Болезнь под названием "Любовь".

      Схомячив у Курамы половину холодильника, Томоэ отправился посмотреть, как там этот тенгу поживает, вдруг уже помер, а хранитель и не в курсе. А ещё он не в курсе, что Нанами таки заметила его отсутствие и послала Мизуки к Синджиро, догадываясь, что скорей всего её парень пошёл устраивать там разборки. Змей заплетающимся языком пытался отмазаться, но богине было пофиг, в каком он состоянии. Ей непременно хотелось сохранить обоих парней живыми, поэтому бухой на всю голову Мизуки отправился в город. А сама Нанами отправилась на одну важную процедуру, которую никак не могла пропустить.       Смех звучал на каждом углу японского города. Люди хватались за животы и падали, задыхаясь от хохота. И угадайте, кто был этому веселью причиной? Наш пьяный Змей! Он шатался из стороны в сторону, будто от землетрясения, иногда останавливался, нёс какую-то неразборчивую чушь, забавно падал, катался по дорожкам и отправлялся снова в путь. Такими заплетающимися шагами ему удалось всё таки допереть до квартиры Курамы.       Томоэ была готов сам зашипеть, как змея, когда в коридоре он увидел знакомое бухое тело. Курама из своей комнаты мог слышать всю гневную речь, от "Откуда ты взялся, тварь е*у*ая?!" и вплоть до "ПОШЁЛ *****, ТЫ, ******* **** **** ****!!!". А что, болеть иногда даже очень весело. Кроме тех случаев, когда тебе кажется, что ты вот-вот помрёшь, и ты начинаешь писать завещание. - Свали! - Лис выпнул своего коллегу из квартиры и запер дверь. - Мня Нннми пслала, слыыыыыышъ! - Мизуки попытался встать на ноги и тут же упал на мягкое место. - Нанами?! Чёрт, она что, в курсе?! - ДАААААА! Оназнаетчтотытутдерёшься! - И это всё? - наигранно по-доброму спросил Томоэ. - Угу. Ик! Кстаааати, Том. - второй хранитель всё таки поднялся на ноги и вплотную подошёл к Лису, - Ты не имел... Саке? - НЕТ!       Солнце закатывалось за горизонт. Нанами, не дождавшись ни одного из хранителей, решила лечь спать-утро вечера мудренее, как никак. А где-то там, в городе, столпившись на кухне, сидели Томоэ и Мизуки, наслаждаясь тенговской коллекцией чая. - Красный не пейте, ироды! - хрипел из комнаты Курама, но его никто не слышал.       А потом все легли спать. Всё в той же квартире. Томоэ лёг в одну постель с Курамой, т.к. ему надо быть с ним рядом, на всякий случай. И с пьянющим в зюзю Мизуки он спать точно не станет! А самому Мизуки было пофиг, где лежать. Он уютно устроился на персидском ковре в коридоре, подложив под голову итальянский сапог. - Не заразишься? - уточнил Курама и сильно закашлял. - Я похож на тенгу? - немного раздражённо спросил Томоэ, поворачиваясь лицом к "врагу". - Нет. - НУ И ЗАХЛОПНИСЬ ТОГДА, СПАТЬ МЕШАЕШЬ, ТЫ ВООБЩЕ БОЛЕЕШЬ, ТАК ЧТО ЗАТКНИСЬ, ИЛИ Я ТЕБЯ К МИЗУКИ ПЕРЕЛОЖУ, БУДЕШЬ НАСЛАЖДАТЬСЯ АРОМАТОМ ПЕРЕГАРА! - Радуйся, что он ещё водки не пил. - ЗАМОЛКНИ! Вдруг он услышит... - Ккая вдка???????????? - ЛЯГ СПАТЬ!