Укрощение хищницы

      Тсуна шел в сторону архива, держа в руках довольно увесистую стопку папок, из-за которой было довольно трудно увидеть дорогу перед собой. Впрочем, сейчас ему было и не до тяжести стопки.       „Такие странные совпадения… Трезубцы, любовь к ананасам… И почему я раньше не замечал, что такой ник вполне бы подошел ей? Но я и подумать бы не смог, что по ту сторону монитора может быть она… Или может? Или все-таки… Ерунда какая-то! Интересно, а что будет, если я предложу Pineapple встретиться? Может, действительно предложить и начать общаться в реальности? Но… Вдруг она…“       Тут Тсуна не успел додумать свою мысль, потому что почувствовал, как с кем-то столкнулся. Причем так, что опомнился он, уже падая.       Зря Мукуро решила, что в это время в коридоре, ведущем в архив, будет безлюдно. Как же…        — Куфуфу, кто бы сомневался, что это будешь ты, Савада Тсунаёши, — Рокудо села на полу, поглаживая ушибленный локоть. Вот как назло, именно сегодня она выбрала блузку с коротким рукавом, и теперь было ясно видно, как на бледной коже наливается синяк изысканно-синего цвета. - Оя, прямо под цвет волос, — съязвила она, прожигая неуклюжего коллегу разноцветным взглядом.        — М-Мукуро-сан? — Тсуна подскочил к девушке и помог ей встать. — Простите пожалуйста, я… Как же так…Идемте скорее! — взяв Мукуро за руку, Тсуна повел её за собой. Нельзя допустить, чтобы остался синяк. Нужно спешить.        — Поздно, дорогой, — с притворной жалостью произнесла та, — премного благодарю за новое украшение. — Однако руки не убрала, чему весьма удивилась. Ниже достоинства Рокудо Мукуро позволять неудачникам-курьерам сбивать себя на пол посреди коридора, да еще потом и за руки хватать. Однако… Такая забота и тревога за нее заставили разлиться в ее груди чему-то теплому и родному… „Оя! Напророчил Бьякуран тут! И такая бережность… Неужели он и вправду в меня… Нет, вряд ли. Он бы так же поступил бы с любым человеком, которого случайно сбил по дороге.“ От этой мысли стало противно. „Что за бред!“ Мукуро тряхнула головой, изгоняя лишние и совершенно несвойственные ей мысли, однако тепло ладони Савады успешно этому противостояло.        — Вот если мы промедлим, то „украшение“ будет еще ужаснее, — возразил Тсуна. Признаться, он опасался, что его оттолкнут, что над ним опять посмеются, но… Мукуро позволила (так он в любом случае считал) держать себя за руку и вести за собой.       Так, лед, сделать компресс… Иногда работа курьера связана с разными ушибами, поэтому у него всегда есть все необходимое в его небольшой подсобке.        — Садитесь, Мукуро-сан, — Савада подвел девушку к небольшому креслу. — Скоро он должен уменьшиться и побледнеть.       Проведя ладонью по сиденью и убедившись, что оно чистое (что поделаешь, привычка), Рокудо соизволила сесть на предложенное место. Теперь синеволосая молча наблюдала, как Тсуна суетился со льдом. „Интересно, а как поступил бы в таком случае Caramello-Sun? Насколько я его знаю, наверное, тоже начал бы изо всех сил ухаживать за мной… Да что такое! — девушка поморщилась от своих мыслей. — Если Кёя-чан узнает об этом, засмеет до смерти! И я буду полностью на ее стороне. Не думаешь же ты, что…“       Тсуна сидел рядом, придерживая прохладную ткань, то и дело поворачивая её более холодной стороной, чтобы синяк поскорее побледнел и сошел. Внутри было все напряжено в ожидании некоего ехидного замечания, в котором ему „тонко намекнут“, что пора уже как-то и честь знать, однако Мукуро молчала, тоже ожидая, пока все пройдет.       „Интересно, а как повела бы себя Pineapple? — подумал он. — Тоже приняла бы все так спокойно или… Ой, а чего это я? Нужно радоваться, что она рядом со мной, а не думать о ком-то, кто… А кто для меня Pineapple?“        — Простите еще раз, Мукуро-сан, — нарушил молчание он, поняв, что окончательно запутался. — Я… Я не хотел и… Хотите, я свожу вас куда-нибудь, чтобы исправиться? — при этих словах он почувствовал, что щеки предательски горят.       От этих негромких слов Мукуро сначала вздрогнула, а потом удивленно уставилась на вконец смущенного парня. Так неожиданно… и смело с его стороны. — Хмм… Дай подумать… Даже не знаю… С ТОБОЙ… Идти…       Тсуна напряженно ждал ответа. Почему-то в мыслях шла моральная подготовка к очередному фэйлу. Причем не эпичному, а позорному, которого и заслуживает Никчемный Тсуна.       «Вот сейчас она скажет что-то в духе „Это было бы довольно забавно, но, пожалуй, нет“. Или сошлется на то, что у нее работы по горло и нет времени ходить куда-то со всякими неудачниками».       Конечно, было горько и обидно, но… Он пытается. Пытается хоть как-то привлечь её внимание, узнать, что она чувствует, приблизиться к ней. Но почему всегда получается вот… так?        - Ну, сегодня вечером дел у меня нет… Можно и прогуляться куда-нибудь, — Мукуро задумчиво подняла глаза к потолку. — Думаю, ничего страшного из этого не выйдет… С тобой, Тсунаеши, сие мероприятие может получиться даже забавным. „И с какого рожна я соглашаюсь? Оя, как он удивлен! Ради этого можно было и сказать такое“ — Рокудо куфуфукнула, глядя на курьера и растекаясь в хитрой улыбке.        — Я знаю одно хорошее кафе, — смущенно заметил Тсуна. — Можно сходить туда, если вам нравится такой вариант. Только… — он осекся, боясь показаться настойчивым, но все собрался с мыслями. — Думаю, вам нужно будет зайти домой, немного отдохнуть. В какое время вам будет удобно встретиться?       Ему не верилось, что Мукуро согласилась… Просто не верилось. Он даже незаметно ущипнул себя, чтобы проверить — не сон ли? Но это не было сном, однако… Почему-то возникло чувство, что это какая-то шутка. Что она решила пошутить над ним, преподав некий жестокий урок.       Но он ничем не выдал этого. Лишь сказал себе, что нужно будет морально готовиться к самому худшему.        — Пожалуй, около шести, — немного подумав, ответила она. — Встретимся в парке недалеко отсюда. „Чтобы никто не увидел моего позора“. — Что ж, кажется, синяк стал меньше. Я буду ждать, куфуфу, — она послала издевательский воздушный поцелуй и ушла, гордо тряхнув напоследок „ананасиком“. … Тихий мягкий вечер словно обволакивал уютом и лаской. Воздух казался чистым, как никогда, посторонний шум был как бы приглушенным — такая хорошая погода сейчас была редкостью. На лавочке недалеко от входа удобно расположилась Мукуро, прикрыв лицо книжкой и то и дело бросая нетерпеливые взгляды на дорогу. Девушка специально пришла гораздо раньше, чтобы потом был повод „уколоть“ Саваду еще раз. «Расскажу об этом Caramello-Sun. Как отреагирует на это „свидание“ он? Наверняка это будет нечто неудачливое, в стиле Савады Тсунаёши, — я не представляю ЕГО как джентльмена и ловкого ухажера. Он замахнулся на слишком большой для него кусок — то есть, на меня». Рокудо не сомневалась теперь, что Тсуна что-то испытывает к ней… А она к нему? Бывали же моменты, когда он такой милый, чем-то столь родной, теплый… „Нет, это всё бред. Смешно просто — что бы ни говорил Джессо“.       Тсуна посмотрел на часы. Слава богу, все в порядке, он успевает. И, может, даже придет немного раньше… Если, конечно, отличающаяся патологической пунктуальностью Мукуро не опередит его.       Лучи уходящего солнца дарили свое тепло земле, их свет легкой дымкой играл среди деревьев, наполнял воздух какой-то звенящей зовущей мелодией, а легкий ветерок будто пел под эту мелодию что-то обнадеживающее, вдохновляющее…       И настроение было из-за этого лиричным.       Осторожно держа в руках букет белых лилий, Савада осмотрелся и, заметив Мукуро, направился к ней.        - Оя! — заметив Тсуну, Мукуро невольно восхищенно и удивленно выдохнула. Парень очень непривычно выглядел в элегантном светлом костюме-двойке и с букетом свежих лилий. — Ты просто няшка, Тсунаеши-кун! — Девушка убрала книжку в сумочку и встала навстречу Саваде.        - Рад, что пришелся по душе вашему тонкому вкусу, — чуть смущенно улыбнулся Тсуна. — Это вам, — протянул он букет. — Прошу простить, если заставил ждать.        — Куфуфу, спасибо, — Мукуро взяла цветы и вдохнула их сладкий запах. — Ты настоящий джентльмен, Тсунаёши-кун. Как мило. Итак, как же ты собрался организовать столь внезапное, не побоюсь этого слова, свидание? — В последнюю фразу Рокудо постаралась вложить максимум яда и сарказма, на который только была способна.        — Сегодня столь прекрасная погода, что, пожалуй, было бы глупым не прогуляться, благо людей не так много, — заметил Тсуна. — А если вам надоест, то осмелюсь пригласить вас на чашечку кофе в кафе, о котором я говорил днем.       Конечно, Савада заметил ядовитый оттенок голоса Мукуро, но… Почему-то это не ранило его. Ему почему-то казалось, что так Мукуро скрывает свою… растерянность? Да, растерянность и удивление.       Впрочем, и сам Тсуна был удивлен. Признаться, весь остаток дня он места себе не находил, проигрывая тот или иной возможный сценарий этой встречи, ужасно волновался, боясь попасть впросак и провалить свой единственный шанс. Однако все сложилось само собой, к тому же так, как сам Тсуна и не ожидал.        — Давай, — девушка без малейшего смущения взяла парня под локоть, и пара двинулась по вымощенной мелким гравием дорожке.       „Я в самых диких фантазиях не могла представить, что Савада может быть таким… таким, — думала Мукуро, украдкой разглядывая его. — На работе — лузер лузером, а теперь… Почему-то именно таким я представляю себе Caramello-Sun — неловкий, вечно смущающийся, но добрый и милый малый, заботливый и смешной. Нет, Савада определенно полон сюрпризов — прямо настоящий ухажер!“       Тсуна незаметно любовался Мукуро — какая же она все-таки красивая. Особенно когда вот так улыбается — чуть лукаво, легко и естественно, мягко.       Неловкость первых минут встречи вскоре прошла, и они просто шли по парку, обсуждая самые неожиданные темы — от литературы до кулинарии. И кто бы мог подумать, что Мукуро — такая властная, подчиняющая одним взглядом, немного надменная — может готовить восхитительные пирожные? Или просто сымпровизировать что-то безумно вкусное под настроение?       „Мне кажется, что это сон, — думал он. — Этого не может быть — я и Мукуро на… свидании? И почему мне кажется, что такой вот может быть PineappleGirl? Такой же чуть насмешливой, но приятной и милой девушкой, с чувством юмора, понимающая“        — О чем задумался, Тсунаёши-кун? — внезапно поинтересовалась Мукуро, с улыбкой глядя на него.        — О том, что я наверно сплю, — улыбнулся в ответ Тсуна. — И мне просто снится, что вы ответили на мое приглашение согласием. Простите, я просто очень волнуюсь и… — окончательно смутившись, Тсуна осекся.        — Куфуфу, значит, неспроста волнуешься, — заметила Рокудо, но смущать и так растерянного парня не стала, склонив лицо к цветам и вдыхая их аромат. — Скажи, Тсунаёши-кун, почему ты выбрал именно белые лилии?        — Может быть. Вдруг вы сейчас мысленно зеваете рядом со мной со скуки? — чуть нервно улыбнулся Тсуна, — А что до цветов… Просто на языке цветов белые лилии означают внутреннюю красоту, восхищение, искренность, — осторожно ответил Тсуна. — К тому же, дарить на первой встрече розы на мой взгляд несколько… неуместно.       „А еще потому, что они означают первую любовь и её искреннюю чистоту, — мысленно продолжил он, — Но не посмеешься ли ты надо мной, если я скажу тебе это?“        — Куфуфу, а я слышала, что они означают чистую любовь, — заметила Мукуро, ласково поглаживая нежные белые лепестки. — Куда дальше пойдем, кавалер?       „О нет!“        — Ну-у-у… э-э-э… — Тсуна смущенно отвел взгляд в сторону. - Да, еще они означают чистую любовь, — ответил он. — А мы пришли, — улыбнулся он, радуясь, что скользкую тему можно замять. — Вот кафе, о котором я говорил, — Тсуна указал на красиво оформленный фасад небольшого кафе, вычурная вывеска которого гласила, что не что иное, как кафе „Ракушка“.        — Это кафе весьма рекомендовала Кея, — произнесла Мукуро, оглядывая помещение — Надо сказать, у вас с ее конем есть вкус.        - А? — удивленно обернулся Тсуна. — Вы о Дино-сане? Так он от меня узнал о кафе — спросил о каком-нибудь тихом и уютном месте, а я первым сразу вспомнил „Ракушку“.        — Да-а? Мило, — отозвалась Мукуро, входя в здание.       „С каждой минутой Савада удивляет все больше и больше“, — мелькнуло в ее голове при виде внутреннего оформления кафе. Так по-домашнему тихо и уютно, пахнет отличным кофе, мягкий интимный полумрак из-за бежевых тяжелых штор… „Прямо чудеса какие-то! Свидание моей мечты!“ — невольно подумала Рокудо, ведь, будучи младше, именно в такой обстановке она представляла признание в любви от идеального для нее принца. „Если Тсунаеши и принц, то заколдованный, а чтобы расколдовать его, нужно совсем немного“ — улыбнулась она и вздрогнула — откуда такие мысли?        — Что будете? — спросил Тсуна, когда они заняли столик подальше от двери, у окна. — Здесь хороший капуччино и всегда свежие пирожные.        — Что ж… — задумалась Мукуро. — К счастью, фигуру мне беречь не надо… — она заказала корзиночки с ананасами.        — Тсунаёши-кун, — внезапно произнесла Мукуро, размешивая кофе, — а у тебя есть девушка?       Тсуна задумчиво взял немного мороженого. Вопрос Мукуро застал врасплох и своей неожиданностью, и тем, что… Савада не знал, как на него ответить.       Что он мог сказать? О своей школьной любви, чувство которой не переросло во что-то серьезное, став теплой дружбой? О том, что он теряется, не зная, как познакомиться, как вести себя с девушкой, как… понравится? Что он остается в тени более ярких, успешных и привлекательных? Или рассказать о своей единственной подруге в Сети?       С одной стороны, Тсуна опасался открывать сразу свое сердце, свои чувства и душу, а с другой… Он знал, что у Рокудо есть свои определенные принципы. И поэтому можно было честно ответить:        - Нет, Мукуро-сан. У меня нет девушки.        — Ммм… — задумчиво протянула Мукуро, откладывая ложечку, — значит, у меня есть шанс?       „Господи, что я несу?“ Мукуро и сама не поняла, зачем она это сказала. Наверное, просто пошутила… или нет? Как черт дернул ляпнуть сию фразу, но отступать она не намеревалась.       Тсуна удивленно посмотрел на Мукуро. Он не ослышался? Она… спрашивает, может ли она быть его девушкой? Но…, а ведь как же её роман с Бьякураном, о котором судачат все, кому не лень? Или… Это шутка в её стиле?       Внутри была целая буря, когда Савада тихо ответил:        — Если вы того хотите.       „И зачем я это спросила?“ — что-то внутри как-то странно царапнуло. Секунду девушка пребывала в замешательстве, но затем хитро улыбнулась. — А может, попробуем, Тсу-кун, куфуфу?       На сей раз Савада подумал, что ему действительно послышалось. Мукуро предлагает им… встречаться? И судя по её взгляду, полному сдержанного ожидания, это уже не шутка.       „Только не вздумай все испортить, — подумал он, — Это твой шанс!“        — Это… кхм… неожиданно с вашей стороны, — осторожно начал он, — Но… я согласен, — улыбнулся он, надеясь, что все-таки не выглядит глупо и ничем не выдает своей радости вызванной тем, что нравящаяся ему девушка все-таки взглянула на него не как на неудачника.       Впервые Мукуро почувствовала себя в ловушке, сделанной ею самою. Она так и не могла понять, что испытывала к этому неудачнику — то ли презрение, то ли странное тепло… А насчет встреч… Засмеют ее с таким „кавалером“.       „Стой! Он сказал — согласен?“        — А я тебе нравлюсь? — как бы невзначай поинтересовалась Рокудо, глядя прямо в карие глаза парня. — А то что-то ты очень быстро согласился.        — А вы не будете смеяться? — спросил Тсуна, чувствуя, что встреча и разговор пошли явно не так, как ожидали они оба.        — Я очень обижусь, если ты ответишь отрицательно, — абсолютно серьезно (и честно) ответила Мукуро, разглядывая золотистые блики в глазах парня напротив. „Интересно, как бы отозвался об этой ситуации Caramello-Sun“?        — А я не совру, если скажу, что вы мне нравитесь. Причем очень давно, — решился Тсуна. Если уже на то пошло, что скрывать больше нечего. „Pineapple Girl была бы довольна“       „И черт дернул меня отпить кофе!“ Мукуро поперхнулась — не от того, что ответ был неожиданным по содержанию, а по прямоте и искренности.        — Оя-оя, как… — она мотнула „ананасом“, во все глаза глядя на Тсуну.        -…неожиданно, да? — Савада улыбнулся. — Но вы действительно мне нравитесь очень давно. Наверно, с нашей первой встречи. Помните?       О да… Как Мукуро могла забыть об их первой встрече. Это был незабываемый миг… *… — О-ой! — незнакомый юноша распластался у ног девушки.        — Оя-оя, а это кто такой? — она с интересом глянула на него. — Впервые парни так буквально падают к моим ногам.        — Браво, не успел познакомиться, а уже в поклонники записался, — прокомментировала Кёя, также глядя на нового курьера, так неудачно запнувшегося ногой об ногу. *        — Кхм… — Рокудо не знала, что сказать. Почему-то она почувствовала себя неуютно — хотелось уйти и не видеть Саваду, не ощущать на себе теплый любящий взгляд бездонных глаз… Невольно вспомнилось, как яростно Тсуна защищал ее на том собрании по поводу пропавших документов, доказывая ее непричастность к этому… Ведь, по сути, он ей никогда не делал зла, а она так жестоко с ним обращалась… Ну, не виноват он в том, что по жизни неудачник…        — Вижу, помните, — Тсуна немного грустно улыбнулся. — Неловко получилось. А я споткнулся, засмотревшись на вас, — еле слышно добавил он, чувствуя, что краснеет.       Встреча определенно пошла не так, как должна была. А как она должна была идти? Тсуна уже не помнил. Да и не имело это уже значения. Сейчас его раздирало двоякое чувство — ему хотелось сквозь землю провалиться от стыда. И сбежать. Куда угодно, лишь бы не видеть этот шокированный взгляд разного цвета глаз, но… Если он поступит так, то наверняка вновь будет в её глазах неудачником. А еще трусом.       Но ведь он не был таким. Просто… робким. Нерешительным. А еще романтичным.       „И раз так, то, может, хватит пустых слов? — неожиданно подумалось ему, — Не наплевать ли тебе, получишь ты трезубцем сейчас или немного позже? Тем более что с собой у неё его сейчас нет. Или все-таки…“       И в этот миг ужасным внутренних терзаний Савады случилось то, что никто не мог предугадать — Мукуро, легко перегнувшись через столик, явно бывший слишком маленьким, чтобы остановить ее, почти невесомо коснулась губами щеки Тсуны.       Девушка сама не ожидала от себя такой смелости. Что толкнуло ее поступить именно так? Она и сама толком ответить не могла — просто что-то шепнуло ей, что если она не сделает этого шага, то упустит нечто весьма важное в жизни. А Мукуро не привыкла терять что-либо… или кого-либо. И уж тем более она не ожидала, что ее поцелуй выйдет таким… нежным и ласковым. Да, Рокудо впервые открыла свою тщательно скрываемую мягкую сторону души, и кому она ее открыла? Истинному неудачнику по жизни. Или… просто мягкому, доброму, терпеливому и излишне романтичному юноше, который будет защищать ее до последней капли крови?       Тсуна удивленно посмотрел на Мукуро, а потом, будто не веря, коснулся кончиками пальцев места поцелуя.        — Мукуро… — прошептал он, глядя на смущенную и… теплую улыбку девушки.        — Как ты мило покраснел, куфуфу. Ради этого одного стоило поцеловать тебя, — Рокудо старалась смягчить привычный, прикипевший к голосу яд.       Тсуна смущенно улыбнулся:        — Может, это потому, что я и не смел думать об этом? — заметил он, понимая, что ядовитость уже прочно въелась в голос Мукуро и сейчас не имеет к нему самому никакого отношения.       Они еще посидели в кафе, а потом Тсуна проводил её домой. Поскольку спешить не хотелось, то это стало пусть несколько запоздалой, но прогулкой, время в которой было заполнено разными историями — смешными и не очень, дискуссиями над одним и тем же вопросом… И время пролетело незаметно. … Забравшись с ногами под уютный оранжево-синий плед, Мукуро включила ноутбук. Pineapple Girl Привет) У меня сегодня ТАКОЕ было… Caramello-Sun Привет! Надеюсь, хорошее? Pineapple Girl Оя, даже не знаю… Наверное, все же хорошее. Один сотрудник, с которым я работаю, пригласил меня на свидание и признался, что я ему давно нравлюсь. А я… Я… поцеловала его! И вот теперь думаю — и что нашло?       Тсуна замер. Перечитал сообщение еще раз. Моргнул и ущипнул себя. Нет, не показалось. Caramello-Sun А он тебе нравится? У меня сегодня тоже событие — девушка, которая мне нравится, приняла мое приглашение, а потом, спросив, есть ли у меня девушка, предложила попробовать встречаться и… и поцеловала меня. Может, у меня все-таки есть шанс?       Мукуро уставилась в строки на мониторе. Это нечто странное… Pineapple Girl Хм… Ну, если честно… Да.       Тсуна оторопел. Кажется, он начал понимать, что все это время он… общался с Мукуро? Доверял все свои тайны, рассказывал о своих чувствах и… Caramello-Sun Тогда в чем дело? Ты чего-то боишься? Pineapple Girl Как сказать… Я над ним долго издевалась, поэтому какое-то чувство вины осталось… Все считают его неудачником, хотя, знаешь, мне плевать, что думают окружающие. Он очень милый, и этого, кажется, никто не видит, кроме меня. Куфуфу~ Caramello-Sun Мукуро-сан, а вы знаете, что вы тоже внутри не такая, какой кажетесь?) )       От последнего сообщения Мукуро подпрыгнула на диване, чувствуя, как бешено колотится сердце. Дорогой ноутбук с грохотом упал на пол, но девушка не обратила на это внимания. „Это что же получается?! Я всё это время откровенничала с… Савадой?“ Pineapple Girl Завтра выходной — будем время обсудить всё. 10 утра, парк, Савада Тсунаёши. И будь готов — я возьму с собой самый лучший трезубец. Caramello-Sun Хорошо, Мукуро-сан       Почему-то страшно не было. Наоборот, было спокойно. Словно все встало на свои места и шло так, как должно было.