Одно принятое решение

      Настя бесцельно листала новостную ленту известной соцсети, совсем не вникая в различного рода тексты, объявления и записи и не обращая никакого внимания на яркие и веселые картинки. Все ее мысли занимала взрослая светловолосая женщина, которая так неожиданно появилась в ее жизни. Все было для девушки странным. Эту женщину до сегодняшнего дня она видела от силы всего раз-два на папиных корпоративах и то, когда девочке было всего одиннадцать лет. Но даже в столь юном возрасте Кристина смогла чем-то зацепить ребенка, и Настя не сводила с нее глаз на протяжении всего банкета. Непонятно как, но после пары минут общения во время перемены, брюнетка чувствовала, что хочет все время быть с ней рядом. Она не питала иллюзий на счет своей ориентации, ей нравились парни, но больше ее влекло к девушкам, но ни с теми ни с другими у нее не было ничего серьезного. Точнее, такого, что длилось бы дольше трех месяцев. Так что особо это и отношениями не назовешь. Но Кристина... Она манила к себе как запретное сладкое пироженное с яркой глазурью, выключала мозг и соблазняла одним видом, заставляя внутри все приятно сжиматься и терять контроль над собой. Но девушка все же рассчитывала на свои силы и думала, что справится со всеми непрошенными мыслями и желаниями самостоятельно. Хотя бы надеялась на это, ведь ей предстояло целый месяц быть рядом с блондинкой. Но может все обойдется, и Настя просто напридумывала себе неизвестно чего? Тогда вообще никакой проблемы нет. И, казалось бы, что на этом все сложности закончились. Но нет же! Появился придурок Серега со своей бредовой идеей, и теперь он с вечными друзьями-подпевалами Димой и Олегом представляли некоторую опасность. Незначительную, но все же.       Поворочавшись в кровати еще с полчаса и прогнав в голове события прошедшего дня, девушка, наконец, заснула.       Будильник истошно орал, и, осыпая различными проклятиями дьявольское изобретение человечества, девушка несколько раз переключала его на пятиминутный повтор. С трудом расцепив свинцовые веки, щурясь от яркого солнечного света, брюнетка взглянула на часы. Без пятнадцати восемь. Она подскочила на кровати. Твою мать! Ну как так можно было!? Второй раз подряд! Мечась по комнате в поисках одежды, она быстро скинула в рюкзак все учебники и тетради, лежавшие на столе, на ходу завязала хвостик, кое-как натянула брюки и черную рубашку, надела любимые кроссовки и на всех парах помчалась прямиком в школу. Забежав на крыльцо, она умудрилась споткнуться об камень и неаккуратно упала, поцарапав руки и больно стукнувшись правой коленкой. Быстро поднявшись, хромая, она забежала в холл школы. Черт, опоздала на целых десять минут. Остановившись около расписания, Настя нашла свой класс в изменениях, и оказалось, что сегодня ей нужно было ко второму уроку. Чудесно! Просто супер! Можно было спокойно идти и избежать ненужных травм! — Блеск! Зашибись, великолепно день начался, — угрюмо пробубнила девушка и зашла в раздевалку, чтобы избавиться от куртки.       Вернувшись обратно в коридор, она вновь взглянула на расписание. Нет биологии. Должно быть вчера учитель предупреждал об этом, а она, погрузившись в свои мысли, прослушала важное объявление. Так ей и надо, нефиг о взрослых женщинах мечтать во время урока. — Настя? — кто-то удивленно произнес совсем рядом с ней.       Девушка дернулась от испуга и медленно обернулась. Она ожидала увидеть кого угодно, только не ее. — Доброе утро, Кристина Викторовна. — Доброе, — блондинка критично окинула взглядом внешний вид ученицы и, увидев кровь на руках, серьезно спросила. — Почему ты не на уроке? И что с руками? — Ерунда, само заживет, — Соколова, неуверенно улыбаясь, махнула рукой и тут же непроизвольно скривилась от боли. — У меня нет урока. Окно. — Ну что ж, у меня тоже. Пойдем ко мне в кабинет, — и, схватив брюнетку выше локтя, она потащила ее на третий этаж, совсем не слушая заверений ученицы о том, что с ней все хорошо.       Заперев за собой дверь, Кристина усадила девушку на парту. Настя от смущения и досады за свою неуклюжесть и внешний вид не знала, куда деть глаза. Испачканная штанина, стертые в кровь ладони — не в таком виде она хотела показываться на глаза именно этой учительнице. Остановив взгляд на носках чужих туфлей, она пыталась собраться с мыслями и успокоить бешено бьющееся сердце, когда женщина встала по ее мнению слишком близко. Кошмар. Если она так реагирует на простое присутствие женщины, пускай даже чересчур близкое, то как она собиралась проводить с ней рядом месяц, даже не беря во внимание то, что она обещала оказывать ей посильную помощь? — Что произошло? — подцепив двумя пальцами подбородок девушки, Кристина внимательно посмотрела в глаза брюнетки. — Только не смей мне врать. — Да что рассказывать? — к собственному удивлению хрипло ответила Соколова. От прикосновения теплых пальцев к своему лицу ее тело словно пронзил разряд тока. Прочистив горло, уже более уверенно она продолжила. — Упала, пока сюда бежала. Несчастный случай. Ерунда, говорю же, заживет.       Недоверчиво посмотрев на брюнетку, Кристина наконец-то отпустила Настин подбородок, отошла к шкафу и принялась там что-то искать. Глубоко вдохнув и выдохнув, Настя немного успокоилась. Руки, особенно ладони, ужасно горели, но девушка была благодарна терпимой боли, которая хоть как-то помогала держать рассудок ясным. Кристина стояла спиной к Соколовой, чуть наклонившись вперед, и копалась в шкафу, поэтому не видела как ее заинтересованно осматривали, скользя взглядом по плавным изгибам идеальной фигуры, которую так замечательно подчеркивало простое черное платье длиной чуть выше колена. Настя поймала себя на мысли, что хочет тихо подойти сзади, обнять женщину, зарыться пальцами в ее идеальную прическу и поцеловать беззащитную шею. Спустя пару минут, Кристина все-таки нашла нужную вещь и вытащила небольшую белую коробку. Повернувшись, блондинка заметила, как моментально отвела взгляд девушка. Улыбнувшись своим мыслям, она открыла коробку и достала бинт, упаковку ваты и пузырек с перекисью водорода. Как следует намочив раствором несколько ваток, она вновь подошла вплотную к брюнетке и положила все необходимое сбоку, рядом с бедром девушки. Затем ловко расстегнув оба манжета рубашки, она закатала рукава до локтя. — Я надеюсь, что ты не будешь против, если я обработаю раны? Не хотелось бы, чтобы ты занесла инфекцию.       Настя молча кивнула, стараясь сосредоточиться на неприятной боли, а не на осторожных и ласковых прикосновениях к своим ладоням. Женщина, как будто издеваясь, иногда проводила длинными пальцами по запястью, вызывая легкую дрожь в теле девушки. Настя судорожно искала любую тему для разговора, чтобы разрядить напряженную для нее обстановку и отвлечься. Вспомнив, что так и не рассказала важную информацию, она радостно улыбнулась: — Это я, — но увидев промелькнувшее непонимание в глазах Кристины, Настя поспешила объяснить. — Это я буду тебе помогать во время поиска компромата на Стасика. Я от Сергея Александровича, он передавал тебе привет. — Привет, — женщина фыркнула, не отвлекаясь от обработки ран. Когда Кристина нажала сильнее, чем нужно было, Настя скривилась, но не произнесла ни звука. — Так вот почему он, паразит, отказывался мне говорить имя. Говорил, "сюрприз, сама все узнаешь". Стоило самой догадаться, что он выберет дочурку хозяина фирмы. Но, признаюсь, я совсем не ожидала тебя здесь встретить. Кстати, — Кристина улыбнулась и что-то хитрое проскользнуло в глазах учительницы, отчего у Насти побежали мурашки по спине. Блондинка разорвала упаковку и достала одноразовый бинт. — Станислав Викторович сказал, что теперь ты моя личная рабыня, и я могу делать с тобой все, что захочу. В разумных пределах, конечно, хотя он этого не добавлял. — Урод, — прошипела Настя, чувствуя, что сомнения в правильности своего решения окончательно растворилось в сознании и на его место пришла злость и маленькая доля обиды. — Можешь полностью на меня рассчитывать.       Следующие пять минут прошли в полной тишине. Каждый думал о своем, стараясь не мешать друг другу. Настя отрешенно наблюдала за действиями женщины, сокрушенно понимая, что держать себя в руках рядом с Кристиной стоило огромных усилий. Когда блондинка закончила заматывать ладони, Настя с восхищением посмотрела на проделанную работу. Бинты крепко обхватывали кисть, но в тоже время не причиняли никакого дискомфорта, надежно закрывая открытые раны. Как бы Соколова не храбрилась, стерла об асфальт она руки знатно. — Спасибо, — смущенно поблагодарила девушка, представляя, сколько хлопот доставила учительнице. — Пожалуйста, — Кристина игриво подмигнула, и Настя непроизвольно сглотнула. — Только в следующий раз будь аккуратней. Как коленка? Болит? — блондинка продолжала стоять очень близко и бедром касалась Настиной ноги, отчего брюнетка старательно не смотрела ей в глаза, пытаясь сделать так, чтобы мысли текли по нужному ей руслу, а не подкидывали картинки эротического содержания. — Я видела, как ты хромала, — она положила ладонь на пострадавшую ногу, ощупала коленку, несильно нажимая, а затем, как будто невзначай, погладила вверх-вниз по бедру, вызвав у девушки невольно вырвавшийся судорожный выдох. — Неужели больно? — Н-нет, не больно, — Насте хотелось добавить "а приятно", но она вовремя себя отдернула. — Я в полном порядке. Не стоит беспокоиться, — Настя, наконец, решилась взглянуть в глаза женщине, и тут же пожалела об этом: голубые глаза затягивали, тянули к себе, и Соколова даже двинулась вперед, но усилием воли остановилась в десяти сантиметрах от чужого лица. — Я, наверное, пойду, скоро урок начнется.       Кристина молча улыбнулась и отошла, с интересом наблюдая за действиями девушки. Настя спрыгнула с парты, сморщилась от боли в ноге, но тут же взяла себя в руки, закинула рюкзак за спину и направилась к выходу. У самой двери она остановилась, обернулась к стоящей около окна женщине и тепло улыбнулась: — Кристин, спасибо тебе.       И тут же вышла из кабинета.       До урока оставалось всего пятнадцать минут. Настя никогда так не радовалась физкультуре. Возможность выпустить пар во время игры в волейбол было лучшим решением, которое только можно было придумать. Она с удовольствием сейчас бы засунула голову в холодный снег, чтобы как следует остудить ее, но, как назло, на дворе только начало октября, а перспектива валяться в луже совсем не радовала девушку. Впервые Настя действительно пожалела, что в октябре не бывает снегопадов.       Одноклассники потихоньку подтягивались, и через минут пять гул переодевающихся учеников заполнил коридор школы. Настя давно сменила школьную форму на спортивный костюм и с нетерпением ждала начало урока. Сегодня парням несдобровать, потому что, несмотря на травму, она выложится по полной и вырвет победу для своей команды. — Соколова, твою мать, тебя хоть на минуту оставить можно!? — кто-то больно стукнул девушку по плечу. — Ай! Больно же! Ты что творишь?! — Настя подскочила и отпрыгнула на безопасное расстояние от разъяренной подруги. — Сань, отстань, а? Как будто я сама виновата. Просто упала.       Девушка смерила Настю уничтожающим взглядом и прошла мимо, не сказав больше ни слова.       Девчонки выиграли у парней со счетом двадцать пять — двадцать только благодаря Соколовой. Она падала, доставая тяжелые мячи, бегала по всей площадке, подстраховывая других игроков, не жалела себя и играла в полную силу, не обращая внимания на жуткую боль в колене. Поэтому, когда закончилась игра, она без сил рухнула на скамейку, стараясь отдышаться. Остальную часть урока Настя просидела, постоянно ловя на себе обеспокоенные взгляды подруги и учителя. Коленка горела адским пламенем, любое нажатие приводило к ужасной боли. Стоило изначально сходить в медпункт и обмотать поврежденное подвижное место эластичным бинтом, а не безрассудно кидаться в игру, имея при этом риск из обычного ушиба сделать серьезную травму. Но Настя нисколько не раскаивалась в собственном халатном отношении к здоровью, чувствуя эйфорию от выигрыша.       За пятнадцать минут до окончания урока учитель отпустил всех переодеваться. Настя попробовала встать и дойти до раздевалки самостоятельно, но покачнулась и упала бы, если бы ее вовремя не подхватила вдруг оказавшаяся рядом подруга. — Ты дура, Настя, — сквозь зубы процедила Саша, закидывая Настину руку себе на плечо. — Ты своим дебильным желанием постоянно выигрывать доведешь себя до больницы. Сколько можно!? То руку сломала, то связки порвала. А теперь сейчас с ногой маешься. Нельзя же так рисковать, бестолочь. Бегом в медпункт. — Сань, как же я тебя люблю, — простонала Настя. Она оперлась об плечо верной подруги и попрыгала в сторону медицинского кабинета.       Остальная часть дня прошла на удивление спокойно. Кристина Викторовна не появлялась на горизонте, ее уроков у них сегодня не было, и Соколова спокойно выдохнула. Настя усиленно вымаливала прощение у Саши, задабривая ее различными конфетами, купленными в столовой. Через некоторое время девушка сдалась и уже весело общалась с Настей, помогая ей перемещаться из одного кабинета в другой. Боль в перемотанной коленке постепенно утихала, и до дома Настя смогла самостоятельно дойти пешком, хоть и сильно хромая.       Пронизывающий ветер нырял под тонкую ветровку, пробирал до костей, но Настя счастливо улыбалась, наслаждаясь приятным холодом. От школы до дома было пятнадцать минут ходьбы, и вскоре она оказалась в теплой и уютной квартире. — Пап, я дома, — крикнула девушка, заметив стоящую на пороге обувь. Она скинула ветровку и сняла кроссовки. — Я на кухне, — незамедлительно последовал лаконичный ответ.       Раздевшись, Настя прошла на кухню. Павлу Владимировичу было сорок два года. Высокий голубоглазый брюнет, серьезный и успешный бизнесмен, и отличный отец. Он сидел за столом и мирно пил чай, закусывая нехитрым бутербродом с колбасой. — Пап, опять ты нормально не ешь. В холодильнике есть борщ, почему ты его не разогрел? — девушка строго посмотрела на мужчину. — Я зашел ненадолго, нужно будет через полчаса уехать. Позвонили и попросили срочно документы привезти. Как в школе дела? — Отлично, — Настя достала из верхнего кухонного шкафа чашку, кинула в нее заварку и залила кипятком. — Кстати, па, помнишь Кристину Романову? Ты все порывался меня в ее лицей устроить. Она теперь у нас литературу и русский преподает. — Конечно, помню, — мужчина засмеялся. — Ты мне тогда такую истерику закатила, что я потом еще месяц извинялся перед Кристиной за то, что зря ее побеспокоил на счет тебя. Тесен мир, однако. Ей всего тридцать пять лет, а уже столько всего добилась, — мужчина взглянул на часы. — Правда, незамужняя.       Настя мгновенно напряглась, стараясь не упустить ни единого слова. Схватив чашку, она села напротив и постаралась нагнать на себя скучающий вид или хотя бы безразличный, пытаясь не выдать настоящих эмоций. — Она не замужем? Странно, — как можно небрежнее произнесла Настя, отпивая чай. Внутри все радостно сжалось от осознания, что Кристина свободна, и Настя внимательно слушала отца, ловя и запоминая каждое слово. — Она, конечно, эффектная дама, но долго ни с кем не встречалась, хотя мужики за ней толпами ходят. Ей вечно попадаются женатые мужчины, и, поиграв ими, она через некоторое время их бросает. Да и сама она не создана для крепких отношений. Насколько знаю, ее только деньги волнуют. Она... — вдруг зазвонил мобильный телефон, и мужчина отвлекся.       Настя не обращала внимания на то, о чем отец говорил по телефону, она полностью погрузилась в свои мысли. Свободна, значит. Толпа мужиков. Нужны только деньги. Ну что ж, есть над чем подумать. — Насть, я пошел. Приеду поздно, не жди меня, ложись спать, — Павел наклонился и поцеловал дочку в щеку.       Настя закрыла за отцом дверь, зашла на кухню и, забрав с собой кружку с чаем, направилась в свою комнату. Необходимо качественно сделать уроки, особенно русский, ведь завтра два первых урока с Кристиной. Нельзя же при ней опозориться. Она подвинула к себе учебники и углубилась в изучение предметов.