Фанфик по сериалу "Клон-3, или В лабиринтах любви"

21. Часть 38. Глава 21. Сан-Криштован и новости из Феса. Уже который день подряд главной темой сплетен и обсуждений на районе была дочь доны Назиры и Миро. Все желающие могли взглянуть на фотографии девочки, которую похитили, но теперь нашли и отвезли в Марокко. Кто не знал, что есть такая страна и где находится, были просвещены. Но если накануне любопытные рассматривали фотографии, то теперь дона Ноэмия в баре описывала подруге, как на ее ноутбуке, так и на телефонах Миро и Назиры смотрели присылаемые из Феса некоей Каримой видео. - Карима – это женщина из дома родственника Самиры и Латифы, которую временно сделали няней девочки, - объяснила Ноэмия. Впрочем, она тут же подняла крышку своего ноутбука и включила видеоролик, чтобы дона Жура могла тоже всё посмотреть. - Милая девчушка, - улыбаясь, кивала дона Жура, держа в руке крохотную белую чашечку с недопитым кофе. – Теперь-то Назира успокоилась? Ребенок найден, скоро привезут домой, а детских криков на улице прибавится. - Да... Но у Назиры появились новые страхи. Она боится, что бывший муж Хадижи может украсть ребенка. Помнишь, Жура, как у Хадижи сына украли в Марокко? Потом Самира с мужем искали его в пустыне? - Конечно, помню, - фыркнула хозяйка бара. – Но тогда не муж украл, а вроде бы женщина из ее дома? - Да, а потом этот аферист взял в заложницы жену брата Мухамеда, но ее дочь украсть ему не удалось. Но ты никому не рассказывай, это как бы их семейный секрет. Жура кивнула. Ноэмия продолжала: - Хадижа летит в Марокко с новым мужем, чтобы подразнить бывшего, как предполагают Мустафа и Мухамед. Тот требует, чтобы она привезла и отдала ему детей и сама вернулась бы на верную погибель. Но лететь через океан с маленькими детьми синьор Саид не позволит, я точно знаю. Мустафа сказал, что Хадижа не понимает, какая опасность может подстерегать ее, и что в ответ бывший муж может украсть теперь другого ребенка, потребовать обмена детьми. - О, Господи! – возмутилась дона Жура. – Какие страсти, а вроде бы не сериал. Это вам не шутки! Девчонка глупая, что ли? Это ведь дочь Жади? - Да, ее дочка. А ещё Назира так придирчиво рассматривает каждую фотографию, каждую секунду из видео, что находит к чему придраться, чему испугаться. Стресс у нее не прошел. Страхи продолжаются. Увидела не тот цвет на щечках малышки. Решила, что у девочки диатез, потому что не тем накормили, вот и пищевая аллергия. - Хм, как будто Назире нечем заняться. У нее же трое маленьких детишек. - Успевает везде. Но ей и помогают. Ханин – та, что ходит, как мумия в черном, не снимая своего никаба, она, бедняжка, забегалась. Ну, хотя бы памперсами ее родственницы обеспечили! - Это уж точно. Базилио то и дело высматривает, не выставлен ли очередной пакет на выброс. Миро не успевает – и в спортшколе, и жене помогать. - Да-да, Журинья, ему ещё и за верблюдом надо ухаживать. - Пусть сдадут в зоопарк! – предложила Жура. За ее спиной весело хрюкнул Базилио. - А я думал, скажете – пусть на мясо сдадут! В Марокко едят верблюжатину. Дона Жура, а вы купили бы верблюда на мясо? Клиенты бара валом повалили бы на экзотическое меню. - Базилио, и ты смог бы съесть хоть кусочек мяса животного, которого видел у школы Миро? – удивилась дона Ноэмия. - Нет, я так просто спросил, - перебрасывая мокрую тряпку из руки в руку, глупо ухмыляясь, ответил парень. Жура, пораженная предположением Базилио, не сразу сообразила, что ответить. Впрочем, у нее была готовая фраза на все случаи: - Базилио, ты чем занят? Я что велела сделать? Немедленно ушел исполнять и вытер на улице все столики! - Понял! – обиженно протянул сплетник-официант и отправился за двери бара. - Вот так, Журочка. У Назиры каждый день собирается целая компания. Приходит Эмми, даже Халиса заглядывает. Но по-настоящему помогают лишь Муна и Ханин. - А что там с Самирой и ее парнем? Они же на остров летели за ребенком. - Долетели, но ребенка уже увезли в Марокко, потому как похититель умирал, и как только они прилетели, так сразу умер. Его кремировали. Наверно, иного варианта не было. Ох, как Назира бесилась, когда увидела этого доктора на видео, как радовалась его смерти! Это грех, конечно, но ее понять можно. - Да, конечно, и понять, и простить. Другая на ее месте, окажись рядом, придушила бы доктора. Украсть ребенка! Это вам не шутки! Ноэмия согласно кивала, а потом вдруг уставилась в окно бара куда-то за спиной Журы. - Ханин зачем-то спешит в магазин Мухамеда. Что случилось? - Не переживай, муж тебе потом расскажет. Скажи, ты на видео в компьютере видела Самиру? Базилио вчера все пытался узнать, в какой одежде Самира будет ходить в Марокко. Решил, что там ее могу заставить одеться как Ханин – в черный мешок. Ээээ... Как он там называется? - Паранджа? Нет, не так. Никаб. Я видела Самиру в ролике на телефоне назиры, ничего подобного. Но в доме они все ходят, как и мы здесь. - А на улице? По улице они с Лео идут, одетые как туристы, или он впереди, а она за ним в черном пакете с головы до ног с дыркой для глаз? - Хм, я не спрашивала. А видео с улицы они не присылали. Но могу узнать. Спрошу у Назиры, а она пусть Самире позвонит и поинтересуется. Но не думаю, что Самиру можно заставить делать что-то, чего она не пожелает. - Мне тоже так кажется. Но там вроде бы носят платки, как мне Латифа однажды рассказывала. Это когда Мухамед пытался уговорить дочь надеть платок. - Хиджаб. Платок – это называется хиджаб, когда видно только лицо, а волосы убраны под ткань, но шея и плечи закрыты, - будучи женой мусульманина Мустафы, объяснила дона Ноэмия с видом знатока. – Ты видела, в каком виде Латифа выходила на улицу? Это хиджаб. - Но Назиру я здесь не видела в платках. Она накручивает себе на голову что-то восточное, как из сказок. Тюрбан, чалма – как правильно? - Да, умеет дона Назира красиво скручивать платки. Я такому не научилась. - Тебе и не надо, - с напором сказала ей подруга. – Но вижу, на тебе старая юбка. А выглядит как новая. Экономить начала? - Ну, что ты, Жура. Просто я немного похудела. Стала перебирать вещи в шкафу, и на глаза попалась любимая некогда вещь... Но на тебе очередной сарафан в цветочек. Новый? - Да, купила ещё одну обновку. Но на этот раз без кружева. Надо иногда разнообразить модели. Женщины рассмеялись. - Но это же прекрасно, когда есть возможность носить красочные вещи. А то в мире живут женщины, которым запрещено выходить на улицу без специальной одежды. - Как это? - Мне Самира рассказывала, что читала одну художественную книгу про Саудовскую Аравию. Там вообще много чего запрещено женщинам. Так вот, там главная героиня страдает от мысли, что вокруг нее мир в черно-белом цвете. Это потому, что мужчины одеты в белую одежду, в ней легче переносить чудовищную жару. А женщинам позволено носить только черную абаю, это их никаб, проще говоря. Руки нужно прятать в черные перчатки – в такую-то жару! Даже обувь должна быть черной, как и чулки. - Ничего себе! - Так эта арабская девушка не выдержала и решилась на бунт: стала мечтать о красных туфельках, чтобы идти по торговому центру на территории для женщин, а из-под края подола при ходьбе выглядывали носы красных туфель. - И что – купила? - Купила. Но не знаю, чем там закончился роман. Самира не рассказывала. Надеюсь, камнями ее не забили за это. Книга называется вроде бы «Сожженные страстью». Автора не помню, хотя Самира называла. - Ужас какой! Вот и подумай, Ноэмия: одни женщины мечтают снять этот черный мешок, а другим это кажется модной экзотикой. Одни борются, чтобы ходить с открытым лицом, а другие хотят спрятать себя и натягивают эти... как их там... ни..ке..бы? Смотри, Ноэмия, как бы Мустафа и тебя так не упаковал. - Я ему кто? Мумия из египетского музея? Как бы Я его не закатала в ковер из «Волшебной лампы»! Но скажу, что интернет в наше время – отличный способ узнать, как живет мир сегодня, как и то, что было в прошлом. Ты знаешь, что в Турции, чьи сериалы мы с тобой иногда смотрим, был такой президент по имени Ататюрк? Жил он сто лет назад. И тогда уже у них в стране шла борьба против таких вот замотанных в черную ткань женщин. - Я слышала, что Турция хочет стать частью Европы, так они и одеваться хотели по-европейски. И что он? Почему ты решила о нем рассказать? - Этот политик запретил ношение никабов. Понятно, что многие противились. Хотя в Коране (а я специально узнавала у Мустафы) никаб и паранджа не упоминаются. Значит, носить их не обязательно. Это уже выдумки поздних толкователей их священной книги. И вот этот Ататтюрк, чтобы одним махом решить проблему, выпустил указ, что все турецкие женщины имеют право носить любую одежду. Все, кроме проституток, которым было приказано надевать никаб. На следующий день ни одна женщина не надела никаб. Жура расхохоталась, услышав о такой находчивости восточного правителя. - А это не сказка из «Тысячи и одной ночи»? Не анекдот? - Жура, могу найти в интернете и дать почитать статью, - обиделась дона Ноэмия. Бедный Базилио страдал, что не может услышать, о чем таком забавном, смешном и интересном болтают подруги. Но говорили про Турцию, что до него и долетело. Неужели Самира в Турцию отправится? Как узнать? Но он тут же отвлекся от горьких дум, потому что мимо прошел Миро – быстро, как-то нервно, спеша явно в спортклуб и к своему верблюду. Базилио тут же решил, что заработался и ему положен небольшой перерыв. Оставив мокрую тряпку на ближайшем к двери бара уличном столике, он увязался за соседом, с радостью обнаружив, что дона Жура и Ноэмия настолько увлечены сплетнями, что в его сторону ни одна не смотрит. Но и Флавии не было за барной стойкой. Ясно. Пошла рыться в товаре в ящиках из подсобки. И ей тоже не до него. Думает, что он занят, а иначе... Догнав Миро, Базилио тут же прицепился с расспросами. - Миро, а того доктора, который умер на острове, где похоронят? – слукавил парень, хотя уже знал ответ. - Его кремировали. Базилио, ты же вчера слышал новость. - Так этот горшок с пеплом тоже надо где-то закопать! - Не горшок, а урну с прахом, - поправил его муж Назиры. – Карима звонила и сказала, что отец мужа Самиры привез урну в Бразилию. Решают, где будет стоять или где захоронить. Замотанный домашними и деловыми проблемами уставший Миро рассказал Базилио то, чего не тому вовсе стоило бы знать. Мог бы предположить, что парень разнесет услышанное всему Сан-Криштовану. Но так и случилось. Базилио возвращался в бар с горящими глазами. Влетел внутрь, забыв захватить брошенную на столике тряпку, и тут же решил сообщить доне Журе новости. Но та его опередила: - Ты где был, Базилио?! Почему Флавия должна из сил выбиваться, а ты где-то бродишь! Я, что ли, за тебя столики должна протирать? Это твоя обязанность. Вот и не отлынивай. Это вам не шутки! - Дона Жура, дона Жура! – заголосил Базилио тем голосом, когда ему не терпелось сообщить нечто потрясающее, а значит, он пропустил мимо ушей сделанное хозяйкой суровое замечание. - Что опять? – спросила дона Жура, слишком хорошо зная работника. Он ведь не отстанет, будет по пятам ходить, ныть, дергать за полотенце на ее плече или за платье, трясти за плечо, что уж вовсе не нравилось женщине. Лучше выслушать. - Говори! – переплетая руки на груди , коротко разрешила она. - Дона Жура! Прах врача-похитителя в вазе привез в Бразилию отец Лео! И не знает, куда его деть! А в Марокко все женщины боятся, что призрак доктора будет бродить по нашему району, ожидая, когда привезут дочку доны Назиры. Мне так Миро сказал. - Ох, Базилио, ох, выдумщик! Иди работать! Призрака он испугался! Не бойся, в мой бар он не заглянет, нечего ему здесь делать. Девочку искать здесь никто не будет. Работай, парень, спокойно. - Да... В баре не появится, но на балкон к доне Назире запросто запрыгнет. Это же призрак! – начал фантазировать Базилио, даже самому понравилось и стало страшно. - Хватит, парень! Иди в тот конец зала: видишь, там два столика опустели, а сколько мусора после себя клиенты оставили. Иди, убери. Да протри чистой тряпкой, чтобы посетители не жаловались, что стол липкий. И дона Жура взмахнула рукой – знакомый Базилио жест «иди прочь и займись делом». На улице солнце вдруг скрылось за внезапно налетевшими тучами. Флавия вместе с хозяйкой выглянули на улицу из дверей бара и уставились на небо. - В прогнозе погоды обещали ливень с грозой. Наверно, не ошиблись, хотя утром ничто не предвещало, - сказала Флавия. - Да, вот-вот начнется ливень, - согласилась Жура, про себя с удовольствием отметив, что не может нарадоваться на новую официантку. Молодая женщина ни разу не попала ей на глаза в грязном фартуке, в неряшливой одежде, в пыльной обуви или с растрепанными волосами. Наоборот, в заведении Флавия на голове носила колпак, похожий на поварской, как в кино. Чистый, белый и накрахмаленный. А за огромными окнами бара крупные капли начинающегося ливня уже били о плитки двора, пластиковые стулья и столы, навесы от солнца. На улице как-то сразу потемнело, а тучи на небе приняли угрожающий темно-сизый оттенок. - Где Файер? – вдруг вспомнила про кота дона Жура. – Где этот обжора? Что-то давно не вижу рыжего пройдоху. Как бы не промок. - Трусишка испугается грозы, но пока молнии не сверкают, гром не гремит, надо его найти, - предложила Флавия и, выйдя на порог заведения, принялась оглядываться в поисках кота. Даже наклонилась, чтобы проверить, нет ли котяры под одним из столиков. - Базилио! – громогласно позвала дона Жура, и когда тот явился, велела: – Кота поищи и занеси его в бар. Поиски долго не продлились. Вскоре парень принес кота, подхватив его под передние лапки. Кот, когда его опустили на пол, посмотрел на хозяйку и ее работников взглядом, полным непонимания. - Базилио, открой банку сардин. Пусть побалуется мелкой рыбешкой. От пирожков его уже раздуло! - Скоро шерсть лезть начнет! – болтнул парень в тон доне Журе. - Что? Что такое? С чего бы моему коту начать облезать? Неужели заболел? – тут же у хозяйки испортилось настроение. То, что он пошутил, Базилио признаться побоялся. - Завтра позвоню ветеринару, попрошу осмотреть, - решила она, с тревогой глядя на разъевшегося пушистого любимца. - А Шанди не скоро появится? Он ведь учился на ветеринара, - заикнулся Базилио, но увидел сурово сведенные брови Флавии. Это означало: не продолжай. Но кот принялся настойчиво мяукать, едва заметив в руках Флавии банку сардин. И у доны Журы отлегло от сердца. Показалось! Файер здоров, аппетит не потерял. А Базилио надо меньше глупости болтать. Всё это происходило в первой половине дня, а потом начался ливень. Дождь лил как во время потопа. Зато какими чистыми и свежими теперь казались пальмы и кусты вдоль трассы и на прилегающих к площади перед баром улицах. Потоки дождя помыли и плитку перед баром доны Журы, как и машины, которые заезжали в Сан-Криштован. Когда ливень стал стихать, на улице появились люди, промокшие насквозь, потому что зонтики не смогли их спасти. Находясь в баре, доне Журе, Флавии и Базилио оставалось лишь наблюдать за тем, что происходило снаружи, и сочувствовать бедолагам. Но что это? К соседнему дому один за другим подъехали автомобили. Из одной машины вышли Жади и Латифа, которых привез Керим. Высадив родственниц, он тут же уехал. Затем ближе к «Волшебной лампе» остановился престижный дорогой автомобиль Саида Рашида, который выбрался из салона сначала сам, а за ним показались женщины – Зулейка, Фатима и Хадижа. Хадижа тут же бросилась к матери, которая стояла у двери дома Самиры, ожидая, когда Латифа откроет дверь ключом, не сразу выловленным в недрах сумки. Фатиме очень хотелось к ним присоединиться. Но Саид напомнил, что они приехали в гости к его брату, а с Жади и Латифой она сможет сколько угодно общаться в Фесе в ближайшее время. Тем более что они все вместе летят в Марокко – повезло заказать чартерный рейс для всех родственников семьи. Фатима с сожалением подчинилась, решив, что раз так, то она непременно позвонит Самире в Фес и этим восполнит разочарование от запрета Саида. Но когда Жади с дочкой и сестрой вошли в бывший дом Латифы, то из дома Назиры выскочила Эмми, одна, без ребенка, которого оставила ненадолго на попечении Ханин и лары Муны, все чаще проводящих время у соседки, которой требовалась их помощь в уходе за детьми. Эмми окликнула Хадижу, которая не успела закрыть за собой дверь. Подруги обнялись, невестку Латифы пригласили войти. И почти сразу же подкатил автомобиль Леонидаса Ферраса, который недавно уже видели жители района, точнее - обитатели бара доны Журы. Но из машины вышла только дона Иветти. - И что же у них за собрание такое в доме Самиры? – стало любопытно доне Журе, которая с прищуром наблюдала за движением на площади перед баром. Она покосилась на Базилио, и он ответил ей понимающим взглядом. Ха! Ему тоже было интересно, но как узнать-то? Не подберешься, не подслушаешь. - А дона Ноэмия где? Вот бы сходила сейчас в гости к Назире. Что-то намечается, что-то происходит! И почему они не вместе? В доме Самиры – одна компания, в доме синьора Мухамеда – другая. Но тут же замолчала: из дома вышла Назира с одним из сыновей на руках. Дождь кончился. Но плитки двора были мокрыми, а кое-где растеклись лужи, которые женщине пришлось аккуратно обходить, боясь запачкать или промочить остроносые тапки. Когда мать с ребенком проходила мимо пальмы, то ветром качнуло огромный пальмовый лист, с которого тонкой струей скопившейся дождевой воды оросило Назиру. Она успела прижать к себе малыша, защищая от воды. Дверь дома распахнулась, Жади впустила лару Назиру. Не выходя на балкон, из окна дома за ними наблюдали Муна и Ханин, у каждой на руках было по ребенку. Один – близнец сына Назиры, у другой – сын Эмми, а Абдульчик и Ферюза играли на ковре в комнате. Но если лара Назира, бросив всё, отправилась к соседкам, значит, дело важное. Так и решили в баре все, кто наблюдал за нашествием гостей. ... Перед появлением в Сан-Криштоване дона Иветти побывала в другом районе, где жили родственницы Лео, чтобы навестить старинную подругу Деузу, дону Мосинью и тетю Лолу. Эдвалду снова оказался в больнице – теперь уже со сломанной ногой. Перестарался в танцзале, - как объяснила Деуза. Иветти здесь ждали. Настроение у Деузы и обеих старушек было тревожным, никаких добрых вестей для себя они не ждали. То, что нашлась украденная дочь Назиры, а значит, и их новорожденная родственница, уже было известно. Далва, позвонив, сообщила и другие новости: Альбьери умер на том острове, куда синьор Леонидас с Лео и Самирой полетели, чтобы забрать ребенка. А жена Альбьери дона Эдна бросила старика-мужа и сбежала. У него случился инсульт, а потом он умер, как только услышал, что к дому подкатило такси с синьором Леонидасом и Лео... Иветти знала, что ее ждет в доме Деузы. Она показала фотографии с Тенерифе, которые прислала Самира, сделанные как ею, так и те, которые распространяла Карима. Иветти объяснила, кто это такая – Карима. Среди снимков попался и тот самый предсмертный снимок доктора. При виде него у Деузы перекосилось лицо. Она с чувством сказала: - Из-за этого человека моя жизнь пошла не так, как должно было случиться. Он пытался украсть моего Лео. Один раз сына спасла от такой участи моя мать, но второй раз ему это удалось - Лео был уже взрослым, он увел мальчика в пустыню и чуть не погубил! Он называл Лео клоном! Рассорил меня с Эдвалду, с тобой, Иветти, свел мою судьбу с Лукасом и синьором Леонидасом, с людьми, о существовании которых я не подозревала. Но в конце концов он добрался и до моей внучки, чтобы лишить меня дочери Лео! - Не плачь, Деуза, всё позади! – призвала тетя Лола. – Он же умер? Он умер, Альбьери умер! Его прах остался на том острове. Забудь о нем, вычеркни из жизни, потому что прошлого не изменишь. Иветти усмехнулась и возразила, уточнив, что прах Альбьери вовсе не на острове, а в урне на полке в кабинете Львеночка. - Леонидас никак не решит, что делать. Далва настаивает, чтобы урна была пристроена к могиле Диого. Это брат Лукаса, который погиб много лет назад – за год до рождения Лео. Но Леонидас слишком зол на Альбьери за предательство. Поэтому он пока ничего не предпринимает. - Почему прах не остался на том острове? Мне будет мешать жить то, что его дух витает в Рио. - Ничего не поделаешь. Возможно, его вдова одумается и выразит свои пожелания относительно судьбы праха Альбьери, - сдержанно сказала Иветти. Тетя Лола опомнилась, пригласив всех к столу, где ждал чай и выпечка. Все были так взвинчены, что просто забыли об этом, хотя вкусные ароматы витали по всему коттеджу. - Я должна ехать в Сан-Криштован, чтобы увидеться со всеми перед их поездкой в Марокко. Завтра они летят из Рио прямым рейсом в Фес. Лео же вам звонил? Что он рассказывает о девочке? - Как назвали дочку..., - дона Мосинья не знала, как продолжить – чья теперь эта дочь. - Назира называла девочку Асмой, пока не было известно, жива она или нет. Альбьери дал похищенному ребенку имя Паула, Паулинья. Но когда дядя Самиры прилетел на остров, то Назира попросила его дать имя Софа с соблюдением всех ритуалов, как положено у мусульман. - Так наша внучка ещё и мусульманкой станет! – покачала головой тетя Лола. - Вот об этом я и хотела поговорить. Я созванивалась с Самирой и Лео. Ребята приняли решение, что не станут претендовать на девочку, хотя она является их биологической дочерью. Но ребенок родился после проведения Назире процедуры ЭКО. Клетки были донорскими. Самира стала добровольным тайным донором, а Лео был обманут, но он тоже согласился с тем, что не станет разглашать тайну и судиться. Хотя именно к тяжбе подталкивает его наша Далва. Не слушайте ее. Иветти выглядела прекрасно. Дорогая косметика позволяла иметь чудесный макияж, который скрадывал возраст. Деуза сравнивала подругу с собой. Впрочем, сама Деуза выглядела намного моложе своих лет. Одета жена Леонидаса Ферраса была в дорогие вещи, хотя носила их так, что можно было решить – это одежда из ближайшего рядового торгового центра. Украшения были тоже в ее стиле: крупные яркие бусы под цвет легкого сарафана из красивой ткани с цветочным принтом. Такие же аляпистые крупные серьги. Наверно, у нее в шкатулке имелись и бриллианты, и золото, но Иветти выбирала украшения в своем излюбленном стиле. Впрочем, так было и безопаснее, когда передвигаешься по городу с высоким уровнем преступности. Достав смартфон с огромным экраном, Иветти принялась показывать видео, которых не было у Деузы. Карима столько всего прислала Назире, Самира же отправляла ролики с ребенком только тем, до кого не дотягивались руки Каримы и ее длинный язык. Рассматривая внучку, которая теперь стала для них запретной, раз Лео и его жена приняли такое ужасное решение отказаться от малышки, Мосинья и тетя Лола заметили, что у девочки глаза Лео, а вот черты лица – скорее, как у Самиры. Иветти со вздохом сказала: - Вам не стоит начинать войну за внучку ни с Назирой, которая даже не подозревает ни о чем, уверена, что это дочь ее и Миро. Но и с моим мужем тоже. Леонидас сначала хотел побороться за внучку, узнав, что Лео невольно стал отцом. Потом понял, что тогда станет врагом Лео, но и скандал тоже никому не нужен. Против скандала также и синьор Саид, дядя Самиры, он же родной брат Назиры. - А Жади знает? А ее сестра – мать Самиры? Они что думают? - Всё так сложно в этой истории. Но и они смирились. Они с трудом, но принимают решение Лео и Самиры, что Софа – дочь Назиры. - То есть нам тоже следует принять этот факт, забыть историю, кто есть кто для этой девочки, похоронить в памяти и никогда не вспоминать? – подала голос Деуза, которая все время молчала. - Да, именно так и надо сделать. А другого выхода нет. Иначе это будет война семей, все против всех, - ответила дона Иветти и пролистнула пальцем на экране несколько снимков, остановившись на одном: на нем Лео держал на руках Софу и улыбался счастливой улыбкой. Судя по всему, он сделал селфи. - Взгляните, как парень здесь счастлив! Но из-за этой фотографии Лео и Самира поссорились. Софа станет для всех причиной раздора, а также сделает биологических родителей врагами. - Но Лео явно рад своей малышке! – расчувствовалась тетя Лола. - Не знаю, что в глубине души чувствует Самира, она тоже может страдать, но она холодным умом понимает, к чему приведет правда, если ее кто-то откроет Назире. Плохо придется всем. Тогда делить ребенка будут несколько семей, - предупредила Иветти. - Ничего не поделаешь, нам тоже придется молчать. Но есть надежда, что однажды Самира захочет стать матерью и подарит нам внуков, - высказала мнение от лица всех родственниц тетя Лола. Мосинья не могла говорить, так как ситуация была в ее глазах чудовищной и неправильной. Но если все уверяют, что закон и медицина на стороне Назиры, бесполезно спорить. Тем более что Лео с этим согласился, как и его жена. Женщины проводили Иветти тяжелыми вздохами и обещанием хранить тайну и смириться с решением молодоженов. Уходя, Иветти едва споткнулась о молодого рыжего кота, который бросился под ноги. - Какой прелестный котик! – искренно порадовалась она и поспешила к машине, где водитель ее мужа предупредительно открыл для нее дверь. ...И вот теперь она появилась в обществе марокканских подруг, но ничего не могла им рассказать. Хадижа и Эмми не были посвящены в тайну рождения Софы. А вскоре пришла и сама Назира, прижав к себе брата обретенной дочери. Поэтому разговор шел только о предстоящей поездке в Фес, о празднике, который решил устроить в честь ребенка дядя Али. Потом обсуждали «вторую свадьбу» Хадижи для марокканских родственников. Конечно, говорили о том, где побывать, что посмотреть и купить, с кем увидеться. Назира и дона Иветти вспомнили день, когда Иветти с Жади привезли в ее дом в Марракеше Хадижу, у которой начинались роды, а девушка загибалась от боли из-за схваток. - Кто у тебя на руках? Как зовут? – сюсюкала Иветти. Назира отмахнулась, сказав, что они с Миро так и не научились узнавать детей. Но одного мальчика назвали Ахматом, другого сына – Мехди. Имена детям дал ее родной брат Мухамед. Но, что интересно, Муна и Ханин никогда не ошибаются и всегда знают, кто из детей кто. - А мы с Миро тайком пристегиваем на их ползунки амулеты – они разного цвета. У Мехди – зеленого цвета, у Ахмата – синего. Поэтому я принесла показать только одного, они все равно похожи как отражение в зеркале, как два финика. Второй сейчас спит, у него животик пучило, пока Ханин не сделала какой-то отвар и не напоила. - Лара Назира, но теперь вы счастливы? У вас есть Ферюза, есть два сына и нашлась Софа. Четверо детей! – с улыбкой спросила Латифа. Она хотела бы рассмотреть мальчика и даже подержать его на руках, зная, что это ее родной внук, но боялась выдать себя. Назира всегда подмечала мелочи, ее и раньше было трудно обмануть. Но теперь они все как будто проходили по острому лезвию. Назире позвонили. Но ее сотовый лежал в кармане платья, в котором она пришла по-соседски к родственницам. И, чтобы достать телефон, Назира неожиданно передала сына Латифе. Та ахнула, но вынуждена была аккуратно взять и бережно держать малыша, который смотрел на нее глазами Самиры, которые она знала с момента ее рождения. А вот уши были как у мужа лары Назиры. И нос тоже, и цвет волос... Жади видела, что Латифа вот-вот потеряет сознание. Но у той по щекам потекли слезы. Назира, коротко поговорив, заметила состояние бывшей невестки. Решила успокоить: - Латифа, ты сама недавно стала матерью. А скоро можешь стать и бабушкой. Самира и Лео однажды подарят тебе внуков, когда им надоест болтаться по разным странам и путешествовать по Бразилии. Латифа смогла лишь кивнуть, не поднимая глаз на обманутую всеми Назиру. Оказалось, что звонила Муна, сказала, что Саид и его жены хотят с ней увидеться, как и взглянуть перед поездкой на новорожденных сыновей. Поэтому Ханин и Муна отведут всех детей в дом Мухамеда, но она тоже должна сейчас же туда прийти. А ещё Муна поинтересовалась, что делать с ребенком Эмми? Пусть скажет девчонке, что ее сына они тоже возьмут с собой, чтобы брат Мухамеда познакомился с сыном Амина поближе. Лара Назира захватила с собой Хадижу, потому что отец велел и ей присоединиться к семье. Иветти тоже собралась возвращаться домой. Она намекнула Жади, что позже позвонит ей и расскажет о своем визите в дом матери Лео. Теперь остались только Жади, Латифа и Эмми. Женщины поняли, что Эмми пришла не просто так, поэтому задержалась дольше других. - Эмми, ты хочешь о чем-то со мной поговорить? – ласково поинтересовалась Латифа, стараясь помочь невестке и подтолкнуть к разговору. Эмми неуверенно оглянулась на Жади, что дало понять той оставить сестру и ее невестку наедине. - Пойду в комнату Самиры. Она мне рассказывала, что у нее есть книга о ювелирном искусстве Италии. Она привезла ее из путешествия. Если отыщу на полке, пролистаю, - с улыбкой сказала Жади, найдя причину уйти. Когда шаги Жади затихли у соседней комнаты, а потом раздался звук открываемой двери, Латифа мягко спросила: - Что случилось, дорогая? Ты поссорилась с Амином? Или не ладишь с Халисой? Какие ещё могут быть причины для переживаний? Ты хорошо себя чувствуешь? - Ужасно! Я отвратительно себя чувствую! – залилась слезами Эмми. – Амин дал мне развод. Наверно, сделал это сгоряча, потому что он больше ничего мне не говорит, а я не понимаю, дал он мне развод или передумал. - Но что между вами случилось? – Латифа кое-что слышала о ссоре и ее причинах, но решила узнать от невестки ее версию. Эмми, давясь слезами, рассказала, как всё произошло. - Амин давно дразнит нас с Халисой, что возьмет третью жену. Я против. Я не желаю этого. Даже Халиса была не нужна. Но раз так вышло, я смирилась. Но третья жена... Нет, я не стану терпеть ещё одну женщину, делить с ней мужа. Не дам разрешения на третий брак. Я уйду из дома, брошу Амина и заберу сына. Сбегу! Сама потребую развод! - Эмми, успокойся! О, Аллах! Я прекрасно тебя понимаю. Когда-то я и сама ссорилась с отцом Амина из-за того, что в нашем свадебном договоре был упущен пункт о том, что он не может взять вторую жену. Я всю жизнь в браке с Мухамедом боялась, что появится ещё одна жена. И ты сама видишь, как закончился наш брак. Амин не станет брать третью жену. Я уверена. - Но он был в ярости и говорил серьезно! - Сказать можно всё! Когда человек зол, он не думает, что говорит. Я лечу в Марокко вместе с Амином, там я за ним присмотрю. Главное, чтобы о вашей ссоре не узнал сид Абдул. Иначе он сразу же воодушевится и начнет искать Амину невесту. - Тетя Латифа, - забывшись, обратилась к свекрови Эмми. – Если можете, оставьте мне ключи от этого дома. Я намекала Самире, чтобы она дала мне свои ключи, но она ответила, что оставит их у тети Назиры, и если мне нужно будет, я могу пожить в их с Лео доме. В этом доме. Но я боюсь, что лара Назира ничего мне не даст, но пожалуется отцу Амина... Мне придется уехать к своим родственникам, а это плохо кончится. Хотя моя мачеха всегда хорошо ко мне относилась, но я не могу надеяться на ее поддержку. Она зависит от моего отца, а он может разозлиться и сделать так, что мне будет хуже, чем рядом с третьей женой. - Аллах! Эмми, не делай поспешных шагов! У вас с Амином сын. Зачем тебе разводиться? - Но вы же развелись, когда появилась Лейла! – уличила девчонка свекровь. - Да. Я развелась, потому что был обман со стороны Мухамеда. Он тайком женился, долго не признавался в этом. А когда всё открылось, повел себя очень нехорошо. Эмми, полюбить человека трудно, а вот разлюбить – хватит иногда одного произнесенного нехорошего слова, поступка. Но Амин не хочет брать третью жену. Поверь. Просто он устал от ваших с Халисой склок, от домашней суеты и детских криков, когда трудно выспаться в маленьком доме. Но он отдохнет в Марокко, придет в себя... - Лара Латифа, пусть у меня будет ключ от этого дома, чтобы я могла не бежать к отцу, узнав, что Амин сосватал ещё одну жену, а перейти в этот дом и отсидеться до принятия взвешенного решения, - уперлась и настаивала на своем Эмми. Латифе ситуация не нравилась и оставлять ключ не хотелось. Тем более, что теперь это был не ее дом, а дом Самиры, где дочь жила с мужем. Но пусть уж Эмми поживет неделю-две здесь, чем сбежит, и этот новый скандал с поисками запомнится всему району. Скрепя сердце, она согласилась отдать Эмми ключ. - Вряд ли он тебе пригодится. За две недели, что нас не будет в Рио, ничего не произойдет. Но если тебе так будет спокойнее, доверю тебе ключ. И не натвори глупостей! - Тетя Латифа, я предлагала Амину начать наши отношения сначала. Попросила взять меня в Марокко, но Амин сказал, что он оставит меня дяде Абдулу на перевоспитание, как когда-то к нему отвозили Лейлу, а теперь с ним рядом живет и лара Рания. Я испугалась и отказалась. - Да, такое возможно. И не Амин, а сам дядя Абдул принудил бы моего сына оставить тебя у него в риаде, чтобы сделать из тебя «лампаду Аллаха». Ты не знаешь, но Лейле потом пришлось путешествовать по пустыне, что было как часть воспитательного процесса дяди Абдула. Поэтому лучше тебе оставаться в Бразилии, заботиться о сыне, успокоиться и ждать возвращения Амина, надеясь на примирение. И постарайся найти общий язык с Халисой. - Она сама меня провоцирует! - Эмми, пойми, ей куда тяжелее было принять вторую жену, когда Амин привез тебя в Бразилию. Она-то выходила замуж единственной. И вдруг появилась другая. Халиса дала согласие на ваш брак только ради того, чтобы спасти Амина. Поэтому он никогда не откажется от нее. Иначе это было бы подлостью. Эмми явно не была согласна с матерью Амина, но боялась возражать. Халиса спасла их мужа – это правда. Но она должна была бы проявить бОльшее великодушие – отказаться от Амина, зная, как он любит Эмми, а не ее, Халису, жену, навязанную дядей Абдулом и отцом. Могла бы признать и принять, из-за какой огромной любви Амин рисковал жизнью, чтобы спасти Эмми и жениться! Почему Халиса не потребовала развод? Она бы его получила! Но разве выскажешь такое тете Латифе, которая очень хорошо относится к Халисе? - А где мой внук, Эмми? Я хотела увидеть сына Амина! Внучку я видела в прошлый раз, но если ты оставила мальчика с Халисой, то мы можем пойти к вам домой, тогда я увижу и внучку, и внука, - без задней мысли предложила Латифа. - Нет, нет, Халисе не до этого: она собирает вещи Амина в поездку. А мой сын у дедушки. Муна позвонила и предупредила, чтобы я забрала сына там, когда захочу вернуться домой. Латифа удивилась такому повороту событий. Одна невестка заботливо собирает вещи ее сына, а другая подбросила ребенка второй свекрови и дедушке, чтобы пообщаться с родственницами. Оправдание для Эмми только одно: ей необходимо было поговорить о разводе и Амине. Но Латифа не стала ссориться с невесткой перед дальней дорогой, а лишь посоветовала закрыть дверь дома при них, потому что они с Жади уезжают прямо сейчас. Пусть никто не знает о ключе. Так как Хадижа предупредила, что вернется домой с отцом, то сестры решили не задерживаться. Латифа сама закрыла дверь дома и незаметно передала ключ Эмми. Та с явным удовольствием спрятала его в кармане длинной юбки. В такси, которое они вызвали, Латифа рассказала Жади о разговоре с девчонкой, который ей не понравился. - И я теперь думаю, что ошиблась, доверив Эмми ключ. - Назира рядом. Если что – она знает, как поступить. Но и Мухамед не позволит жене сына чудить. - Ах, Жади, если случится скандал из-за ключа и этого дома, то в этом снова обвинят мою Самиру. Но я не стану скрывать, что Эмми меня уговорила отдать ей ключ. ...Тем временем Халиса собирала вещи Амина. Убегая утром в магазин, он перечислил, что она не должна забыть положить в его спортивную сумку. Едет на неделю или больше, но с собой придется брать столько мелочей! Халиса боялась забыть что-то из перечисленного. Но было ясно, что в сумку всё не войдет. Тогда она отложила отдельно необходимые вещи, а в другую кучку – то, что можно будет купить на месте в Фесе. Она нервничала, потому что теряла время, понимая, что сегодня уже вряд ли сможет заняться выпечкой на продажу. Ей повезло, что на сегодня не было срочного заказа. Накопилось немало домашних дел, но не только своих, а тех, что ей приходилось делать за Эмми, которая продолжала бунтовать. Халиса не хотела унижаться и жаловаться Амину. Но когда он позвонил, чтобы узнать, как идут сборы вещей и что вообще происходит у соседей, она сорвалась. Амин знал, что к отцу приедут гости, но не мог оставить перед поездкой магазин, там было столько дел! И тогда он услышал от обычно сдержанной и покладистой Халисы, что не только сид Саид с женами приехал в гости, но и в доме Самиры состоялось собрание женщин, куда прибыли лара Латифа с Хадижей и ее матерью, жена отца Лео, туда же помчалась, бросив сына ларе Муне, и Эмми. - А теперь, Амин, те женщины разъехались, но Эмми отправилась в дом твоего отца. До этого она тоже не помогала мне разбираться с твоими вещами, не занималась стиркой и ничего не приготовила на обед. Она ушла вместе с ребенком к тете Назире, где и была все время, пока не приехала Хадижа, к которой Эмми и выскочила из дома твоей тёти. Как только она закончила жаловаться, а Амин дал ей совет потерпеть, но собрать его вещи как следует, вернулась и Эмми. У нее было такое прекрасное настроение, что Халиса невольно заподозрила какую-то интригу. Что задумала Эмми? А та принялась за работу: постирала и без напоминания сделала уборку в гостиной, помыла посуду и попыталась приготовить то, что они уже не раз делали вместе. Накормила ребенка, уложила спать. Принялась за глажку детской одежды... Но Халиса, все время прислушиваясь, вдруг услышала, как в комнате соперницы что-то звонко звякнуло, как будто небольшую металлическую вещь бросили в железную банку... Откуда было знать Халисе, что Эмми достала из кармана одежды ключ и спрятала его в банку из-под импортного печенья. ...А гости Мухамеда, пробыв у него несколько часов, тоже собрались домой. Появилась Эмми, чтобы забрать у Муны сыночка. Оставаться не стала, сославшись на то, что дома много дел, а она итак задержалась дольше, чем обещала Халисе. Гости расположились в гостиной Мухамеда. Там теперь стояли два новых дивана. После известного пожара пришлось сменить часть мебели и докупить новую. Здесь находились не только оба брата, но и их жены – Муна, Фатима и Зулейка. Ханин принесла второго сына лары Назиры, которая тоже пришла с ребенком. Ферюзу и Абдульчика они привели, держа за ручки. А сына Эмми ранее принесла Муна. Она же с ним и нянчилась к удивлению и негодованию Мухамеда, который не понимал, чем занята его невестка, что она делает в соседнем доме. Только когда появилась Хадижа, понял: Эмми готова нажаловаться Латифе и рассказать о возможном разводе. Пятеро детей не давали восьмерым взрослым пообщаться. Когда появилась Назира с детьми, конечно, внимание было отдано ее сыновьям. И Фатима, и Зулейка, и сам Саид рассматривали малышей, уверяя Назиру, что у Ахмата и Мехди ее глаза. А в остальном дети похожи на ее мужа Миро. У Назиры от умиления и счастья слезы текли по щекам. А когда стали обсуждать найденную дочь и историю смерти Альбьери, у Назиры случилась небольшая истерика. - Мы едва не продали нашего верблюда Эдвалду! - Кому-кому вы хотели продать животное? – насторожился Мухамед, услышав кличку верблюда, привезенного из Марокко, но не поняв контекста в разговоре. - Эдвалду – так мы назвали подаренного принцем моему Миру верблюда. А продать... не знаю, кому! Мы были не в себе! И тогда до Мухамеда дошло! Он начал смеяться, и так, что его огромный живот колыхался в разные стороны, и Мухамед вынужден был придерживать его руками. Саид тоже посмеивался, припомнив все случаи, когда Назира пыталась познакомить братьев с бразильским «женихом». Особенно тот день, когда местный портной Эдвалду пришел к ним сватать Назиру, но сбежал, узнав, сколько верблюдов и золота он должен будет купить и отдать за невесту. Находчивый Мухамед сообразил, как отвадил поклонника сестры. И вот только теперь Назира оценила того жениха по достоинству, назвав его именем верблюда. Поздно, но лучше так. Фатима и Зулейка рассматривали фотографии, которые Карима прислала Назире. - О, узнаешь, Зулейка? Это платьице мы покупали в торговом центре, ещё спорили с тобой из-за цвета. А что они сделали с браслетиком? Он был намного больше, не на эту крохотную ручку! Был подарен «на вырост». - А этот кулончик? Я такой не покупала. И откуда взялась «рука Фатимы»? - Наверно, Зорайдэ и Карима подарила малышке и амулеты, и кулончики. - Серьги в ушках подарены Ранией. Она вместе с сестрой и дочкой приходила посмотреть на Софу, принесли подарки, - пояснила Назира. – Эту фотографию Карима мне сегодня утром прислала. - О, так Рания там живет полной жизнью, в гости ходит! – немного кривляясь, проговорила Фатима. – А я ее жалела, думая, что она находится в полной изоляции и видится только с дядей Абдулом. Конечно, тех самых снимков с Альбьери среди прочих не было. Мухамед через Муну посоветовал Назире никому больше их не показывать и не рассказывать о том, как Карима сделала предсмертную фотографию с Альбьери, как и видео, где Назира плюет на экран после ссоры с доктором-преступником. - Эта история закончилась. Назира, твоя дочь найдена, а преступника нет в живых. Предлагаю в наших же интересах забыть все, что может привести к скандалу, - вытянув вперед руку и выставив ладонь, сказал Саид. - Нет, история пока не закончилась, потому что моя дочь ещё не со мной, - возразила Назира. - Сестра, мы привезем Софу, когда будем возвращаться из Марокко в Бразилию. С ней ничего не может случиться за те неделю-две, что мы проведем в Фесе. - Если бы я могла лететь вместе с вами! – воскликнула Назира. При ее словах оба брата, кажется, вздрогнули и переглянулись. – Но я не могу оставить троих детей с Миро. Муна и Ханин не могут находиться в доме с ним без меня. Но и к тебе, Мухамед, я тоже не посмею принести малышей и сказать: «Брат, помоги, позаботься о племянниках, пока я съезжу в Марокко, чтобы забрать дочку!» - Назира! – только и смог воскликнуть испуганный такой перспективой Мухамед. Но Саид не растерялся и тут же заявил, что и думать нечего: детям нужна мать. Близнецам нет и трех месяцев от роду! Он сам привезет родную племянницу в Рио-де-Жанейро! Сам же Саид пришел в ужас, представив, что может случиться с Назирой в Фесе. Дядя Абдул не стерпит ее появления и устроит скандал, каких никогда ещё не было в их семье. Им повезло, что у Назиры есть причина не лететь в Марокко. Пусть так и будет. 22. Часть 38. Глава 22. Фес. Гости в доме сида Али.                        На следующий день в доме дяди Али ожидался праздник – вечером, когда соберутся все гости, которые должны прилететь примерно к полудню. Саиду удалось нанять частный самолет, чтобы лететь всем вместе, так как столько билетов на прямой рейс из Рио в Бразилии в марокканский Фес купить было немыслимо. Поэтому родственники сида Али прилетят вместе, но потом расселятся в разные отели, где были забронированы номера. Зорайдэ металась по дому, проверяя за каждой служанкой сделанное. Особенно переживать приходилось из-за кухни. Это же не просто - приготовить столько праздничной еды! Сама она давно не стояла у плиты, хотя самая вкусная выпечка получалась именно у жены сида Али. Но многих женщин, работавших на кухне, Зорайдэ за прошедшие годы сумела научить кондитерским премудростям. Теперь следовало только проверять, чтобы ничего не упустить. Карима тоже старалась участвовать в подготовке к встрече гостей. Ей не сиделось в комнате, где находился ребенок. Но и оставить Софу одну она тоже не могла. Поэтому Карима везде появлялась с малышкой на руках. Сначала она  находила предлог, чтобы спуститься в гостиную, заглянуть на кухню – за чистой бутылочкой или приготовить молочную смесь, но потом уже сновала по риаду просто так, не спуская девочку с рук. Зорайдэ и сиду Али было не до нее. Самира и Лео с утра пораньше сбежали на медину от царившей в доме дяди Али суматохи. Теперь им захотелось не просто прогуляться по Фесу, а собрать материал для журнала, где оба удаленно работали. Написать статью, снабдить ее красочными фотографиями, чтобы заинтересовать потенциальных туристов. Они надеялись, что в этот раз ни дядя Абдул, ни Имад им не встретятся. А город был, как и всегда, похож на сплошной восточный базар. Не только товары, выложенные порой прямо на мостовую, но и в распахнутых дверях лавок привлекали их внимание. Преследовали самые разные запахи - пряные ароматы мяса вместе с дымом, кисловатые – фруктов, а также запахи сладкого арганового масла, животных и сортира одновременно. Уши тоже были вынуждены слушать потоки бренчания на всем, что издает хоть какие-то звуки. Торговцы кричали им на разных языках вслед, принимая за туристов, когда они миновали улицы в районе, где гостили у дяди Али и где местным было известно, кто они такие. Но в положенное время сквозь какофонию звуков можно было различить и призыв к намазу. Ребята шли по улицам вдоль грязно-желтых стен домов, загадывая, что может скрываться за ними: бедняцкое жилище в развалинах или настоящий дворец. Правда, в таких риадах уже мало кто жил из местных. Старинные риады после ремонта превращались в традиционные марокканские гостиницы с внутренним двором, часто богато украшенным орнаментами, мозаикой, резьбой. Внутри двора часто располагается небольшой фонтан – всё, как у сида Али. - Хочется заглянуть и все посмотреть, но кто же нас впустит, если там не отель, - сожалела Самира, но тут же вспомнила: - В Марракеше, когда ты сбежал без меня на поиски сына Хадижи, а я отправилась к тете Назире, некоторое время жила у нее. Риады все вроде бы одинаковые, если их описываешь в двух словах: фонтан, галерея вокруг внутреннего двора, мозаика и лепнина... Но если сравнивать дом дяди Али и риад дяди Абдула или дом, где жили тетя Назира и Миро, то понимаешь, как они отличаются между собой. - Но как я понимаю, риады отражают философию марокканской архитектуры — внешне и богатые, и бедные здания выглядят одинаково, различия не выставлены напоказ и видны, только если попасть внутрь здания. - Ты прав, Лео. Так и есть. И все равно в бурлящем водовороте улиц - рынков в лабиринте Феса они наткнулись на настоящее сокровище. Здание с тончайшей резьбой по камню и сложнейшими орнаментами оказалось знаменитым медресе. Самира и Лео пришли в настоящий восторг, увидев пример шедевра декоративного искусства. - Обрати внимание, Лео, что орнаменты состоят из сложнейших геометрических построений, потому что в исламском искусстве традиционно запрещено изображать людей и животных. Поэтому местные мастера нашли выход и создали шедевры. Сделав множество фотографий, как и заметок в блокноты, они почувствовали, что страшно проголодались. Завтрак, приготовленный под присмотром Зорайдэ, уже забылся. - Что бы такого поесть? – задалась вопросом Самира. - Только из того, что не готовят у дяди Али. - И что это? Не кускус, не таджин, а что тогда? – поинтересовался тоже голодный парень. Чай и лепешки, как и множество разной выпечки, встречались на каждом шагу. Но хотелось чего-то необычного, а из экзотических блюд, по словам Самиры, можно было бы попробовать стейк из верблюжатины или мясо акулы. - Но я не уверена, что это очень вкусно, - пришла к выводу Самира. Лео тут же припомнил, как в баре доны Журы они покупали поджарку из мяса крокодила. Помнится, для девушки это было почти экзотикой, а вот его такой деликатес не удивил. Лео столько дорог прошел в джунглях! Там и крокодилятину есть приходилось. Самира предложила попробовать улиток и плоды кактусов. - Я как-то ела спелые плоды кактусов, они вкусные, но важно не съесть много. А улитки острые, так как обычно в Марокко их готовят с большим количеством специй. Они нашли такое место, где можно было поесть и то, и другое. А потом девушке захотелось что-нибудь сладкого. Выпечка продавалась везде: как в застекленных прилавках, так и на открытом воздухе. Но Самира предложила зайти в одну из маленьких кондитерских, которые, по словам родственниц, были чрезвычайно популярны среди марокканцев. Вечером там якобы невозможно протолкнуться - такой наплыв посетителей. Но Самира и Лео зашли в один из таких магазинчиков поздним утром, и пара столиков в кондитерской лавке были свободны! Лео выбрал шебакию, которую полюбил ещё в прошлые поездки в Марокко. Это поджаренные узелки из теста, которые окунаются в сваренный сироп из сахара, лимона и настойки цветов апельсина и обваливаются в обжаренных кунжутных зёрнах. Лео никогда не вникал в суть рецепта, но Самира с видом знатока его просветила. Сама же она взяла другой коронный марокканский десерт с миндальной начинкой в тончайшем тесте фило – бриуаты. Они жарятся во фритюре, а затем окунаются в мед. - Карима часто рассказывает, что бриуаты очень любит сид Абдул, как и «рожки газели». И сегодня на кухне их тоже будут готовить, потому что дядя Абдул предупредил, что непременно придет в гости, когда все наши появятся у дяди Али. Но я не уверена, что нам достанется что-то из выпечки. Лучше сейчас поесть, чтобы утолить желание. Дядя Абдул, Амин, Хадижа – все набросятся на сладости. Знаю, что Хадижа готовить не умеет. Полакомиться может только в доме отца. Амин любит сладкое, его жена Халиса печет каждый день на продажу и всем печеньем кормит мужа... - Чай! Помнишь, что просила привезти из Марокко дона Жура? – напомнил Лео. - А дона Ноэмия – специи для своей выпечки, но такие, которых нет в Бразилии. Надо потом с мамой посоветоваться. Она теперь не занимается выпечкой для кафе Керима, но знает, какие специи можно привезти в Рио. Они отправились на поиски лавки, где торговали чаем. Их выхватили из толпы, когда они принялись расспрашивать, и привели в магазинчик, нахваливая товар. В лавке им подробно рассказали, что именно входит в чай. Из нескольких мешков при них собрали травы, растерли в ладонях, дали оценить аромат, поднеся каждому к носу. Но ребятам никак не удавалось узнать цену этого чая, а когда Самира попыталась настырно уточнить, дядька посмотрел на нее взглядом «женщина, молчи, я только начал». Потом им пришлось узнать обо всех товарах, что были в лавке, их усадили попробовать чай, который приготовили при них на газовой горелке. Самира и Лео настолько устали от навязчивого внимания, что, купив, наконец, нужное количество чая в подарок доне Журе, почти бегом покинули гостеприимную улочку, нырнув в водоворот соседних улиц. А когда в глазах начало рябить от домов, лавок с товарами, множества людей вокруг, они решили сбежать за город, где высились развалины старинной касьбы. О, им было, что вспомнить! И теперь они пробирались именно туда. Бурая охра по цвету глины, из которой построен город, взвесь песка в воздухе и запах пыльной шерсти ковров... Потом они попали в пробку из тачек, но выбрали направление и начали пробираться к выходу, как вдруг Самира вспомнила о звонке доны Ноэмии. - Ты только представь, Лео, Базилио всем рассказывает, что я в Марокко буду ходить в одежде, как у Ханин! И это я? Меня даже отец не смог заставить носить платок. - Давай его разыграем: я оденусь как Аладдин из восточной сказки, а ты – как принцесса Будур. И отправим снимки доне Журе. - Где мы возьмем костюмы? Нет, но я могу попросить у мамы платок и у Фатимы ее красивейший кафтан. Сделаем снимки и отправим тете Назире с просьбой, чтобы Миро показал их в баре. - Это скучно. Тогда уж накрутим мне на голову тюрбан, посадим тебя на ослика, а я буду стоять рядом с хлыстом, как погонщик. Они посмеялись, но идея Самире понравилась, она постаралась о ней не забыть. Решив, что потом у них может не оказаться удобного случая, ребята купили и другие подарки, которые привезут из Марокко: бусы доне Журе, магнитики с достопримечательностями, косметические масла доне Ноэмии. Тете Назире – яркий платок с блестками для очередной чалмы. - А доне Журе давай ещё купим тапки с острыми носами, украшенные бисером, - сказал Лео. – Дона Жура никогда не станет покупать бабуши в магазине твоего отца, а тут мы привезем ей презент. Выбирали придирчиво, спорили, какой цвет тапок может понравиться соседке. - А Базилио что? И для Эмми? – принялись они обсуждать, но в итоге решили присмотреть им подарки в другой раз. Войдя попутно и в лавку со специями, они растерялись.Мускус, амбра, камфара, сандал, розовая вода, шафран и много чего другого... Что и сколько купить? - Как я и думала, следует посоветоваться с мамой, - покидая магазинчик, вздохнула девушка. Наконец, они выдохлись, все ещё не добравшись до стен касьбы. - Как думаешь, Лео, не лучше ли сейчас вернуться в дом дяди Али, а завтра уговорить всех пойти в касьбу? - А кто там ещё не был? – удивился парень. – Только твой дядя Саид и муж Хадижи. Все остальные там побывали при разных обстоятельствах. Они все-таки решили, что касьбу посетят завтра. И даже если никто не пожелает составить им компанию, они отправятся вдвоем. - Мы побывали там ночью, но не сделали ни одного снимка по понятной причине, а теперь можно найти удачные живописные локации, и не только днем, но вернуться туда и на закате, и ночью, но дождаться и восхода солнца, - принялась мечтать Самира. – Получится прекрасный репортаж с чудесными снимками! Лео тут же согласился, напомнив жене, что не только много раз бывал в развалинах касьбы, даже заблудился однажды в лабиринте ее переходов, залов и этажей. Он в прошлом хорошо узнал план огромной касьбы, не такие уж это были развалины... А о том, что он встречался здесь с Жади, рассказывать Самире он не стал. Уставшие, они вернулись как раз тогда, когда из аэропорта начали раздаваться звонки на телефоне Зорайдэ, а дяди Али не было – он уже отправился встречать гостей. Даже у Каримы то и дело звонил сотовый. Но ей названивали тетя Назира и лара Дуния. Латифа дозвонилась дочери, чтобы сказать, в каком отеле они с Керимом остановятся. Тетя Жади тоже связалась с девушкой и попросила Самиру не спускать глаз с Хадижи и ее мужа. Жить пара молодоженов будет в доме дяди Али, как и Амин. Самира успокоила тетю, сообщив, что встречать их в аэропорту отправился сам сид Али, взяв с собой Ахмета. - Все опасаются, что Фарид нападет на Хадижу и ее мужа. Но из аэропорта до Феса они будут добираться не одни. Столько мужчин могут заступиться, если Фарид посмеет напасть: дядя Саид, Амин, Керим, Зейн! – удивилась Самира. - И Лукас! Он тоже должен лететь с Жади вместе со всеми. - Да! Лукас тоже! Но и Фарид не глуп. Он хитрый, открыто нападать не станет. Я уверена, что он приготовит Хадиже ловушку. А она такая самоуверенная девчонка. Как и Эмми. Поэтому они и смогли подружиться. - Самира, не забывай, что даже ты оказалась в ловушке, когда отправилась в дом к дяде Абдулу. - Ты прав, Лео. Однако меня научили собственные ошибки, а Хадижа должна учиться на чужих. Но я не верю в ее благоразумие. Тетя Жади права, не доверяя дочери и попросив меня о помощи. Придется нам стать ее тенью. Пока прибывшие из Бразилии родственники устраивались по отелям, а Лео поднялся в их с Самирой комнату, девушка решила отыскать Зорайдэ, для чего отправилась на кухню. Там женщины заканчивали работать над сладко-соленым пирогом бестеллой. Начинка была в этот раз из курятины, хотя по традиции должна быть из голубей, то есть из фарша голубиного мяса с миндалем. Айша как раз посыпала готовый пирог сахарной пудрой и корицей. - Тоже хочу научиться готовить это чудо кулинарной мысли! – заявила Самира. - Научишься, если захочешь. А что ты умеешь делать? Интересно, что готовят марокканцы в Бразилии? – начали задавать ей вопросы любопытные женщины. - Мда... Придется учиться готовить... Как говорится, если вы хотите иметь то, что никогда не имели, вам придётся делать то, что никогда не делали. Наша соседка дона Жура пыталась научить нас с Лео печь сладкий рулет с изюмом, грецкими орехами, мёдом, засахаренными фруктами и цедрой. Дала рецепт, всё рассказала подробно, я записала. Но так и не приготовила «дерево благосостояния». Так называется эта выпечка. Женщины удивленно поцокали языками. Самира подумала, что их поразило название бразильского рулета, не догадываясь, что те не могли принять, что соседка могла учить готовить мужчину, мужа дочери Латифы! Разве мужчины возятся на кухне, когда у них есть жена? Конечно, если это не касается бизнеса. Родственник той же Айши в Марракеше в лавчонке жарит пышки сфендж, ловко двигая пышки тонким железным прутиком по огромной сковороде, а потом вылавливая их из раскаленного масла... Старичку много лет, а он так зарабатывает себе на жизнь. Бизнес. Айша часто о нем рассказывает подругам на кухне. Самире хотелось поболтать в ожидании прибытия матери и тети Жади. Но раньше них, конечно, появятся Хадижа с мужем и Амин, о котором она думала с неприязнью. Только бы он не начал в Марокко «качать права», почувствовав, что на исторической родине сила на стороне мужчин. Иначе ей придется с ним постоянно ссориться, а Лео будет вмешиваться, заступаясь за нее. Но гости пока не добрались, потому что дорога по медине довольно длинная, пусть на такси из аэропорта до ворот Феса ехать недолго. - Я умею готовить бразильское блюдо «каруру». Меня мачеха Лео научила. Дона Иветти тоже умеет готовить только что-нибудь простое. Но у них в доме есть повариха. - И что это за каруру? – стало любопытно Айше. - Это просто креветки. Сперцем, луком, солью и травой киабу. Думаю, в Марокко такой зелени нет. А ещё я пробовала приготовить фарофу по-кариокски, и у меня получилось! Это жареная вяленая говядина, с луком, бананами, оливками, кукурузной мукой, луком, петрушкой и перцем, - перечисляла продукты девушка, загибая пальцы. - Мы с Лео обычно вместе готовим все блюда, так быстрее и интереснее. Женщины лишь переглядывались у нее за спиной. Аллах! Вот уж эти бразильцы! И еда у них какая-то непривычная! И названия затейливые, не выговоришь. Самира решила не делиться историей, как однажды приготовила нежный пудинг «итапоа» с мясом крабов. Она съела блюдо своего приготовления, и ей вполне понравилось. Это случилось ещё до того, как в ее жизни появился Лео. Возможно, его оценка была бы объективной. А то ее брату не понравилось, а у Халисы так вообще было выражение лица, как будто ее стошнит. - Какие напитки вы пьете в Бразилии? – продолжала допрос Айша. Кругозор расширить никогда нелишне. - Безалкогольные напитки? – уточнила Самира под широко расширившиеся глаза у многих работниц. - Мы часто делает коктейль с мятой. Не чай с мятой, как в Марокко, а что-то типа мохито, только без алкоголя на основе сока. - Как это? - Выжимаем сок из свежих фруктов, заливаем его в прозрачные стаканы. Украшаем кусочками лайма, мятой, добавляем кусочки льда. Это фруктовый коктейль с вкусом мохито. В этот момент на кухню вошла Зорайдэ. за ней семенила Карима, неся сонного ребенка, но болтая, рассказывая о ком-то: - Дает одну маслину, а берет целый мешок. Вот такой у соседки муж-торговец, Зорайдэ. Я в ту лавку больше ни ногой! Аллах-Аллах! Было понятно, что Карима уже надоела Зорайдэ, у которой было полно забот. Самира отметила про себя, что и выглядит жена дяди Али озабоченно, даже испуганно. Что происходит? Долетели бразильцы без проблем... Она же только что разговаривала с матерью... - Карима, отнеси девочку в кроватку. Не видишь разве, что, поев, она засыпает на твоем плече? – Зорайдэ дала понять, что Кариме пора уйти и не мешать ей. Самира решила помочь, но заодно и выяснить, что случилось, пока их с Лео не было в доме. Дядя Али ещё не вернулся, встретив гостей. Неужели на медине на них напали? Быть не может! Но оказалось, что все не так. Карима какое-то время поупрямилась, но потом призналась, что Зорайдэ запретила ей рассказывать некую историю, особенно это касается Хадижи. - Зорайдэ сама расскажет всем, кому надо знать! - В чем дело, Карима, говори! – потребовала девушка, зная, что у сплетницы язык чешется от желания поделиться новостью. - Только не выдавай меня... Зорайдэ погадала на кофейной гуще и узнала, что Хадижу ждет что-то страшное! Опасность, которую ей придется пережить! И будут потери! - Зорайдэ нагадала? И кто-то верит в гадания? – скептически отозвалась девушка. – Средневековье какое-то! - О, Аллах! Самира, как не верить? Когда Зорайдэ гадала на Жади, всё совпало, она сама призналась. На лару Назиру и ребенка гадала – тоже всё исполнилось. Теперь Хадиже надо бояться. Карима знает, что всё сбудется, Карима верит в гадание. - Карима, лучше молчи, не рассказывай, и правда, Хадиже. Зорайдэ права. Все итак напряжены, не знают, чем эта поездка грозит. - И я так думаю! А Хадижа в опасности, хотя и прилетела без детей. Мне Зорайдэ сказала! - Ты надежнее охраняй Софу, потому что теперь ОНА может оказаться в опасности, - напомнила Самира. В гадания она верить не хотела, считая, что любые события можно подогнать под пророчества. Но то, что подлый Фарид захочет отомстить, добраться до Хадижи или кого-то из ее близких, несомненно. В комнату пришла Айша. - Самира, иди на кухню. Зорайдэ велела привести тебя и показать, как «рожки газели» готовят. - Я дома видела... - Зорайдэ велела прийти, и чтобы ты сама их налепила. Но печенье было уже готово, когда Самира появилась на кухне. Для чего Зорайдэ выманила ее из комнаты, где Карима нянчила дочь Назиры? - Карима слишком много болтает! – между тем бросила в пространство Зорайдэ, ни к кому не обращаясь. Девушка намек поняла. Но Самиру попросили помочь готовить марокканский салат, хотя точнее было бы назвать это блюдо намазкой на лепешку. Для того чтобы приготовить «заалюк», женщины уже запекли в печи на огне баклажаны и томаты. Теперь предстояло превратить запеченные овощи в пюре,щедро сдобрив чесноком, ароматной зирой, паприкой и свежей зеленью. На одном противне остывали вынутые из печи баклажаны с помидорами, на другом красовались небольшие лепешки. - Самира, ты же подарила Зорайдэ блендер в свой прошлый приезд? Вот возьми его и поработай. А то лежит в коробке, новенький, а Зорайдэ боится им пользоваться, - напомнила Айша. - Но это же так просто! – удивилась Самира. Зорайдэ тут же велела одной из женщин принести кухонный гаджет. Впрочем, это слово знала Самира, но вряд ли подозревала о нем старая женщина. Отказаться Самира не могла. От возможностей блендера были в восторге все женщины, работающие на кухне, которым приходилось готовить вручную. И пока Самира измельчала овощи для блюда к праздничному столу, в доме появились Хадижа с Азизом и сид Али с Амином. Хадижу с мужем сразу же отправили в отведенную им комнату, как и Амина - в его. Но парень попросил сида Али поговорить с ним, чтобы получить совет. - Приходи в мой кабинет, Амин. Там и обсудим твои проблемы, - ответил сид Али. Сын Латифы не стал задерживаться. Появился сразу же, как только оставил вещи в комнате. Сначала мудрый дядя Али решил выслушать, что расскажет сын Латифы. То, что у него начали рушиться отношения с Эмми, он уже знал, слышал и от Латифы, и от сплетницы Каримы, строго запретив ей сообщать новости Дунии, чтобы не дошли до сида Абдула. И Амин поделился, чем его не устраивает поведение Эмми. Пожаловался, что жены все время ссорятся. А Эмми стала брать пример с Самиры, и теперь мечтает о пляже, купальнике, рваных джинсах и не желает носить платок, зато намекает на отдельный дом для себя и сына. - Я снова пригрозил им взять третью жену. Но уловка больше не работает. Халиса все равно расстроилась, но Эмми сказала, что потребует развод, если появится ещё одна жена. Она меня так разозлила, что я пообещал ей дать развод как в Саудовской Аравии – там присылают смс с трижды написанным словом «талак». - И ты отправил Эмми смс? – удивился сид Али. - Нет, но я трижды прокричал ей в лицо при Халисе слово «талак». Халиса умоляла забрать слова обратно, но я был в гневе, вышел из себя... И теперь я не знаю, дан развод? Или нет? - Но ведь не было четырех свидетелей? А присутствие твоей первой жены не считается. Значит, это была только ссора. - Но когда отправляют смс, там вообще нет никаких свидетелей, - возразил парень. - Амин, от тебя я впервые узнал о таком способе развода. А правда ли это? Побываю в мечети и постараюсь обсудить это со знающими людьми. Но на семейном суде будет признан только тот развод, который совершен по нашим обычаям. Если хочешь дать Эмми развод, сделай это при четырех свидетелях. - Я не хотел и не хочу разводиться с Эмми. Мне нужно, чтобы она стала вести себя правильно. Как мне ее наказать? Пороть плеткой, как бы посоветовал дядя Абдул, я не могу. Даже отец не смог как следует отхлестать Лейлу, а она долго испытывала его терпение. - И не делай так. Но вам с Эмми надо поговорить и понять, что каждый из вас желает от жизни. - Эмми как будто всё делает мне назло. Испытывает мое терпение. А я всегда думал, что Эмми суждено быть моей женой. Мактуб. - Если она твоя судьба - ничто вас не разлучит, а если чужая - ничто не сделает ее твоей... - Такое чувство, что я не знаю Эмми. Какая она на самом деле? Она теперь другая. Не такая, о какой Эмми я мечтал. Что делать, дядя Али? - Когда ты будешь ценить то, что у тебя есть, а не жить в поиске идеалов, тогда ты по-настоящему станешь счастливым. А вам с Эмми не стоит копить обиды. Прощайте друг друга! Это сунна! - Не знаю, какие обиды могла накопить Эмми. Я могу понять Халису, которой пришлось принять вторую жену, терпеть присутствие Эмми в доме, как и ее склоки и лень. Но Эмми? Сид Али терпеливо поучал сына Латифы, давая советы и стараясь подвести к мысли, чтобы он не торопился с разводом, ведь именно эта женщина родила ему сына. - И постарайся скрыть семейные проблемы от сида Абдула. Иначе не избежишь того, что дядя твоего отца выберет тебе невесту, и ты вернешься в Бразилию обрученным. Придется жениться! В ответ раздался стон Амина... Самира решила навестить Хадижу. Но дверь в комнату была плотно закрыта. Тогда девушка оставила эту затею, чтобы не беспокоить родственницу после долгого перелета из Бразилии, и отправилась к себе, желая поговорить с Лео. Нашла парня, с интересом рассматривавшего цветные занавеси на входе в комнату. - Удивительно, Самира, но мне снились именно эти прозрачные ткани. Но я не помню, чтобы видел раньше эту комнату или бывал здесь. Однажды я проник в дом дяди Али и увидел Жади... Но не обратил внимания на обстановку... Самира не стала придавать значения странностям впечатлений Лео. У них было мало времени до того, как внизу соберутся гости, а вот разобрать сделанные на медине фотографии и расшифровать собственные заметки, записи, сделанные наспех каракулями, обсудив их с Лео, сделать было необходимо. - Ты... мог видеть занавеси... на фотографиях в моем фотоальбоме, - нашла она объяснение, потому что вид у Лео был потрясенный. Ребята занялись журналистскими делами, вскоре забыв о превратностях пребывания в гостях у дяди Али... ... Гости постепенно собирались в гостиной. Прибыли Жади и Лукас, Латифа и Керим, предупредив, что Зейн и Сумайя смогут появиться только на большом празднике, на днях, но не сегодня. Из своих комнат спустились обе пары молодоженов – Самира и Лео, Хадижа и Азиз. Пришел и Амин. Последними прибыли на семейный праздник Саид и Фатима. Рания не была приглашена, ей никто не позвонил, потому что Саид не просил никого об этом. А вот сида Абдула и лару Дунию ждали, потому что по домашнему телефону звонил лично сид Абдул и уведомил, что непременно будет, чтобы встретиться с дорогими племянниками. Он не расслышал, что Мухамед не прилетел, поэтому был уверен, что увидит обоих братьев. Амин был удивлен: его отец лично разговаривал по телефону с дядей и предупредил, что прилетит не он. Женщины дружно отправились в женскую часть дома, где Карима изнывала от нетерпения, ожидая, когда же, наконец, гостьи появятся в комнате, где поселилась дочь лары Назиры. Они должны посмотреть на малышку! Мужчины же остались внизу, располагаясь на диванах вокруг сида Али, а Зорайдэ подала знак принести им чай, разные закуски, лепешки и выпечку. Лукас устроился рядом с невозмутимым братом, так как в присутствии Саида чувствовал себя неловко. Столько воспоминаний сразу нахлынуло! Позже Лукас и Лео вышли поговорить во двор риада. Братьям было, что обсудить. Ведь доктор Альбьери имел к ним обоим отношение. Отец же рассказал не всё, вернувшись в Рио. Лукас принялся расспрашивать Лео о том, что происходило на Тенерифе, о последних часах жизни крестного Диого и Лео, о судьбе доны Эдны... Пили чай в гостиной и беседовали с дядей Али Амин, Керим, Саид и его зять Азиз. Между тем вокруг кроватки Софы сгрудились кроме Каримы и Самиры также Хадижа, Фатима, Латифа и Жади. Пришла Зорайдэ. на ней лица не было, и она то и дело посматривала на Хадижу. Девушка это заметила. - Зорайдэ, только не ругай меня тоже, как все они, что я прилетела, не подумав об опасностях. Я уже поссорилась с Азизом перед вылетом из Рио. Ему все наши родственники высказали, что это опасно. Он и отец запретили мне брать детей. Они остались дома с Зулейкой. Азизу рассказали, что произошло между мной и Фаридом, почему теперь мне стоит бояться этого негодяя. Зорайдэ слушала молча, не сводя с нее пристального взгляда. И это насторожило Латифу и Жади, которые очень хорошо знали свою Зорайдэ. Тем более что Карима тоже вела себя так, как будто ждала чего-то: как если Зорайдэ вдруг сделает некое сообщение... - Зорайдэ, что?! – не выдержала Жади, в то время как Фатима и Самира переглянулись. Самира уже знала правду, Карима тоже, но вынуждена была молчать. Фатима прошла за спинами женщин так, чтобы оказаться рядом с подругой. Но Зорайдэ никак не могла решиться заговорить, и Кариме оставалось лишь напомнить, что не раз звонила Назира, она ждет, когда Самира поможет выйти в интернет, чтобы увидеть и свою дочь, и всех их в Марокко! А ребенка уже успели рассмотреть. Кроме Хадижи, Каримы и Зорайдэ, остальные знали правду о рождении девочки. Поэтому Фатима и стояла теперь за спиной Самиры, чтобы можно было рассмотреть ее биологическую дочь. Самира же сама проговорилась однажды. Но Фатиме не хотелось, чтобы Самира заметила ее интерес к дочери... чьей? Да, малышка была очень похожа на биологических родителей. Но, конечно, Фатима не стала это комментировать. Жади и Латифа склонились над кроваткой как две феи из сказки и тоже пристально всмотрелись в личико ребенка. Самира с тревогой наблюдала за ними, потому что матери и тете была известна правда, но они не должны были проговориться. Она даже представляла, что скажет ей мать, когда они окажутся наедине где-нибудь на галерее риада: что Самира должна ещё раз подумать, не стоит ли воспользоваться последним шансом, чтобы признать и забрать собственную дочь, чем бы это ни кончилось. Самира уже слышала намеки от матери, так и от тети Жади. Зорайдэ же заговорила с Хадижей, спросив, из-за чего она поссорилась с мужем. - Зорайдэ, знаешь, что мне сказал Азиз? Он узнал о требовании Фарида отдать ему детей. Его убедили, что я намерена мстить Фариду за прошлое. - А это не так? –спросила Зорайдэ. - Нет! Но Азиз начал сомневаться во мне. Он заявил, что если мне нужен Фарид, если я все ещё о нем думаю, то он согласится дать мне развод и признать наш брак временным! Хадижа была не в себе после ссоры с мужем. Они летели много часов, но сидели молча. Азиз был хмур и все время думал о чем-то. - Ты сама разрушишь свое счастье, если не забудешь о прежнем браке, - прямо заявила ей Самира, услышав их разговор. – Очень хорошо, Хадижа, что тебя уговорили не брать детей. Ваш приезд итак провокационен и опасен для вас с Азизом и всех нас. Но с детьми это была бы катастрофа. Карима не выдержала и тоже влезла: - Зорайдэ, когда ты расскажешь о страшном гадании? Ты же обещала сама всем рассказать! Хадижа должна знать, все знать должны! Пусть все узнают! - Карима. молчи! – приказала Зорайдэ. - Я оставила Джамиля и Амрана в Бразилии, потому что они оба переболели, они могли плохо перенести дальнюю дорогу. Мой муж – детский врач, он посоветовал не рисковать, - ответила Самире кузина. - И правильно!.. Вот и отлично! – подхватили Фатима и Самира. Но Латифа переглянулась с Жади, и та, тоже обратив внимание на слова Каримы, задала вопрос Зорайдэ, о каком гадании говорит Карима. - Зорайдэ, расскажи! Ты гадала на Хадижу? Вы с дядей Али тоже боитесь, что может что-то произойти здесь, в Фесе? – заволновалась Жади, а Самира порадовалась, что не успела подключить планшет для связи с тетей Назирой. Там их могли услышать многие – все, кто постоянно тусит у них с Миро дома. - Гадала, да. Карима уговорила, хотя это страшный харам! – с сожалением призналась Зорайдэ. - Страшное гадание, Аллах! Очень страшное! – взвыла Карима. - Замолчи, сплетница! – рассердилась Зорайдэ. Но теперь уже точно придется рассказать. – Я увидела в кофейной гуще, что Хадижу поджидает опасность. Не стану говорить, что мне почудилось, но берегись, Хадижа, некоей ловушки. Потому что история закончится кровью и смертями.... - Чьей... кровью? – ахнули Жади и Латифа. - Чьими смертями? – у Хадижи задрожали губы. - Ничего не могу сказать больше, - развела руками Зорайдэ. Я так испугалась, что поставила кружку на стол, а потом отвлеклась и забыла убрать. А кто-то из женщин нашел грязную чашку и отнес на кухню, чтобы вымыть. Вот и всё. - Но как же так!  - с досадой сказала Жади. – Зорайдэ, мне ты всегда описывала подробности, их было много, просто я понимала не сразу, о чем ты говоришь, что ты увидела. Но потом всё сходилось. - Да, Зорайдэ, вот и ларе Назире ты нагадала, что дочь она найдет, когда вор умрет. Сбылось всё, так и случилось! – затараторила Карима, наклоняясь над кроваткой, чтобы поправить одеяльце и шапочку на девочке. - Ничего больше я не смогла разглядеть в кофейной гуще. Только опасность, страшную опасность, но ещё какие-то перья, клетка, куры... Развалины заброшенного дома... Огонь... Крики... женские... Твои, Хадижа, и ещё чьи-то... Боль... Страх... Даже лицо Фарида мелькало... Смерть и кровь... На нем и на какой-то женщине... Надеюсь, Хадижа, не на тебе... Зорайдэ выдохлась, закрыла глаза , даже пошатнулась. Жади с Фатимой подхватили ее и усадили на диванчик. Дали попить воды. Она пришла в себя и велела Кариме позвать Айшу, чтобы женщины принесли в комнату чай и блюдо с выпечкой. Карима тут же засуетилась и исчезла за порогом комнаты, поднимая шум в коридорах дома. - Неужели всё исполнится, Зорайдэ? – дрожа, спросила Латифа. – Не стоило гадать. - Но иначе мы не узнали бы, чего ждать! – возразила Жади. – Зорайдэ, это же Карима уговорила тебя погадать на судьбу Хадижи? Женщина кивнула. - Ты права, Латифа. Не надо было поддаваться на ее просьбы. Но меня преследовало дурное предчувствие. И я решила узнать, что скажет гадание. - Вот потому я и боюсь гадать, - вполголоса сказала Фатима Самире. – Потому что пока не погадала – у судьбы для тебя много дорог, но когда сам же нагадаешь, то у тебя уже не будет выбора. - Но что за опасность может быть? Хадижа прилетела без детей! Впрочем, я тоже полна дурными предчувствиями, - призналась Жади. - Кто умрет? Неужели из-за меня погибнет Азиз? – заплакала Хадижа. – Это я виновата. Мне не нужен Фарид. Отмстить ему? Да, мне очень этого хочется. Но если цена мести – смерть кого-то из нас или Азиза, то я готова хоть завтра вернуться в Бразилию! - Нет, теперь ты здесь, и без нас вы с Азизом не покинете Марокко, - строго сказала Жади. - Но ты не должна уходить куда-либо или оставаться где-то одна. Будь всегда рядом с семьей! - А я не верю в гадания! – заявила Самира, чтобы разрядить обстановку. – Сами же нагнетаете про опасность, смерть, месть... Зорайдэ, а если просто курицу кто-то зарежет? Муж Айши, например, придет и завтра перед праздником кур разделает? Вот вам и кровь, и женские крики, и клетка, и пух и перья! Всё объяснимо, остальное тебе, Зорайдэ, привиделось со страху! И прислышалось. Как в кофейной гуще можно что-то услышать? Гадание вызвало состояние транса? Зорайдэ задумалась, и все наблюдали за женщиной. Самира продолжала: - Мы боимся, что Фарид появится и учинит нападение из-за Хадижи. Вот он и привиделся в кофейной гуще. А Зухры в черном никабе там не было? Зорайдэ ахнула и прикрыла рот куском ткани от длинного конца накрученного тюрбана. - И Зухра была... Я видела, но запамятовала. Была и Зухра! А с ней и огонь! - Ну, вот! – развела руками Самира. – Зухра и огонь связаны прошлой трагедией в ее жизни. А в Бразилии вообще на ракушках гадают! Вы знали? И тоже много всего «видят»! - Хватит, Самира, - прервала дочку Латифа. – У Зорайдэ дар. Надо отнестись к сказанному Зорайдэ с вниманием и уважением. Вернулась Карима с противнем, заполненным выпечкой. А за ней в комнату вошла Айша с двумя служанками. Принесли тяжелые старинные серебряные чайники с горячей водой и с заваркой, противень со стаканчиками с уже вложенными в них веточками мяты. При них обсуждать гадание никто не стал. А потом раздался звонок от лары Назиры. И пока тетя вопила, требуя, чтобы Карима показала ей Софу и всех гостей вокруг кроватки через маленький экранчик телефона, Самира настраивала свой планшет, где и экран был больше, и качество намного лучше. Но, конечно, теперь, когда у Каримы был развязан язык, она, не спрашивая разрешения или согласия, тут же выложила Назире тайну – про то, что Зорайдэ нагадала теперь уже Хадиже опасность, кровавую и со смертями! Но не рассмотрела, кого именно убьют! Стоны раздались с обеих сторон экрана – в Фесе в доме дяди Али женщины готовы были прибить Кариму за длинный язык, а в Рио в доме Назиры кроме нее заохали также и Муна с Ханин, и дона Ноэмия! Их лица мелькнули на экране, и та же Самира смогла оценить размер катастрофы. - Теперь весь Сан-Криштован будет ждать, что за опасность мы тут переживем, - сказала она. А Фатима припомнила, что брат Саида Мухамед остался в Бразилии, потому что у него проблемы с давлением. Если Муна ему расскажет, то... - Хм, Муна! – снисходительно хмыкнула Самира. - Весь район узнает новость от Базилио, который подслушает ее у столика доны Журы в ее баре, когда дона Ноэмия вполголоса поделится с ней новостью про гадание. Все, ну все знали, что тете Назире нагадали найти дочь после смерти Альбьери. И теперь узнают новости из Марокко. Там, в Бразилии, их разговор не слышали, потому что Самира пока ещё не включила связь на планшете, так как для этого нужно было, чтобы с ней созвонилась Назира. Кариме пришлось немедленно отсоединиться. И теперь Карима боялась, что ее выгонят из комнаты в наказание за сплетню. Но потом лара Назира попросила показать ушки доченьки, которой утром их прокололи, чтобы вдеть первые серьги. - Это Рания подарила. Она приходила к нам вчера вместе с сестрой Аминой, принесла в подарок Софе эти маленькие сережки и амулетик от сглаза! – сообщила Карима. Серьги всем понравились, потому что оказались крохотными, как раз для ушек младенца в возрасте нескольких месяцев. Девочка неожиданно описалась, начала капризничать и... обкакалась. Вокруг ребенка тут же началась суета: раздевали, вытирали, мыли, надевали новый памперс, переодевали, споря, что из одежды, переданной ларой Назирой, или той, что купили лара Дуния и Зорайдэ, надеть на малышку. И всё это под настойчивые советы лары Назиры, доносившиеся из планшета Самиры. Она следила за ними глазами хищной птицы! И когда, наконец, ребенок был приведен в порядок, Зорайдэ позвонил сид Али с просьбой принести Софу в гостиную, чтобы на дочь лары Назиры могли посмотреть и мужчины. Не подниматься же им в комнату на женской половине! Карима достала девочку из кроватки, а Назира тут же потребовала, чтобы Самира не отключала планшет, не лишала ее связи, а продолжала показывать и дом сида Али, и гостей, и праздник! Самира посмеялась, но отключать планшет не стала, но предупредила, что зарядка на батарее гаджета может внезапно закончиться. Спускаясь по лестнице, девушка успела кое-что услышать, пока Назира отпускала комментарии о том, что бывала в доме сида Али не раз, но здесь так ничего и не изменилось... Наверно, рассказывала об этом Муне и Ханин, которые тоже бывали в этом риаде, Муна – уж точно. Так вот, из-за их спин к Самире воззвала Эмми! - Скажи честно, что там задумал Амин? Он уже договорился с дядей Абдулом о поисках третьей жены? Подруга! Ты же знаешь, что он дал мне развод? Трижды «талак» прокричал! Самира! Нет? Не знаешь?! Но ты же расскажешь мне правду, когда Амин кого-то сосватает? Самира успокоила, что никаких жен Амин не ищет, и ей лучше об этом молчать! Увы, Самира спускалась по лестнице за спиной Каримы, которая осторожно несла ребенка, следя за каждым своим шагом, чтобы не упасть, не споткнуться, не поскользнуться на ступеньке... Но уши у нее при этом были свободны и слышали хорошо. А Эмми так вопила про третью жену и развод, что Самира, опомнившись, не сомневалась: Карима всё слышала! Придется ее предупредить, чтобы никому не рассказывала. Иначе узнает дядя Абдул, и тогда Амину - конец! Хотя надежды на Кариму нет. Внизу мужчины тоже рассмотрели Софу, которую на руках держала Карима. Саиду было особенно интересно взглянуть на маленькую родственницу, потому что он знал правду. Ему было не по себе от того, что часть присутствовавших в зале знали, чья на самом деле дочь Софа, но кто-то не подозревал. Сам Саид понял при взгляде на девочку, что она позаимствовала черты как Самиры, так и Лео. Похожа на Назиру и не похожа на Миро, ее мужа. Амин сразу заявил, что его кузина, несомненно, похожа на тетю Назиру. Но почему-то она при этом совсем ничего общего не имеет с другими детьми – ни с сестрой Ферюзой, ни с братьями-близнецами. - Это же было ЭКО, мы не знаем, кто доноры, - тихо прошелестела Фатима. Амин не разбирался в таких вещах, но умным фразам невестки семьи поверил. Керим же с удовольствием рассмотрел малышку, похвалил, какая она красавица, как он рад, что страдания лары Назиры, наконец, закончились! Вернулись с прогулки во дворе риада Лео и Лукас. Карима поднесла ребенка и к ним. - Я уже видел ее. Красивая, - со стеснительной улыбкой буркнул Лео. Лукас же осмотрел ребенка с видом адвоката, как-то придирчиво и слишком внимательно. Жади тут же подошла к нему и подхватила под руку, как будто опасаясь, что муж скажет что-то лишнее. - Я рад, что у твоей тети, Самира, такая прекрасная дочка. Отлично, что она нашлась, а Судьба наказала Альбьери. Он не должен был так поступать! Азиз и Хадижа, дуясь друг на друга, подошли, и она – с любопытством к появившейся на свет кузине, он – как детский врач, прежде всего, рассмотрели девочку. Азиз вслух сделал вывод, что на его взгляд Софа совершенно здорова! Самира поставила включенный планшет на столик таким образом, чтобы тетя Назира могла наблюдать за происходящим во всей гостиной. Только вот звук она хотела выключить, чтобы Назира неожиданно для всех не стала вмешиваться в праздник. Но тетя чуть ли не поклялась, что станет молчать! Иначе ей тоже не будет слышно разговоров. После демонстрации малышки начался праздник. В стороне от диванов был накрыт стол для гостей. Кто-то присел, чтобы перекусить, а кто-то пил чай, сидя на диванах. Женщины расселись отдельно, мужчины же – рядом с сидом Али. Включили восточную музыку, и не только традиционную марокканскую, но и современную инструментальную, очень красивую и берущую за душу. Саид не спускал глаз с дочери. Он заметил, что настроение Хадижи изменилось. Но если в самолете ее мрачное настроение было объяснимо ссорой с Азизом, то сейчас к этому как будто прибавился страх. То, что дочь поссорилась с Азизом, Саид считал, что это пошло ей на пользу. Слова зятя о том, что готов вернуть ее Фариду, раз она так заинтересована в продолжении мести, Хадижу напугали и привели в чувство. Он нисколько не был задет поведением зятя. Главное – Азиз сумел уговорить жену оставить детей в Бразилии. Но теперь у Хадижи было странно-встревоженное лицо. Это уже не следствие обиды после ссоры. Здесь что-то новое... Саид решил разобраться позже, возможно, расспросив Самиру. Не с Жади же обсуждать при Лукасе, с которым она прилетела в Марокко! Ситуация казалась Саиду невероятной! Возможно ли было представить такое лет двадцать назад? Он и Лукас снова в доме дяди Али, и ему не хочется вцепиться в человека, который перешел ему дорогу, разрушил семью, забрал его женщину! А вскоре ему стала известна причина необычного состояния дочери. Подошла Фатима и поделилась полушепотом, как в комнате наверху Карима вынудила Зорайдэ рассказать о гадании на Хадижу. - Саид, и все поверили и ужаснулись! Когда гадание для лары Назиры оказалось настолько точным, как не поверить теперь и в то, что сказала кофейная гуща о Хадиже. - И что же Хадиже нагадали? – сдержанно спросил Саид. Фатима подробно пересказала. Саиду стало не по себе. Верил ли он в такие вещи? Средневековье какое-то, как сказала бы Самира. Но... кто его знает. Однако следует быть начеку. А Хадижа не рассказала Азизу эту новость! Саид догадался и по ее лицу с упрямым выражением, и по его недовольно-спокойному, что тот ничего не знал! Праздник был в разгаре, когда в доме появился новый гость – сид Абдул. Не один, конечно, а с ларой Дунией, которую теперь брал с собой везде. Но именно сегодня Дунию и уговаривать не пришлось – сама собралась раньше Абдула! Саид понимал, что веселье может закончиться скандалом, если дяде Абдулу что-то не понравится в доме приятеля Али. Саид Рашид быстро оглядел женщин, к которым, прежде всего, старик и прицепится. Оценил, кто во что был одет: на Жади – брючный костюм приятного оливкового цвета. Ещё и Лукас рядом! Это уже достаточная причина для скандала. Лео и Самира – тех вообще можно принять за туристов. На Самире - пусть и не совсем рваные джинсы, но тоже какие-то слишком потрепанные...Но хотя бы блузка не без рукавов! Латифа и его Фатима одеты прилично, обе в платках на голове, так как не все мужчины и женщины друг другу родственники. На обеих надеты традиционные марокканские платья. Но вот для дяди Абдула как раз эти две женщины – одалиски. Латифа – потому что развелась с Мухамедом, не приняв вторую жену, так и дочь не сумела воспитать, чтобы Самира носила платок, и много чего ещё. Фатима... Его жена вообще как красная тряпка для быка в глазах старика. Остались только Амин и Хадижа с мужем. Саид уже успел поговорить с Амином, пообещав завтра же побывать с ним на медине, проверить склады парня и Мухамеда, помочь если не с выбором, то с покупкой и оформлением товаров, которые надо будет переправить в Бразилию... Только бы дядя Абдул не взялся за поиски невесты для Амина! Наконец, Хадижа... Даже на Азиза сид Абдул может наброситься, заявив, что он только временный муж Хадижи, поэтому должен вернуть ее прежнему мужу Фариду. Как ни пытался Саид заранее обсудить с дядей Абдулом эту тему, но не смог с ним договориться. Наконец, Хадижа... Сид Абдул идет на праздник для того, чтобы приказать девчонке вернуться к Фариду, так как развод был якобы не окончательным. Но как запретить дяде Абдулу приходить в дом дяди Али?! Саиду не хотелось участвовать в скандалах. И... что это? Хадижа снова без платка? Даже Фатима перестала упрямиться и после того, как он простил ее за побег, не стала с ним больше спорить и покорно носила самые красивые и дорогие платки. А вот Хадижа не в первый раз появляется при муже без платка... Даже Амин усомнился, кто дурно влияет на его жену Эмми – Самира или Хадижа. Одна носит рваные джинсы и легкие безрукавные топики, и обе не надевают платок! Услышав такое предположение, Саид сначала не поверил племяннику, но теперь увидел собственными глазами, что Хадижа сбросила на плечи легчайший палантин, демонстрируя волосы, вдруг ставшие пышными и волнистыми, даже изменившими обычный цвет... Она перекрасила волосы?! Саид решил разобраться с этим позже. Впрочем, он ей больше не указ после появления у дочери законного мужа. Когда Айша ввела сида Абдула и лару Дунию в гостиную, Каримы с малышкой там уже не было. Зорайдэ велела ей вернуться в комнату. Самира выяснила у тети Назиры, что делать ЕЙ: отнести планшет в комнату или и дальше пусть тетя Назира смотрит, что происходит на домашнем празднике? Лара Назира выбрала праздник, ведь она так давно не видела дядю Абдула, его жену Дунию! Самира решила, что старому дяде не стоит знать, что Назира за ними... как бы... подсматривает! Вряд ли придирчивому родственнику понравится такое! Но все равно не обошлось без небольшой склоки. Сначала сид Абдул налетел во дворе риада на поставленные мешки с лепестками цветов, которые доставили в канун большого праздника. Лепестками будут усыпаны двор, фонтан, лестница в гостиной, много ещё всего... Но дядя Абдул мешки не заметил, запнулся, был подхвачен и спасен от падения женщинами – Дунией и Айшей, и вошел в гостиную уже в дурном расположении духа. Как назло, Жади с горькой иронией описывала, как их с Лукасом пес Гектор забрался в оранжерею из-за случайно незакрытой двери и всё там разрушил. - Так порезвился, столько сломал и уничтожил растений, что даже дюжина шайтанов столько не натворят бед! - Сколько же орхидей пропало? – посочувствовала Фатима, которая любила цветы, но целенаправленно занималась только розами. Хотя... почему бы не начать разводить орхидеи?! И тут возле них вырос сид Абдул. - Собаки в исламе грязные животные! Как можно держать в доме собаку? Одалиска! Что тут скажешь? Аллах! Жади предпочла промолчать. А Фатима «карамельным голоском» спросила про кошек. Оказалось, что как раз к кошкам претензий нет. - Тогда почему Саид не разрешает мне завести нового кота? - Где твой муж, одалиска? – начал злиться старик. - Там! – кивнула Фатима в сторону дивана, где кучно сидели мужчины, обсуждая что-то свое. Это женщины обдумывали и спорили, что лучше приготовить на праздник в честь молодоженов – почти свадьбу, какие и где поставить букеты цветов, кто какую одежду привез для праздничного вечера... Кого из посторонних ждут в гости... Лара Дуния сначала присела к женщинам, но потом не выдержала и, прихватив тарелку с выпечкой, поднялась в комнату, где Карима тосковала рядом с кроваткой Софы. Тогда и узнала Дуния о страшном предсказании из гадания Зорайдэ. Опять Карима забыла о запрете, чтобы не рассказывать ни о гадании на кофе, ни о том, что Амин, который прилетел вместо отца, дал развод Эмми, но пока первый и, кажется, даже ненастоящий, но парень боится, что сид Абдул начнет ему жену искать. У Дунии заблестели глаза от предвкушения, что из этого может получиться, если вдруг Абдулу станет известно о том же разводе Амина с женой? Чем больше сид Абдул занят чужими делами, тем меньше драконит собственных жен! Но... не подводить же Кариму! И как быть? А сид Абдул, для которого немедленно освободили место и усадили рядом с хозяином дома, тут же принялся философствовать о женщинах, которые не так одеваются, не так украшают себя, не так ведут себя... -... Воспитывайте своих жен, напоминайте им: их золото - это их религия,их украшения - это нравственное поведение, их богатство - это хорошие манеры. Никто не желал спорить или противоречить уважаемому всей мединой дяде Абдулу, поэтому мужчины или молчали, или кивали, как Амин, например, или Азиз. Но сид Абдул, как обычно, процитировал и текст из Корана: - Если женщина совершает пять намазов, постится в Рамадан, соблюдает целомудрие и слушается своего мужа, то ей будет сказано: «Войди в Рай через те врата, через которые пожелаешь!» Сид Али вторил ему, тоже цитатой: -«Те женщины, которые войдут в Рай, за те благодеяния, которые они совершали на земле, будут превосходнее и красивее гурий». - Современные люди стремятсяк жизни без трудностей, но дубы вырастают крепкими при сильных ветрах, и алмазы образуются под высоким давлением! – снова выдал мудрую мысль сид Абдул. И тут уж Самира, невольно прислушиваясь к их речам, сидя на «женском» диване, пробормотала, что дядя Абдул явно не сам это придумал, а где-то услышал, возможно, в разговоре с любителем цитат из Интернета. Откуда бы ему знать про физику или химию образования алмазов? Сид Али ответил приятелю так, что Самире захотелось записать фразу в свой блокнот: - В характере человека есть три золотых качества: терпение, чувство меры и умение молчать. Иногда в жизни они помогают больше, чем ум, талант и красота. - Умение молчать? Аллах! Не надо молчать! Надо говорить, если видишь харам! – возмутился старый друг Абдул. - Но есть истина, с которой не поспоришь: если хочешь узнать человека, не слушай, что о нём говорят другие, лучше послушай, что он говорит о других. Кажется, сид Абдул эти слова примерил к себе, и они ему не понравились. После нескольких стаканов мятного чаю и половины блюда с любимым печеньем чета (сид Абдул и лара Дуния) засобиралась домой. Но и остальным гостям пора было отправляться на ночь по отелям. Сид Абдул был возмущен таким расточительством, когда можно было остановиться в его почти пустом огромном риаде! - Мой племянник с женой и сын другого племянника не пожелали принять мое гостеприимство! Саид, ты думаешь, что в моем доме не нашлось бы места для твоей дочери с ее мужем? Но нет, вы предпочти заплатить огромные деньги, но снять дорогие номера в отелях! – старик начал с возмущенных упреков, закончив ехидными предположениями. Ворча, сид Абдул ушел, уводя за собой лару Дунию. Вот потому, что родственники не захотели останавливаться у сида Абдула, никто не узнал, что в тот же вечер, но очень поздно к нему попросились переночевать гости из Мекнеса: приехавшие увидеться с бывшей невесткой лара Джабира и сид Рахим. Фарид привез мать, деда и обеих жен в Фес, но, устроив лару Джабиру, дедушку и Лейлу в риаде друга деда Рахима, Фарид с Зухрой якобы отбыли обратно в Мекнес. Вредный Абдул по пути домой снова отобрал у Дунии телефон и отключил домашний аппарат ещё до того, как Дуния могла бы сообщить той же Кариме, что   у них в риаде появились неожиданные гости. Но предупредить обитателей дома сида Али в этот вечер она не смогла. Карима же, не наговорившись с Дунией на празднике, пыталась, но так и не смогла дозвониться подруге. Тогда она вспомнила, что Рания может ждать ее звонка. Да, Рания сразу же схватила трубку, как только раздалась мелодия звонка. Карима тут же затараторила: - Рания, не могу долго разговаривать. Скажу очень быстро: Саид прилетел с Фатимой. Не знаю, почему тебе не позвонили. Не позвали на семейный праздник. Но сид Саид мне ничего не поручал, чтобы с тобой связаться. Рания ответила, что муж ей не звонил, хотя она и ждала. И очень надеялась, что Саид предложит примирение. Но это происки Фатимы, это всё ее козни! - Нет, Рания, не в ларе Фатиме дело. Наверно, сид Саид забыл. Тут ведь такое! – заинтриговала Карима и поделилась новостью про гадание о поджидающей Хадижу опасности. - Сиду Саиду не до тебя. Терпи, Рания. Ты же дома, в безопасности... Он и позвонит тебе, и домой к тебе придет, Карима уверена! Я уверена! А ты завтра просто так приди. Загляни, чтобы увидеться с Латифой или с Жади... - Я подумаю, -  еле сдерживаясь, чтобы не разрыдаться от обиды, сказала Рания и отключила связь. Да, она сама отправится в риад дяди Али! Сколько можно жить в неопределенности, не зная, что ее ждет? Только вот Мунира придется оставить дома под присмотром прислуги. Он был снова наказан, а при отце может наговорить глупостей или ещё что-нибудь выкинуть. И сделает только хуже для нее и себя. 23. Часть 38. Глава 23. В доме Фарида. За несколько часов до поездки в Фес.            Пока в Фесе в доме сида Али царила суета в ожидании приезда множества гостей, в Мекнесе тоже все готовились к поездке. Сиду Рахиму было многое известно от сида Абдула, что происходит в знакомых семьях. Лара Джабира обсуждала с отцом и невестками ужасную историю, когда у племянницы сида Абдула, родившей в позднем возрасте, украли ребенка в престижной бразильской клинике. А спрятали не где-то, а на острове рядом с Марокко. И сид Абдул уверял, что сид Рахим мог даже видеть похитителя, потому что тот оказался не кем иным, как старинным приятелем сида Али. Вот какова жизнь! Но Фарида интересовало другое: когда точно прилетит Хадижа и привезет ли она с собой детей. Лару Джабиру это тоже волновало. И не только потому, что ей хотелось увидеть родных внуков, но и из-за появившегося вдруг дурного предчувствия. Фарид вел себя порой странно, а его жены тоже о чем-то знали, но ей не рассказывали. Враждуя, девушки не разговаривали между собой, не шептались, но она чувствовала, что Фарид их к чему-то готовит. Что они задумали? Поэтому, когда Фарид предложил матери и Лейле поехать в Фес, остановиться в риаде сида Абдула, она согласилась, надеясь помешать чему-то плохому. Лара Джабира поделилась предчувствиями и подозрениями с отцом, после чего сид Рахим заявил внуку, что тоже намерен навестить приятеля и увидеть бывшую невестку! Фариду это не понравилось, но возражать он не стал. Но задумался. Он вызвался отвезти мать и беременную жену в соседний город, но и Зухра тут же навязалась, потребовав, чтобы и ее тоже взяли в Фес. - Зачем ты нужна там? Я надеюсь на встречу с Хадижей и внуками, но она не захочет увидеться, если ты будешь мелькать где-то рядом, - нервно отреагировала свекровь. - Но Лейла едет, и я тоже хочу! Я теперь законная жена Фарида! – заявила нахалка. Удивительно, что Фарид в этот раз промолчал. И тогда пришлось отвечать его матери: - Лейла попросила меня осмотреть вместе с ней риад, который она получила как махр от прежнего мужа. Идти туда одной ей страшно. Мы отправимся с ней в то место на следующее утро после приезда в Фес. Тебе там делать нечего. А если Саид Рашид увидит тебя и прикажет схватить за твои прошлые грехи? Думаешь, такой человек тебя простит? - Не схватит. Не сейчас. Ему не нужен скандал. А где меня найти, он знает. Но что-то не торопится меня хватать. Я тоже хочу пройтись по улицам Феса и посмотреть на дом Лейлы. И Зухра загадочно усмехнулась... Фарид же отчего-то тоже хмыкнул, что тут же вызвало новые подозрения у матери. Но в чем дело, она не понимала. - Всё будет хорошо, иншалла, - постарался успокоить ее сын. – Мы поедем впятером, так и быть. Все вместе сходим в тот дом, который Лейла обещала передать мне под склад цитрусовых. Видишь, я тоже заинтересован в осмотре дряхлого риада, который приобрел Лейле для махра старый муж-скупердяй. - Но я слышала, что Лейла с родственницей там прожили почти год. Разве ты не так рассказывала, Лейла? наверно, риад не так уж плох. - Да, мы с Арибой жили в том доме, пока у меня не родился ребенок и Мухамед не увез меня в Бразилию, - опуская голову, согласилась Лейла. - Вот и увидим, что там за дворец, - сказала Зухра с ухмылкой. Фарид продолжал вещать: - Потом мы с Зухрой уедем, вернемся в Мекнес, а дедушка и вы с Лейлой останетесь. Сначала поживете у сида Абдула, пока не встретитесь с Хадижей и моими сыновьями, а потом Лейла отправится жить в свой риад, там и будет ждать рождения моего ребенка. А ты, мать, вернешься с дедушкой домой. Фарид повернулся к женам. - Лейла, если не хочешь жить в риаде, могу попросить дядю Абдула приютить тебя до родов. Так даже надежнее. В его доме – две жены, которые о тебе позаботятся. А в риаде ты будешь совсем одна. Лейлу его слова ужаснули. - Нет, не хочу жить у дяди Абдула! Лучше у себя, ведь мы с Арибой когда-то там жили - и ничего! Но там почти никаких удобств нет. Лейла могла бы жаловаться на жизнь и дальше, только никто не хотел ее слушать. А убедительно сказанные Фаридом слова успокоили лару Джабиру. - Надо обдумать, что из вещей собрать в дорогу. Пусть Мекнес рядом с Фесом, но мы останемся там на несколько дней. - Сид Абдул может помочь, устроив встречу с Хадижей. Как мне неприятно произносить ее имя! - Неужели ты решил отказаться от одалиски? – с иронией спросил сид Рахим, не поверив внуку, почувствовав в его речах притворство. Фарид пожал плечами и потом продолжал: - Ехать придется послезавтра, но так, чтобы прибыть к вечеру. Дедушка, ты говорил, что сид Али прилетит завтра, а его гости, с ними и Хадижа, появятся через несколько дней. Они обсудили и это. Семья пообедала, и когда все срочные домашние дела закончились, Фарид позвал к себе обеих женщин. И когда Фарид и жены оказались одни в комнате, то обсуждали они совсем иное. - Значит, в семействе Рашидов украденные младенцы – уже традиция? – ухмыльнулся Фарид. – Не украсть ли и мне ту девчонку, что нашли и привезли в Фес? На случай, если наши планы провалятся, и Хадижу не удастся заманить в ловушку. Как мне тогда отобрать у нее сыновей? Только через обмен на нее или моих детей. - Хотя бы на одного! – подсказала глупая Лейла, желая угодить. Но Фарид не оценил ее рвения. - Что? Почему только одного? Они оба мои сына. Джамиль и Амран! Зухре захотелось подлить масла в огонь: - Хабиби, ты из-за вывертов бывшей жены не смог дать имена своим детям. Одного и другого назвали так Хадижа и ее мать. - Не напоминай мне об этом! - Но моему сыну имя дашь ты, любимый, - тут же поспешила взять реванш Лейла. - Я знаю много красивых арабских имен! – влезла Зухра, чтобы позлить Лейлу. – Фарид, а ты уже знаешь, каким именем назовешь сына Лейлы? Я подскажу, если что... - Зухра, роди своего ребенка, тогда и называй, как тебе захочется! – вспылила девчонка. - Что ты, моему сыну тоже даст имя Фарид! - Что? Зухра, ты что – беременна? – возмутилась Лейла. Но даже Фарид удивленно уставился на Зухру. А та смущенно опустила глаза и сказала, что не совсем уверена. - И ты думаешь, что мне нужен твой ребенок? – зло бросил он. - А ты уверен, что Лейла родит тебе ребенка? Вот не сможет, так и моему сыну рад будешь! – тоже разозлилась Зухра. Почему Фарид всегда относится к ней как к ветхой тряпке, ставит ниже других женщин. - Давай потом обсудим твою беременность! – занервничал Фарид. - Докажи, что у тебя будет ребенок! Пусть лара Джабира отведет тебя к врачу! Можно даже в Фесе! – не могла смириться с новостью Лейла. - Может, мне ещё тест на беременность при тебе сделать, чтобы ты успокоилась? – съязвила Зухра, поняв, как ее внезапная шутка задела соперницу. - Хватит! Как вы обе меня достали! – взвился мужчина. Немного погодя сказал притихшим женам: – Вернемся к нашему плану! - Фарид, мы всё обдумали, поэтому не сомневайся: получится! – уверила Зухра, которая и предложила простой план похищения его бывшей жены. Лейла же не могла похвастаться интересной идеей, но зато именно ей отводилась главная роль, которую она никак не должна была провалить. Лара Джабира ни о чем не подозревала, а вот Лейла должна будет убедить Хадижу встретиться с бывшей свекровью, хотя та и не знает об этом. Мать Фарида была уверена, что им самим придется идти в дом сида Али, чтобы увидеть и Хадижу, и внуков, которых невестка собиралась привезти в Марокко. От Лейлы зависело, чтобы Хадижа до дома сида Абдула не дошла... Все роли были распределены, каждую мелочь обговорили. Но у Зухры все равно появлялись новые идеи. - А что, если мы возьмем плетку у сида Абдула? Лейла, оказавшись в риаде, попроси у него подержать в руках плеть, о которой сид Абдул так часто вспоминает. Пусть старик снимет ее и даст тебе посмотреть. Но ты ее не вернешь. - Зачем тебе плетка? – удивился Фарид. - Для Хадижи. Когда мы доставим ее на место, можно будет устроить порку. Ты, Фарид, выпорешь ее, дав несколько плетей, а я сниму видео. Отправишь ролик ее временному мужу с предложением отказаться от Хадижи, иначе она будет наказана ещё сильнее. Сколько положено ударов плеткой при измене? Сорок? Семьдесят? Лейла, не помнишь? Тебя же пороли в доме дяди Абдула! - Что?! Я мужу не изменяла! - Но за что тебя тогда выпороли? Сид Абдул намекал! Ах, да! Ты же оказалась воровкой, тебе едва руку не отрубили! – весело напомнила Зухра. - Змея! Чтоб у тебя кишки в узел завязались! И через одно место выпали! - Как бы ты чем-нибудь не отравилась! Столько в тебе яда, что сама же им отравишься, - презрительно проговорила Зухра, и вдруг в ее лице что-то дрогнуло: она кое о чем подумала... У Лейлы от испуга сжалось сердце. Эта гадюка может ее отравить! Надо пожаловаться ларе Джабире! А Зухра продолжала веселиться: - Наконец, я увижу дом, в котором началась твоя семейная жизнь с первым мужем, старым, но богатым братом Саида Рашида. Это же дядя Хадижи? Она уже тогда была твоей родственницей. Как ты могла согласиться стать женой противного старика? - Зато он подарил мне на свадьбу много золота и риад в махр! Тебе никто такого не предложит! – проговорилась Лейла. - Хватит, Зухра! – Фарид пресек издевки над Лейлой. – Потом посмеетесь, когда Хадижа окажется у нас в руках. Подумайте, куда мы поселим ее жить, в какую комнату уже в ЭТОМ доме, когда сможем перевезти из Феса. - Конечно, туда же, где она жила, став твоей женой, - злорадно предложила Лейла, зная, что такой вариант Зухру не устроит. Они заспорили. Но Фариду надоела склока, и он снова заставил жен замолчать. - Идея с плеткой мне понравилась. Она мне пригодится и позже, и не только для порки Хадижи, но и вам тоже достанется. Чем каждый раз терпеть ваши ссоры, буду затыкать вам рты ударом плетки! Женщины притихли. Фарид чем дальше, тем становился всё злее. Жестокость так и лезла из него, чего раньше не было. Зухра могла бы подтвердить. Это Лейла недолго знала мужа. А у него возник вопрос. Он все не мог нарадоваться на клетке в старом риаде. - Лейла, откуда в том доме появилась клетка для кур? В таких на рынке кур держат для продажи. - Не знаю, она осталась от прежних хозяев. Мухамед купил риад вместе с ней, - пожала плечами беременная жена. Фарид осмотрел жен с ног до головы. Лейла... Если бы не ее визит к врачу вместе с матерью, Фарид бы не поверил, что она ждет ребенка. И срок не маленький – уже несколько месяцев, но по животу не особо заметно. Зухра же была скрыта под привычным уже никабом, и если она беременна, то срок может быть совсем маленьким. А мать и не знает новость! Иначе она поговорила бы с ним о ребенке Зухры. - Клетка – как раз то, что нужно. Вместительная. Но Хадижа там поместится, даже вместе с детьми. Будут сидеть, пока не пройдет опасность, и мы сможем спокойно перевезти их в Мекнес, - размышлял Фарид. - Точно ли – поместятся? – усомнилась Зухра. - Должны. Хадижа меньше меня, а я в прошлую поездку, когда мы с Лейлой побывали в том риаде, залез в клетку, сам опробовал. - Детей зачем туда засовывать? Пусть Лейла охраняет твоих сыновей в запираемой комнате на жилом этаже, а я посторожу Хадижу, пока ты, Фарид, будешь в Мекнесе делать вид, что непричастен к ее и детей исчезновению, - разошлась Зухра. – Пока ее родня будет вести поиски по всему Фесу. - Нет, всё сделаем так, как я сказал. Мы с тобой уедем в Мекнес, чтобы и на тебя, Зухра, никто не подумал. Лейла останется в собственном риаде. Кто может что-то заподозрить, ведь это же ее махр. Никому не придет в голову искать там пленницу. - Но Лейле придется и за Хадижей, и за детьми следить, кормить, - подсказала Зухра. - Не дай Аллах, если с моими сыновьями что-то случится, Лейла! – уже грозно закончил Фарид. Если Лейла была вынуждена участвовать в авантюре Фарида, пусть она и не знала такого слова, то Зухра имела собственные планы, которые собиралась воплотить с помощью Фарида и Лейла, им же и отомстив за все обиды и унижения. Она им припомнит и пропавшую в огне красоту, и издевки над ее уродством, и унижения, когда пришлось побывать их служанкой... Свой план она тоже обдумала до мелочей. Нет, не только Хадиже придется посидеть в той клетке, но и Лейле. И это не всё! Они обе простятся с красотой и волосами. Впрочем, Хадижа не дразнила и не унижала ее, а все ссоры были устроены самой Зухрой. Теперь Зухра не считала Хадижу врагом. Было, с чем сравнить. Но не отпускать же Хадижу просто так? А вот Лейлу Зухра задумала превратить в уродину, испортив ей лицо. Сколько раз перед сном она представляла мучения подлой соперницы, ее крики боли от ожогов, когда Зухра прижмет раскаленный железный прут к ее личику... Но в ее памяти «звучал» также издевательский смех Фарида и его обидные жестокие слова, что сделал с ней пожар. Он был виноват в ее несчастье, но забыл об этом. Тогда кровь закипала в ней, и она готова была в ту же клетку втолкнуть и его, и тоже потыкать в Фарида раскаленным железом. Она ловка и изворотлива, но мужчина сильнее. Лучше подгадить ему с женами-«красавицами», а самой сбежать. Потом она найдет способ проникнуть в риад в Мекнесе и украсть золото глупой Лейлы. Вот только в поездку не забыть захватить собственные украшения! И повод есть: гуляя по Фесу, она будет увешана своими украшениями с ног до головы. Никто не увидит под никабом, но она-то будет знать, что на ней золото! Именно так Зухра решила объяснить Фариду, если кто-то заметит на ней украшения. Что делать с Хадижей? Как договориться, что отпустит ее в обмен на золото? У Лейлы шкатулку пока не забрать, теперь за ней следят все члены семьи – не только лара Джабира, но начеку даже сид Рахим. Но Зухра не может бежать с пустыми руками. Что придумать, чтобы Хадижа согласилась отдать ей украшения в обмен на свободу? В голову не приходило ничего, и Зухра решила, что решение найдется на месте, когда девчонка окажется в их руках. А если дочь Саида Рашида сама что-то придумает и предложит, чтобы выбраться из ловушки? Надо пострашнее рассказать, какая жизнь ждет ее в Мекнесе. Напугать, как следует, и поторговаться. Зухра задумала, наказав Лейлу, помочь Хадиже бежать от Фарида, но и сама она сбежит. А вот если их побег не удастся, тогда Фарид получит уже трех обезображенных жен. Придется ему брать четвертую! Мечтала о мести Зухра с того дня, когда Фарид задумал заманить и вернуть Хадижу и детей. Это был удобный случай. Она настолько увлеклась мыслями об их расплате, о возмездии, что даже приобрела кое-какие орудия для исполнения задуманного. Хватит длинного раскаленного железного прута, чтобы заставить пленниц метаться внутри клетки! Лейла не останется лишь зрительницей, она тоже должна будет лишиться красоты. Зухра наслаждалась ожидаемой местью и тем, что Фарид не знал о ее планах. Если не Хадижа, так Лейла нужна ему красоткой. Но так не будет! Слишком много обид Зухра вынесла от подлой девчонки. Если к Хадиже Зухра могла почувствовать снисхождение, то к Лейле - никогда! Она поняла, что и к Фариду испытывает ненависть. Нет уже никакой любви! ...Фарид вскоре прогнал жен, услышав, как Зухру зовет мать. Потом начали искать и Лейлу. Их ждали на кухне. Значит, пора заканчивать готовить ужин. Вскоре с медины вернулся сид Рахим, куда вышел, пока Фарид обсуждал с женами похищение Хадижи. Оказалось, старик успел поговорить по телефону с сидом Абдулом. Узнал и новости: - Хадижа прилетит без детей. Тебе, Джабира, вовсе не стоит ехать в Фес. Для чего теперь? - Аллах! Как же так? Но она может показать мне фотографии, рассказать о внуках, - расстроилась лара Джабира. - Конечно! Пусть принесет дяде Абдулу фотоальбом и покажет. Даже не альбом с фотографиями, а телефон, где в наше время хранят снимки. Посоветуй Хадиже распечатать заранее фотографии моих сыновей. Или пусть перешлет фото на телефон Лейлы. А ты, Лейла, сохранишь их, чтобы и я потом тоже увидел собственных детей! – зло сказал Фарид, тут же сообразив, что придется исправить в их плане. - Но..., - проблеяла Лейла, однако Зухра, обменявшись быстрым взглядом с Фаридом, ее перебила: - Мы все равно отправимся в Фес, а ты, Лейла, отведешь лару Джабиру в дом сида Али. Там свекровь поговорит с Хадижей, а потом пусть и Хадижа придет к вам, чтобы можно было пообщаться без..., эээ..., временного мужа! В дом сида Абдула она не побоится пойти? Лейла не поняла, почему Зухра ее прервала, но почувствовала, что едва не сказала что-то опасное для Фарида. - А кто ещё прилетает? Кто из родни Хадижи? Саид Рашид? Его жена, которую мы держали заложницей? Саид не захочет ли снова поймать Зухру? Чего нам опасаться? – сыпались вопросы от Фарида, в котором бурлила ненависть. Сид Рахим наивно ответил, перечислив гостей, о которых ему поведал приятель. О планах Саида Рашида он не знал, хотя и интересовался у приятеля. Но и Абдулу намерения племянника не были известны. Однако старик успокоил приятеля, сказав, что Саиду скандалы не нужны. Но лично он, его дядя,  намерен выяснить у Хадижи и у того мужчины, которого она считает своим новым мужем, знают ли оба, что они преступники? Ведь брак с Фаридом расторгнут только по документам и под давлением ее отца. А новый брак –  временный... - Сид Абдул на твоей стороне, Фарид. Но я не верю, что Саид позволит событиям пойти не так, как он счел нужным, - высказал мнение дед Рахим. – А зятем теперь он считает доктора из Бразилии. - Но вдруг из боязни скандала может всё изменится? – чуть не поверил Фарид, который жаждал вернуть Хадижу во что бы то ни стало! - Сомневаюсь. И ещё: Саид прилетит, но второй племянник Абдула заболел, и вместо него летит его сын Амин... Старик продолжал перечислять гостей, рассказывая, что ему известно о каждом из них. Фарид расспрашивал ещё о чем-то, поэтому они не видели и не слышали, какая сцена разыгралась между Зухрой и Лейлой. Даже лара Джабира, занявшись таджином у плиты, не обратила внимания на невесток. А Лейле чуть дурно не стало при упоминании имени Амина. Амин в Фесе! И она поняла, что его не забыла! Она может столкнуться с ним на медине или в доме сида Али, куда собралась пойти свекровь. Лейла решила непременно сопровождать лару Джабиру везде – и на медине, и в дом друга сида Абдула! Посмотреть на Хадижу и Латифу было тоже интересно. Но и Самира появится, и Жади, с которыми она когда-то даже подралась! Амин! Какой он теперь? Изменился? Стал ещё привлекательнее? Или Халиса раскормила его, и он стал похож на разъевшегося Мухамеда? Или две жены измучили несчастного парня? А если он захочет найти себе третью жену? Или даже двух? Она тогда от души позлорадствует над его бразильскими женами! Лейла призналась себе, что новость ее взволновала! Зухра с усмешкой наблюдала за ней некоторое время, но потом уличила: - Это ТОТ САМЫЙ Амин? Да, Лейла? Твой бывший муж болен и вместо себя отправил сына... Ты, наверно, хотела бы его увидеть? Я тоже. Мне интересно, кто тебе нравился до нашего Фарида... Мужчина не смог бы достаться тебе никогда, если он сын твоего бывшего мужа. А вот бывший муж дочери брата твоего бывшего мужа теперь твой. Заполучила бывшего зятя Саида после мытарств по пустыне... Лейла страшно испугалась, что выдала себя. Она едва не дрожала от волнения, а теперь и от страха за себя. Зухра обязательно расскажет сплетню Фариду, а ей придется опровергать ее слова и выкручиваться. Но Лейла уже знала прием, который может помочь в любое время: она схватилась за живот и принялась охать. Лара Джабира тут же все бросила и забегала вокруг нее. Но никто не понял, отчего Лейле стало плохо. Зухра же тоже помалкивала, пожав недоуменно плечом. Лейлу муж отвел в ее комнатушку. Она легла в постель и, когда Фарид вышел, принялась мысленно причитать, как несправедлива к ней судьба. Сначала дала старого некрасивого мужа, которого невозможно было полюбить. Но тот мужчина, который мог стать любимым, оказался мужем другой, стал ее пасынком. А Фарид, чьей женой она мечтала стать, теперь разочаровывал Лейлу. Стоило ли ей так о нем мечтать? Почему судьба к ней жестока? Она тихо плакала злыми слезами, когда к ней в комнату заглянула лара Джабира, принесла стакан с отваром ромашки. - Выпей, это полезная трава, принесет успокоение. Лейла не стала спорить, опустошила половину содержимого небольшого стаканчика. Свекровь ушла, а Лейла с дрожью вспоминала Амина и его противных жен, которым так повезло – выйти за него замуж. Она пыталась представить, что почувствует, если увидит Амина. Надо быть готовой к неожиданной встрече! В каком платье ехать в Фес? Какие украшения взять с собой и в них показаться на медине? Какие платки набрасывать на чудесные волосы, которые из-за беременности, правда, стали менее густыми и блестящими? Решив для себя такие важные мелочи, она представила, как идет по улице,  поднимает глаза, как тогда, в Рио, на лестнице перед дверью дома Мухамеда, и видит Амина... И вдруг Лейла поняла, что не сможет вынести такой встречи. Паника накрыла ее! Что делать? Отказаться от поездки, сославшись на плохое самочувствие? Но тогда она провалит план Фарида. Они с Зухрой не смогут уговорить Хадижу увидеться с ларой Джабирой. Но как избежать встречи с Амином? В дом сида Али она может и не ходить... Приложив руку к животу, Лейла почувствовала, как в ней шевельнулся ребенок Фарида. В следующие дни Лейла думала только о том, когда прилетает Амин. А если он прилетит не один, а с кем-то из жен? С Халисой или с той, другой? Лейла даже имя ее не могла вспомнить от переживаний. И вот с ними она столкнется на медине. Ну, хотя бы рядом с ней будет Фарид! Он такой красивый, с ним ей не будет стыдно, как бывало рядом с Мухамедом. Фантазируя, Лейла забывала, что муж и Зухра намерены прятаться в разваленном риаде. Придется притворяться, гордо задирать подбородок, проходя мимо бывшего пасынка и его одалиски! Но вот наступил вечер, когда семья в полном составе собралась ехать в Фес. Мать Фарида поспорила с ним, стоит ли брать для Лейлы осла, чтобы добраться до ворот медины. Идти далеко, но верхом на осле ее может растрясти. А как беременность перенесет тряску? Фарид оставлял хозяйство на надежного соседа, который и раньше присматривал за домом и животными в отсутствие хозяев. В этот раз добросердечный сосед согласился пойти с ними до ворот города, где находилась остановка междугороднего такси, и уже оттуда увести обратно двух ослов, на которых добираться по медине будут лара Джабира и сид Рахим. Вещей было немного. Конечно, везли и гостинцы для хозяина риада, зная, как сид Абдул любит финики из урожая тех деревьев, которые росли на плантации на землях Рахима. Вот и держала теперь свекровь на руках небольшой, но довольно увесистый мешок с финиками, устроившись на спине ослика. Невестки же шли за спиной Фарида. Лейла нервничала, даже не смотря на то, что в Фес они прибудут в позднее время. Но что если Амин окажется в гостях у сида Абдула? А если он и вовсе поселится в его риаде? Сид Абдул все-таки родной дядя Мухамеда, так почему бы его сыну не остановиться в риаде родственника, чтобы не тратить деньги на дорогой отель? Мухамед так и сделал бы! От ужаса перед неизвестностью и возможной встречей с любимым мужчиной (Лейла призналась себе, что любит и Фарида, и не разлюбила Амина) у нее ноги делались ватными, она шла, чуть ли не шатаясь. Ноги заплетались, и если бы Фарид временами не оглядывался и не подгонял жен, она давно отстала бы от семейного каравана, а то и упала бы на грязную мостовую и так и осталась бы лежать! Рядом с плетущейся Лейлой весело шагала Зухра, догадываясь о настроении соперницы. Если бы лара Джабира не следила за ними, не прислушивалась бы к каждому слову скандальных и непримиримых невесток, тогда Лейла могла бы многое услышать в адрес не состоявшегося возлюбленного Лейлы. Но Зухре не нужно было, чтобы лара Джабира узнала об Амине. Потом из Мекнеса в Фес ехали на такси, набившись впятером в машину. Ехали не больше часа, а потом снова долго шли уже по седине Феса. Пусть на улице было темно, но фонари освещали почти все закоулки и улочки медины. Гуляющего по городу народа было ещё много, поэтому они чувствовали себя в безопасности, надеясь, что сид Рахим помнит дорогу к риаду приятеля, и они не заблудятся в лабиринте улиц. - Я надеялся, что Абдул отправит за нами своего слугу Юнуса с осликом хотя бы для меня, - укоризненно проговорил старик Рахим. - Но разве сид Абдул не знает о нашем приезде? – заподозрила неладное лара Джабира. - Я намекнул, что мы собираемся к нему в гости. Но не уточнял, когда. - Дед, позвони сиду Абдулу! Пусть отправит к нам Юнуса. Тебе тяжело будет пройти такое расстояние, - встрепенулся Фарид. Сид Рахим согласился и позвонил. Но сид Абдул был недоступен. Тогда решили, что следует звонить на домашний телефон. Поздно, конечно, но не настолько, чтобы старик Абдул или его жены все легли спать. К телефону подошла лара Нурия, первая жена сида Абдула. От нее они узнали, что в доме сида Али – семейный праздник в честь приезда гостей, и сид Абдул с ларой Дунией отправились туда. Но когда вернутся, ей неизвестно. Узнав, что к ним тоже приехали гости из Мекнеса, лара Нурия тут же согласилась отправить им навстречу Юнуса с двумя осликами, уточнив, в каком районе примерно они находятся. Но Рахим сказал, что он ведет семью той дорогой, которой они с Абдулом ходили всегда, когда Рахим приезжал в гости к другу. - Юнус должен знать, он меня встречал и раньше, - уточнил Рахим. Поняв, что их встретят, Фарид с облегчением вздохнул. Именно ему теперь приходилось нести тяжеленький мешок с финиками. И все равно они пусть и медленно, но двигались дальше. И Зухра решила подшутить над Лейлой. Она никогда не видела Амина. А если и видела, то не знала, кто он и какое имеет или будет иметь отношение к семье Фарида. Но ведь Лейла не знает об этом. Она повертела головой и вдруг приблизилась к жене Фарида и шепнула: - Там... За нами идет парень. Это Амин! Лейла так резко повернулась, что подвернула ногу и упала, но, к счастью, удачно приземлившись, не ударив живот. - Оооох! – взвыла девчонка. Тогда испугалась уже Зухра. Такого результата от своей шутки она не ожидала. Фарид бросил мешок на камни мостовой, и его тут же подхватила мать, опасаясь, что мешок может испачкаться мало ли чем. Зухра и Фарид попытались поднять Лейлу, а она сидела и горько рыдала. Именно пролитые слезы помогли ей снять напряжение этих дней. Она не стала разоблачать Зухру, хотя та ждала ее обвинений. - Оступилась и ногу подвернула, - объяснила она мужу. Посидев, дала Фариду себя поднять. Потом сделала шаг, и оказалось, что все-таки она может идти, но сильно хромая и охая от боли. - Вы, невестки, должны быть в семье как сестры. Зухра, помоги ей, возьми Лейлу под руку и веди! – приказал Фарид, поднимая и перебрасывая мешок с финиками через плечо. Сид Рахим шел, поддерживаемый дочерью. Но вскоре их встретил Юнус, помог сиду Рахиму и ларе Джабире забраться на осликов и повел животных, держа под уздцы. Довольно скоро они добрались до риада. Только Лейле этот путь не показался близким, впрочем. Фарид отдал мешок деду, который теперь и придерживал на коленях подарок, сидя на ослике. В дом приятеля их впустила лара Нурия, напоила гостей чаем, а вскоре пришли и сид Абдул с ларой Дунией. Кто бы знал, как Дунии хотелось поделиться историями и с нагаданным на кофе Зорайдэ, и поддразнить старика возможностью начать поиски жены для Амина. Но... Абдул ещё по пути к дому отобрал у нее сотовый, а едва войдя в риад, велел Нурии отключить домашний телефон. Узнав, что у них поживут несколько дней гости из Мекнеса, ТЕ САМЫЕ, которых так боятся в доме сида Али, Дуния решила просто наблюдать и по возможности сообщать новости Кариме. Но Фарид ночевать не остался, заявив, что должен вместе с Зухрой вернуться в Мекнес, чем удивил деда. Остальных же деловитая лара Нурия разместила по комнатам. Ругаться с сидом Абдулом она в этот уже поздний вечер не стала, хотя тот и находил повод за поводом, к чему прицепиться. Она с нетерпением ждала утро, чтобы под предлогом пойти за продуктами в лавки, сбегать на встречу с Каримой, позвонив ей из дома сына. Если сид Абдул передумает из-за гостей пойти в дом Али, чтобы провести время с родственниками из Бразилии, она хотя бы поболтает с Каримой. Впрочем, она была уверена, что мекнесцы прибыли в их город не просто так. Как раз сида Али они и намереваются навестить. Разве лара Джабира – не бывшая свекровь Хадижи? Вот в этом и дело! А Лейла-то, Лейла! Дуния уже успела подметить, каковы отношения между девчонкой и Фаридом, за которого она так рвалась выйти замуж, что готова была ноги сиду Абдулу целовать. А другая жена Фарида, что закутана в черный никаб? Это же та самая ужасная Зухра! Не ее ли разыскивали люди Саида? Не хватало ещё позора, если Саид заявится к ним с полицией, чтобы схватить преступницу! Дуния была даже рада, когда Фарид увел с собой одну жену, оставив с дедом и матерью вторую. Зухра не останется в их доме! Иначе это был бы скандал даже без появления Саида. Зухра – это же та, которую считают ведьмой! О, Аллах! Об их риаде ходили сплетни, что джинны живут на верхнем этаже, но за эти слухи надо благодарить Самиру. Теперь из-за Зухры придумают новую страшилку. Не только Дуния была рада, что Зухра не осталась, но и сид Абдул. Тот был и вовсе в шоке, узрев женщину, появление которой у себя дома он и представить не мог. Сам Абдул, когда ездил в Мекнес, теперь не заглядывал в гости к Рахиму, встречаясь с приятелем в кафе или у других знакомых. Зухру видеть не желал. Дуния, перед тем как лечь спать, решила навестить Лейлу. - Как твоя нога? Мне рассказали, что по пути к нам ты подвернула ногу. - Болит, - пожаловалась на всякий случай девчонка, ещё не решив, отсидеться ли завтра в доме дяди Абдула или пойти на медину вместе с ларой Джабирой. И вообще она пока не понимала, чем они завтра все займутся, не изменились ли планы у Фарида. - Но ты можешь наступать на пятку? Покажи, не распухла ли щиколотка! – продолжала интересоваться жена сида Абдула. Лейла показала ногу, сказав, что наступать больно, но она сможет ходить, если будет необходимо. И тут до нее дошло, что лара Дуния может рассказать о гостях и празднике, на котором побывала, и где был Амин. Но ее постигла неудача. Расспросы Лейла начала с Арибы, давней подруги и дальней родственницы. Но Дуния сплетничать о невестке не пожелала, отделалась общими словами и быстро ушла, дав понять, что устала и намерена отдохнуть. Пожелала Лейле хороших снов и выздоровления ее ноге. Лейла от досады принялась кусать пальцы. Сид Рахим долго вел беседу с сидом Абдулом, пока приятелей не начал морить сон. Когда они разошлись, девчонка не услышала. Лара Джабира спала в соседней комнатке, в которую, как знала Лейла, когда жила здесь во времена своего «перевоспитания», отводилась важным гостям. Лейла же оказалась в комнате, которую когда-то и занимала, в то время, о котором она не желала вспоминать. Перед тем, как погрузиться в сон, почувствовав боль в ноге, Лейла вспомнила, как Зухра ее подловила. И она попалась! С дурными мыслями о сопернице она и уснула... 24. Часть 38. Глава 24. Гости в доме сида Али. Амин и Зухра. Утром в доме сида Али вновь стали собираться родственники. В гостиной на диване молодежь рассматривала фотографии из Сан-Криштована. Позаимствовав у Самиры планшет, Хадижа показывала снимки, сделанные в день, когда они собрались в бывшем доме Латифы накануне вылета в Марокко. Хадижу обступили Жади и Самира, Лео и Азиз. Даже Зорайдэ подошла полюбопытствовать, увидеть район, где проживали теперь лара Назира и Самира с Лео. Она и сама когда-то бывала в доме Мухамеда, когда прилетала в Бразилию в гости вместе с сидом Али. Но и Карима спустилась со второго этажа, неся полусонную, хотя уже сытую Софу. Опасаясь, что ее отправят обратно в комнату, она тут же запричитала: - Карима все сделала! Ребенка накормила! Помыла! Переодела! Ларе Назире видео отправила! Но я тоже хочу посмотреть фотографии из Бразилии! - Иди к нам, Карима! – позвала Жади и в шутку сказала: - Пусть Софа посмотрит на фотографию дома, где скоро ей предстоит жить. Они листали снимки, прикасаясь пальцем к экрану планшета, пока не остановились на том, где сфотографирована была группа жителей района. - Это наши соседи, - пояснила Самира.- Дона Жура живет на верхнем этаже своего бара, Базилио – ужасный сплетник, официант из бара, это Миро – муж тети Назиры, а вот и она на балконе стоит, держа Ферюзу. А это дона Ноэмия, жена Мустафы. Он, как видите, стоит у нее за спиной. Дом Амина тоже частично попал в кадр. Если присмотреться, на первом этаже приоткрыто окно, потому что у Халисы там цех для выпечки, это ее бизнес. Амин пока не вышел из своей комнаты, поэтому в просмотре снимков не участвовал. Наверно, и не пожелал бы. Но Зорайдэ и Кариме было интересно посмотреть на магазин «Волшебная лампа», чья знакомая вычурная вывеска в восточном стиле привлекла их внимание. Но вдруг Карима, округлив глаза, ткнула пальцем в фотографию, правда, не достав вытянутой рукой до планшета, и удивленно спросила, что там виднеется за спиной мужа Назиры, рядом с Мустафой. Присмотрелись. Да, что-то странное выглядывало из-за спины Миро. Зорайдэ ахнула, но не успела высказать догадку, как ее опередила Карима. - Аллах! Это же дух Альбьери! Зорайдэ, ты ведь это хотела сказать? Карима всё поняла! Это его призрак! Зачем было везти прах доктора в Бразилию? Вот он и явился в Сан-Криштован к дому лары Назиры, ждет, когда там появится девочка, которую он украл. Зорайдэ замерла с застывшим взглядом. Потом она попыталась что-то сказать, но голос ее не слушался. Женщина могла лишь беззвучно открывать-закрывать рот. - Видите? Вы все видите? Призрак повис за спиной отца девочки, за мужем Назиры! – будоражила всех Карима. - Пятно на фоне бара? – напрягал зрение и Лео, скептически переглянувшись с Самирой. А она насмешливо сказала: - Не может быть! Ни одно привидение не посмело бы приблизиться к бару доны Журы, ее все в районе боятся. И вообще, это не дух и не призрак, а... Это же лохматая щетка, которой Базилио смахивает паутину и пыль с полок в баре! Наверно, когда делали этот снимок, любопытный парень пристроился к компании, не выпуская из рук метелку, чтобы не получить нагоняй от хозяйки. - Успокойся, Зорайдэ. Видишь, нет там никакого духа доктора! – тут же возмутилась Карима, как будто не она только что утверждала обратное. Зорайдэ махнула рукой и отправилась на кухню, чтобы узнать, поставлен ли без нее таджин, и ещё раз убедиться, что все мелочи для приготовления блюд имеются в запасе, заранее были закуплены, ничего не упущено. Пришли, наконец, Латифа и Керим. И пока сид Керим вместе с другими пересматривал фотографии из Сан-Криштована, района, с которым и сам не так давно познакомился, как и с людьми, там обитающими, Латифа отвела в сторону дочь. - Мама, если ты снова намерена поговорить о Софе, то лучше не стоит. Я все уже решила. И Лео со мной согласен, - воинственно заявила девушка. - Самира, я поняла. И хочу сказать тебе кое-что другое. О твоем брате. Где сейчас мой сын? – оглядев гостиную и не обнаружив парня, спросила Латифа. - Амин, наверно, ещё спит. Он не спускался, а Зорайдэ уверила, что он не завтракал у себя в комнате. А в чем дело? - Хочу тебе признаться, что вынуждена была отдать Эмми ключ от твоего дома. Когда ты была на острове, мы собрались перед вылетом в доме у вас с Лео. - Я знаю, сама же вам предложила этот вариант. Оставила ключ тете Назире... - Да, дочка, но ключ был и у меня. Вот его я и отдала Эмми. - Зачем? Кстати, она и меня просила оставить ей ключ. Я не поняла, для чего он ей понадобился, но сказала, чтобы обратилась за ключом к тете Назире, если возникнет необходимость. Полагаю, что моя подруга захочет воспользоваться отъездом Амина, чтобы пожить в доме одной, без Халисы. Им будет полезно отдохнуть друг от друга! - Нет, Самира, Эмми мне призналась, что дело в их с Амином ссоре. Он намерен дать ей развод, пообещал взять третью жену. - Опять? – осуждающе воскликнула девушка. – Им не надоело склочничать? И как только они время находят, чтобы ругаться и выяснять отношения? - Как бы ни было, но Эмми умоляла дать ей ключ. Я поддалась на уговоры, но потом пожалела. И не знала, какой будет твоя реакция на это. Эмми окажется одна у тебя дома. Но Амину не стоит рассказывать. Вдруг Эмми не решится воспользоваться убежищем. - Мама, я уверена, что Эмми обязательно что-нибудь выкинет в наше отсутствие. Она поживет у нас с Лео, хотя бы чтобы позлить Амина. А он узнает о ее переселении от Халисы. Может быть, Халиса и не плохая, но доносчица, потому что преданная Амину жена. - Она может промолчать, потому что иначе Амин вдали от них тоже может принять необдуманное решение – пожаловаться дяде Абдулу и пошутить о поисках третьей жены. Но с дядей Абдулом лучше не откровенничать, иначе Амину через неделю придется уехать из Бразилии, сосватав невесту. - Так ему и надо! – бросила Самира. – Он всегда мечтал о четырех женах, с самого детства! А если Эмми решит получить развод, я ее поддержу. Пусть живет вместе с нами. Все равно мы намерены много путешествовать в поисках  материала для статей. Такова теперь наша работа. Даже в Фесе мы собрали материалы на несколько репортажей. А сегодня хотим побывать в касьбе. - Я так не хочу, чтобы мой сын разводился с Эмми. Или обижал Халису. И не хотела бы, чтобы появились другие жены! – начала переживать Латифа, и Самира поняла, что перегнула палку, высказав жесткое мнение о браках своего братца. - Мама, поговори с дядей Али. Он может посоветовать и тебе, и Амину, как восстановить мир с Эмми. Но про ключ Амину лучше не знать. Только бы Эмми не начудила в наше отсутствие. Иначе случится скандал после нашего возвращения из Марокко. Самира вернулась к компании на диванах, а ее мать отправилась на поиски дяди Али. Нашла его в кабинете. Старик ждал племянницу, зная о проблемах Амина. О чем сразу и сообщил Латифе. - Твой сын уже беседовал со мной. Латифа, я кое-что сказал ему, как стоит вести себя с Эмми. - Дядя Али, а я перед поездкой вынуждена была пообщаться с невесткой. О, Аллах, как Эмми жаловалась на моего сына! Она строила планы, что ей делать, если Амин даст развод или привезет ещё одну жену. Как же я расстроилась, узнав, что нам снова придется пережить семейные неурядицы и скандалы! Сид Али дал мудрый совет: - Латифа, найди покой в своей душе, все остальное найдет тебя. Терпение – горькое растение, но в плодах его сладость. Амин поступит мудро, он не глупый парень. Это его жизнь. Пусть сам принимает решения. Если ему плохо живется с этой женщиной, то пусть разводится.... Или терпит, но исподволь воспитывая и меняя жену. Они разговаривали некоторое время, обсуждая и другие проблемы. Дядя Али попросил ее смириться с тем, какое решение приняли Самира и ее муж в отношении дочери лары Назиры. - Так всем будет лучше. Пока всё тихо, но если тайна выберется на свободу, жизнь многих станет Адом. Правду, ТАКУЮ правду пережить будет невозможно. Что произойдет с ларой Назирой? Тайна известна многим. Но все мы обязаны молчать. Не только ради Назиры, но и помня о будущем девочки, невинной жертвы чудовищного поступка Альбьери. - Моя дочь должна была предвидеть, чем закончится история с подаренной яйцеклеткой. - Но она не подумала о последствиях, теперь нужно спасать ситуацию. В руках знающих страшный секрет теперь судьбы многих членов семьи, но прежде всего – Назиры и Софы. Лучший вариант – забыть то, что мы узнали. ...Тем временем в гостиной, посмотрев электронный фотоальбом, решали вопрос, стоит ли пойти в развалины касьбы. Самира всех уговаривала, описывая, какие прекрасные виды на Фес откроются их взорам, когда они окажутся внутри какой-нибудь башни, сколько можно сделать фотографий крепости, снять видео. - А самые удачные снимки мы с Лео обещаем опубликовать в журнале, где мы работаем, непременно указав, кто автор фото! К этому времени добрались из отеля и Саид с Фатимой. Она сначала помалкивала, помня о своем невольном пребывании в развалинах, когда ей пришлось там даже заночевать, и как велись ее поиски под предводительством сида Абдула, каким скандалом для Саида это закончилось. Но Самира была красноречива, и Хадижа с Азизом загорелись тоже побывать в касьбе. - Я никогда там не был, хотя в детстве не раз мои родители привозили меня в Фес, - признался Азиз. - Почему бы не пойти всем вместе в касьбу? Вернусь в Бразилию и покажу у нас в клинике видео старинных развалин. Но и бразильским родственникам будет интересно увидеть моменты нашего с Хадижей свадебного путешествия. - Азиз, я согласна с тобой! Мы снимем такое видео, что всем захочется там побывать! – воскликнула Хадижа.- Мы с Каримой как-то ходили гулять в развалины. - Там очень интересно, - не упустила случая поддакнуть и Карима, укачивая на руках Софу. – О, Аллах, я тоже хочу пойти с вами, но не могу же я взять с собой ребенка? Там так пыльно, стены касьбы осыпаются, малышке будет трудно дышать! - Карима, нечего выдумывать! – возмутилась Зорайдэ, подходя, услышав ее мечтания. – Никуда ты не пойдешь. Сегодня столько дел нужно успеть переделать к празднику. Нам итак без тебя трудно, рук не хватает, так ты ещё норовишь в касьбу пойти. Нет, ты останешься дома с Софой! Карима сразу приуныла. Но другие с азартом принялись обсуждать, как пройти к касьбе, во что лучше одеться, что с собой взять... Спустился в гостиную и присоединился к ним Амин. Он тоже никогда не бывал в касьбе, как ни странно. В детстве ему запрещал отец, боясь, что мальчишка заблудится в хитросплетениях опасных переходов. А потом у Амина не было ни повода туда сходить, ни желания, ни времени. - Но твоя жена Эмми, я уверена, с удовольствием отправилась бы с нами на экскурсию! – весело сказала Хадижа, не подозревая о глубине трещины в семейных отношениях подруги и кузена. Амин лишь усмехнулся, не ответив. Но Хадижа успокоила его, пообещав переслать подруге лучшие фотографии с прогулки по этажам крепости. Латифа и Керим, Жади и Лукас, Саид – всем было ясно, что они тоже будут вынуждены отправиться в развалины. Куда бы ни пошла Хадижа, ее везде может поджидать опасность! Латифа с Керимом после собственной свадьбы планировали романтичную прогулку по касьбе, но не получилось. Теперь появилась возможность там побывать, увидеть достопримечательность Феса – знаменитую старинную касьбу на окраине города. Латифа, в отличии от Жади, в юности там не гуляла. Саиду была неприятна сама мысль оказаться в развалинах крепости вместе с Лукасом и Жади. Это же излюбленное место свиданий его бывшей жены с любовником. Он был рад, что ни Жади, ни тем более Лукас не пустились при нем в воспоминания о тех встречах. У Саида невольно сжимались кулаки, когда он вспоминал пережитое в прошлом унижение и в ожидании, не скажет ли что-то об этом Жади... Но она в итоге добилась того, о чем упрямо мечтала все двадцать лет семейной жизни: стала женой Лукаса, получила человека, которого считала любовью всей жизни. И теперь сообразила, что лучше ей не предаваться воспоминаниям при отце дочери. Саид же недавно и сам осознал, что Жади – в прошлом. Но очень не хотелось, чтобы это прошлое напоминало о себе самым неприятным образом. Пусть Жади с Лукасом снова бродят по местам любовных встреч, а он, пожалуй, никуда не пойдет, останется в доме дяди Али, найдя предлог. Например, пора позвонить Рании и узнать, как дела у его пока ещё жены и их детей. Он намеренно не захотел общаться со скандальной женой накануне, устав от долгого перелета, но теперь наступил удобный момент для встречи. Он так и объяснил свое решение не присоединяться к компании. Но оставалась Фатима. Она хотела пойти, он это видел. Но там будут братья Феррасы, в обществе которых ему не хотелось ее видеть. С другой стороны Фатима должна была стать его глазами, следящими за Хадижей. При малейшей опасности жена была обязана предупредить Саида, позвонив. Но с желающими пойти на экскурсию отправились также Ахмет, вооруженный увесистой палкой, и пара человек из тех, кто при необходимости становился охраной или участниками поисков в каком-либо ЧП в прошлом. И все-таки Саид велел Фатиме остаться, не позволив вместе с другими пойти в касьбу. До него дошло: его насмешливая жена может не знать о том, что происходило в этом «романтичном» месте между Жади и Лукасом. Теперь же она может догадаться, услышав реплики бывших любовников или комментарии кого-то из компании – Латифы, Самиры... Саид при мысли об этом испытал такое унижение, что нашел предлог для того, чтобы не отпускать туда жену. - Дорогая! У меня есть дела в Фесе, но Рания должна прийти в мое отсутствие. Фатима, встреть мою третью жену, узнай, как она живет и в чем нуждается. Намекни, что на днях мы с тобой побываем у нее в гостях. Фатима была так удивлена неожиданным поворотом, что даже спорить не стала, поняв, что у Саида вдруг появилась причина, чтобы не дать ей пойти в касьбу. Не умышленно же он это сделал? Не потому что сам не захотел пойти? Когда шумная толпа родственников оказалась за воротами риада, Саид позвонил Рании и приказал явиться в дом сида Али. Сам же уединился сначала в свободной комнате за компьютером, чтобы не упускать важные сделки и узнать, как идут дела на его предприятиях, не смотря на свой отъезд. Это заняло какое-то время, а потом позвонил Мухамед и попросил подстраховать Амина, проверив их сделки в Марокко относительно товаров и выяснив, что со складами, которыми они с Амином пользуются. Саид решил заняться и этим, посмотрев на часы и обнаружив, что у него имеется много времени до того, как с другого конца Феса в район, где жил сид Али, доберутся Рания и его сын, а, возможно, она принесет с собой и их дочь Райхану. Поэтому Саид вышел на медину, предупредив Зорайдэ, куда он направляется, но попросил принять Ранию и сказать ей, чтобы дождалась его. Саиду давно хотелось посмотреть на старую ковровую фабрику, некогда полученную им в наследство от богатого, но дурно отнесшегося к нему и Мухамеду дядюшки. Заботиться о фабрике стал дядя Абдул, чем он занимался и по сей день, и ему явно сопутствует успех, так как фабрика все ещё работает, не разорилась. Ковры хорошо продаются... Племянник позвонил дяде Абдулу, чтобы позвать с собой и уже вместе посмотреть, как идут дела на предприятии. Саиду стало любопытно, как пожилой дядя сумел организовать рабочий процесс. Но ни сотовый телефон дяди Абдула, ни его домашний аппарат не отвечали. Ларе Дунии мужчина позвонил только после некоторых раздумий, опасаясь, что в риаде дяди случилось что-то нехорошее. Но и телефон лары Дунии был вне зоны доступа. Это вовсе смутило Саида. Однако он понимал, что о несчастье дядя Али уже знал бы. Поэтому Саид решил заняться собственными проблемами. Переделав все дела, он решил вернуться в риад дяди Али, а, уже посоветовавшись с мудрым сидом Али, отправиться в дом дяди Абдула. Вот потому Саид не узнал, какие нежеланные и опасные гости поселились в доме его близкого родственника. ...Пока муж решал проблемы брата и племянника, Фатима, расстроенная тем, что ей не удалось отправиться с Самирой и Хадижей в развалины, стала думать, чем ей заняться в ожидании Рании. Именно в ней она видела причину того, что Саид не отпустил ее вместе с другими в развалины. Она наблюдала за мужем, вот и сделала вывод: после звонка скандалистке Саид передумал! Ранию следовало наказать. И Фатима быстро сообразила, как это сделать. Она достала из чемодана довольно толстый альбом с иллюстрациями, где были описаны все знаменитые ювелирные украшения, принадлежащие королевским домам и звездам разной величины. Имелись и фотографии каждой драгоценности. Осталось только зайти в комнату, где Карима ухаживала за дочкой лары Назиры. Посетовав, что по требованию мужа она вынуждена ждать и встречать Ранию, Фатима предложила вместе полистать каталог украшений и обсудить, что ей можно было бы выпросить у Саида. О, расчет ее полностью оправдался! Пока девочка спала в кроватке, Карима, имея свободное время, присела рядом с Фатимой, раскрывшей каталог и весело щебечущей о том, какие драгоценности ей нравятся из альбома, что хотелось бы заказать, но на что Саид дал согласие, а о чем обещал подумать, но от каких решительно отказался. - Вот это кольцо принадлежит Элизабет Тейлор. Знаешь, кто это? Всемирно известная актриса. У нее много очень дорогих и красивейших украшений. Фатима перелистнула страницу. Но Карима успела запомнить кольцо, усыпанное бриллиантами, с огромным синим камнем в середине. Фатима сказала, что камень – это сапфир. - А это ожерелье находится в сокровищнице английской королевской семьи, - и жена Саида Рашида провела пальчиком по фотографии действительно изумительного украшения. Опять много огромных сапфиров, бриллианты и золотая оправа.... - Саид сказал, что у меня есть похожее ожерелье, не стоит заказывать подобное. И оно безумно дорогое.  Но то кольцо, что я тебе показала... Он обещал подумать. Только мне нравятся изумруды, то есть камни зеленого цвета. Вот, взгляни, как выглядят изумруды! Заглянула в комнату Айша, предупредив, что явилась лара Рания вместе с сестрой. Фатима удивилась, что третья жена посмела ослушаться Саида. - Рания пришла без детей? – переспросила она у Айши. - Да, с ларой Аминой, - ответила та. - Карима, я их встречу, но потом уйду к себе, чтобы они меня не спровоцировали. Не хочу скандалов. Но пусть Амина и Рания побудут с тобой. Они же все равно пожелают увидеть Софу. - Хорошо, Фатима. Конечно, они придут посмотреть на дочь лары Назиры. Но ты не оставишь мне каталог? Я ещё раз полюбовалась бы украшениями! - Конечно, оставлю, - милостиво согласилась хитрая Фатима. – А пока я позвоню домой и узнаю у Зулейки, как там моя Назрин. Латифа ещё утром звонила в Рио, чтобы узнать про их с Керимом сына. Она выпорхнула из комнаты, веселая, в хорошем настроении от предвкушения, что поговорит с Зулейкой о дочери... Связь была внутри дома не очень устойчивой, поэтому пришлось спуститься во двор. По пути она и встретила Ранию и Амину. Сообщив им, что Саид велел дождаться его возвращения с медины, посоветовав подняться в комнату, где Карима ухаживает за малышкой, Фатима сочла себя свободной от поручения мужа. Она же встретила родственниц, как того пожелал Саид! Сестры поднялись наверх. Зорайдэ нигде не было, но Айша провела их к нужной двери, пообещав принести чай и печенье. - А где все гости? – спросила Амина, оглядываясь по сторонам. – Мы слышали, что вчера в доме был праздник, приехало много родственников из Бразилии.... - Все разбрелись кто куда. Ушли на медину, в развалины касьбы..., - не очень уверенно сообщила служанка и удалилась. Женщины вошли к Кариме. А та, оказалось, как раз отослала видео ларе Назире и теперь обсуждала с ней новости. - Все ушли в касьбу! Вернутся – отправят тебе, Назира, фотографии и видео. Там очень красиво! Ой, Рания и Амина пришли! Пока, Назира, позже позвоню! Кариме не терпелось поделиться сплетнями с очередными посетительницами. О девочке они уже знали, ребенка видели, но пришла Рания потому, что ей приказал прийти сид Саид. Наверно, грядет серьезный разговор. Но пока отвлечь гостий можно просмотром каталога. Память Каримы, когда дело касалось сплетен, являла чудеса. Поэтому, листая дорогой альбом с описаниями драгоценностей, она смогла пересказать недавний разговор с Фатимой, добавив лишь немного подробностей от себя. Рании стало известно, какое кольцо с зеленым камнем (изумрудом!) уговорила Саида заказать для нее вторая жена. - А что в таком случае получит Зулейка? – процедила Рания. Но сидевшая рядом Амина испуганно ткнула сестру локтем в бок, опасаясь, что следующий вопрос будет о том, что Саид купит Рании. У Каримы сделалось растерянное лицо. - Не знаю. Я не спросила! Рания фыркнула. Амина бросила на нее тревожный и предостерегающий взгляд и засыпала Кариму вопросами. - Чем гости занимались вчера после приезда? Какие новости привезли из Бразилии? Когда будет устроен праздник в честь Хадижи и Азиза? И та с готовностью отвечала и по возможности обсуждала предстоящий праздник. Рания же мрачнела с каждой минутой. Но потом не выдержала: - Я выйду на галерею и буду ждать там Саида. - Конечно, иди, - поддержала сестра. - Мы так спешили, торопясь на встречу с моим мужем, а его все ещё нет! – уходя, проговорила Рания, чуть ли не цедя слова сквозь зубы. Не такой встречи она ожидала. Что это такое? Вчера Саид не позвонил, чтобы сообщить, что прилетел, что он в Фесе, не предложил привести детей в дом дяди Али, не пригласил на праздник, сам не пришел к ним в особняк. И сегодня разговаривал по телефону таким тоном, что Рании это о многом сказало. А теперь вместо долгожданной встречи с мужем Ранию встретила его фаворитка, одалиска Фатима. О, Рания сразу поняла, что каталог с украшениями оказался у Каримы не случайно. Фатиме хотелось похвастаться новым подарком от Саида! А что тогда должна получить она? Развода не было? Не было! Значит, и ей положено кольцо с изумрудом! При первом взгляде на соперницу Рания очень расстроилась. Фатима и выглядела чудесно: была свежа, красиво подкрашена, ее лицо светилось от счастья и благополучия, вся она была пронизана радостью! Никаких забот! И Рания даже не сразу сообразила окинуть одалиску взглядом с ног до головы, чтобы заметить, во что та одета, обута, в каких украшениях ее встречает... Но потом оценила всё в несколько мгновений... Платье, конечно, из новой коллекции знаменитого марокканского модельера, как его там зовут... Туфли – ну, разумеется, дорогой известной фирмы из Европы... Украшений на Фатиме не было, как ни странно. - Она специально их спрятала, чтобы я не увидела, - решила Рания и расстроилась ещё сильнее. Значит, для нее потери куда больше, чем она предполагала. А сумочка? Опять из тех, которые, заказывая, потом ждут получения годами? Самые дорогие сумки... Как узнать, в какой комнате Фатима расположилась? Зайти и посмотреть! Или она оставила вещи в отеле? Но Рания была вынуждена пройти на галерею, так как сама же сообщила об этом, а искать комнату завистнице не пришлось. Стоя на галерее, она услышала часть телефонного разговора Фатимы и Зулейки. - Мы с Саидом остановились в том самом отеле... Да-да, именно в нем... Зулейка, следи внимательно, чтобы Назрин не давали ту кашку... Мне кажется, у дочки от нее начинается не переваривание в животике... Что? Да, все пошли гулять в развалины. Нет, Саид ушел по делам. Да, Рания пришла и ждет мужа... Здесь в доме поселились только Амин и обе пары молодоженов. Как я поняла, праздник будет только для Хадижи и Азиза. Самира и Лео передумали отмечать свадьбу. У них такие планы! Им не до свадьбы! Потом расскажу, у меня телефон почти разрядился. А Софа – прелесть. На лару Назиру очень похожа! Фатима весело болтала в первой женой, не подозревая, что ее подслушивают на галерее. Поговорив, она подошла к полному мешку возле столба и зачем-то пнула, а потом и вовсе в него заглянула. Но тут же во дворе риада появились служанки, которых Зорайдэ освободила от работы на кухне, и принялись высыпать из мешка в фонтан лепестки цветов. Фатима покрутилась среди работниц, тоже бросила горсть лепестков в воду и вернулась в дом. Рания, исходя ненавистью и завистью, осталась на галерее, наблюдая за работой внизу, не зная, сколько ещё ждать, когда появится Саид. Она облокотилась об узорчатую решетку ограждения, стояла, всматриваясь в прохожих, фигурки которых были видны вдали на улицах медины. Но Саид все не шел. Зато в воротах риада появились сид Абдул и сид Рахим... Рания тут же вернулась в комнату и присела на диван рядом с сестрой. Фатима, едва заслышав о приходе сида Абдула, тоже выскочила из кухни и взлетела по ступенькам лестницы, чтобы не столкнуться с не выносившим ее стариком. Зорайдэ усадила мужчин на диван, сообщив, что им сейчас же подадут чай, а она позовет сида Али, который занят сегодня разбором деловых бумаг. Так как Карима была занята не только в качестве няньки, но и гостьями Саида, Зорайдэ, как это ни было ей неприятно, чтобы подслушать, вынуждена была сама остановиться в гостиной под видом озабоченной гостеприимной хозяйки. Это было важно. Она поняла, что сид Абдул с Рахимом пожаловали к ним не просто так. Кажется, нехорошие предчувствия ее не обманули, гадание, не дай Аллах, тоже начинает сбываться! Поэтому Зорайдэ стала прислушиваться к разговору троих мужчин. Но их беседа не стала тайной. Сид Абдул, едва пригубив мятный чай из принесенного стаканчика, приступил к разговору. - Хадижа должна встретиться с ларой Джабирой и сидом Рахимом! И дальше сид Абдул выставил целый перечень претензий к дочери Жади и Саида: она обязана признать, что брак с Фаридом был не окончательным, а новый брак с Азизом – временный. Для Зорайдэ это не было неожиданностью. Однако все так надеялись избежать скандала из-за Фарида! Узнав, с чем пожаловал Абдул, женщина удалилась к себе, поручив Айше присматривать за нуждами гостей. ...Тем временем вернулся Саид. Его встретили служанки, открывшие ему ворота, но не Зорайдэ. Однако ему передали, что его ждет лара Рания. А в гостиной он наткнулся на дядю Абдула. Конечно, не могло быть и речи, чтобы проигнорировать старика и пойти разговаривать с Ранией. Он предупредил дядю, что именно это ему необходимо сделать. Но Саиду пришлось выслушать всё то, что только что услышал от гостей сид Али. Только теперь Саид понял, что имела в виду лара Дуния, с которой он столкнулся на медине. Узнал, почему не отвечали телефоны в доме его дяди. - У нас, Саид, вечером появились гости! Из Мекнеса Фарид привез деда, мать и обеих жен. Но потом, правда, он решил вернуться домой, забрав с собой Зухру. Я так и не поняла, зачем она приезжала с ними. Разве что из вредности напросилась. Но ночевать остались лара Джабира, сид Рахим и Лейла. - Но зачем они прибыли в Фес? – спросил Саид, хотя и знал ответ. - Причин несколько: Лейлу привезли в Фес в ее риад, который она получила в махр. Теперь она будет жить в собственном доме. Хотя мне это кажется странным. Видела я тот дом, это ужасное место! Сид Абдул тоже знает, каков тот риад, бывал там не раз. Но, видно, Лейла и этого мужа допекла, что он готов ее оставить в доме без удобств. - А его матери что понадобилось в Фесе? - Она желает встретиться и поговорить с Хадижей. Если не уговорить вернуться в их семью, то хотя бы увидеть фотографии внуков, раз Хадижа не привезла детей в Марокко, как они надеялись. - Значит, Фарид, узнав, что мои внуки остались в Бразилии, сразу же вернулся в Мекнес? - Саид, этого я не знаю. Он так сказал. Но вернулись он и Зухра или спряталась где-то в Фесе, неизвестно. Сегодня мы задержались из-за того, что Рахим и Абдул сначала пошли гулять по медине, чтобы встретиться с общими знакомыми, а лара Джабира увела Лейлу не по городу бродить, а взглянуть на тот риад, где невестке придется жить. И меня удивило... - Что, лара Дуния? – насторожился Саид. - Лейла... Она же лентяйка, не сможет жить одна. Так ещё и беременная! Но когда сид Абдул предложил, чтобы она пожила в его доме до рождения ребенка, то Лейла поспешно отказалась. Это странно! Мне давно кажется, что и Абдул что-то задумал вместе с приятелем Рахимом. Все время перезваниваются, что-то обсуждают... Так и Зорайдэ нагадала опасность для Хадижи. Тебе женщины рассказали? Спроси у Фатимы, она должна была вчера на празднике услышать про то, что было нагадано на кофейной гуще. Все поверили: Назире гадали – всё совпало, и здесь, к несчастью, тоже может исполниться. - Что нагадали? – растерялся мужчина. У него голова шла кругом от дурных известий. - Спроси у Фатимы! – отмахнулась лара Дуния. – Там много всего, и кровь, и смерти, и ловушка, опасность для Хадижи... В таком накрученном состоянии вошел Саид Рашид в дом дяди Али. Из касьбы пока ещё никто не вернулся, а в гостиной он обнаружил троих стариков. Когда разговор накалился, потому что Саид закипел от слов про развод и временный брак дочери, как и от требования вернуть детей Фариду, он сбежал к Рании, так как она ждала его уже давно, нужно было решить и этот вопрос. Но и Рания была взвинчена. Когда Саид спросил, почему она пришла на встречу с сестрой, а не с его детьми, женщина принялась жаловаться. - Мунирчик не может привыкнуть к новой школе. В Бразилии остались его друзья, та школа ему нравилась. Здесь все не так. А Райхане тоже плохо в Марокко. Она лишена общения с другими детьми. Саид, в Рио рядом с дочерью были ее сестры и братья! Но здесь нам остается лишь гулять по медине, только когда мы идем с Муниром и Райханой на урок к дяде Абдулу. Мы так тебя ждали, Саид! Пора решить, когда ты позволишь нам вернуться в Бразилию! - Кто тебе сказал, что я намерен вернуть тебя и детей в Бразилию? Здесь у тебя прекрасный дом, я обеспечиваю тебя и детей, у вас всё есть. На что ты можешь пожаловаться? Но я не решил, что делать с тобой дальше. Возможно, скоро я отправлю Мунира учиться в закрытую школу в Швейцарию, а ты с дочкой останешься в Фесе. Сейчас в моей семье тихо, нет скандалов, и я теперь вижу, что раньше причиной склок была ты. Оставайся в Фесе. - Что? Ты нас обеспечиваешь? Ты заказываешь Фатиме дорогое кольцо, мне же не делаешь никаких подарков. Я даже не знаю, что мне положено, пока не живу в одном городе с другими женами! А как же обычай? Ты обязан обеспечивать всех жен одинаково. А Зулейка должна меня информировать о том, что мне положено. - О чем ты, Рания? Ты смеешь мне указывать? После всего, что я сделал для тебя? Забыла, из-за чего ты оказалась удалена от семьи? - Я могу сходить в мечеть и поговорить с шейхом. Так поступила лара Дуния. Знаю, что она ходила жаловаться на дядю Абдула. - И получишь развод! – жестко ответил потрясенный Саид. Эта алчная женщина вывела его из себя. В то время как его тревожат серьезные проблемы Хадижи, над которой нависла опасность, Рания подсчитывает, что и сколько ей должны... - Вон! Уходи прочь, Рания! Не желаю видеть тебя! Когда вернусь в Бразилию, я сообщу тебе свое решение! Узнаешь мой ответ через своего отца! Теперь уходи! - Ты обязан вернуть мне мои шкатулки с золотом! – крикнула она. – Если ты все ещё этого не сделал, то я надеялась, что ты вернешь меня и детей в Рио. Или мои драгоценности присвоили твои жены? - Вон! – сквозь зубы злобно процедил Саид, указав пальцем на лестницу, рядом с которой они и остановились во время беседы, направляясь с галереи. Рания, рыдая, понеслась по ступеням вниз. Но откуда-то из коридора выскочила и побежала следом за сестрой Амина, которая явно подслушивала их разговор. - Рания, подожди! Это так поразило и рассердило Саида, что и он спешно спустился следом. Внизу женщины остановились, но лишь потому, что Рания заливалась слезами и не могла идти – не видела ничего под ногами сквозь пелену слез. Амина гладила ее по плечу и пыталась успокоить. С дивана вскочил сид Абдул. Но его не тронули слезы одалиски, наоборот, он был уверен, что та как-то сумела вывести из себя его племянника. - Саид, в чем дело?.. Что случилось? – спросили и дядя Али, и дядя Абдул. - Эта женщина – воплощение алчности! – грозя указательным пальцем, направленным на Ранию, трясясь от негодования, ответил Саид. – Дядя Абдул, завтра же я отправлюсь к ней домой, чтобы увидеть, как с ней живут мои дети! Стоит ли мне и дальше доверять Рании их воспитание! - Аллах! Саид, я пойду с тобой! – поддержал сид Абдул. – Мы пойдем вместе, и я захвачу с собой плетку. Рания была очень испугана. Нет, вряд ли ее будут пороть! Она может позвать в гости родителей или Амину в качестве свидетелей. Но вот Мунир был ею наказан, поэтому она не взяла его сегодня с собой. Мальчишка снова угрожал сделать что-либо Фатиме. Он считал ее причиной их переезда в Марокко. И Рания не могла его переубедить. Что будет, когда Саид появится у них в особняке? Что ждать от непослушного мальчишки? - Рания, тебя пора наказать, - сурово бубнил сид Абдул. – Я позвоню твоему отцу, мы придем в твой дом вместе с Саидом и твоим отцом! Рания захлебнулась рыданиями, закрывая ладонями лицо. Амина не знала, как ещё ее успокоить, а Карима, спустившись по лестнице, заслышав странные крики внизу, бросилась с вопросами, что случилось. Амина крепко схватила сестру за плечо и почти силой увела во двор риада, а затем - к воротам, которые уже были открыты, потому что в них с улицы входили возвратившиеся из касьбы гости. Ни Жади, ни Латифа, ни Самира и Хадижа , а тем более мужчины - никто не бросился к Рании расспрашивать и утешать. Прошли молча, переглядываясь, не понимая, в чем дело. С галереи за событиями внизу наблюдали, впрочем, не злорадствуя, Фатима и Айша. Хотя... За несчастной бежала только Карима, продолжая расспрашивать, что так обидело лару Ранию, что случилось? Амина не выдержала и велела Кариме оставить их в покое. Оставшись в гостиной, Саид пожаловался дяде: - Эта женщина угрожала пойти в мечеть к шейху и заявить на меня, что я не обеспечиваю ее так же, как делаю это в отношении других жен! - Саид,каждый будет отвечать за свой язык перед Всевышним. Вспомни: в исламе много хадисов на эту тему, также есть описания, какие будут мучения за сквернословие, сплетни, клевету. Ранию ждет расплата. Аллах скор в своих расчетах. И Аллах всегда прав! - Иншалла, дядя Абдул! Войдя в дом, молодежь и их родственники остановились возле сида Али, ожидая услышать объяснение увиденному. Но узнали только, что Рания поссорилась с Саидом, и ее теперь ждет наказание также от сида Абдула. Зорайдэ позвала всех обедать. Саид, который обещал Амину пойти с ним на медину, не мог сдержать данного слова. - Амин, можем пойти на медину завтра. Сегодня тебя проведет по лавкам, чтобы присмотреть товары, дядя Абдул. Я поговорил с ним, он согласен. Мне нехорошо. Видимо, поднялось давление, как у твоего отца. Мне лучше остаться в доме с дядей Али. По лицу парня было видно, как он испугался. Латифа, которая не стала уходить далеко от сына, тоже расстроилась, но кивнула Амину, чтобы поддержать. Не посмев вмешаться, мать знаками показала Амину, чтобы держался. К ним подошел сид Абдул и заявил, что перед тем, как они с Амином уйдут по делам, он хотел бы договориться с племянником. - Саид, сид Рахим хотел бы, чтобы Хадижа сегодня же встретилась с ларой Джабирой. Им есть, о чем поговорить. Пусть твоя дочь приходит к нам в гости сегодня вечером, мы будем ее ждать. Но Саид отказался отпускать Хадижу из дома даже к дяде Абдулу. - У нее теперь есть муж, но и он не позволит Хадиже покидать дом без его разрешения. К ним подошел дядя Али. Решил смягчить ситуацию. - Абдул, почему бы ларе Джабире не прийти в гости в МОЙ дом? Мы все будем рады ее увидеть. Она сможет поговорить с Хадижей, с нами... Сид Абдул ответил, что они ещё обсудят это, а пока ему и Рахиму пора уходить. Дуния пусть проводит Рахима до их дома, но было бы хорошо для его приятеля, если бы Али одолжил им своего осла... А он и Амин отправятся смотреть товары в лавках. Конечно, ослик для сида Рахима нашелся, и сид Али отправил Ахмета проводить гостя, попросив оставить у них лару Дунию, которая могла бы помочь Зорайдэ готовиться к празднику, который будет уже завтра! К их удивлению, сид Абдул согласился, не стал спорить. И о причине его благостного настроя Амин догадался уже на медине. Выйдя из ворот риада и сделав несколько шагов, сид Абдул тут же принялся за нравоучения с дальним прицелом. Но пока речь шла о Рании. - В эту женщину вселился шайтан.Но шайтан бессилен перед Аллахом. Нам известно, какие жены считаются плохими. Мы уже говорили с тобой об этом. Те, что не повинуются мужьям. И в день Воскресения они появятся перед Всевышним с почерневшими лицами! Сид Абдул назвал и суру из Корана, где сказано об этом. Амин понимал, что старик каким-то образом узнал о нем с Эмми и теперь подбирается к обсуждению и предложению выбора невесты, которая сможет заместить Эмми, став ещё одной женой. Но парень молчал, не смея возражать. Когда заходили в лавки, то в рабочей обстановке сид Абдул был деловит и давал полезные советы. Но стоило оказаться на медине, и старик возвращался к любимой теме. Но теперь уже речь шла о том, какие из жен хорошие. - В сборнике хадисов сообщается, что Посланника Аллаха, мир ему и благословение, спросили: «Какая жена является наилучшей?» Он ответил: «Та, которая радует своего мужа, когда он смотрит на нее, которая повинуется ему, когда он повелевает ей, и которая не поступает и не расходует свое имущество так, как ему не нравится»... Сид Абдул решил намекнуть более прозрачно, видя, что Амин не понимает, к чему он ведет разговор. - Я звонил твоему отцу после сплетен, которыми обменялись Карима и Дуния о твоей ссоре с женой-одалиской. Ты ищешь третью жену? Я помогу. Так я и сказал Мухамеду, когда утром звонил твоему отцу. Он против. Говорит, что у вас нет денег на ещё одну свадьбу. Аллах! Ему важна торговля, деньги нужны на товары... - Нет-нет, дядя Абдул, я не ищу третью жену! И пока не дал Эмми окончательный развод. Но это и был ненастоящий развод, - запутался в объяснениях запаниковавший парень. – Разводиться не хочу и не буду! Сид Абдул продолжал гнуть свое. Амин был почтителен и делал вид, что внимательно слушает. И вдруг он, увидев кого-то на улице, тихо охнул и остановился. - Что? Что такое? – тут же среагировал старик, тоже останавливаясь. - Я вижу Лейлу, бывшую жену моего отца! Какая неприятная встреча! Сид Абдул тут же сощурился. Да, им навстречу двигались три женщины. Но не только Лейла, но и лара Джабира, и Зухра – в своем неизменном черном никабе. - Это родственницы моего друга сида Рахима. Лара Джабира – его дочь, свекровь Хадижи, невестка Лейла и... ещё эта..., одалиска Зухра! – пояснил старик. Они подошли ближе, а Амин ещё и сделал шаг к Лейле. И пока лара Джабира расспрашивала дядю Абдула, где ее отец, с кем возвращается в риад, Лейла подняла глаза на Амина, и ее длинные ресницы затрепетали. Амин это заметил, припомнив все ее выходки и приемчики в доме отца, и насмешливо спросил: - Лейла, не хочешь узнать о сыне? Моего брата воспитывает лара Муна. С Абдульчиком все хорошо. Но ты ведь интересовалась им однажды. Отец тебе ответил? Девчонка же не могла произнести ни слова, потрясенная встречей. Но ее спас старик Абдул, заговорив с ларой Джабирой. И тогда Амин обратил внимание на женщину, замотанную в черное. Неужели перед ним та самая Зухра?! На него из прорези для глаз смотрели ее смеющиеся глаза. Женщина не произнесла ни слова, чего и не требовалось, потому что за нее говорили глаза. Живые, насмешливые, вызывающие интерес и симпатию! Но она тоже рассматривала Амина с любопытством! Амин вдруг понял, почему Зухру называют ведьмой. Что-то в ней было... Он ощутил странное смятение, невольную симпатию... Парень подобное не испытывал уже давно – с тех времен, когда тосковал по Эмми, решив, что потерял любимую девушку. Он испугался чувств, вызванных признанной семейной злодейкой. Но за ним наблюдали: и дядя Абдул – хмурясь все сильнее, и Лейла, которую накрыло возмущением и ревностью, и Зухра – поняв его интерес к ней и желая подразнить парня. - Это брат Хадижи? – переспросила лара Джабира, удивленно осматривая незнакомца. - Да, это Амин, сын Мухамеда Рашида, родного брата Саида, - пробурчал Абдул, вцепившись в четки, зерна которых до этого спокойно перебирал по дороге. – Он бывший пасынок вашей невестки Лейлы. Амин же продолжал рассматривать Зухру, теперь понимая, почему эта коварная женщина так пленяет мужчин. Муж Хадижи не смог от нее отказаться. Даже он, Амин, оценил ее притягательность. Эти смеющиеся глаза... И ещё он решил, что тоже вызывает в ней интерес... В его сердце что-то екнуло, но он испугался и тут же пришел в себя. И вдруг понял, каков способ, чтобы сид Абдул не вздумал искать ему жену! Дяде Абдулу не понравился его интерес к Зухре. - Отвернись, Амин. Не смотри так. Эта женщина замужем. Она жена Фарида. Хадижа, когда вернется в его семью, станет только третьей. Вторая - Зухра. Лейла – первая жена. Тогда Амин повернулся к старику и решительно заявил: - Если Зухра однажды получит развод, сосватайте мне ее в жены, дядя Абдул! Я женюсь на Зухре. И только на ней! Она мне понравилась! У нее красивые глаза. Я готов взять ее третьей женой и увезти в Бразилию. И пусть Халиса и Эмми побесятся, когда Зухра станет моей любимой женой, моей фавориткой! Амин старался говорить уверенно, сохраняя серьезное выражение лица. Вот только другим было не до смеха! Лейла вдруг потеряла сознание. Если по медине она шла, поддерживая под руку свекровь, то так и осталась стоять, держась за мать Фарида, когда остановились. Теперь же обмякла и не рухнула на грязные плиты улицы благодаря ларе Джабире, которой удалось подхватить несчастную, как и подоспевшему на помощь сиду Абдулу. Оба возились вокруг девчонки, повторяя по очереди, что Лейла – беременна, поэтому ей и стало плохо. Пока вокруг нее суетились, Амин смотрел Зухре в глаза, растягивая губы в фальшивой улыбке. Оба прекрасно понимали свои роли в разыгранной сцене. Амин надеялся, что женщина с репутацией ведьмы не приняла всерьез его слова. А вот до дяди Абдула его шутливая просьба дошла не сразу. Отвлекся из-за происшествия с Лейлой. Но как только Лейла начала приходить в себя, старик тут же обратил внимание на Амина. - Что ты сказал? – недоверчиво переспросил он сына племянника. Но повторять Амину не пришлось. Сид Абдул, заметив, что парень не сводит глаз с Зухры и улыбается, всё понял по-своему и тут же в ужасе схватил Амина за руку и энергично потащил прочь, что-то возмущенно выговаривая про ведьм и одалисок и происки шайтана. Зухра весело рассмеялась им вслед, и ее смех долго преследовал беглецов... От автора: Дописываю последние главы второго финала фанфика. Надеюсь выложить на первой неделе декабря. Если, конечно, этот сайт все-таки будет работать! Иначе ищите ссылку на моей странице в ВК.