила руки на его спине. - Джейк, брат! Господи, ты… Он напрягся. Как и все Каллены. Да они же не знают! - Не трясись, Джейк, я уже семь десятков, как не новорожденная. У меня даже дети уже не новорожденные! - Дети? – он снова застыл, отставив меня на вытянутых руках. – Ну, так представь племянникам дядю Джейка. - Ребята, это Джейкоб, мой брат, оборотень. Джейк, это Соланж и Кевин. Он тоже бурно отреагировал на имя моего сына. С уважением оглядел его мощную фигуру. - Если бы ты не пах, как чистый вампир, натурально принял бы тебя за сына старины Пола. Кевин старался виду не показывать, но его очень порадовала похвала Джейка – парень обожал отца. - А дочь – вылитая ты, сестренка! Может, ты правда ее родила? - Почти, - сказала я, обняв Сол за плечи. Дочурка обхватила меня за талию. Калены умилялись на нашу идиллию. А мне захотелось выкинуть чего-то такого. Чтобы как раньше… Подставился Джейк. - А где, собственно, ваш папаша? Где отирается? - А ты не знаешь? – обернулась я к нему, широко раскрыв глаза. – Мы развелись лет тридцать назад, и он уехал со стриптизершей из Лас-Вегаса! История, выдуманная на ходу, повергла всех в шок, а Сол и Кевин закатили глаза. Даааа, с такой мамашей! Как они выжили? Увидев, что офигевание достигает критической точки, я сдалась. - Да брешу я, брешу! Задержался с багажом в Рейкьявике, мы последние три года жили там. - Мы думали, вы сразу приедете, - успокоился, наконец, Эммет, - ну, как только Вольтури – того. - Вы нас ждали? – я была в этом не уверена, однако надежда не умирала. - Я ее сейчас прикончу! - доверительно сказал Джейкоб Белле. Только сейчас я заметила, что он нежно обнимает Несси, а она периодически утыкается лбом в его плечо. - Ну, ладно, ладно, была не права, признаю, прошу прощения! Знала бы, давно Вольтури скинула и вернулась! - Скинула Вольтури? Погоди, - Эдвард недоуменно тряс головой, - мы думали, это члены клана подняли мятеж. - Ага, после того, как мы нейтрализовали Челси и Джейн с Алеком. Деметрий сгинул в Маданге, он нас чуть не достал, после этого я сказала – или они, или я! Ну вот и… получилось то, что видите. - Давно бы так! – Эммет аж трясся. – Я только одного не понимаю, почему нас не позвала, вот была бы потеха! - Пойми, Эм, я не хотела их уничтожать. Я вела партизанскую войну, как в прошлый раз… Я осеклась. Не хотела же им напоминать тот единственный раз, когда они не поверили мне! Ну кто тянул за язык! Элис сразу поникла. Я шагнула к ней и ободряюще пожала руку. - Семьдесят лет прошло, а все будто вчера, - прошептала она. – Вечность не прощу себе! - Тогда придется тебя прибить, чтоб не мучилась! Джаспер прижал ее к себе покрепче. - А как вы нейтрализовали Челси и остальных? – Эдвард всегда Эдвард. Я, конечно, не собиралась присваивать себе все лавры, но о Бельских, думаю, расскажу в другом месте. - Неужели ты думаешь, что у такой талантливой матери простые дети, - с гордостью сказала я, - при помощи их талантов, конечно! Все с любопытством посмотрели на них. Соланж смущенно спряталась за мою спину, Кевин застенчиво заковырял ножкой землю. Видеть молодого гиганта почти залившимся девичьим румянцем было, мягко говоря, необычно. - Сынок мой умеет забирать дар. Пользоваться забранным, правда, не может, но запереть в себе накрепко – пожалуйста. Он обессилил этих маньяков и садистов, а, да, еще Ренату с ее щитом для Аро. Видели бы вы Джейн, - хохотала я, - она надувалась так, будто хотела снести яйцо не меньше страусиного, но в конвульсиях никто не падал, после чего упала сама. Рената впала в ступор, реально, думала, она рассыплется песком, но потом ничего, отошла. А Алек… не знаю, я лично увидела облегчение на его лице. Будто он обрадовался, что теперь не будет нужен триаде, и они отпустят его. А Соланж… - я гордо смотрела на дочь, а потом перевела взгляд на Беллу, - помнишь, Беллз, наш самый первый человеческий разговор о вампирах? Ты мне про таланты, а я – они что, мечут глазами молнии? А ты – наверное, и такие есть! Теперь я точно знаю – есть. Это моя дочь. Она в качестве наглядной демонстрации спалила Феликса, этого садиста! Но после того, что сделал Деметрий… Я зарычала. Никогда этого не забуду! Сол и Кевин помрачнели. - Что случилось? – тихо спросил Джейк. А я не могла говорить, горло сжал спазм. - Деметрий почти порвал папу! – прошептала Сол из-за моего плеча. – Именно после этого мой дар проявился. Я вспомнила и… - Дети любят Пола, просто обожают! Гораздо больше, чем меня! - Не глупи, мам, - пробормотал Кевин. – Просто с тобой прикольно хулиганить, а папа на тебя положительно влияет. С ним спокойно. - С Полом спокойно? – поразился Джейк. – Да мы с ним каждый день дрались. Да ему палец покажи, а он уже в бутылку лезет! - Вы говорите о папе Поле? О Поле Эльвада? – Кевин недоверчиво смотрел на оборотня. - Ну, да! Он у нас один такой! - Неее, папа не такой, - парень недоверчиво качал головой, - он образец спокойствия и хладнокровия для нас. - Именно так и должен говорить любящий и уважающий сын! – пророкотал любимый голос. Господи, и как я его не заметила! Я резко развернулась и упала в горячие объятия. Мягкие губы тут же нашли мои, я чуть не задохнулась от его дурманящего аромата, потом вспомнила, что дышать вампиру не обязательно и с новой силой задвигала губами и языком. Я вжималась в его широкую грудь, а его сильные руки как стальные оковы стиснули мои плечи. Я осторожно прихватила зубами его нижнюю губу, в ушах звучал стук его сердца. И только когда я услышала несколько легких смешков вокруг, слегка опомнилась и, с трудом оторвав от него свои губы, спрятала лицо в воротник его куртки. - Джейк, брат! – воскликнул Пол. – Несси, какая ты взрослая и красивая! Пока вампиры здоровались с Полом, я не отпускала его, в полной мере наслаждаясь ароматом. Я же три долгие ночи, не считая перелетов, провела одна! - Мам, ты подаешь плохой пример детям! – пробормотал Кевин. - Сын, твоя мама настолько идеальна, что один недостаток может себе позволить! – голос Пола притворно строг. Потом он прыснул, Кевин тоже смеялся. Я, наконец, заставила себя от него отлепиться. Оглядев всех, я попыталась представить, что не было этих семидесяти лет, что я еще человек и в первый раз заканчиваю школу, что вампиризм сниться мне только в страшных снах, а Пол не стал еще смыслом моей жизни. Нет, не могу этого представить. И дело не только в стоящих рядом доказательствах – Несси, Сол, Кевин. Я теперь никогда не смогу представить себя отдельно от мужа. Никогда. Вечность вместе. - Поразительно, они тоже как мы – будто вчера признались друг другу в любви! – проворковала Элис. - Ребят, а вы чего здесь стоите? – спросил Пол. - У нас перемена! – пробасил Эммет. - Вообще-то уже четыре часа, занятия давно кончились! Мы недоуменно огляделись. Вот это да! Так забыться! Просто подходи и бери тепленькими! Вообще-то, кому брать-то? Это нас разгром Вольтури расслабил. Посмеиваясь, мы шли к стоянке. Так и есть, только наши машины и раритетный «Хаммер» Пола. Его матовое покрытие «фантом» загадочно лоснилось, а начищенные стальные диски-звезды вызывающе блестели. Мы погрузились в машины и поехали к Калленам. Нет, я никак не могла привыкнуть к этому. Увидеть школу Форкса, совсем не изменившуюся за эти десятилетия – это одно. И вот теперь дом Калленов. Будто и правда не было этих лет… Только деревья выше, чем я помню. Над крышей реет флажок. Наверняка теперь он вообще никогда не опускается, ведь здесь живет Джейк. - Мы ждали тебя в любой момент, - пояснила Белла, заметив мой взгляд, - хотели быть готовыми. Теперь я была уверена, что нас и правда ждали. Навстречу нам по широкой лестнице спускались Карлайл и Эсми. Так и хотелось воскликнуть «А вы совсем не изменились!». Ладно, не настолько я тупая! Карлайл сжал мои плечи, держа на вытянутых руках, долго разглядывал. Потом прижал к груди. - Здравствуй, дочь! Добро пожаловать домой. Вот так. Домой. В этом весь Карлайл – он всегда найдет самые нужные слова, именно те, которые хочется слышать в данный момент. А я еще переживала, как они меня встретят! Вот глупая. Рассказов хватило надолго. Наши путешествия, встреча с Бельскими, спасение Ирины… Я утаила только свою страшную сожительницу, ничего не рассказав о Тьме. О чем семья не знает, о том не беспокоится. А уж исключить любую возможность ее появления – моя забота. И не обязательно звонить об этом на весь свет. - У нас есть для тебя сюрприз! – сказал мне Эдвард. Неужели он за семьдесят лет забыл, как я «люблю» сюрпризы! - Не хмурься! Этот тебе понравится. Пошли. Мы с ним вышли из дома и направились вдоль берега вверх по течению реки. Пол с Джейком ушли в резервацию, Кевин и Эммет где-то мерялись силами, Карлайл показывал Соланж свою библиотеку. Дети очень органично вошли в семью. Эсми хлопотала между нами всеми, и ее совсем не тяготило увеличившееся количество домочадцев. Хотя, с жильем надо что-то придумать, сейчас мы кантовались в гостинице, а заставить себя посмотреть, что стало с моим домом, приобретенным у Мардж, я не могла, как ни старалась. Я боялась обнаружить, что он совсем не такой, каким я помнила его. Эти воспоминания не раз спасали мой рассудок от помутнения, и я... Он совсем не изменился. Так же окружен лесом, только теперь более густым. Остался точно таким же, как снаружи, так и внутри, я увидела это, когда Эдвард буквально внес меня за двери из толстого мутного стекла. Холл, лестница. Только нет прозрачной стены перед ней. - Мы подумали, что не всегда же ты будешь так на него реагировать, поэтому в ней нет надобности… - Эдвард, но как… Я неверяще смотрела на него. Как это… - Я же пообещал тебе в письме позаботиться о доме. Вот и… Место тут укромное. Тебе нравится? – забеспокоился он. - Эдвард… Прости меня! - За что? – изумился он. - Я… я не доверяла вам. Я боялась, что вы забыли меня за эти годы. Но… Эдвард насмешливо смотрел на меня. - Помнишь, что я сказал тебе однажды? Даже если ты будешь теперь творить одни только пакости, я не перестану боготворить тебя! Ну разве можно забыть того, кого боготворишь? Глупая младшая сестренка! - Спасибо, старший брат! Теперь я действительно дома. *** Я уже разложила учебники, приготовившись к очередному уроку тригонометрии, когда телефон едва заметно дрогнул. Через секунду я уже читала сообщение от Элис. «Срочно лети к детям». Я тут же отпросилась у учителя. Лети – это значит, я должна тайно присутствовать на уроке Кевина и Сол, кажется, на литературе. Почти в то же мгновение я оказалась там. И весьма вовремя. Преподаватель еще не пришел. Я дала понять детям, что стою рядом. Вот открылась дверь, вошел мистер Говер, а за ним… Я еще пребывала в состоянии шока, когда мистер Говер заговорил: - Класс, представляю вам новеньких. Это Джейн и Алек Вальт. Откуда вы переехали, ребята? - Мы некоторое время жили в Италии со своими опекунами, а сейчас приехали сюда, в Форкс, к своему родственнику. Надеемся, что примут нас хорошо. Алек пристально смотрел на Кевина и Сол. И в его взгляде я увидела… что это? Мольба?! Джейн опустила глаза в пол. Все это я рассмотрела только через пару мгновений, когда все же немного оклемалась от шока. Джейн и Алек Вольтури, «дьявольские близнецы», здесь, в Форксе?! Да что за… Кевин оскалился и слегка пригнулся, Сол прищурила глаза. Они больше не были беззащитными. И тут Джейн подняла взгляд. И я задохнулась, потому что наконец заметила то, чего из-за шока не разглядела сначала у Алека. Глаза. Их золотисто-топазовые глаза смотрели на нас умоляюще. Увидев реакцию Кевина, Джейн неуловимо качнулась к брату. Они боялись нас. Конечно, лишенные своих ужасных талантов, они стали как никогда уязвимы. А потом я подумала вот о чем. Скольким вампирам пришлось натерпеться от этой двойни? Алек ладно, он просто лишал свои жертвы чувств. А вот Джейн… она их пытала. И не только чужих, практически все Вольтури, кроме триады, хоть раз, но испытывали на себе волны боли, насылаемые ей. И, когда мы уходили из Вальтерры, я даже не подумала о том, что могли бы сделать с ней обиженные. Понимание этого наполнило меня стыдом. И жалостью. Я никогда не была мстительной, а дружба с Беллой укрепила во мне чувство сострадания. Появление этой парочки было неожиданным, но они пришли открыто. К кому они приехали? Им некуда было податься, и я не могла представить, где они скрывались эти пять лет после переворота у Вольтури. И здесь у них никого не было, кроме… Я метнулась в коридор, постучала в дверь, услышав разрешение войти, открыла ее. - О, мистер Говер, ребята уже тут! Извините, я просто хотела убедиться, они ведь новички. - Мисс Эльвада? Так они приехали к вам? - Да, это племянники мистера Эльвада, дети его покойной сестры! Да простит меня несуществующая сестра Пола, за то что я обозвала ее покойной! - Ну, что ж, это хорошо, что у вас здесь родственники, - обратился учитель к близнецам. Я глянула на своих детей. Только мне были заметны их отвешенные челюсти. А глаза обоих близнецов смотрели на меня с такой горячей благодарностью! Даже Джейн, я раньше и не знала, что ей знакомо это чувство! - Увидимся на ланче, ребята! – бросила я всей своей семье. Надо Пола предупредить о новых родственниках. Как бы его кондрашка не хватила от радости!