Одно принятое решение

      Кристина, устало откинув тетради в сторону, со стоном опустила голову на сложенные перед собой руки: всего лишь второй день на работе, а ей уже необходимо проверять целую тонну наивных детских сочинений семиклассников и пятиклассников. Она с надеждой кинула взгляд на настенные часы в углу класса: они показывали половину шестого вечера. Решив, что пора закругляться, она встала из-за стола и немного размяла задеревеневшие мышцы. От однообразных и скучных работ сотни детей с глупыми ошибками и недочетами уже кружилась голова. Нет, в следующий раз она такого подвига делать не будет: хватит с нее проверки в день только одного класса. А если директор начнет ворчать по поводу медлительной работы Романовой, то она всегда сможет приструнить его, всего лишь подмигнув или улыбнувшись ему. Она с первых секунд общения со Станиславом поняла, что мужчина глаз с нее не сводит и инстинктивно ловит каждое ее слово. Он сразу же открывал перед ней двери, стоило ей только подойти к ним, осыпал комплиментами, все время глупо улыбался и старался лишний раз встретиться с ней в коридоре. Ее крайне раздражала его грубая настойчивость и открытость: она привыкла общаться с совершенно другими мужчинами, с которыми флирт походил на профессиональную игру, от которой оба партнера получали истинное удовольствие. Станислав же напоминал Кристине неотесанного мужлана, который только-только попал в приличное общество и пытался быть со всеми наравне. Но было бы глупо с ее стороны не воспользоваться этим. Особенно, если учесть, что ей необходимо было втереться к нему в доверие. Поэтому, натянув игривую улыбку, она молча терпела его комплименты и изо всех сил старалась не закатывать глаза.       Схватив школьный журнал 7"А", в который она уже успела проставить все оценки, Кристина не спеша направилась в учительскую. Оставшиеся несколько тетрадей пятиклашек она спокойно сможет проверить завтра во время окна, а вот показаться на глаза новым коллегам было просто необходимо, несмотря на то, что ей совсем этого не хотелось. Преподавая в дорогом и престижном лицее, она привыкла совсем к другому общению: там работали и учились люди, не знавшие недостатка в деньгах. Все преподаватели лицея имели несколько собственных машин, а то и с личным водителем, огромные частные дома за городом и за границей, одевались в эксклюзивных магазинах и все лето проводили где-нибудь в солнечной Испании или на лазурных берегах Франции. Кристина на самом деле не была высокомерной стервой, какой иногда казалась, не задирала нос и не строила из себя королеву, но на фоне учителей этой школы она ярко выделялась, из-за чего те смущались и чувствовали себя сконфуженно в ее присутствии. Хоть школа была далеко не бедной, и около семидесяти процентов учеников являлись детьми богатых родителей, учителя, которые здесь работали, были людьми простыми и открытыми. Это было на руку Романовой: она, пользуясь их непосредственностью, могла спросить у любого из преподавателей различного вида информацию, и стоило ей это сделать, как они тут же все рассказывали. Так она узнала в первый же день о конфликте директора с братом жены, вследствие которого Станислав еще два месяца ходил с загипсованной рукой. Женщины наперебой убеждали Кристину держаться подальше от мужчины, и она вежливо им поддакивала, прекрасно зная, что будет делать то, что ей понадобится. Когда Сергей попросил у нее помощи, она согласилась не сразу, долго обдумывала и взвешивала все за и против. Но тот факт, что этот директор и его старший брат не раз подставили Сергея и Павла, перевесил чашу весов в положительную сторону. Сергей был для нее своего рода наставником и по совместительству лучшим другом: он не раз помогал ей и выпутывал из таких историй, об упоминании которых у блондинки бежали мурашки по коже. Поэтому отказать в ответной помощи было для Романовой низко. Тем более, что от нее всего лишь требовалось найти какой-нибудь компромат на Станислава, будь то хоть черная бухгалтерия, неоплаченные счета или сообщения от любовницы. Сережа даже обещал обеспечить помощником и слово свое сдержал.       Настя. Кристина никак не ожидала увидеть дочку Паши, особенно в качестве предложенной помощи. Молодая девушка еще с начала первого урока привлекла ее внимание добрым и открытым взглядом, искренними эмоциями и веселым характером. Она была ее полной противоположностью. Кристина не раз замечала брюнетку в коридоре, смеющуюся в компании ровесников, и тайком наблюдала за ней. Стройная, подтянутая фигура свидетельствовала о том, что девушка увлекается или увлекалась спортом. Вечная пружинистая походка, неизменные кроссовки и напряженность во всем теле. Казалось, что она в любой момент может сорваться с места и убежать куда угодно. Это заставляло Кристину думать, что в жизни Соколовой произошло что-то такое, от чего девушка очень хотела скрыться. Ей было любопытно узнать о тех событиях, которые заставляют девушку чувствовать себя напряженно и неуверенно, и это глубоко в душе удивляло Кристину: обычно другой человек ее особо не интересовал, не говоря уже об его прошлом. Романовой хотелось заботиться об этой непоседе: утром Настя умудрилась разбить себе руки в кровь, повредить колено, и она беспечно отмахнулась от всего этого. Если бы Кристина не заметила ее в коридоре, то скорее всего Соколова не придала бы никакого значения своим ранам до того момента, пока не стало бы поздно. Глупый, маленький, но такой интересный ребенок. После сегодняшнего инцидента Кристина дала себе установку приглядывать за неразумной девушкой, так беспечно отнесшейся к своему здоровью. Пока женщина обрабатывала ладони несчастной, она не раз ловила на себе восхищенные и изучающие взгляды девушки, чувствовала дрожь под пальцами и любовалась смущением брюнетки, откровенно наслаждаясь происходящим. Ей льстило такое отношение Насти. Мужчины часто окидывали ее более откровенными и влюбленными взглядами, и Романова их игнорировала, не придавая им никакого значения, но почему-то именно от девушки получить такие взгляды ей было очень приятно. Но какой у нее характер? Какие любимые увлечения? Есть ли парень? По большому счету, Кристина ничего не знала об ученице. Видела ее до этого она от силы пару раз, и то, когда Соколова была маленьким ребенком. И один из верных способов узнать ее получше — это спросить у местных учителей.       Кристина спустилась на первый этаж, минула раздевалки и, пройдя по узкому коридору, оказалась около железной двери учительской. Без промедления открыв ее, она уверенно зашла внутрь. В учительской сидели две немолодые учительницы, которых она заприметила еще в первый день работы. Они мило беседовали, но как только Романова зашла, разговор тут же прекратился, и они вопросительно взглянули на вошедшую блондинку. — Здравствуйте, коллеги, — Кристина вежливо улыбнулась и положила классный журнал на ближайший стол. — Прошу прощения, что помешала вам. — Ничего-ничего, — худая седая женщина дружелюбно улыбнулась в ответ и расслабленно откинулась на спинку стула. — Как Вам на новом рабочем месте? Ученики не обижают? — Нет, что Вы. Они сидят тихо, как мышки. Извините, если ошибусь, но Вас, кажется, Ольга Ивановна зовут? — седая женщина кивнула. Кристина повернулась к рыжеволосой женщине лет сорока, сидящей в углу комнаты и нервно теребившей сумку. — А Вас Валентина Викторовна? — Да, — рыжеволосая скромно улыбнулась. — Отлично, рада, что не перепутала, а то получилось бы очень неловко, — Кристина добродушно улыбнулась. Ей нужно было их расположение, поэтому она старалась быть открытой и милой. Она шагнула в их сторону, отодвинула стул от стола и развернула его так, чтобы сесть лицом к женщинам. — Я здесь новенькая, совершенно никого и ничего не знаю и очень рассчитываю на вашу помощь. Директор в первые же дни закрепил за мной ученицу, Анастасию Соколову, сказал, чтобы я как следует нагрузила ее работой. Но мне бы не хотелось наказывать невинную девочку. Она показалась мне образцовой ученицей, но я о ней толком ничего не знаю, поэтому могу ошибаться. Не могли бы вы рассказать мне о ней? Неужели она действительно еще тот сорванец, каким ее описал Станислав Викторович? — Конечно, мы Вам все расскажем, — Ольга Ивановна расслаблено выдохнула и улыбнулась — Настя хорошая девочка, прилежная ученица шумного 11"Б" класса. Добрая, отзывчивая, но местами ленивая. Легко могла бы стать отличницей, если бы не ее лень. Бывает, витает в облаках на уроках и приходится криком возвращать ее обратно. Она самая младшая в классе, ей только недавно стукнуло семнадцать, и из-за этого ее часто задирают одноклассники. Хорошо доставалось в моральном плане. Даже как-то раз до драки дошло, — женщина тяжело вздохнула. — Но она никогда не сдавала своих обидчиков, упрямо молчала и старалась самостоятельно разбираться со своими проблемами. Несмотря на все это, она любому поможет, даже своему обидчику, никогда не откажет и не оставит в беде. Ее мать умерла десять лет назад, и отец растит ее один. В общем, Вам повезло, она не доставит хлопот, да и не нужно ее сильно загружать, она этого не заслужила. — Но за что ее так не любит директор? — Кристина заинтересованно спросила, запоминая каждое слово. С каждой новой частью информации Настя привлекала ее все больше и больше. Неожиданно ей захотелось найти, подойти и крепко обнять девушку, стереть все неприятные воспоминания. Хотелось подробнее узнать о ней, найти с ней общий язык и, самое главное, выяснить о том, как и за что ее обижали одноклассники, найти каждого и по одному заживо закопать в землю. Она удивилась собственной реакции, но разбираться со вспыхнувшими эмоциями не стала. — По-моему, он слишком к ней придирается. — Да мы сами не знаем, — ответила Валентина Викторовна, беспокойно заерзав на стуле. — Но в какой-то момент он просто невзлюбил ее и начал засыпать замечаниями и упреками. Мы пытались заступиться, но все тщетно. Он лишь сильнее ее наказывает, да и нам достается. Так что если не хочешь остаться без премии, то лучше не спорь с ним и оставь все как есть. Настя сильная, сама разберется. Тем более, она очень нервничает, когда за нее заступаются. — Спасибо за информацию, приму к сведению, — Кристина поднялась со стула. Все, что могла, она узнала, а все остальное необходимо выяснить непосредственно у самой Насти. Она подошла к двери и со скрипом открыла ее. Затем обернулась. — Еще раз спасибо, вы мне очень помогли, — и с этими словами она вышла из учительской, прокручивая в голове еще раз весь разговор.