Почти насмерть.

Знаешь, возможно, мы тоже Полюбим друг друга вновь. И чувство то, "до дрожи", Согреет нашу любовь...

Последняя неделя ноября... Холодно и неприятно. Даже выпавший ночью снег кажется не белым, а каким-то серым и грязным. Не зимний. Не чистый. Не такой. Сижу на стуле. Жду, когда закипит чайник, и думаю о той девушке, Юлей зовут, кажется. Странная она, потерянная, грустная, родная... Стоп! Она. Мне. Никто. - О чем задумалась, красна-девица? - на кухне появляется сестра. - Ни о чем. Становится напротив меня и смотрит с прищуром. Наглая девка, даром, что родственница. И смотрит, мать вашу, так, как будто хочет в душу залезть. Получится, нет? - Допустим, - руки упираются в бока, а что, в своей розовой пижаме и с "грозным" видом она довольно милая. - И все же? - Машк, заняться нечем? - ухмыляюсь, пряча глаза. Привычка такая. Просто не люблю, когда мне смотрят в них, поэтому и челка длинная. - Не твоё дело, - подходит ближе. - Я за тебя волнуюсь. Ты какой-то, - протягивает руку ко мне. - Не надо, - перехватываю запястье, - тебе же всего двенадцать, это я должен о тебе заботиться! - голос хриплый. - И чайник закипел, кстати. Встаю и поспешно отворачиваюсь. Не люблю такие моменты, как по мне, так лучше вечные подтрунивания и стебательства, чем это. Не люблю. Не желаю. Не нужно. Ночь. Я снова не сплю. Неужто бессонница? По крайней мере, никто не потревожит. Отец умотал в командировку, Машка спит. Есть только я, огонь и холод. Потому что мой наркоманский мозг придумал в три часа ночи выйти на балкон. Кретин? И не поспоришь... - Апчхи! - Будьте здоровы, - просто на автомате произношу. Убираю зажигалку. Подхожу ближе к правой стене и бааа, так это моя соседка. В пижаме, зеленой с зайцами. Дурдом. По-видимому, девушка не ожидала никого встретить, поэтому поспешила ретироваться. - Подожди! - против воли вырывается. - Я Макс, а тебя как зовут? Молчит. Даже не повернулась ко мне. - А у тебя платок упал, - тыкаю на пол. Русоволосая поднимает вещь и открывает балконную дверь. Не вышло. Заело. Я рад. - Хочешь помогу? - предлагаю помощь после наблюдений за попытками девушки. Молчит. Вроде не немая. - Да не бойся, я просто помогу. Или ты хочешь вконец замерзнуть? Русоволосая поворачивается ко мне лицом и кивает, а мне, собственно, дважды говорить не надо. Опираюсь руками в стену и переношу вес тела на её балкон, а после перепрыгиваю. - Плаванье, - отвечаю, встретив её удивленный взгляд, - плечевой пояс хорошо развит. Нагибаюсь к замку, мысленно надеясь, что она не извращенка. И кто придумал ставить замки на балконную дверь? Русоволосая отошла, прижалась к стене. Несколько минут "пыхтений" и дверь открылась, приглашая нас в тепло. - Готово. Девушка проходит мимо, а я не жду благодарностей, просто готовлюсь перелезть обратно. - Юля, - раздается тихий шепот. Я даже оторопел немного. Говорим, значит? Хорошо... - Слушай, а можно у тебя чай попить? - гениальный вопрос посреди ночи. А у русоволосой паника в глазах, невооруженным глазом видно. - Просто дома кроме сестры нет никого, и чая в том числе. А я как бы тебя спас, - наглость - второе счастье. Смотрит на меня. Отрешенно так, будто сможет достичь сердца и вырвать оттуда все не нужно. Сможет, нет? - Проходи, - неуверенно. А что я? Мне дважды повторять не надо. Прохожу в квартиру. Обычная, ничем непримечательная и темная. Хотя ночь же. Иду вслед за хозяйкой, по пути на кухню она вытаскивает откуда-то толстого кота. Тот фырчит, но не царапается. Прохожу мимо фотографии, которая висит в прихожей. Сразу видно, что на ней семья: мама, папа и Юля.... Ёпт, родители! - Эм, а родителей не потревожим? Качает головой. Значит, их нет. Нет, я поражаюсь, вот дура! Незнакомого парня в гости, а вдруг я насильник? Машка бы не то, что позволила пройти, она сама бы дверь сломала. И парня заодно покалечила. - Садись, - снова тихий шепот. Девушка включает свет, ставит на стол чашки. А я жмурюсь и осматриваюсь. Уютно, просто, тепло. Сажусь за стол, пододвигаю чашку и беру в руку печенье. - Эм, может, поговорим? - не нравится мне это молчанье. Качает головой. - И все-таки, - да, наглость определенно счастье, - сколько тебе лет? - Семнадцать. - А кота как зовут? - Барсик. - А ему лет сколько? - Два года. - И давно вы вместе? - Относительно. - Чего? - Жизни. - Это философия? - Это намёк на нежелание продолжать беседу. - И все-таки... - Нет. - Не перебивай! - даже сам не знаю почему, но мне нравится раздражать эту девушку. Я. Тебя. Доведу. - И не думала. Я не хочу разговаривать. - Но ты уже говоришь, - отпиваю чай и смотрю, как до неё доходит понимание слов. Да детка, ты уже ведешь беседу. Молчит. Значит, не знает, что сказать. - Спасибо за чай, было вкусно. Кивает головой и убирает чашки, а я все так же сижу. - Выходи лучше через дверь, а не через балкон, - тихий шепот. - Юльк, а почему ты так тихо говоришь? Болеешь? - Иди домой. - Пока не скажешь - не уйду. - Это моя квартира. - А я живу в соседней. - Три часа ночи. - Считай уже утро. - Ты мне надоел. - Мы ещё не так близко знакомы. Прикладывает руку к глазам, что ж, разговаривать мы научились. Радует. - Гланды недавно вырезали, - врет, по глазам вижу. - Ответ вполне устраивает. Поднимаюсь со стула и ухожу, через дверь. Уже в коридоре замечаю на тумбочке браслет, беру и кладу в карман. Нет, я не вор. Просто будет повод пообщаться. И ухожу, по-английски... Юлю не радует ночной гость. Пришел, чай выпил, на кота посягнул и... Девушка замирает посередине комнаты. Помог. Разговорил. Развеселил. Немного, но она так давно ни с кем не общалась, что даже эта недо беседа была приятной. До дрожи в сердце. До спазма в легких. Хотя в спазме виноват холодный ветер, похоже... Максим сидел на кровати. И улыбался, как умел. Пускай улыбка больше походила на ухмылку, была немного ненормальной и бешеной, но улыбался. Одно парень знал точно, что он ещё не раз разговорит русоволосую. Ему это надо? Парень потянулся в карман за зажигалкой. В темноте появилось пламя, и в ту же минуту исчезло... Это так глупо довериться незнакомому человеку, но если это необходимо. А если это... надо... ____________________________________________________ От автора: решил немного отклониться от ангста, но это не значит, что ф\ф потерял драматичность. Нет. Просто утопия - утомляет._.