А может?..

— Макдональд, ты невыносим, — прокричала Никки Рид, держа в руках блузку ярко-оранжевого цвета, которая когда-то было синей. — Что опять случилось? — спросил Пол, входя в гостиную с кружкой чая. — Что это такое? — раздражённо спросила девушка, показав мужу блузку. — Твоя блузка, — непринуждённо пожал плечами мужчина. — Это я и сама вижу! — взвизгнула Никки. — Дорогой Пол, скажи, пожалуйста, какого цвета она была? Рид со злостью в упор посмотрела на мужа. — Честно, не помню, — признался он. — Я как-то собрал одежду, которую нужно было постирать, в охапку, и закинул в стиральную машину. Я не обращал внимание на то, какого цвета были вещи. — Дай угадаю, среди них были твои оранжевые брюки? — спросила Никки. — Возможно, — ответил Макдональд. — Твоя блузка теперь окрасилась в оранжевый? — Алиллуйя, до него дошло! — всплеснув руками, с нескрываемым сарказмом ответила Никки. — Господи, неужели тебе так сложно хоть раз побыть более внимательным? Это была моя любимая блузка! Пол вздохнул. Снова начинался скандал. В последнее время в доме Макдональдов такие конфликты, разгоравшиеся за несколько минут из-за пустяков, случались практически каждый день. Пол заметил, что его жена, и ранее обладавшая непростым характером, в последнее время стала ещё более раздражительной, придирчивой и эгоистичной. Во всех промахах она обвиняла только мужа, не обращая никакого внимания на его попытки угодить ей и наладить отношения. Чтобы лишний раз не злить Никки, Пол зачастую жертвовал своими интересами и привычками: стал гораздо меньше времени проводить с друзьями, привычную шумную компанию поменяв на тихие семейные вечера, бросил курить, стал гораздо чаще выполнять обязанности по дому — гулял с собаками, убирался, даже начал иногда готовить ужины, хотя до недавнего времени к плите не подходил вообще. Стараясь удивить возлюбленную, Макдональд часто устраивал ей романтические сюрпризы: ужин при свечах, спонтанная поездка на несколько дней куда-нибудь подальше от шумного мегаполиса. Однако даже в такие дни между супругами могли завязываться ссоры, что, конечно, огорчало Пола. Он никак не мог понять такой перемены в поведении своей жены, и его терпение находилось на грани. — Никки, успокойся, — примирительным тоном сказал мужчина. — Прости, мне действительно стоило рассортировать вещи перед тем, как начать стирать. Ты же как раз завтра собиралась на шопинг. Купишь новую блузку. Извинения мужа Никки не устроили. Она уже была на взводе, ей казалось, что её начинает раздражать даже голос Пола. — „Купишь новую“? Я сейчас все твои любимые джинсы в ведро с краской запихну и скажу: „Иди покупай новые!“ Неужели тебе так сложно хоть раз подумать обо мне? Мне не нужна новая блузка. Достаточно было лишь нормально постирать старую. Пол смотрел на жену и не верил своим ушам. Он не хотел развязывать очередной скандал, но в этот момент чаша его терпения переполнилась. — Послушай, Никки, — прервал девушку он. — Я всё понимаю, я сглупил и признаю это. Но зачем закатывать на этой почве истерику? Это была обычная блузка, сейчас таких в магазинах полно. Относись к жизни проще. Не надо устраивать скандалы на пустом месте, прошу. Я по горло ими сыт. — Не хочешь ссор — делай всё нормально, — со злостью выплюнула Рид. — Что ни попроси — всё сделаешь наперекосяк! Я скоро в доме буду сама всё чинить и строить, потому что если попросить тебя — обязательно что-нибудь отвалится! Макдональд провёл рукой по лицу и глубоко вздохнул. — Господи, как же меня это всё достало… Что с тобой происходит? Ты мне начинаешь напоминать Сварливую старуху, которой всё кажется неправильным только потому, что ей необходимо с кем-то повздорить! Обрати внимание на своё поведение. Ты стала невыносимой. Постоянные придирки и скандалы, ты недовольна абсолютно всем. Что случилось? Никки скрестила руки на груди и отвела взгляд в сторону, но через несколько секунд посмотрела мужу в глаза с каким-то вызовом. — Кажется, я тебе объяснила причину моих претензий. этого мало? — Рид изогнула бровь. — Да, мало! — воскликнул Пол. — Я стараюсь во всём помогать тебе, даже готовить научился, а тебе всё равно не нравится. Увожу тебя на несколько дней из Лос-Анджелеса, чтобы отдохнуть — и даже в отпуске ты устраиваешь скандалы на ровном месте. По-твоему, дело во мне? Я так не думаю. Наш брак превратился непонятно во что, — раздражённо сказал Макдональд. — Я готов идти на уступки и в чём-то меняться, но только если мои действия не будут односторонними. Я не собираюсь превращаться в слугу для королевы. — Брак — это всегда умение поступиться своими интересами ради другого, если ты забыл, — сказала девушка. — Ты делаешь то, что должен делать. — Замечательно! — с сарказмом воскликнул Пол. — То есть я во всём тебе обязан, а ты хоть немного поменяться не намерена? — А в чём мне меняться? Когда мы поженились, я и была такой, — пожала плечами Рид. — И тебя всё устраивало. — Нет, — мотнул головой Макдональд. — Ты была совершенно другой. Все твои хорошие качества будто бы поменялись на аналогичные, только со знаком минус. Раньше ты знала себе цену — теперь ты надменная и эгоистичная. Раньше была просто эмоциональной и искренней — сейчас твои эмоции почти всегда граничат с истерикой. — Да, у мужчин, как обычно, виноваты только женщины, — закатила глаза Рид. — Никки, — как можно более спокойно сказал Пол. — Мне больно видеть, как наш брак разваливается. Постарайся увидеть это и ты, пока не поздно. Может быть, тогда мы вместе сможем это предотвратить. Никки всегда поражало спокойствие и рассудительность её мужа. Даже в ситуациях, когда он был совершенно прав, он всегда выслушивал её точку зрения и старался прийти к компромиссу. Причина была проста: он действительно её любил, и Никки порой становилось стыдно за свои выходки перед ним, но со временем ей было всё труднее контролировать свои эмоции. Сейчас она тоже совершенно не планировала идти на примирение: наоборот, ей вдруг захотелось окончательно вывести супруга из себя. — Что-то не нравится — иди куда хочешь, — отрезала она. — Я никогда никого не держала вокруг себя и делать этого не собираюсь. Может быть, нам стоит сделать тайм-аут. — Теперь я всё больше убеждаюсь в том, что ты права, — покачал головой Пол. — Ты вроде общаешься с такими замечательными людьми — бери с них пример. Будь спокойнее и вспомни наконец о таком понятии, как совесть, — с негодованием сказал Пол. — Интересно, на кого это ты намекаешь? — с ехидством спросила Никки. Макдональд решил позлить супругу. — Много на кого. Например, на Нину, — ответил он и вдруг улыбнулся. — Боже мой, Сомерхолдеру завидую белой завистью — с невестой ему точно повезло. Спокойная, скромная… Упоминание о Нине, тем более из уст мужа, подействовало на Рид, как красная тряпка на быка. В этот момент она почувствовала, что действительно разозлилась на Пола. — Пошёл ты знаешь куда, — прошипела Никки, не дав Полу договорить. — Если тебе так нравится Нина, может, пойдёшь к ней тогда? Они как раз с Йеном расстались. — Ну у меня пока другая амбразура, — саркастически ухмыльнулся Макдональд. — Ах вот как! — воскликнула Никки. — Я для тебя теперь амбразура, да? Тогда собирай манатки и вали на все четыре стороны! Хотя нет, постой — лучше уеду я. Отдохнуть от твоей бесконечной тупости, — выплюнула она, бросив мокрую блузку в парня, и быстрым шагом вышла из гостиной. — Да скатертью дорога! — вдогонку крикнул Пол, потеряв терпение, и со злостью швырнул блузку на диван. — Не забудь посетить психолога, может, хоть он как-то усмирит твой пыл! Никки метнулась в спальню и быстро начала собирать вещи. Ни секунды в этом доме она задерживаться больше не хотела. Закончив сборы, Рид быстро проштудировала сайт международного аэропорта города Лос-Анджелес, чтобы узнать, есть ли в наличии билеты до нужного ей пункта назначения — Ковингтона. Убедившись в том, что билеты есть, Никки с облегчением вздохнула и отправилась за ними. Уже утром она будет на месте. По пути в аэропорт девушка написала Йену сообщение следующего содержания: „Привет! Не отвлекаю? Так сложилось, что завтра я буду в Ковингтоне, и задержусь там минимум на несколько недель. Можешь посоветовать какой-нибудь отель, ориентированный на продолжительное проживание? А то когда мы с Полом проездом оказывались в городе, дольше, чем на три-четыре дня, там не задерживались.“ Ответ от Сомерхолдера пришёл практически мгновенно. «Привет! Конечно, могу. Отличный отель „Ambassador“, недорогой и весьма комфортабельный. Думаю, тебе подойдёт. Ты приезжаешь одна, без Пола?» „Да, одна“, — в ответ написала Никки. „Долгая история… Знаешь, мы с тобой обязательно должны встретиться;) Кажется, мы не виделись тысячу лет!“ „Это точно. Не волнуйся, устроим: ) “ — это СМС от Йена вызвало у девушки счастливую улыбку. „Скоро наши встречи будут проходить гораздо чаще, вот увидишь“, — подумала она, но в ответ послала лишь смайлик. На этого мужчину у Никки Рид были особые планы, и эта ссора с Полом и поездка в Ковингтон были лишь своеобразным плацдармом к их воплощению.

***

— О-о-о, а вот и наш Стефано пришёл! — воскликнул Йен, утром увидев Пола на съёмочной площадке. — Здорово, дружище, — с этими словами Сомерхолдер обнял экранного брата. — Да, привет, — будничным тоном ответил Василевски. — Эй, — сказал Йен. — Ты чего такой хмурый? Где „я тоже рад тебя видеть, мой дорогой обожаемый Йенчик“? — рассмеялся он. — Думаю, у меня ещё долго особого настроения не будет, — ответил Пол. — Что случилось? — уже серьёзно, с беспокойством спросил брюнет. — Мы с Торри разводимся. — сказал Уэсли и опустил взгляд в пол. Йен не поверил своим ушам. Как? Его лучший друг разводится с женой? „Что за бред!“, — пронеслось в голове у Сомерхолдера. Для него брак Пола и Торри всегда был образцом для подражания: супруги всегда с трепетом относились друг к другу и до недавнего времени даже практически никогда не ссорились. — Ты сейчас серьёзно? — только и смог спросить Йен. — Абсолютно, — ответил Пол. — Что произошло? — недоумённо спросил Сомерхолдер. Пол с грустью вздохнул и скрестил руки на груди. — Да всё к этому и шло, — сказал он. — Ты же знаешь, что последние несколько месяцев мы постоянно спорили насчёт детей. А вчера вечером противоречия просто достигли апогея. Я понял, что Торри просто надоело всё это терпеть. — Ты так и не согласился? — покачал головой Йен. — Нет, — ответил Пол. — У меня не будет ребёнка до тех пор, пока я не почувствую, что готов психологически. Может, звучит банально, согласен, — сказал он. — Но для меня это действительно важно. — Да ладно, — протянул Сомерхолдер с полуулыбкой, будто бы пытаясь убедить себя и самого Уэсли в том, что его слова не правдивы. — Тебе ведь уже тридцать лет. Какое „не готов“? Ты до восьмидесяти лет ждать будешь? — Может, и так, — твёрдо сказал Василевски. — Возраст здесь не играет никакой роли, Йен. — Здрасьте, Нина Добрев-дубль два, — развёл руками Сомерхолдер. — И пусть. Йен, ты по натуре своей — семьянин, муж, отец. Я думаю, ты давно уже готов к созданию семьи, и с годами твоя потребность в этом растёт. Но я совершенно другой. Я почти уверен в том, что буду замечательным папой для своего сына или дочки, когда всем своим сердцем захочу его появления на свет и буду готов карьеру совмещать с бессонными ночами. Пока подобные чувства во мне не пробудились. И знаешь, в этом я абсолютно понимаю и поддерживаю Нину, — сказал Пол и посмотрел на Йена. — Дети — это не щенки и не котята, которых нужно только кормить и выгуливать, это прежде всего огромная ответственность. — И как Торри отреагировала? — спросил брюнет, проигнорировав упоминание Пола о Нине. — Она сказала, что, в таком случае, нам лучше разойтись, потому что больше ждать она не желает. Я её прекрасно понимаю и не держу зла. Я решил отпустить её, потому что не могу ей дать то, что ей так необходимо. Йен внимательно смотрел на друга, и не понимал, как Пол так быстро решился изменить свою жизнь и расстаться с человеком, которого безумно любит. И вместе с этим Сомерхолдер испытывал восхищение духовной силой Пола, понимая, что сам бы так поступить никогда не смог. Ситуация, в которой оказался Уэсли, впервые заставила задуматься Йена о том, в каком состоянии находилась Нина, узнав о беременности и оказавшись к этому совершенно неготовой. Впрочем, эти мысли он сразу от себя отогнал. — Ты же любишь её, — тихо сказал Йен. — Больше жизни, — ответил Пол и вздохнул. — Именно поэтому я хочу, чтобы она была счастлива. Пусть даже без меня. — Может, всё ещё образуется, — проговорил Сомерхолдер, похлопав друга по плечу. — Сколько пар сходятся даже после более серьёзных конфликтов… Не рубите с плеча, развестись ведь всегда можно. — Я не думаю, что Торри передумает, ты же знаешь её решительность. Да ладно, Йен. Может, всё это и к лучшему… Пол старался держаться и не показывать своих эмоций, но это ему удавалось с трудом, и Йен это прекрасно видел. — Даже не знаю, есть ли резон предложить тебе сходить в бар сегодня вечером. Виски — это та ещё дрянь, но он помогает немного забыться и отвлечься. — А знаешь, я за, — ответил Пол. — Напиваться до свинячьего визга, конечно, не буду. Но думаю, пропустить пару стаканчиков мне не помешает, и я буду рад, если ты составишь мне компанию в этом. — Я весь в твоём распоряжении, — усмехнулся брюнет. Пол улыбнулся. — Знаешь, мне наши отношения напоминают службу „Найди собутыльника“: каждый раз, когда мы расстаёмся с девушками, мы идём бухать вместе, — рассмеялся он. — И да, это и есть настоящая мужская дружба! — захохотав, воскликнул Йен.

***

Рабочий день шёл своим чередом. Маркос был полностью поглощён съёмочным процессом и особое внимание акцентировал на совместных сценах Деймона и Елены. Йену и Нине, ранее отрабатывавшим данные эпизоды чаще всего с первого, максимум — со второго или третьего дубля, теперь было нелегко показывать перед камерами чувства, которые давно были поглощены злобой и обоюдными обидами. Последней сценой, которая должна была быть отснята в этот съёмочный день, тоже была связана с давно полюбившейся фанатам сериала парой и привносила в серию некую трогательность: Елена и Деймон лежали на диване, Деймон крепко прижимал возлюбленную к себе и целовал в затылок. Нина не знала, что ей можно сделать со своей стороны, чтобы придать сцене максимальную правдоподобность, но эмоции и ощущения всё сделали за неё: едва Сомерхолдер крепко прижал её к себе, на неё сильнейшей волной нахлынули воспоминания о недавнем прошлом, когда они были вместе. Несмотря на то, что Добрев по-прежнему злилась на Йена, воспоминания трёх этих волшебных лет не вызывали у неё негативных эмоций, наоборот — грели душу. Нина решила поддаться чувствам и мечтательно закрыла глаза, поудобнее устроившись в объятиях Сомерхолдера и на мгновение забыв обо всём том, что им пришлось пережить за последние несколько месяцев. Поцелуи Йена были так же нежны и приятны, как и тогда, когда они были искренни. — Стоп, снято! — прокричал Маркос. — Смотрел бы на вас и смотрел, ребята, — сказал он. — Загляденье просто. Только сейчас начинаю понимать истинное значение слова „химия“! Йен и Нина смущённо улыбнулись, и в этот момент Сомерхолдер понял, что до сих пор крепко прижимает девушку к себе. Неизвестно, было ли это следствием привычки, или же его злость к Нине и обида на неё постепенно начали идти на спад: Йен и сам этому удивился, но поспешил отпустить болгарку. — Съёмочный день окончен, — объявил режиссёр. — Мы все сегодня поработали на славу. Всем спасибо! — Ну что, идём? — спросил Йен вошедшего в гостиную Пола. — Если у тебя не поменялись планы, да, — ответил тот. В этот момент Сомерхолдер почувствовав вибрацию мобильника в заднем кармане брюк: пришло СМС-сообщение. Оно было от Никки. „Йен, привет. Наверно, я наглею на глазах, но обратиться мне больше не к кому… У тебя завтра во сколько начинаются съёмки? Я прилетаю в 9:30, совершенно не знаю города, хоть и была здесь несколько раз… Если ты свободен, тебе не сложно будет встретить меня в аэропорту?“ Просьба Никки удивила Йена, но отказать давней подруге он не мог да и не хотел, тем более что съёмки на следующий день начинались только с двенадцати часов. Поэтому ничего не помешало Сомерхолдеру ответить на просьбу Никки согласием, чему та очень обрадовалась. — Думаю, посидим недолго, — рассуждал Пол, на ходу натягивая куртку. — Если напьёмся, проспим съёмки… — Да, мне завтра надо встать пораньше, — отозвался Йен. — Представляешь, Никки приезжает в город, попросила меня встретить её в аэропорту. — Никки Рид? — переспросил Уэсли. — Неожиданно. У них с Полом выдалась свободная минутка, и они решили провести отпуск у нас? — Не знаю, она собиралась приехать одна, — ответил Сомерхолдер. — Сдаётся мне, что у них не всё так гладко: они никогда не путешествовали по отдельности, за исключением разве что рабочих поездок. Может, поссорились. Нина, тоже находившаяся в гостиной с ребятами и слышавшая их разговор, была удивлена. Почему подруга не сказала ей о том, что приезжает в город? Раньше Рид всегда заранее предупреждала Добрев о своих визитах, и вместе они планировали „программу“ совместного времяпрепровождения. Впрочем, акцентировать на этом внимание болгарка не стала: у неё и без этого было много проблем, и искать в каждом действии окружающих её людей что-то подозрительное она не хотела. — Слушай, может, пойдёшь домой, отоспишься? — предложил другу Василевски. — Тебе сегодня бар явно не по кайфу будет. — Успокойся, — улыбнулся Йен. — Сам же сказал, что напиваться до свинячьего визга мы не будем. Всё хорошо, поехали. С этими словами Йен хлопнул друга по плечу, как бы поторапливая его, и они, попрощавшись со съёмочной группой, вместе вышли из помещения.