For your eyes only // Larry Stylinson

POV Луи -Бу? —я слышу голос из соседней комнаты? -Я тут! —кричу я. -Твое «тут» это где? -Шестая дверь справа от тебя! -А сразу сказать нельзя было. —смеется Он. -Тогда это не было бы так весело, разве нет? -Наверное. -Ты по делу? Или просто повеселить меня пришел? -Вроде, как и то, и другое. —отвечает Он. -Слушаю? -Я заглянул в офис Миранды сегодня и… -Извини, Миранды? -Да, Миранда, та которая занимается недвижимостью. -Ааа…-протягиваю я. —Той Миранды. -Да. -И что выяснил? —продолжаю спрашивать я пустое помещение. Что я могу поделать? Каждый зал в этом здании просто огромный. -У нее есть для нас пару интересных вариантов. -Города? -Манчестер, Лондон, Ливерпуль и Брайтон. -Я думаю, нам стоит выбрать между Лондоном и Брайтоном. Не хочу уезжать далеко. -Я тоже так подумал, поэтому у нас завтра встреча с Мирандой. -Во сколько? -В одиннадцать утра, подходит? -Да, я взял на завтра выходной. —отвечаю я, заканчивая перебирать разные бумаги. Помню, Джорджина говорила: «Хранители ничего не делают, кроме как решают с другими Хранителями проблемы разного типа». Она, видимо, забыла упомянуть про разные письма, на которые надо будет целый день отвечать. Огромная писанина. -Это отлично, а что насчет детей? -Я договорился с Найлом, он с ними посидит. -Правда? Я думал он сейчас в Австралии. —говорю я. -Хоран прилетает сегодня вечером, мы можем поехать встретить его. -Хорошо. -Ты в очках? —спрашивает муж, дойдя до моего кабинета. —Не знал, что ты их носишь. -Мы женаты уже пятнадцать лет, а ты до сих пор этого не знаешь? —смеюсь я. -Видимо ты это хорошо скрываешь. -Вообще-то да. -Почему? Ты жутко милый в них, знаешь? -Спасибо. -И давно ты их носишь? -Лет с четырнадцати. -Мой маленький ботаник. -Во-первых, ты знаешь мои оценки, я даже на все B рассчитывать не могу. Во-вторых: кто бы говорил про малыша, малыш. -Я младше, но ты меньше. -Идиот. —смеюсь я. -Ботаник. —посмеивается он и целует меня. Я игриво ударяю его в плечо и поворачиваю его голову на себя. -Когда я в очках, то лучше вижу тебя. -Я думаю, в этом весь их смысл, Бу. -Вот в этом весь ты. Я пытаюсь быть милым, а ты все равно переводишь все в шутку. —усмехаюсь я. —Тебе сорок лет, уймись, малыш. -Поправочка, это тебе сорок, как ты уже успел заметить, я тебя младше. -Ненавижу тебя. —трясу головой я, щеки начинают болеть из-за неугасаемой улыбки. -Твои штаны говорят мне обратное. -А что ты рассчитывал увидеть, придя в мой офис без майки после пробежки? -Не знаю, хотя этот вариант мне в голову тоже приходил. —смеется он и накидывает на себя футболку, ранее привязанную к поясу. -Мистер Томлинсон. —произношу я. -Да, мистер Томлинсон? -Не хотите попытаться сделать еще маленьких мистеров Томлинсонов? -А почему вы думаете, что у нас не может получиться маленькая мисс Томлинсон? -Ты убиваешь всю шутку. -Как всегда. —соглашается он, и мы оба смеемся с его неповторимого умения убивать шутку одним лишь предложением. -Если ты не против, мы можем свалить от сюда? Я уже подзадолбался тут сидеть. —предлагаю я. -Поехали за Хораном? -Поехали за Хораном. —соглашаюсь я. Я собираю вещи, провожу рукой по столу, сгребая остатки от резинки в ладошку и выкидываю их по дороге в мусор. Мы идем к выходу из здания, ожидаем большой лифт, вмещающий в себя человек семнадцать. -Привет, Фрэд. Не знал, что ты еще на работе. —говорю я. -Я обычно тут надолго засиживаюсь. -Зачем? —удивляюсь я. -Дома скучно, а так я делаю отчеты за других. -Ты серьезно? —смеюсь я. —Впервые вижу человека, задерживающегося на работе специально. -Я трудоголик. —пожимает плечами он. -Это и есть твоя способность? -В некотором роде да. Тебе не нужно ничего сделать? -Я думаю у тебя и так есть, чем заняться. —смеюсь я. -Вообще-то не совсем, я сделал уже почти все отчеты, а времени еще полно. -На моем столе лежат письма, если хочешь, можешь поотвечать на них? —предлагаю я. -Это что-то новенькое. —кивает Фрэд. —Рад был поболтать, но работа сама собой не сделается. До свидания. —он кивает нам с мужем и проходит в кабинет рядом. -Чудной. —смеется Он. -Но добрый. -Да. —соглашается мужчина. —Это тот тип людей на которых смотришь и просто думаешь: «да…наверное, он просто милашка». -Да, у них это по глазам видно. Вроде как святая невинность во взгляде. Мы садимся в машину и пристегиваем ремни. На улице льет мелкий дождь, и он включает дворники. Мы смотрим на дорогу, как по стеклу стекает вода, как звезд становится все больше и больше по мере того, как мы приближаемся к аэропорту Хитроу. Наш путь продолжался примерно минут сорок, и мы уже успели обсудить то, каким должен быть наш дом. Сейчас мы жили в домике на окраине города. Все было прекрасно, но он был уже маловат для всей нашей огромной семьи. Мы подъезжаем к аэропорту и выходим из машины, припарковавшись почти в самом конце, что тут сказать? Это большой аэропорт. Войдя в здание Хитроу, мы снимаем, успевшие намокнуть куртки и смотрим на табло. Нам показывают, что рейс Найла «Сидней-Лондон» прибудет через сорок минут, и чтобы убить время, мы шатаемся по аэропорту, выискивая, чем бы нам занять себя. В конце концов, не найдя ничего интересного, мы присаживаемся на кресла, и Он предлагает мне наушник. -Что будем слушать? -Что угодно. —говорю я и зеваю. Он включают какую-то спокойную песенку, я кладу голову ему на плечо, он накрывает мою голову своей головой, и я засыпаю. Хотя, это скорее всего дремота, потому что вскоре мой затылок чувствуют прохладу, означающую, что муж сейчас будет меня будить. Так и происходит. Я встаю, потираю глаза и беру его за руку. Мы направляемся к зоне, где встречают людей. Я замечаю шевелюру блондина через пару минут. Он немного удивляется, замечая нас. Но все же быстро проходит к нам и сгребает нас в сильные медвежьи объятия. -Привет. —говорю я. —Как там Австралия? -Великолепный материк! —произносит Найл. —Кенгуру просто великолепные. -Кенгуру? Я думал первым ты заговоришь о еде. —смеется муж. -Еда там тоже отличная. —соглашается Хоран. —А вы как? -Ты знал, что Луи носит очки с четырнадцати? —спрашивает Он. -Не знал, носишь? -Да. —улыбаюсь я. -Вот и я тоже не знал. -Прекратите. -Надень их. —просит блондин. Я фыркаю, достаю футляр и надеваю очки. -Довольны? -Ну ты и на зубрилу похож. —смеется Хоран. -Ха-ха-ха. —медленно произношу я. —Может быть мы уже поедем? -Без проблем. -Это все что у тебя с собой? —спрашиваю я Найла, указывая на рюкзак за его спиной. -Да, а зачем мне больше? Я же в экспедиции участвовал, а не по центру города шатался. Мы едем домой, выслушивая истории Найла про красоту материка, милых кенгурят и то, как он чуть не накололся на морского ежа, плавая в море. Если бы там был я, я бы сто процентов накололся. -Сколько лет Лине? Четырнадцать? —уточняет Найл. -Да. -Значит Томми два? -Правильно. —произносит Он. -Херовенький ты крестный. —смеюсь я. -Попробуй запомнить всех детей! -У тебя их всего три. -Четыре. -Марк, Лина, Томми, а еще кто? -Скоро узнаешь. —смеется он. Мы подъезжаем к дому и открываем дверь. Паулина не верит своим глазам и обнимает крестного. -Привет, малышка. —говорит он. -Дядя Найл! Мы все смеемся, когда она повисает у него на шее. Я подхожу к кроватке моего сына, он улыбается, видя меня. Я беру его на руки и несу поздороваться с Хораном. Найл отпускает Паулину и обращает внимание на Томми. Он трясёт его маленькую ручку и просит подержать. Я отдаю ему ребенка и иду на кухню, спрашивая, кто хочет чай. На следующий день мы вернулись поздновато, но не зря. Дом, который мы выбрали был просто великолепным. Он был огромный, с бассейном и зимним садом, похожим на обсерваторию. Он выходил окнами на маленький парк, а находился неподалеку от маленького городка Катерхэм. Дом мы заметили совершенно случайно, возвращаясь из Брайтона обратно в Лондон. Мы заходим в дом, и Найл выбегает встречать нас. У него на руках сидит Томас. -Привет, маленький. —мой голос вырастает на пару децибел. -Ллл Мое сердце останавливается, как и Его. -Ты хочешь сказать имя папочки? —спрашивает Гарри, смотря на Томаса. -Ллла -Давай, Томми, что ты хочешь сказать? —спрашивает Найл. -Лали. —произносит мальчик, и я смеюсь, поднимая взгляд на Найла. -Это ты его научил? -Да. —совсем не стесняясь говорит Хоран. -Я не понял. —признается Он. -Он сказал Ларри, малыш. —смеюсь я, и он подключается ко мне. -Что тут сказать? У нас с Томасом одно и тоже OTP. Я же, настоящий я, который три секунды назад спал, подскочил. Ларри. Малыш сказал Ларри. Л от моего имени, это я понял, но арри. Это может быть только от двух имен… Я поднимаюсь с кровати и замечаю, что его уже нет. Гарри уже проснулся, будь проклято чувство, заставляющее его просыпаться в такую рань. Я слышу, как в душе течет вода и понимаю, что он скоро выйдет. Я решаю подождать, кто знает, может быть это действительно всего лишь совпадение. Мои руки начинают потеть, а колени трястись, чтобы хоть как-то занять себя, я решаю все-таки одеться. Гарри выходит из душа и смотрит на меня. Мое дыхание прерывается, и я теряю дар речи. Я себя не понимаю. Десять минут назад я был полон решимости, я думал просто попросить его оголить рукав или снять перчатку, но сейчас вся моя уверенность и все мое бесстрашие куда-то испарились. Мне стало страшно. Страшно за то, что будет, если я попрошу его это сделать. Страшно за то, что случится, если он не захочет. Страшно за то, что будет, если это все окажется всего лишь моими фантазиями. Именно поэтому я молчу. -Что-то случилось? -Нет, просто…забудь. —говорю я. -Ладно, посмотрим где тут можно поесть? —спрашивает он. -Конечно, дай мне пять минут. -Хорошо. —он целует меня, и я убегаю в ванную комнату. Нахожу свои глаза в отражении. Пытаясь избавится от этого ощущения, я промываю лицо холодной водой и снова смотрю на себя. Да уж…лучше выглядеть я не стал, но решил списать свой внешний вид на нервозность по случаю предстоящего выступления. Выхожу обратно к Гарри и улыбаюсь ему. Нет, я не струсил, и нет, я не собираюсь делать вид, будто ничего не случилось. Я спрошу его почему он постоянно закрывает свое тело, но не сейчас, а сразу после выступления. А до тех пор, пусть я лучше не буду волноваться. -Как насчет этого? -Выглядит как забегаловка. —пожимаю плечами я. —Пойдем дальше. Мы идем по улицам, чем-то похожими на Лондон, но в разы меньше, уютнее и не такими людными. Я рассматриваю магазины, мы уже почти дошли до пирса, когда увидели маленькую красивую кафешку, название было «Pitcher and Piano». Оно стояло на углу и было сделано в стиле классицизма. Здание было окрашено в белый цвет, мы зашли в само помещение и насладились красивым интерьером кафе. Мы сели на один из пуфиков рядом со столом. Я чувствовал себя немного странно. Никогда не сидел в кафе на пуфике. Нам предложили меню, и мы согласились. Гарри заказал блинчики с кленовым сиропом, и я решил, что тоже не против попробовать их в Брайтоне. -Тут очень мило. -Да, так по-домашнему. -У тебя сегодня что? —спрашиваю я. -Это моя фраза. -Ну я решил, что тоже должен хоть чем-то интересоваться. Гарри, мне действительно интересно, что ты делаешь целый день. -Делаю людям татуировки, смотрю Нетфликс, читаю. —перечисляет он. -Как думаешь, у тебя получиться прийти сегодня на соревнование? —спрашиваю я. -Посмотреть, как мой брат позорится? Шутишь? Я такого не пропущу. —смеется Хазз. -Да ладно, я знаю, ты любишь его. -В далеких закромах своей души, наверное, да. -Идиот. —произношу я, но сразу становлюсь серьезным, вспоминая, что именно так я называл своего мужа. -Луи, все в порядке? Чего ты такой серьезный? -Ничего. Волнуюсь из-за представления. -Нам нужно будет выезжать скоро? —спрашивает он. Я смотрю на часы в телефоне. -Мне там надо быть в два, туда полтора часа ехать. Сейчас девять, у нас еще три с половиной часа. -Окей. -Я купил билеты на одиннадцать пятнадцать. —произношу я, блокируя телефон. -Окей. Прогуляемся по пирсу? -Конечно. Нам приносят еду. Все выглядит очень красиво. Блинчики посыпаны сахарной пудрой и шоколадом, а возле тарелки стоит сироп. Я, совсем неприлично, набрасываюсь на еду. Что тут можно сказать? Я проголодался. Хазз рассчитывается за наш завтрак, и мы идем в сторону причала, одной из главных достопримечательностей Брайтона. По пути заходим в One Pound Land, место где все вещи стоят всего один фунт. Я всегда обожал эти магазины. В Лондоне их найти посложнее, этот же город не такой огромный. Мы купили пару пачек лакрицы и, жуя сладость, продолжили наш путь к причалу. Мы ходили по песку босиком, песок был уже холодный, но не настолько, чтобы мне хотелось ходить по нему в обуви. Я пропускал песчинки через пальцы ног, наслаждаясь этим ощущением. Дул ветерок, мы забили на нашу идею найти пирс и решили проложить себе дорогу самостоятельно, мы ходили по заброшенной части пляжа, где не было и одной живой души. Гарри подошел к одному из маленьких склонов. Мы остановились, он расставил руки. -Это очень классно. —признает он. —Я чувствую себя свободным. Я подхожу сзади него и обнимаю, прямо как Джек обнимал Роуз в Титанике. Он дергается, но видя, что я делаю, улыбается, закрывает глаза и снова поворачивается на встречу морю. Я подвигаюсь ближе, сжимая его сильнее. Наши тела вплотную прижаты друг к другу. Его волосы лезут мне в лицо, даря этот прекрасный аромат. Я прижимаюсь к его спине и сквозь шум прибоя, пытаюсь услышать его сердцебиение. У меня это вскоре получается. Я улыбаюсь, поворачиваю его и касаюсь своими губами его губ, прижимая руки к его щекам. Его руки путешествуют по моей спине. Он поднимает их, кладя на мои плечи, когда я спускаю свои на его талию. Я захватываю его нижнюю губу, немного оттягивая и покусывая ее. Гарри надавливает на мой рот и открывает его своим языком. Наши языки встречаются, и по моему телу начинают бегать мурашки. К поезду мы еле успеваем. Мы бежали как могли, Хазз любит отвлекать. Простояли на пляже минут тридцать, просто целуясь. С ним время летит слишком быстро. Мне не хватает его. Времени, а не Гарри. -Ваши билеты. Я показываю контроллеру их, и мы забегаем в вагон, садимся на свои места и вздыхаем с облегчением. Поезд отходит, и мы полностью расслабляемся, он дает мне наушник, и мне снова становится страшно. Точно так же его мне давал мой муж в видение. -Что будем слушать? —спрашивает он. -Можно? —указываю я на телефон. -Конечно. Он передает мне устройство, я пролистываю его плейлист и вздыхаю не то с облегчением, не то с разочарованием, из-за того, что не вижу той песни, которую мы слушали тогда. Я включаю «Cliffs Edge» by Hayley Kiyoko, Гарри говорит, что ему тоже нравится эта песня. Мы приезжаем ровно в пол первого, выходим из вагона и отправляемся ко мне домой за реквизитом. Я встречаю там Зейна, и он спрашивает, как прошел день наедине с Гарри. Я отвечаю, что прекрасно, он смеется. -И чем вы занимались? В шашки играли? -Несколько раз. —поддакиваю я. -Ой, избавь меня от подробностей, Томлинсон. -Сам спросил. —смеюсь я. —Ты выучил свои строчки? -За кого ты меня принимаешь? -А Лиама предупредил, что он тоже с нами участвует? -Не люблю повторяться, но за кого ты черт возьми меня принимаешь? -Не чертыхайся в доме. —из комнаты выходит Триша и дает подзатыльник сыну. -Мам! -Спасибо, Триша. -Всегда пожалуйста. —она улыбается. -Предатели. —надувается Малик. -Доброе утро! —произносит брат, спускаясь к нам. Он оставляет поцелуй на щеке Зейна и тот сразу забывает, что его мать только что буквально унизила его на моих глазах, как думает он. -Доброе! —я обнимаю его. -Ты выучил слова? -Да. -Чего ты так нервничаешь? -Я капитан команды. —говорю я, не понимая почему не нервничает он. -А я ментор и посмотри на меня. Спокоен, как дуб. -Так кто-то говорит? —спрашиваю я. -Я говорю. -Не важно. Я заберу реквизит из комнаты и можем ехать. —предупреждаю я. -Хорошо, мы ждем в машине. —произносит он. -Мы сможем заехать за Гарри? -Да. —улыбается и подмигивает мне Зейн. -Иди в жопу, Малик, со своими подмигиваниями. -Немного позже. —усмехается он и шлепает Лиама по недавно упомянутому месту. Брат краснеет, а мне становится дурно. -Поехали. —говорю я, выходя из дома с сумкой. Мы подъезжаем к дому Гарри, и я набираю ему сообщение, чтобы он выходил. Через минуту я вижу Гарри, выходящего из дома. -Всем привет. —произносит Хазз, садясь в машину рядом со мной. Я целую его в губы. Поворачиваю голову и вижу лица Лиама и Зейна. -Это за ваше сегодняшнее поведение. —поясняю я. -Ты про что говоришь? —интересуется Стайлс. Я рассказываю все с того самого момента, как он подвез меня к дому и до того, как мы забрали его. -Зейн! —Гарри дает Малику еще один подзатыльник. -Вы что сговорились? -Я маменькин сынок. —смеется кудрявый. -Типо могло быть иначе. —подначивает крашенный. -И давайте пока вы не будете думать ни о чем таком, ладно? —прошу я Зейна. -Ты про то, куда я сегодня пойду? -Я даже представить не могу, какого тебе сейчас. Мне уже плохо. —предупреждает он. -Ничего не обещаю. —смеется он. -Почему бы вам не рассказать, что было после того, как вы открылись всему университету? -Было довольно весело. -Тебе было довольно весело. —поправляет брат своего партнера. -Да ладно, ты тоже смеялся. -Думаю, когда человек целует другого человека, а потом поднимает руки вверх и кричит: «Завидуйте, сучки»…То волей не волей, осознавая, что ты профессор, это может показаться смешным. -Что он крикнул? —переспрашиваем мы. -Завидуйте, сучки. —серьезным тоном, немного сужая глаза, говорит Малик. -Ты странный, друг. —я хлопаю его по плечу. -Знаете, как говорил Чешир… -Кто? -Ну Чеширский кот. Мы, непонимающе на него смотрим. -Из Алисы в стране чудес. -Ааа…-протягивает каждый из нас. -Придурки! —возмущается он. —Так вот, как говорил Чешир, отвечая на вопрос Алисы: «А где я могу найти кого-нибудь нормального?», «Нигде, нормальных не бывает. Ведь все такие разные и непохожие. И это, по-моему, нормально.» -Ты только что процитировал кота? —смеется Гарри. -Так ты ничего не слушал? -Сказал человек, процитировавший кота. —продолжает хохотать Стайлс. -Придурок! Мы подъезжаем к университету. -Идем? -Куда? —спрашивает Гарри. -Мы обычно курим за университетом по утрам. —объясняет профессор. -Да, кстати, я пытаюсь бросить. -Этот день не может стать хуже. —вырывается у него. -Я могу пойти с тобой. —говорю я. —Я просто не буду курить. -Пошли. -Иду. На репетицию мы приходим не первыми и не последними, что радует. Когда в дверях показываются Зейн и Лиам, зал начинает аплодировать и улюлюкать. Мы смеемся. -Лучший каминг-аут, мистер Малик. —пожимает ему руку друг Джейме. Мы начинаем репетицию, все прикалываются, и кажется, что парюсь по поводу выступления только я. Правда, не знаю, может быть это волнение связано с тем, что все больше факторов указывают на то, что Гарри может быть моим будущим мужем. После репетиции, мы освобождаем зал и идем в аудиторию Зейна. Там переодеваемся, наносим грим и ждем, когда начнется представление. Энн заходит к нам, желает удачи и говорит, что пора. Все начинается. Штора университетского театра открывается и показывается первая команда «Замок Вуди». Энн оглашает, что их тема —Средневековье. Зал, собравшийся посмотреть на наше позор, начинает аплодировать. На сцену выходит Люк и говорит начало: -Эта история произошла в 1430 году, пятнадцатого мая в три часа дня по лондонскому времени, потому что американского времени еще не было, да и никто не знал, где та Америка. Как раз тогда, в Лондоне, достраивали замок Вуди, где жили король, дама, валет и принцесса, которая никогда не ржала. Смеяться —смеялась, но не ржала. Так вот, замок, офис короля. Парень уходит и вместо него на сцену приходят Мистер Родни и, плачущая слишком громко, чтобы можно было в это поверить, Дженни. -Не реви. -Не реву. —хмыкает Дженни. -Я сказал не реви! -Не реву. -Не реви, а-то ты выглядишь, как Джек Потрошитель, будто у него в детстве шоколадку отобрали. -Ты лицо мое видел? -Нет, не видел, покажи. —интересуется он. Дженни поворачивается и открывает лицо. Мистер Родни начинает кричать. -Да чего ты меня пугаешь! —кричит он. -Ты снова за свое? —на сцену выходит Люк в колпаке шута. —А ну отдай мою корону! Он меняется шляпами с мистером Родни. -И встань с моего трона. —говорит Люк, поднимая профессора с обычного офисного стула. -Ой-ой-ой! Я же рассмешить ее хотел! Я ведь смешной. -Умоляю, я видел, как ты флиртовал с мисс Поттс, перестань. -Мне кажется, вы меня недооцениваете. Я между прочем, снял одну из самых смешных социальных реклам. -А ну покажи! Они отходят от середины и включается проектор. Видно верх профессора. -Посмотрите на меня и на цены на бензин. На меня и на цены на бензин. И еще раз на меня и на цены на бензин. Да, я на коне. —камера отъезжает, и мы видим мистера Родни на настоящем коне белого цвета. -Вот совсем не смешно. Значит так, либо ты находишь человека, который сможет ее рассмешить, либо сам на ней женишься. -Нет, нет, нет, только не это. Значит так, я устрою первый чемпионат города по юмору, а откроет его мэр села Вудпеккер, Нисс Фикер. —на сцену выходит Нисса в коротком парике и Майкл в женской шляпке. -Добрый день. —произносит низким голосом Нисса. -А ты чего со стаканом? —спрашивает «король». -Спокойно, я так привык. Когда я так выступаю, все сидят и меня слушают. Я хочу поднять этот стакан за женщин и за тех, кто, напиваясь, начинает доставать пса. —она выпивает глоток. —Коротко о себе: мой дед был главой села, мой отец был главой села, я глава села, прямо родовое проклятие, честное слово. Я чего выступить решил? Я хочу на всю страну рассказать про проблемы села. Пункт первый: в селе все хреново. Пункт второй: хреново все. Пункт третий: все. Нисса показывает рукой на Майкла. -Знакомьтесь, это моя заместительница Марла, она сегодня будет мне помогать рассказывать про село. Знаете, к нам очень часто приезжают девушки из города, и наши парни знакомятся с ними так. -Привет красавчик, мои родители уехали на дачу, может поедем ко мне? —высоким голосом спрашивает Майкл. -Ты что дурная? Езжай родителям помогай! —отвечает ему низким голосом Нисса. Зал хлопает. -Пошли вон! —кричит король. Заместитель и глава села уходят. —А ты теперь будешь с ней, как монархия с Англией? -В смысле? -Вместе и навсегда. Дорогие зрители, дорогие члены семьи, приглашаем вас…-начинает король. -Я очень извиняюсь, очень извиняюсь, но.Ваше Высочество, можно я сегодня чуть-чуть раньше уйду с казни? —на сцену выходит человек в костюме палача. -Зачем? -А мне на крестины. -А! Конечно, иди, это же святое -Детка! —на сцену выбегает, успевший уже переодеться Люк. —Детка, не выходи за него, пойдем со мной? -А куда? —спрашивает Дженни. -Для моей мамы сегодня устраивают файершоу на главной площади. -Ого, а кто она? -Ведьма. —он дико смеется и убегает. -Так, у тебя не получилось ее рассмешить, поэтому власть обручить молодожен представляется тому же голове села, мистеру Фикеру. -Дорогие профессора, хотелось бы поговорить с вами на равных. Встаньте. —все смеются, но никто не встает. Нисса опускается на колени. —Хотя ладно, сидите, я сам. Вот стою я перед вами на коленях, обычный студент, хотя ни одного матюка со сцены еще не сказал, а для меня это, ой как тяжело. Я хочу поднять этот шикарный пластиковый стакан из своего самого дорогого сервиза на 98 персон и выпить за молодых. * (https://youtu.be/_HvaUBuakiI) —видео на это представление Вторым выступали «Адмирал Нельсон» с их темой Детектив. Вся команда и еще пару человек выходят на сцену, включается музыка и все начинают спускаться в зал. -Что вы делаете? —спрашивает человек из их команды. -Так у нас же тема детектив, пусть теперь сами думают, куда мы уходим, зачем мы уходим, может убили кого-то. -Эй, эй, эй, Адмиралы! А-ну вернулись. Куда пошли? Че оборзели вообще? Тапочки оденьте. Кто вам разрешил по моей сцене в обуви ходить? Как вы себя ведете? Пошли куда-то. -Ну в нашем сценарии нет темы детектив. -А ну-ка сделаю вид, что мне интересно, а что вы написали? —спрашивает мисс Мартинс. -Сегодня очень важная игра. В следующую игру пройдут не все. Одну команду мы не увидим больше никогда, и кто-то из жюри будет в этом виновен. -Так вы понимаете, что в детективе важны детали, сейчас добавим немного красок, и все заиграет. На сцену кидают два пакета с мусором, на экране включается фон с льющимся дождем и громом. -А-ну теперь повтори! -Сегодня очень важная игра. В следующую игру пройдут не все. Одну команду мы не увидим больше никогда, и кто-то из жури будет в этом виновен. С потолка немного сваливается лампа и на сцену выезжает лестница и на ней студент. -Извините, а нам с последней шутки начинать или с самого начала? —спрашивает капитан команды. -Ой, можно подумать у вас там шутки были. —говорит студент на лестнице. -Николас, ты можешь просто быстрее делать свою работу? —включается голос ректора. -Я бы посмотрел, как за семьдесят фунтов в месяц, ты будешь быстрее делать свою работу. -Просто молча поправь свет на Энн. -Номер кресла мне скажи, я что их по именам знать должен? Он отъезжает обратно. (https://youtu.be/l7iCcYKVn6k)-видео к выступлению. Так и проходил наш фестиваль. (https://youtu.be/Gh_3zh9ZMRg)-видео к выступлению третьей команды. (https://youtu.be/Gh_3zh9ZMRg)-видео к выступлению четвертой команды. (https://youtu.be/RJy6Bb9ccek)-видео к выступлению пятой команды (команды Луи). Я видел, что Гарри был очень горд нами, смотря и смеясь над нашим выступлением. Избавиться решили от команды «Любимый город». Хотя мне лично очень понравилось их выступление. Мы собрали вещи, реквизит, и Зейн отвез нас всех в дом Пейнов. -Как все прошло? -Мы участвуем в следующем. —говорит Зейн. -Мои мальчики! —восклицает Карен и обнимает нас всех. -Гарри, можно тебя на секунду? —спрашиваю я. -Конечно, Бу. И опять это. Только муж и Гарри называют меня Бу. Разве что еще мама пару раз называла, но никто больше. Мы заходим в мою комнату, и я спрашиваю его, не хочет ли он рассказать мне что-то. Хазз мотает головой. -Ты можешь ответить мне на один вопрос. Только честно. -Конечно, Лу, что случилось? -Зачем ты постоянно носишь так много одежды и эту перчатку? -Я мерзну? —будто спрашивая меня, отвечает он. -Ты ведь не скрываешь от меня ничего? —спрашиваю я, чувствуя, как сердце в моей груди начинает бешено стучать. -Нет? —он громко сглатывает. -Ты уверен? -Да? —это манера его речи —отвечать вопросом на вопрос? -Тогда можно я загляну под твою рубашку. -Нет. —он отшатывается от меня, оттягивая руками свою рубашку. -Гарри? —я подхожу ближе, а он отходит в угол, пока не натыкается на стену. -Бу, не надо. Пожалуйста. Я прижимаю его к стене, отодвигаю его руки, крепко-накрепко сжимающие кофту. Смотрю в его глаза, просящие не делать этого. Аккуратно расстегиваю нижние пуговицы на его рубашке, все еще смотря в его глаза. Осталась всего последняя, сердце уже готово вылететь, мое дыхание сбилось, по щекам Гарри текут слезы. -Я люблю тебя. —шепчет он. —Извини. Я расстегиваю последнюю пуговку на Гарри и смотрю вниз. Мое сердце замирает от этого непонятного чувства, появившегося у меня внутри. Под глазами начинает щипать, и я хочу заметить, что это в два раза больнее, чем было во сне.