Морской росой

Шивон вальяжно развалился на кожаном диванчике. Уже заранее знал, зачем его пригласил к себе директор, поэтому подумал, что глупо было бы упустить шанс поваляться на таком классном диване, который он присмотрел уже давно. Домой бы такой. Мягкий, но не слишком, да и форму держит. – Я бы отчитал тебя за то, что ты едва не лежишь на моём диване, но, кажется, не имеет смысла – ты ведь знаешь, о чём пойдёт речь? – плотно прикрывая за собой дверь и проходя к своему столу, мужчина поправил галстук и опустился в кресло, сложив руки клином, оставив локти на подлокотниках. Ухмылка Шивону совсем не понравилась. – Слухи быстро разносятся, да и там едва золотого бантика не хватает, – указал он взглядом на лежащий на столе листок. Так и подмывало разрядить обстановку шуткой, но директор явно не был настроен шутить. – Я не собираюсь читать нравоучения или что-то в этом духе… Но ты должен понимать – любой на моём месте сделал бы то же самое. Мы все здесь не ангелочки, но для Бэкхёна ты главное исчадие ада на земле, понимаешь? И если он придёт ко мне ставить ультиматумы, угрожая судом, я тогда уже ничего не сделаю. В первый раз можно было закрыть на это глаза, сейчас не закроешь. И в этой ситуации остаётся лишь выбрать выгодный вариант. Всё, что я могу для тебя сделать, – это перевести в филиал в Китае. И щедро отсыпать на мороженое. Всё же с твоей подачи его стали рассматривать как женскую модель. Шивон прикрыл глаза, помассировав виски. Он знал, что не пропадёт, но менять устоявшийся уклад жизни было всё же нелегко. Менять привычки, место работы и начальника – мысли о новшествах в подобном объёме кого угодно бы угнетали. – Ты бы не увлекался этим маслом розмарина, что ли, – словно давний друг, посоветовал ему директор, принюхиваясь. – Бэкхён часто перебарщивает, так таким дёрганым становится – мама не горюй. Стоит зачастить с этим, и эффект будет обратным. Порой кажется, по всему агентству уже этот запах… Морская роса, кажется? Ты бы лучше на нормальное море съездил, куда-нибудь поюжнее, там и нервы хорошо лечатся, и тело в тонус приводится. Шивон кивнул, приняв к сведению, и подумал, что, пока будет кутерьма с переводом, можно было бы и съездить, почему нет? Куда-нибудь на Филиппины, в Сингапур или Малайзию. И обязательно в пятизвёздочный отель – там нервы лучше лечатся. Возле самого выхода из агентства был припаркован его автомобиль бизнес-класса. Кожаный салон, никаких мелочей типа подвесок или ароматизаторов, лишь на пассажирском сидении стопка разного барахла, что не поместилась в бардачок. Среди этой кучи журналы, кое-какие распечатки по работе, графики остальных менеджеров на месяц вперёд – чего только нет. – Дайте последний выпуск журнала «W», – попросил Шивон в газетном киоске, отдавая несколько мелких купюр. Дорога до пляжа Ырванни заняла около трёх часов на метро и микроавтобусе. На автомобиле добраться до этого места из Сеула не получилось бы при всём желании – через мост между Инчоном и Ёнджондо мог ходить только общественный транспорт. Солнце уже брызгало рыжими лучами по ровной глади воды, когда Шивон вышел к причалу. Подходить близко не стал – увидел издалека обнимающуюся пару парней у самой воды. И улыбка сама собой расползалась на лице. Бэкхён улыбался. Пусть улыбался не ему, но ему становилось спокойно. Он чувствовал необходимость отпустить его, а без ритуала как-то не выходило. Бэкхён играл роль его персонального успокоителя и раздражителя в одном флаконе на протяжении почти двух лет, и так просто отказаться от него не выходило. Бэкхён сам был морской росой, живой, расслабляющей, но в то же время будоражащей сознание и не дающей сконцентрироваться ни на чём, кроме себя. Бэкхён беззаботно смеялся, пытаясь слепить на голове Чанёля подобие маленьких хвостиков, целовал то в нос, то в висок – куда попадёт, сваливал на песок Чанёля и накидывался сверху. Они не замечали ничего и никого вокруг, будучи поглощёнными друг другом. Бэкхён был счастлив, а это означало, что Шивону нужно двигаться дальше. Уже на обратном пути в метро он открыл журнал на интервью Бэкхёна и погрузился в чтение, едва не проехав остановку. Наступала весна, и даже с опустившимся на город вечером холоднее не стало. Тёплый ветер задувал под полы лёгкого пальто и трепал волосы. Шаг вперёд, второй, третий – легко начинать жизнь заново, когда не ставишь глобальных целей, не думаешь далеко вперёд и просто плывёшь по течению мимо рекламных стендов и витрин дорогих магазинов. – Один билет до Манилы на ближайший рейс, пожалуйста. Весна как символ новой жизни прорастала в Шивоне, обновляя его изнутри и подготавливая к новому циклу, подталкивая свернуть с главной дороги, уже выстроенной, и маня пойти своей собственной. «Я хотел бы признаться… Я долго настаивал, чтобы моего лучшего друга взяли на должность моего личного менеджера, и я своего добился. Я сам хотел, чтобы он был рядом со мной. Он вдохновляет меня на протяжении почти всей моей жизни, меня вдохновляют мои родители. И ещё, пусть нечасто, но я люблю ездить на море. Оно успокаивает, и каждый раз, когда смотришь на горизонт, можешь увидеть что-то новое или что-то знакомое, но под другим углом. Там отдыхаешь душой, расслабляешься и дышишь полной грудью. Там нет никаких запретов и границ. И, будь моя воля, наверное, переехал бы туда жить насовсем. Шум прибоя лучше всяких лекарств. Наверное, такое же сильное средство, как объятия любимого человека. Когда я думаю об этом, когда я это чувствую и слышу, мне становится легче, и я могу снова улыбаться новому дню».

Fin.