la Bisbetica Domata

– Да не уснула я, а просто задумалась! – отмахнулась Тсунайоши, отводя взгляд от репетитора. Полдень. Они сидят в конференц-зале. Октябрь, и из окна видно россыпь золотых и красных листьев, что сказочным облаком окутывают деревья. Сквозь приоткрытую форточку доносится щебетание птах и журчание фонтана. Причиной дум Савады был, как не сложно догадаться, сам Реборн. Киллер стоял у письменного стола и перебирал бумаги. На нем, как обычно, был темный строгий костюм с рубашкой и галстуком, а на голове – шляпа истинного гангстера. Его темные волосы слегка топорщились, а бакенбарды привычно завивались, совсем как тогда, когда он был ребенком Аркобалено. Но самое незабываемое и даже, да не побоимся этого слова, неизгладимое впечатление производили хитро прищуренные ониксовые глаза и немного наглая ухмылка. На свое горе, Тсуна понимала, что повзрослевший Реборн ну очень красив. Даже больше положенного. – Задумалась? – скептически приподнял бровь ее бывший репетитор. – Надо же, ну тебя прямо не узнать. Взрослеешь. Столь же красив, сколь и самонадеян. Тсунайоши в ответ лишь фыркнула и отвернулась. Ее взгляд уперся в настенное зеркало, и она начала придирчиво оглядывать свое отражение. Светло-каштановые волосы собраны в высокий хвост и завиваются, а непослушные пряди, что постоянно выбиваются из общего репертуара, спадали на лицо. Худощавая, невысокая, одета она была в многослойную пышную юбку и свободную шифоновую блузу кремового цвета, которая постоянно спадала с одного плеча. Но больше всего внимание привлекали большие теплые карие глаза. С виду и не скажешь, что на следующей неделе ей исполнится двадцать лет –юбилей и японское совершеннолетие. Достойный повод для того, чтобы организовать великосветский прием, на который пригласят множество знатных мафиозных семей. – Ну хватит, Тсуна, мыслительный процесс с непривычки может сильно утомить, – продолжил Реборн и, присев за стол слева от Савады, плюхнул перед ней кипу пригласительных, которая сразу начала расползаться по лакированной столешнице. – Вот, подпиши эти приглашения, мы должны разослать их вечером. Застонав, шатенка хотела уткнуться лицом в стол, но вездесущий киллер остановил ее, потянув за шиворот блузы, и, придав девушке вертикальное положение, всучил ей ручку для письма. И стоило только Саваде обреченно занести ручку над первым приглашением, как дверь с шумом распахнулась, а с порога раздалось: – Десятая! Миссия выполнена. В конференц-зал вошла среднего роста девушка. Гокудера Хидеко, обладательница длинных платиновых волос, заплетенных в косу, и пронзительных зеленых глаз. Хранительница Урагана Вонголы была одета в штатское, так как прибыла на собрание сразу с миссии, а штатским являлись светлые рваные джинсы с нацепленными поверх них массивными поясами, кожаная куртка и невообразимое множество различных крестов, шипастых браслетов и колец с черепами. – Гокудера! – не менее радостно отозвалась Тсунайоши, под шумок отодвигая подальше от себя кучу пригласительных. – И как прошло? – Как обычно, – отмахнулась Правая Рука, опускаясь за стол справа от Тсуны и подвигая ближе к себе хрустальную пепельницу. – Все сделано гладко, четко, без помарок. Отчет занесу к вам завтра. – Да, конечно, – улыбнулась Тсуна. – А что?.. – Не поняла, – прервал ее холодный голос. Троица обернулась к двери. На пороге застыла недовольная Хранительница Облака. Темные волосы длиной до поясницы и челка, спадающая на стальные глаза. Официальная одежда Хибари Кеи чем-то отдаленно напоминала форму Средней Намимори. Как и в школьные годы, она по привычки накидывала на плечи черный пиджак, на одном из рукавов которого висела алая повязка Главы Дисциплинарного Комитета, ставшая неотъемлемым атрибутом ее внешности. – В чем дело, Кё-сан? – удивленно выпрямилась Десятая. – Собрание должно было начаться уже две минуты назад, а за столом не хватает пятерых травоядных, – сложила руки на груди Хибари. – А разве собрание назначено не на час дня? – повернулась Савада к Реборну. Тот кивнул, не отрываясь от документов. Бросив взгляд на часы, что висели над дверью, Тсуна неуверенно протянула: – Но, Кё-сан, сейчас ведь только двенадцать, до собрания еще час. Гокудера закивала головой, поглядев на дисплей телефона. Хибари, так же взглянув на наручные часы, нахмурилась, но прошла и села за стол. – Часы спешат, Хибари? – заинтересовалась Гокудера. – Неспроста. – Что ты имеешь в виду? – переспросила Савада. – Это ведь наручные часы. Они просто так спешить не начинают, – пожала плечами Правая Рука. – Ясное дело, либо магнитные бури, либо инопланетяне. Реборн замаскировал вырвавшийся смешок под кашель. Наградив его недовольным взглядом, Тсуна снова обратила внимание на Хидеко. – Ты до сих пор веришь в инопланетян, Гокудера? Мне казалось, ты забросила это увлечение. – Конечно, верю, Десятая! – с энтузиазмом отозвалась Ураган, сверкнув глазами. – Вот увидите, когда-нибудь я принесу вам голову марсианина на блюдечке! – Нет уж, спасибо! – дернулась Савада. – С меня хватило метеорита! – А, опять подарки обсуждаете? – в дверях показалась улыбающаяся Ямамото. – А ты еще чего притопала? – отозвала Хидеко, подкуривая сигарету от металлической зажигалки, на которой была выгравирована эмблема Вонголы. – И что на тебе за прикид? Высокая Хранительница Дождя была в свободных спортивных шортах до колен и легкой футболке, закатанной снизу и завязанной на талии. На ногах ее были неизменные кеды, а на запястьях – не менее вечные напульсники. Черные волосы Тошико были подстриженные под каре, слегка удлиненное спереди, а в янтарных глазах всегда играла улыбка. – Это я после тренировки переодеться не успела, – пояснила бейсболистка-мечница, присаживаясь за стол рядом с Хибари. – Боялась опоздать. Кстати… А где все? Собрание ведь должно было уже начаться. – Ну вообще-то до собрания еще около пятидесяти минут, – отозвалась Савада, – двенадцать минут первого на часах. – Как?? – удивилась Тошико, оборачиваясь к становящимся популярными часам. – И правда. У меня, кажется, в тренировочном зале время на час спешит. – А часы механические? – с интересом спросила Гокудера, в чьих глазах снова загорелся маниакальный азарт. – Нет, электронные, – непонимающе отозвалась Тошико. – Странно, – Хидеко задумчиво стряхнула пепел в пепельницу. – Что, версия про инопланетян подверглась сомнению? – с сарказмом переспросил у нее Реборн. – Я еще думаю над этим, – отозвалась Правая Рука. – Какие инопланетяне? – еще сильнее погрузившись в бездну непонимания, переспросила бейсболистка и глянула на Тсуну в поисках ответа. Но Савада не успела ответить, так как в дверях вновь появилась фигура. – Прошу прощения, что опоздал, – в двери вошел шестнадцатилетний юноша. Ламбо Бовино, зеленоглазый брюнет с темными волнистыми волосами, был привычно одет в рубашку с коровьими пятнами и темный пиджак. Хранитель Грозы Вонголы, несмотря на юный возраст, сразил на поле боя немало бойцов, а вне сражений – девичьих сердец. Засунув руки в карманы, он ленивой походкой прошел к столу и присел возле Ямамото. – Можешь не винить себя так уж сильно, – на мгновение оторвался от прочтения документов Реборн. Удивленный Ламбо даже подрастерял свой надменный шарм. Все-таки не каждый день что-то подобное можно услышать от Реборна. И это насторожило Бовино, он перевел подозрительный взгляд на Тсуну. Та пояснила: – До собрания еще сорок минут, – Савада подперла щеку рукой, наблюдая за тем, как Ламбо сверяется со временем на своем Ролексе. – Дай я угадаю, часы спешат, да? – Откуда ты знаешь? – спросил Хранитель Грозы, тряся в воздухе рукой, на которой были надеты дорогостоящие часы. – Не поверишь, шестое чувство подсказало, – пожала плечами Десятая. Реборн снова оторвался от документов, чтобы бросить на нее хитрый взгляд, а затем вновь уткнулся в бумажки. – Да ты здесь уже третий такой с проблемами во времени, – откликнулась Хидеко, в чьем голосе прибавилось любопытства и энтузиазма. – Дай часы посмотреть, а? – Перебьешься, – лениво протянул Ламбо. – И вообще, хватит дымить своими сигаретами, у меня вся одежда пропахнет. – Слыш, отбивная! – завелась было Гокудера, но под укоряющим взглядом Тсуны поутихла. – Короче, коров… кхм, Ламбо, мне надо проверить твои часы на наличие вмешательств со стороны внеземных цивилизаций. Реборн прыснул. – А? – прикрыв один глаз, вальяжно отозвался Ламбо. – Извини, но я ни слова не понимаю из твоего эзотерического бреда. Сколько раз мы тебе уже советовали провериться у врача, а? Серьезно, Гокудера, твое помешательство на этой мистической ерунде ничем хорошим не кончится. – Тупая твоя коровья башка! – гневно зазвенел голос Хранительницы Урагана. – Я из тебя решето сделаю, а потом на мясокомбинат сдам, обещаю! Хибари раздраженно прикрыла глаза, пытаясь постичь дзен и унестись подальше от этого шума. – Говорю же, сходи проверься, – хмыкнув, Ламбо развалился на стуле и скрестил руки на груди. – Вон уже на людей бросаешься. Хотя, я за тобой это и раньше замечал, Глуподера. – Вот же хамло! – бесилась пуще прежнего Гокудера. – Ну подумаешь, опоздала, почему хамло-то сразу? – деланно обиженным голосом отозвалась из дверей Хранительница Солнца. – Поберегла бы нервы, Хэнэко. Сасагава Рика, внезапно объявившаяся в дверях, поразила всех. Но неожиданным появлением сегодня никого уже не удивить, тут дело было в другом. Загорелая среднего роста девушка была одета в практичные шорты-юбку, распахнутый спортивный бомбер и короткий топ-бандаж, демонстрирующий кубики пресса. Серые глаза как всегда полыхали огнем, на носу был наклеен пластырь (следствие экстрима), а светлые платиновые волосы, собранные в короткий торчащий на макушке хвост, к удивлению всех, на концах были выкрашены в разные цвета. Каких только оттенков тут не было: и небесно-голубой, и ярко-красный, и огненно-рыжий, и пурпурно-фиолетовый, и кислотно-зеленый, и даже парочка тоненьких розовых прядей. В общем, прическа Рики переливалась, как северное сияние. Забыв о ссоре с Ламбо и пропустив раздражающее «Хэнэко» мимо ушей, Гокудера от удивления выронила сигарету. Благо та упала точно в пепельницу. – Что у тебя с головой? – спросила она, в замешательстве глядя на Сасагаву. – Нравится? – улыбнулась Рика, падая на стул возле Хидеко. – Утром имидж сменила. – На следующей неделе прием, – напомнила Тсуна, прищурившись, чтобы лучше разглядеть новую прическу Солнца. – Ты уверена, что это… подойдет к твоему платью? – Да пофиг, – махнула рукой Сасагава. – Так надоело это однообразие, кошмар просто. Вот я и отважилась на эксперимент. – Ты похожа на волнистого попугайчика… – с сомнением косясь на боксершу протянула Гокудера, усаживаясь обратно на стул, а потом спохватилась. – Кстати! Что ты там говорила про опоздание?? – А, ну… – Солнце отвела взгляд в сторону, теребя пластырь на носу. – Говорю, в салоне была, красилась… Вот и получилось, что опоздала… Ну на полтора часа ведь всего, не так уж и много! А где, кстати, Мукуро и Хром? Ушли уже, что ли??? – Вообще-то, еще и не приходили, – ответила Тсуна. – До начала собрания ведь еще полчаса. – То есть? – удивилась Сасагава, – Как это? – Часы сверь, – ответила ей Ямамото, кивая головой в сторону настенных часов. Хибари, выдохнув, покачала головой. Ламбо заинтересованно взглянул на Хранительницу Солнца. Реборн усмехнулся, листая документы. – Ого! – воскликнула Рика, глядя в телефон. – На два часа спешат, прикиньте! – То есть, ты считала, что собрание началось полтора часа назад, и пришла только сейчас?! – отходя от шока, возмутилась Хидеко. – Да не ори, Хэнэко, в итоге-то все нормально! – ответила ей Солнце. – Ну я бы не сказала, – поочередно оглядев двух Хранительниц вставила Тсунайоши. – Все-таки с часами что-то странное творится. – Именно, Десятая, теперь вы мне верите? – Ураган полностью переключила внимание на Саваду. – Я вам зуб даю, магнитные бури или… – … Или трехногие чудовища с Плутона, мы поняли, – перебил ее Ламбо. – С «часами»? – переспросила Солнце. – То есть не у меня одной такая фигня? – Нет, милая, не у тебя одной, – в дверях появилась Мукуро. Деловой брючный костюм, как всегда, сидел на ней отлично. Длинные, отливающие синевой, волосы с зигзагообразным пробором были скреплены на затылке, так что их кончики создавали вид своеобразного хохолка. А разноцветные, голубой и красный, глаза оглядывали собравшихся с хитринкой. Следом за ней в конференц-зал вошел Докуро Хром. Высокий и плечистый парень восемнадцати лет в деловом с иголочки костюме и зачесанными назад волосами фиолетового оттенка, он словно сошел с обложки журнала. Изюминки его образу добавляла черная с изображением черепа повязка на правом глазу. – О, боже мой, дорогая, что с твоими волосами? – ахнула Мукуро, разглядывая шедевр на голове Сасагавы. – Но да ладно, сейчас не об этом. Хранители Тумана разделились. Хром прошел к столу и опустился на место возле Ламбо, а Рокудо же, лукаво улыбаясь, пошла в сторону Реборна, который даже оторвался от просмотра документов. – Вот, нашла возле часов, – промурлыкала иллюзионистка, вытаскивая из офисного дипломата какой-то таинственный предмет. Таинственным предметом оказался небольшой хлопковый платок оранжевого цвета. Аккуратно сложив платок в несколько раз, Мукуро нагнулась перед киллером, вставила платок в нагрудный карман его пиджака и чмокнула в щеку. – Постарайся больше не терять, ладно? – проворковала она, выпрямляясь. – Он тебе, наверное, очень нужен. Поправив шляпу на голове Реборна, Рокудо еще хитрее улыбнулась и отправилась на место возле Хрома. Тишина. Восемь пар глаз, кто удивленно, кто выжидающе, смотрели на бывшего репетитора, который демонстративно отложил в сторону документы и откинулся на спинку стула. Первой на правах Босса решила вступить Тсунайоши: – Реборн? – нахмурилась Савада. – Ты ничего не хочешь нам сказать? – Кто? Я? – отозвался тот, приподняв брови. – Нет, совсем не горю желанием. Ваше собрание, вот сами и разговаривайте. – Понятно, – холодно огласила Хибари, двумя пальчиками держа небольшой закупоренный пластиковый пакет, внутри которого угадывался оранжевый платок, похожий на тот, что сейчас выглядывал из нагрудного кармана Реборна, – Эта вещица твоя. – Почему ты так его упаковала? – разглядывала упаковку Тсуна. – Потому что это вещественное доказательство, я хотела отнести его на экспертизу, – процедила Хранительница Облака, с презрением откидывая мешочек с платком на стол. – Я правильно понимаю, Реборн, ты это сделал? – со вздохом спросила Савада. – И как ты только догадалась? – из-под полей шляпы посмотрел на нее киллер. – Я уже почти утратил надежду, что меня раскроют. – О, Боже, – протянула Хранительница Солнца, роняя голову на стол. – И как его, такого странного, сюда занесло? – Я согласен с Сасагавой, – кивнул Ламбо. – Что за глупости, Реборн? – Да понятно же, – закуривая очередную сигарету, ответила Хидеко. – Это для того, чтобы вы не опаздывали на собрания, разгильдяи. – О, а ты, как я погляжу, расстроилась из-за того, что обошлось без мутантов с другой солнечной системы? – перевел на нее взгляд Бовино. – Молчал бы, – отмахнулась Гокудера. – У меня у одной часы идут правильно. Тсуна демонстративно кашлянула в кулак. – Блин, – снова протянула Рика, продолжая лежать головой на столе, – Реборн, вот что с тобой не так, а? Чего ты с ума-то сходишь постоянно? – Потому с вами по-другому нельзя, – тут же отозвался киллер. – Тебе время на два часа вперед перевели, а ты вновь чуть не опоздала. Стоит ли что-то еще говорить? Все понимающе замолчали, а Тсуна пыталась вспомнить хотя бы одно собрание, на которое ее Хранители пришли без опоздания. – Ну, понятно, – рассмеялась Ямамото, – Проучил ты нас, Реборн. – А я вот чего не пойму, – подал голос Хром, вытягивая из кармана оранжевый платок и недовольно помахивая им в воздухе. – И, правда, – поддакнула Савада. – Платки-то зачем? Отпечатки пальцев стирал, что ли? – Ага, скорее слезы смеха, – Реборн закатил глаза. – Все-то тебе объясни, Никчемная Тсуна. Это была проверка на внимательность. – Два в одном? – улыбнувшись, спросила Тошико. – Преподал нам урок и заодно провел тест на профпригодность? – Можно и так сказать, – Реборн снова уткнулся в документы. – И вы всё провалили. Завтра будете тренироваться в три раза больше обычного. – Но, Реборн! – начала бы Тсуна, однако бывший репетитор не дал ей закончить. – А ты, Тсуна, так в четыре раза больше, потому что в провалах своих Хранителей в первую очередь виноват Босс. Тсунайоши, застонав, зарылась лицом в кучу пригласительных открыток, что лежали перед ней на столе.