Одно принятое решение

      Настя мерила шагами пирс. Над ее головой был огромный ресторан в форме корабля, и многие туристы останавливались, чтобы сфотографироваться на его фоне и на фоне города. Но девушка не обращала на них внимания, иногда задевая незадачливого человека плечом или влезая в кадр, портя несчастным фотографию. Брюнетка пришла сюда за полчаса до назначенного ей же времени и теперь пыталась настроить себя на разговор, из последних сил стараясь трусливо не сбежать с места встречи.       Она злилась на себя за то, что позволила Кристине поцеловать себя. Она должна была оттолкнуть блондинку, накричать на нее, в конце концов, залепить звонкую пощечину и послать женщину на три буквы. Но вместо этого она ответила на поцелуй и самое главное — ни капли не раскаивалась в этом. Господи, каким нужно быть идиотом, чтобы дважды наступить на одни и те же грабли? Значит, у нее действительно нет ни капли мозгов, как постоянно говорил Колесников.       Настя ушла в конец пирса подальше от людей. Расшнуровав кроссовки, она сняла их, скинула рюкзак и кофту и поставила все на пол, облокотив об одну из железных колонн, которые удерживали корабль. Погода была сегодня изумительная: несмотря на то, что солнце уже практически опустилось за горизонт, воздух был теплым и приятным. Термометр показывал двадцать градусов по Цельсию, что было редким, но все-таки не удивительным событием для полуострова. С трудом найдя сухой и нескользкий участок, Настя села на краешек пирса и свесила ноги вниз, ступнями касаясь поверхности воды. Холодная. Где-то градусов семнадцать. Девушка бросила взгляд на маленький кусочек пляжа, на котором отдыхало несколько человек, а двое даже купались. Настя тоже бы искупалась, будь воздух прогрет до тридцати градусов, ведь какой смысл залезать в воду, когда температура на поверхности была примерно такой же, как и в море. Соколова отвела взгляд и посмотрела на морские барашки, которые вспенивались около пирса. Что-то мысли у нее пошли не по тому руслу. Она должна себя сейчас настраивать на то, что что бы блондинка не сказала, она не должна ей верить. А она сидит здесь и размышляет о море. Глупо.       Девушка вздохнула. Именно в такие моменты она остро ощущала нехватку подруги. Саша осталась в другом городе и поступила там в институт. Несмотря на то, что они переписывались каждый вечер, Настя все равно очень скучала по Шевелевой. Она бы уж точно разобралась в сложившейся ситуации и помогла бы ей. Но, увы, Саши не было рядом, поэтому ей предстояло самостоятельно разобраться во всем. — Давно меня ждешь? — негромко спросили за спиной, и Настя заметно напряглась, поняв, что совершенно не ожидала услышать блондинку так скоро. — Нет, я пришла раньше, — не оборачиваясь, ответила девушка. Она почувствовала, как рядом с ней сели, слегка прикасаясь к ее руке. — Останемся здесь или ты хочешь прогуляться по набережной? — Думаю, останемся. Здесь открывается красивый вид на город, — оглядываясь по сторонам, женщина улыбнулась.       Повисло неловкое молчание. Настя видела боковым зрением, что Кристина не отводит от нее взгляда и улыбается уголком рта, но сама продолжала упрямо смотреть вперед, скользя взглядом то по набережной, то по торговому порту и белому маяку на нем, заставляя себя не поворачиваться. Настя чувствовала, что стоит ей только повернуться и встретиться с взглядом коварных голубых глаз, как она тут же потеряет те последние крупицы самообладания, которые у нее остались, и непременно кинется блондинке на шею. А ведь она должна злиться, ругаться или хотя бы держать себя холодно с женщиной, всем видом показывая, что не намерена прощать блондинку.       Но все Настины попытки казаться Снежной Королевой тут же потерпели оглушительное поражение, когда Кристина дотронулась пальцами до ее затылка, ласково ероша короткие волосы: — Почему ты постриглась? — Захотелось перемен, — глухо ответила брюнетка, сжимая ладони в кулаки. Все шло не так, как она хотела. Совсем не так. — Неожиданно, но тебе очень идет, — улыбнувшись уголком рта, Кристина продолжала медленно перебирать пальцами темные пряди. — Зачем ты приехала? — Настя тряхнула головой, заставляя женщину убрать руку. Ее голос звучал глухо и устало. — Как ты меня нашла? — Я приехала работать. И честно говоря, совершенно не ожидала тебя здесь увидеть. Но, признаюсь, очень рада, что ты оказалась здесь, — Кристина говорила тихо и вкрадчиво, осторожно подбирая нужные слова. Ей не хотелось разрушать то хрупкое равновесие, которое образовалось между ними. — Я искала возможность с тобой по нормальному поговорить. И у меня однажды почти даже получилось. Я узнала, что ты вернулась из Испании, и ждала тебя около подъезда, чтобы все тебе объяснить, но встретила Сашу Шевелеву, которая сказала, что не даст мне поговорить с тобой, пока ты сама этого не захочешь. — Я знаю это, — Настя горько усмехнулась и подняла голову вверх, уставившись невидящим взглядом в небо. Она так ни разу не посмотрела на блондинку, но чувствовала, что Кристина не сводит с нее глаз. — Я заметила твою машину, когда случайно посмотрела в окно. И это я попросила Сашу спровадить тебя. — Но зачем? — выдохнув, удивленно спросила блондинка, чувствуя в душе детскую обиду. — Ты действительно не понимаешь? — криво усмехнувшись, Настя, наконец, повернулась лицом к женщине и язвительно продолжила. — Ты весьма необъективно оцениваешь свой поступок. Конечно, может для тебя это и в порядке вещей, но меня ты тогда, мягко говоря, повергла в шок. — Настя, — вздохнув, произнесла Кристина. Ей не нравились эти перемены в брюнетке. Кристина раньше никогда не слышала такой ироничный и полный сарказма голос девушки и ни разу не ловила на себе ее колкий взгляд, как сейчас. Это несколько пугало ее. — Позволь, я сначала расскажу, как все было на самом деле. А потом ты уже решишь, верить мне или нет.       Настя кивнула, разрешая женщине продолжить, и вновь отвернулась, поглядывая на накатывающие на берег волны. Кристина рассказывала медленно и подробно, чтобы у Соколовой не возникло мысли, что она обманывает ее. Рассказала об ужине с Сергеем, о том, что придумав план, попросила помощи у Вадима, но он ее подставил, и ей потом самой пришлось отбиваться от Станислава, правда сделать это было очень тяжело, так как мужчина значительно превосходил ее в силе. И именно в этот момент ее застала Настя. Девушка просто все неправильно поняла. Кристина пыталась ее догнать, но Насти и след простыл. А когда женщина пыталась до нее достучаться, Соколова не отвечала на телефонные звонки и смс-ки.       Настя делала вид, что не особо придает значения рассказу Кристины, но на самом деле слушала внимательно и сосредоточенно. В ней бурлили противоречивые чувства: начиная от жгучей злости и обиды, до сочувствия и жалости. — Ты должна была мне рассказать про план, как только он появился в твоей голове. Почему ты этого не сделала? — сквозь зубы процедила Настя, вцепившись в край пирса. — Тогда ничего бы этого не случилось! — Да, я знаю. Но, — тихо ответила блондинка, мягко сжимая ладонью плечо девушки. — Но, согласись, что ты бы не позволила мне это сделать. А другого быстрого способа избавиться от директора не было. — Но я хотя бы знала! Я бы не чувствовала себя кинутой дурой, о которую по ее же тупости вытерли ноги! — Настя дернула плечом, скидывая с него руку блондинки. Она неотрывно смотрела в глаза Кристины и чувствовала, что ее трясет от злости, но сделать с собой ничего не могла. — Я бы, может быть, даже простила тебя! Но нет, ты решила действовать в одиночку, совершенно забыв про меня! — Настя, тише... — Я доверяла тебе! — брюнетка даже не думала останавливаться или вести себя потише. — А ты сидишь сейчас здесь, и говоришь мне, что я бы все испортила. Я верила тебе! Я любила тебя, ясно тебе это!? Очень любила! Да и до сих пор люблю!       Настя тут же замолчала, поняв, что сболтнула лишнего. Нахмурившись, она отвела взгляд. Нет, она не должна была это говорить. Ни в коем случае не должна была. Кристина не заслуживала прощения. Даже после того, что она рассказала. Нет, не заслуживала.       Почувствовав чужие руки у себя на талии, Настя тут же вскочила на ноги: — Не трогай меня, ясно?! Просто не подходи! — девушка отскочила на несколько шагов назад и замахала руками, призывая Романову остановиться. — Оставь меня! — Настя... — тихо и ласково позвала Кристина, уверенно делая два шага в сторону брюнетки. — Пожалуйста, успокойся. — Нет, — Настя сделала еще один шаг назад, с ужасом понимая, что скоро ей идти будет некуда. — Стой там, где стоишь, иначе я...       Но договорить Настя не смогла. Прыгнув на другую сторону, девушка наступила на мокрый участок, покрытый едва заметными скользкими водорослями. Дальше все произошло, как в замедленной съемке: одна нога поскользнулась, и Настя, тут же потеряв равновесие, стала падать в бок. За короткие три секунды, что она падала, она успела возненавидеть весь Свет, который как будто издевался над ней, и каждый раз ставил в идиотское положение. Затем она рухнула в ледяную воду.       Нет, прыгать в холодное море Насте было не впервой. Но так по-идиотски она в воду еще ни разу не попадала. Ледяная вода тут же сжала грудь тисками, выбивая из легких драгоценный воздух. Сделав два мощных гребка под водой в сторону конца пирса, где был выступ, благодаря которому можно было подняться обратно, брюнетка наконец-то вынырнула, хватая ртом воздух. Хорошо, что она прекрасно плавала и никогда не паниковала в воде. Доплыв до выступа, девушка попыталась за него уцепиться, чтобы подтянувшись, залезть на пирс, но сделать это оказалось несколько трудновато: волны то и дело откидывали ее в сторону, мешая нормально схватиться. Когда она, наконец, замерзшими пальцами вцепилась в пирс и уже почти поднялась, Настя услышала всплеск воды и повернула голову в сторону донесшегося шума. Заметив знакомую макушку, она сначала не поверила своим глазам. — Дура! — рыкнула брюнетка и, оттолкнувшись ногами, поплыла назад.       Догрести до жертвы собственного слабоумия Насте оказалось не сложно. Сложнее было затем выталкивать ее к выступу, следя, чтобы идиотка не утонула. Как только девушка мысленно не обзывала блондинку, пока помогала Кристине взобраться на пирс. Она чуть не утонула из-за нее, когда волна неожиданно накрыла брюнетку с головой и потащила на дно. Наконец, взобравшись следом за Романовой, Настя согнулась и дрожащими руками вцепилась себе в коленки, чтобы хоть как-то восстановить силы. Когда сердце немного успокоилось и перестало биться с сумасшедшей скоростью, Настя подняла голову и нашла взглядом блондинку. Та стояла, прижавшись боком к колонне, и крупно дрожала от холода. Тонкое бирюзовое платье было насквозь мокрое и облепляло тело, словно вторая кожа. Волосы, забранные сзади в замысловатую прическу, выбились и теперь висели, обрамляя лицо. Настя даже с такого расстояния видела, как у блондинки от холода посинели губы. Соколова чертыхнулась: еще не хватало, чтобы Романова простыла по собственной дурости.       Преодолев расстояние до женщины за три шага, Настя тут же оказалась рядом с ней: — Романова! Ты чем, мать твою, думала, когда прыгала следом за мной?! — схватив за плечи блондинку, она легко ее встряхнула. — Я, в отличие от тебя, нормально плаваю, и мне не нужна твоя помощь! — Ты думаешь, я бы вот так стояла!? Да я испугалась за тебя! Ты же не вынырнула сразу, как только упала! — закричала женщина, оттолкнув от себя брюнетку. Кристина злилась не меньше Насти и не собиралась выслушивать ее претензии. Она скрестила руки на груди и зло посмотрела на брюнетку. — Мне плевать, что ты недовольна. — Идем. Сейчас же! — не терпящим отказа тоном, произнесла Настя, отходя от Кристины к своему рюкзаку. — Что, прости? Я никуда с тобой не пойду! — произнесла блондинка, скрещивая руки на груди. Она злилась не меньше Соколовой и не собиралась делать то, что велела девушка. — Что значит "сейчас же"? — То и значит! — сердито ответила девушка, взяв Кристину за руку и потащив ее следом за собой. — Я не спрашивала твоего мнения. Ты думаешь, я позволю тебе идти в таком виде?       Настя видела, как женщина дрожала от холода и не могла дать ей замерзнуть и заболеть. Женщина хоть и не охотно, все же пошла за Соколовой, продолжая сжимать ее ладонь. Уйдя с пирса и спустившись по ступенькам вниз, они оказались на маленьком кусочке пляжа. Уверенно шагая босиком по теплой гальке, Настя остановилась перед раздевалкой и запихнула туда сопротивляющуюся блондинку. — Давай, снимай платье, — уже более спокойно попросила Настя, стараясь не так сильно стучать зубами, чтобы Кристина не заметила, что она безумно замерзла. — Тебе повезло, что я невнимательная и не знала, что сегодня убрали пару физ-ры.       Настя вытащила из рюкзака синие спортивные штаны и протянула их ничего не понимающей Романовой. — Надевай. Я не хочу потом лечить тебя, — смущенно пробормотала девушка, стараясь не смотреть, как Кристина начала аккуратно стягивать мокрое платье, полностью обнажая ноги.       Настя вышла из раздевалки. Как хорошо, что она сняла кофту, и та осталась сухой. Значит, Кристине есть во что полностью переодеться, чего нельзя было сказать о самой брюнетке: из сухого и теплого на ней были только кроссовки, которые она успела обуть, но и они быстро намокали от стекающей с джинсов воды. Ее колотило от холода, но Настя стойко терпела, зная, что поступает правильно. Она была более закаленной, чем Кристина, поэтому сможет потерпеть некоторое время до приезда домой.       Она убрала пальцами лезущую в глаза мокрую челку и повернулась, заметив, что Кристина вышла. — Настя, мне не нравится, что ты стоишь вся мокрая, — обеспокоенно произнесла женщина, касаясь ладонью ледяного носа девушки. — Давай ты все это наденешь. — Нет, я переоденусь дома, — уверенно ответила девушка, засовывая руки в карманы. Она мысленно обрадовалась, что не успела достать из рюкзака деньги и телефон, чтобы засунуть их в джинсы. Тогда она осталась бы без наличных и средства связи. — Ты далеко отсюда живешь? — Нет, не далеко, — проворчала девушка, шагая в сторону проулка на набережной, где обычно стояли такси. В таком виде ее не пустили бы ни в один автобус. — Если бы кое-кто не занимался фигней, то я бы уже давно переоделась. — Если бы кое-кто увереннее стоял на ногах, то и вовсе не пришлось мокнуть, — в тон ей ответила Кристина.       Девушка фыркнула, но ничего не сказала. Кристина была права: если бы Настя сидела спокойно и не давала воли эмоциям, ничего бы этого не произошло.