Between two fires

POV Мисаки

На следующее утро, выспавшись, я спустилась на первый этаж и зашла в кухню. — О, Миса, дорогая, доброе утро. Как спалось? Как самочувствие? — мама что-то готовила. Я поняла это по вкусному аромату, распространившемуся по всему дому. — Доброе утро, мам. Спалось замечательно, и я прекрасно себя чувствую. — я сладко потянулась. — А где Судзуна? — Сказала, что ей куда-то надо зайти перед школой и ушла пораньше. А тебя в школу я не пущу. Неделю посидишь дома. — Но, мам. — я срочно начала придумывать отговорки. — Никаких «но»! — прервала мои попытки мама. — Дорогая моя, тебе нужно морально набраться сил. Я же за тебя волнуюсь, Миса. Постарайся меня понять, — мама сделала глаза а-ля «кот-в-сапогах», и я сдалась.

***

…так прошло четыре дня. Я подрабатывала в кафе. Гуляла с Усуи. Все бы ничего, пока однажды не проснулась президентская совесть…

***

Утром в понедельник я проснулась раньше обычного. Приняла душ, собрала сумку и спустилась вниз. — Мам, я в школу, — проинформировала я, просунув голову в приоткрытую дверь. — Ох, уже готова? Ты уверена? — Да, абсолютно. — Можешь посидеть дома еще пару дней, слышишь? Тебя никто не заставляет идти в школу… — Мама. Я и так уже слишком задержалась, — остановила я ее. — Мне нельзя еще больше задерживаться! — Ну, как знаешь… — протянула мама, — береги себя, ладно? — Разумеется, — я поцеловала ее на прощание и вышла. Помахав матери у закрытой калитки, я развернулась по направлению к школе и увидела подпиравшего ограждение Усуи. — Здравствуй, президент, — промолвил тот. — Привет, — я встала перед ним почти вплотную. Его зрачки расширились, а радужка потемнела. Это длилось менее секунды, он вовремя взял себя в руки. — Пойдем? — осведомился он. Я кивнула. — Позволишь? — он взял меня за руку и вопросительно поднял глаза. — Конечно, — я почувствовала, как Такуми сжал мою руку, и грудь сладко стянуло. — Чего улыбаешься? Нравится? — точно, он же мысли читает, чему я удивляюсь? — А так? — парень притянул меня к себе и коснулся моих губ своими. В животе взлетела одна бабочка. Такуми оторвался от меня, заглянул в глаза и поцеловал снова, на этот раз более требовательно. За первой взмыли еще семеро. Не успела я до конца насладиться эйфорией, как Усуи произнес: — Пора уже. А то школу пропустим, — и лукаво улыбнулся. А я не могла не улыбнуться в ответ. Так мы и шли, широко друг другу улыбаясь. Но вдруг улыбка сползла с моего лица. Я остановилась, положив руку на живот. Усуи встал передо мной и взял за руку. — Миса, что случилось? Ты как, в порядке? — Ж… живот, — процедила я сквозь зубы и зажмурилась. — Так. Идти сможешь? Я сделала шаг. Другой. И чуть не упала из-за подкосившейся ноги, но мой спутник подхватил меня на руки. — Возвращаемся. Потерпи, скоро придем. Хорошо, что мы не далеко ушли, — Усуи шел и успокаивал меня, пока мы не влетели в дом. — Госпожа Аюдзава! — Миса! Боже мой! Что с ней, Усуи? — кинулась к нам выскочившая из кухни мама. — Говорит, болит живот, — сказал Такуми, усаживая меня на стул. — Вы не знаете, что с ней? — У меня есть подозрения… Миса, пойдем-ка, — она поманила меня за собой. — Усуи, ты подождешь здесь? — Да, с вашего позволения посижу тут. — Усуи… А как же школа? — промолвила я. — Миса, ты важнее одного дня в школе. — серьезно посмотрев мне в глаза, произнес парень. — Пойдем, — и мы с мамой вышли из кухни. — Иди в туалет, а я сейчас подойду. Я направилась в ванную. Заперев дверь, я села на крышку унитаза и выдохнула. — Мисаки, открой. — постучала мама в дверь. Когда я открыла, она вручила мне какую-то коробочку и, со словами: «Сделай, как в инструкции», вышла. Я взглянула на коробочку. «Тест на беременность». Минутку… ШТО?! Невозможно… Не может быть! Игараши ведь должен был предохраниться! Трясущимися руками я раскрыла упаковку. Выполнив все в точности, как в инструкции, глянула на результат. Так, две полоски. Сравним… О, Господи! Сердце ухнуло куда-то вниз. Не. Может. Быть… Я зашла на кухню и молча передала матери тест. — Чего?! — из-за маминой спины высунулся Усуи. Увидев показатели, его глаза расширились. — Ты, что, беременна?! — Такуми глянул на меня. — Скажи, что нет! Скажи, что это неправда! — Нет, — спокойно возразила моя мать, -Мисаки беременна. Моя Миса, моя доченька, забеременела от Игараши Торы… Усуи упал на стул и схватился за голову. Я подошла к нему сзади и наклонилась к его уху: — Усуи, не переживай. Я ему не скажу. Игараши не узнает, что у него есть ребенок. Слышишь, Усуи? Все будет хорошо, — я обошла его и села перед ним. — Почему ты в этом так уверена? Если он захочет, тебе не удастся это скрыть. Черт! Прости, Мисаки, я не смог. Не сумел тебя защитить, как обещал. Прости меня, Мисаки! — парень взглянул мне в глаза с такой болью, что у меня защипало в носу, а на глазах выступили слезы. — Можно «Миса», — сказала я и обняла Такуми. Тот сначала замер, но потом сильно стиснул меня в объятиях. — Я люблю тебя! Люблю тебя. Люблю… — снова и снова шептал мне на ухо, словно мантру, Усуи. — Я тоже… — вымолвила я сквозь слезы, — Я тоже люблю тебя…