А может?..

Друзья отправились в уже хорошо знакомый им обоим бар «Молли-Айленд». — Знаешь, спустя пять лет я наконец-то начал понимать Деймона, который так любит бурбон, — сказал Йен, устраиваясь у барной стойки в ожидании бармена. — Только вот Деймон, в отличие от нас, не мучается потом утром от похмелья, — ответил, улыбнувшись, Пол. — Так что нам стоило бы держать себя в руках. — Вам как обычно? — поздоровавшись, вежливо спросил бармен, увидев Йена. Брюнет кивнул. — Я сейчас почувствовал себя алкоголиком, который пришёл в бар вместе с каким-то надсмотрщиком, который будет его контролировать во избежание какого-нибудь дебоша. — Тебе завтра рано вставать, не забывай, — сказал Уэсли. — Зануда, — рассмеялся Йен. — Ты, кстати, часто здесь бываешь без меня? — спросил Пол, наливая из только что принесённой барменом бутылки виски. — Скажем так, когда мы расстались с Ниной, я стал в этом заведении более частым посетителем, — ответил Йен. — С тех пор я постоянно ощущаю потребность расслабиться, забыть обо всём на один вечер, — с этими словами Сомерхолдер залпом выпил налитый виски и тотчас же почувствовал внутри себя обжигающее тепло. — Но теперь мне и алкоголь не особо помогает. — У-у-у, — протянул Пол. — Да у тебя налицо депрессия, брат! Йен усмехнулся и опустил взгляд. — Возможно, — проговорил он. — Только не иди по моему пути. Смотри на мир оптимистичнее. Я этого, как оказалось, не умею, а у тебя должно получиться. Ты хорошо держишься. — Только сейчас, — сказал Пол. — Знаешь, у меня такое чувство, будто бы всё это происходит не со мной, словно бы я просто сторонний наблюдатель. У нас с Торри не было ни ссоры, ни битья посуды, ни криков… Мы просто сели и поговорили. Я не могу отвязаться от ощущения, что это как-то…неправильно, что ли. — По-твоему, она должна была выбить тебе все зубы, а ты ей — волосы повыдёргивать? — усмехнулся Сомерхолдер, снова наливая себе виски. — Ты прав, так было бы интереснее. — Да я не об этом, — ответил Василевски. — Просто два человека буквально за десять минут решили свою судьбу. Так легко отпустили всё, что между ними было. Это так… Странно. И страшно. Йен слушал друга и невольно вспоминал их с Ниной историю, которая, по сути, закончилась точно так же: без криков и ругани, очень холодно, но резко… И так больно. — Хотя даже сейчас я понимаю, что это, наверное, лучший выход в сложившейся ситуации, — продолжил Пол. — Ну что мне её, насильно держать около себя? — с каким-то отчаянием спросил он у Йена, будто бы пытаясь убедить самого себя в правильности своего решения. — Ты так говоришь, будто бы держал её в неволе всё то время, что вы были женаты, — ответил брюнет. — Это было замечательное время для вас обоих, и ты не сможешь это отрицать. Пол покачал головой и невольно улыбнулся, когда вновь вспомнил о Торри. — Насчёт неволи… Знаешь, отчасти это действительно так. Она ведь со мной практически сразу после свадьбы начала заводить разговоры о детях. Сначала я отшучивался, потом приводил аргументы в пользу карьеры… И не хотел замечать того, что на самом деле нужно Торри. А годы шли, и её потребность в том, чтобы заботиться о ком-то, росла. Нам было хорошо вместе, вот только все мои мечты исполнились, а её — нет. — Ты ощущаешь чувство вины перед ней? — спросил Йен. — Отчасти да, — ответил Пол. — Из-за того, что сразу не обратил внимание на то, что Торри так было нужно. — Слушай, у вас же была настоящая семья, — сказал Сомерхолдер. — Ну да, без детей, но сколько людей сейчас так живут, и их всё устраивает. Если у вас были настолько острые противоречия во взглядах на семейную жизнь, почему Торри не сказала тебе об этом раньше? Подводить мужа к разговору о детях — это одно, а сказать напрямую о том, что она не видит будущего в браке с тобой, если у вас в ближайшее время не появится ребёнок, — совсем другое. Значит, она не так уж страдала все эти годы. Рядом с ней был как минимум любимый человек, а это уже немало. — Не хочу сейчас разбираться в причинно-следственных связях, — ответил Пол. — Итог-то всё равно один. — Ты говорил о том, что тебе кажется неправильным расставаться вот так, — вдруг проговорил Йен, — Безэмоционально. А мне кажется это вполне логичным. В конце концов, вы взрослые люди, и решать проблемы во взаимоотношениях без ругани, цивилизованно — это только плюс. — Возможно, — пожал плечами Василевски. — Просто после такого появляется ощущение, будто бы эта история не тронула нас, потому что всё это время мы были друг другу безразличны. И поэтому так легко можем друг друга отпустить. — Ты же сам понимаешь, что это не так, — ответил Йен. — Я не могу ощутить то, что чувствуешь ты, но я по твои глазам вижу, что тебе больно. И Торри, я уверен, чувствует то же самое. — Йен, а ты уже отошёл… Ну… От произошедшего? — вдруг спросил Пол, и вопрос друга стал для Сомерхолдера неожиданностью. — Уже три месяца я пытаюсь убедить себя в том, что всё в прошлом, — с горечью усмехнулся брюнет. — Смешно осознавать, что я, взрослый мужик, старательно убеждаю себя в том, что прямо противоположно очевидному. — Ты с Ниной даже не разговариваешь, — пробормотал Пол. — О чём мне с ней говорить? — задал риторический вопрос Йен, отпивая из стакана виски. — Не складываются у нас дипломатические отношения. Я и сам этому порой удивляюсь. Есть такая до жути пафосная фраза: «Любовь часто начинается с дружбы, но никогда ею не заканчивается.» Видимо, это как раз наш с ней случай, хотя тут даже о дружбе говорить не приходится. — Почему бы тебе не попытаться сделать первый шаг к тому, чтобы хотя бы работать без чувства дискомфорта? Йен молчал и озадаченно потирал лоб. — Всё ещё злишься? — спросил Пол. — Или? .. — Злюсь, конечно, — ответил Йен. — Но дело не только в этом. Я не могу быть близок к Нине. Едва мы с ней сближаемся, я начинаю вспоминать о том, как мы были счастливы друг с другом в недавнем прошлом. А вместе с этим приходят и воспоминания о том, что она сделала. Я не хочу переживать это снова. — Вы не скроетесь от самих себя, — покачал головой Пол. — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Йен. — У вас обоих ещё остались чувства друг к другу, — сказал Василевски. — Поэтому и боитесь подпускать друг друга близко к себе. Вы хотите друг друга забыть, но не получается. Сомерхолдер отвёл взгляд и сам не мог понять, может ли согласиться с другом или всё-таки нет. За это время Йен так упорно пытался заглушить в себе любые чувства, что перестал разбираться в собственных ощущениях. — Если бы вы были друг другу безразличны, — продолжил Пол, — вы бы легко сейчас могли общаться хотя бы по рабочим вопросам, поверь мне. — Чёртов психолог, — усмехнулся Йен и залпом выпил налитый в стакан виски. — И всё же ты не сможешь со мной поспорить, — улыбнулся Уэсли и внимательно посмотрел на друга. — Я не знаю, правда, — ответил тот. — Я сам, кажется, уже перестал понимать, где та грань, когда хочешь разлюбить и когда действительно отпускаешь человека из своей жизни. — Попытайтесь наладить хотя бы рабочие отношения, — посоветовал Пол. — Никому от этого хуже не будет. — Может, ты и прав, — пробормотал Йен. — Вот только какой резон? Всё равно ведь прежних близких отношений не будет. — Ты как ребёнок, ей-богу! — воскликнул Пол и еле сдержался, чтобы не рассмеяться: зная лучшего друга, как самого себя, Василевски заметил, что Сомерхолдер даже не рассматривает Нину в качестве товарища или коллеги. В его сознании она по-прежнему либо любимая женщина, либо никто — третьего не дано. — Тебе самому-то комфортно работать в такой обстановке? Я же вижу, что самые сильные твои эмоции уже пошли на спад. И сейчас ты «злишься» скорее по инерции, постоянно думая о том, что никогда не сможешь простить Нину, потому что она совершила неприемлемый для тебя поступок. Но пора двигаться дальше, Йен. С этими словами Пол похлопал брюнета по плечу. Сомерхолдер смотрел в одну точку, слушал друга и молчал, понимая, что в чём-то он всё-таки прав. — Ладно, — наконец сказал он, — я позже с этим разберусь. Уэсли усмехнулся, увидев в друге знакомое упрямство и эгоизм, но дальше развивать эту тему и давить на него он не стал. Йен и Пол провели в баре ещё много времени, увлечённые дружеской беседой. Когда они уже собирались уходить, то заметили, что на двоих выпили только половину бутылки виски. Из бара друзья уехали далеко за полночь. Этот вечер был полезным для них обоих: Пол, выговорившись Йену и получив от него поддержку, почувствовал облегчение, Йен же, в свою очередь, с подачи Василевски впервые задумался о том, чтобы попытаться наладить отношения с Ниной хотя бы для того, чтобы их конфликты не отражались на работе. Впрочем, пока он даже не представлял, как это сделать, и хочет ли он этого вообще.

***

Йен приехал в аэропорт точно в то время, когда самолёт должен был приземлиться в Ковингтоне. Долго ждать Никки ему не пришлось: девушка всегда отличалась пунктуальностью, поэтому и в этот раз друга не задержала. — Прекрасно выглядишь, как и всегда, — с улыбкой сказал Йен, обняв Никки и поцеловав её в щёку. — А ты, как всегда, радуешь комплиментами, — хихикнула она. — Сколько мы с тобой не виделись? Год? — Около того, — кивнул головой брюнет. — Учитывая нашу профессию, наши встречи проходят ещё достаточно часто, — рассмеялся он. — И не говори! — Давай помогу, — сказал Йен, взяв из рук Никки чемодан. От помощи девушка не отказалась. — Буду сегодня выполнять работу Пола, — хохотнул Сомерхолдер. — Кстати, почему ты приехала без него? Или ты в Ковингтоне по работе? — О-ох, не напоминай мне о нём, — наигранно вздохнула Рид. — Я приехала как раз для того, чтобы побыть подальше от него. — Что случилось? — удивлённо спросил Йен, выходя из здания аэропорта. — Сама не могу понять, — пожала плечами Никки. — Последние несколько месяцев мы просто не можем нормально общаться друг с другом. В доме крики, постоянная ругань… Так надоело это всё. Знаешь, я уже подумываю о разводе. — Что-то многие в последнее время расходятся, — покачал головой Йен. — Да? Кто ещё? — Да так, — пробормотал Сомерхолдер. — Друг с женой тоже развестись решил. Но я всё же надеюсь, что у вас с Полом всё наладится. Брак — это всегда нелегко, но трудности преодолимы. Главное — не забывать, что по жизни вы должны идти вместе и помогать друг другу. — Как бы там ни было, ближайшие несколько недель я хотела бы провести без него, — ответила Никки. — Может быть, после такого тайм-аута наши отношения и правда пойдут на стабилизацию. — Будем верить в лучшее, — улыбнулся Йен. — Я сейчас провожу тебя до отеля, прослежу, чтобы с заселением всё было в порядке, и поеду на съёмки, ладно? — Йен, спасибо тебе огромное, — сказала Никки. — Что бы я без тебя делала? Я твоя должница. — Да брось, — отмахнулся Сомерхолдер. — На что тогда нужны друзья? — Ну да, — смущённо ответила Рид. Своё обещание Йен сдержал: он проводил Никки до отеля, сотруднику ресепшена он дал неплохие чаевые для того, чтобы тот сделал исключение из правил и поселил девушку в номер до расчетного часа. — Йен, не стоило, — сказала Никки после того, как все формальности были благополучно улажены и Сомерхолдер уже собирался уходить. — Сколько я тебе должна? — с этими словами Рид хотела было открыть сумочку, чтобы достать кошелёк, но друг её остановил, взяв за руку. — Перестань, — сказал он. — Я всегда рад тебе помочь. — Как я могу тебя отблагодарить? — Никак не надо, — ответил Йен. — Хотя… Никки, какие у тебя сегодня планы на вечер? — Пока никаких, — сказала девушка. — А что? — Понимаешь, у нас с Полом недавно возник спор насчёт одной сцены… И мы до сих пор не можем его разрешить, мнения наших коллег тоже разделились. Нам нужен взгляд со стороны, и ты, как человек опытный, а главное — талантливый, сможешь нам помочь, я уверен. Услышав такие слова Йена, Никки просияла и не сдержалась от улыбки. — Так вот, это я к чему клоню, — проговорил Сомерхолдер. — Я был бы тебе очень благодарен, если бы ты сегодня вечером приехала к нам на площадку и посоветовала, как лучше обыграть эпизод. Если тебе нетрудно, конечно. — Конечно, Йен! — воскликнула Рид. — О чём разговор. Мне приятно, что моё мнение значимо для тебя. Приеду, конечно, только скажи, во сколько? — Ты сможешь часам к шести? — Да, — кивнула Никки. — Отлично! — просиял Йен. — Я вызову тебе такси. — Спасибо, — проговорила девушка. — Ну ладно, мне уже пора, — сказал Сомерхолдер, взглянув на часы. — Отдыхай, ты устала после дороги. До вечера. С этими словами Йен обнял подругу и, выйдя из отеля, отправился на съёмочную площадку.

***

Следуя договорённости с Йеном, Никки приехала на съёмочную площадку к 6 часам вечера. Работа над новой серией была в самом разгаре. Поначалу Сомерхолдер, увлечённый рабочим процессом, просматривая отснятую сцену вместе с Полом и Маркосом, даже не заметил бесшумно вошедшую в павильон девушку. — Йен, — негромко позвала она. Сомерхолдер обернулся и приветливо улыбнулся, махнув Никки рукой. — Привет, — радостно сказал он и подошёл к Рид. — Маркос, Пол, познакомьтесь — Никки Рид — моя близкая подруга и по совместительству талантливейшая актриса. Никки, это Маркос Сига и Пол Уэсли. И они тоже чертовски крутые ребята! Девушка смутилась и, густо покраснев, поздоровалась с присутствующими. — Добрый вечер, — кивнули Маркос и Уэсли. — Никки пусть сегодня будет независимым экспертом, — сказал Йен. — Она оценит эту сцену разговора Деймона и Стефана после освобождения младшего Сальваторе из сейфа со стороны и подскажет, какой она будет выглядеть лучше. Вы не против? — Давай, — протянул Пол. — Иначе мы этот эпизод не отснимем никогда. — Никки, вот в чём, собственно, соль, — начал Маркос, активно включившийся в обсуждение. — Наши сценаристы касательно этой сцены нам дали полную свободу действий, а эти два товарища, — в этот момент режиссер указал на Пола и Йена, — уже третьи сутки спорят и не могут прийти к компромиссу. Мистер Уэсли считает, что будет логично, если Стефан скажет: «Когда меня освободили из сейфа, я мечтал, чтобы это был ты и Елена.» Господин Сомерхолдер же уверен, что в этой сцене необходимо акцентировать внимание на братских отношениях Деймона и Стефана, так что стоит обойтись без упоминания Елены. — Давай без камеры быстро прогоним этот эпизод? — предложил Йену Пол. — Будет нагляднее. — Да, давайте, — закивали Йен и Никки. Девушка с интересом наблюдала за актёрской игрой Сомерхолдера и Уэсли, показавших ей сцену в двух вариациях. — Что будет логичнее, как думаешь? — спросил Йен после того, как импровизированная репетиция окончилась. — Ну, во-первых, хочу сказать, что вы, ребята, потрясающие, — начала Никки. — Я увидела лишь крошечный отрывок из серии, но уже поражена. Сколько презрения в глазах Пола и вины в твоих, Йен… Это завораживает. Что касается вашего вопроса, то мне кажется, исходя из сюжета, Стефан должен упомянуть Елену. Они не чужие люди, — сказала Рид. — Я же говорил, — развёл руками Пол. Йен рассмеялся. — Ну что с вами будешь делать, — сказал он. — Йен, всё по-честному, — сказал Уэсли. — Мнение независимого эксперта весомо. — Я вот тоже склоняюсь к тому, что будет логично, если Стефан упомянет и брата, и бывшую девушку. Этот упрёк адресован им обоим, ведь лето они проводили вместе. И даже несмотря на ощущение того, что Стефан в опасности, Елена не стала его искать, — вступил в разговор Маркос. — Елену в сериале пихают уже везде, — ответил Йен. — Понятное дело, что она главная героиня, но мне кажется, что некоторые включения этого персонажа в сюжет — порой лишние — отвлекают от других, не менее важных сюжетных линий. — Ну я тогда не знаю, — развёл руками Маркос. — Решайте с Полом сами, но я полностью согласен с миссис Рид. — Хорошо, — наконец сдался Йен. — Снимаем так, как предложил Пол. Никки, спасибо за помощь, — улыбнулся он. — Надеюсь, ты меня не грохнешь сегодня где-нибудь в тёмной подворотне, — хохотнула она. В этот момент, увлечённые разговором, к гостиной подошли Кэндис и Нина. Увидев вдали Никки, что-то оживлёно обсуждающую с Полом, Йеном и Маркосом, Кэндис не сдержалась и спросила: — Я что-то не понимаю… Что здесь делает это лицо-кирпич? — Кэндис! — воскликнула Нина, знавшая, что подруга Никки никогда не жаловала. — Её что, взяли на роль прабабушки дяди отца Елены? — рассмеялась КэндиКола. — Перестань, — шикнула на неё Добрев. — Прости, ты же знаешь моё отношение к миссис Рид, — сказала Кэндис. — Если серьёзно, что она здесь делает? Она же живёт в другом городе… — Без понятия, — шепнула ей болгарка. — Вчера я слышала разговор Йена и Пола, она вроде бы прилетела только сегодня. — Нина, Кэндис, — позвал Пол. — Девчонки, поздравьте нас: мы таки разобрались с репликой Стефана. — Привет, — непринуждённо поздоровалась с вошедшими в гостиную девушками Никки и помахала им рукой. — Привет, — кивнули Нина и Кэндис. — Поздравляю, — сказала Добрев. — Что всё-таки решили с той сценой? — Победа за мной, — развёл руками Пол, как бы показав, что такой итог — явление само собой разумеющееся. — Я ещё отыграюсь! — захохотав, воскликнул Йен. — Не могу поверить, что вопрос наконец-то разрешился, — выдохнул Маркос. — С вами, ребята, работать не так просто. Но чертовски интересно. Как вы смотрите на то, чтобы отснять эту сцену прямо сейчас? — Да, да, — закивали головой актёры. Нина, Кэндис и Никки вышли из гостиной, не желая мешать ребятам. — Нина, как же я соскучилась! — воскликнула Никки, подойдя к болгарке и обняв её. — Что ж ты не сказала, что приезжаешь? — спросила Добрев. — Моя поездка в Ковингтон — чистейшей воды экспромт, — ответила Рид. — Всё было решено буквально за один вечер, поэтому я даже не предупредила. — А почему без Пола? — спросила Нина. — Да ну его, — как можно более непринуждённо отмахнулась Рид. — Я от него практически сбежала. Заколебал уже, честное слово. Отдохну от него пару недель. С ним стало невыносимо жить, хоть на развод подавай, ей-богу. — Ребята, не дурите, — сказала Нина. — Проблемы в браке нужно вместе решать, а не бегать друг от друга. — Сказать легко, — вздохнула Никки. — На деле же всё совершенно иначе. Ну да ладно, что мы всё обо мне да обо мне? Как у тебя дела? Нина вкратце рассказала о последних новостях из своей жизни. Непринуждённый разговор продолжался ещё пару минут. Прервал его Йен, подошедший к друзьям после того, как они с Полом отсняли всё, что было необходимо. Обменявшись с Йеном парой фраз, Кэндис и Нина поспешили уйти. Съёмочный день близился к своему завершению. Нина уже собиралась домой, когда стала невольной свидетельницей разговора Йена и Никки. — Йен, спасибо, что пригласил меня сюда, — сказала Никки. — У тебя замечательные коллеги, я получила массу положительных эмоций и наконец-то увиделась с Ниной! Играть доброжелательную подругу Никки было всё сложнее, но другого выбора у неё не было. — Тебе спасибо за помощь, — улыбнулся Сомерхолдер. — С меня дружеский ужин! Как ты смотришь на то, чтобы по окончании рабочего дня заехать в какой-нибудь уютный ресторанчик? Заодно отметим встречу. — Я только за, — просияла Никки, предвкушая прекрасный вечер. — Тогда поехали, — сказал Йен и жестом пригласил девушку пройти к выходу. Вскоре они вместе скрылись из поля зрения Нины, выйдя на улицу. — За-ши-бись, — сказала незаметно подошедшая Кэндис, чем напугала Нину. — Смолдер теперь с Никки не разлей вода-друзья навеки? — Они всегда близко общались, — пожала плечами Добрев. — Что-то тут нечисто, — покачала головой Аккола. — Обычный дружеский ужин… Да какая разница, — словно очнувшись, сказала Нина. Добрев не хотела придавать особого значения ни тому, что Никки почему-то не предупредила её о своём приезде в город, ни тому, что Йен привёл её на съёмочную площадку. Но вот поведение Рид по отношению к Сомерхолдеру её коробило: Никки же сама говорила, что в шоке от высказываний Йена по поводу Нины и всего того, что между ними произошло. Как минимум странно, что девушка идёт ужинать с человеком, который полил грязью её близкую подругу. Как Нина ни старалась, отогнать негативные мысли от себя она не смогла. — Настораживает меня она, — проговорила Кэндис, которая по одним только взглядам, которые Рид бросала на Сомерхолдера, уже всё поняла. В этот момент Нина почувствовала, как в ней закипает ревность — этого она и боялась. Ей вдруг стало до невозможности обидно оттого, что теперь Никки имеет то, чего лишена она — доверительные отношения с Йеном. — Ладно, — пробормотала Нина, не обратив внимание на фразу подруги. — Пойдём домой? Сегодня был тяжёлый день. Кэндис кивнула, и девушки, попрощавшись с коллегами, уехали со съёмочной площадки, обескураженные и растерянные.