The lost souls

Веки мои произвольно поднимаются, чуть только наступает рассвет. Я не выспалась и не восстановила силы, но спать больше нельзя. Нам нужно выбираться из этого места. Опираюсь ладонями о скрипучий осевший матрац и приподнимаю с постели свое тело. Морщусь, потому что боль не утихла, а после контраста с отдыхом и расслаблением она кажется только сильнее. С недовольным лицом всё же поднимаюсь на ноги, но не решаюсь размять затекшие мышцы. Кто знает, может так я только наврежу всё ещё свежим ранам. Терплю тугую, местами резкую боль, и стараюсь не обращать на неё внимание. Уже даже не помню времена, когда меня ничего не беспокоило. Сейчас хорошо бы оказаться рядом со своими рюкзаками с припасами и выпить обезболивающего. Я и так храню его очень давно, пренебрегая таблеткой каждый раз, когда получу какую-либо травму. Потому что лекарств мало, и каждый раз мне кажется, что сейчас я могу и перетерпеть, ведь вдруг в следующий раз случится что-то посерьезней, а обезболивающего не будет. Со вздохом приседаю обратно на кровать и беру в руки пистолет. Вынимаю обойму и заряжаю её патронами, так как во вчерашней погоне истратила их всех. Стоило взять с собой винтовку. Неудобно - это не отговорка для дополнительного элемента защиты. Раньше, когда я выживала в одиночку, приходилось бегать и с огромными торбами за спиной, и со всем оружием, которое только помещалось за пояс. А потом пришла идея хотя бы один из рюкзаков прятать в каком-то надежном месте (хотя таковое найти трудно), а в нужный момент возвращаться за ним и забирать. Таким методом я пользуюсь и сейчас. Прячу огнестрельное оружие обратно в кобуру, после чего осторожно подхожу к окну. Улица немного поредела, по сравнению с тем, что там творилось этой ночью, но мертвецов всё равно слишком много, чтобы мы могли уйти. Нам нужен план. Немного замедляю шаг, выйдя в коридор второго этажа, ибо слышу голос арбалетчика. Но удивление сползает с моего лица, когда я дохожу до комнаты, в которой он пробыл всю ночь, и вижу в его руках рацию. Если у нас есть способ связаться с их группой, значит, не всё так плохо. Не задаю вопросов, потому что Дэрил и так заметил меня в дверном проеме комнаты и уже метнул в мою сторону короткий недовольный взгляд. Мне кажется, с этой рацией что-то не так, раз она издает некие шипяще-скрипящие звуки. И теория моя подтверждается, когда парень с явно недовольным видом сует прибор обратно за пояс. Всё ещё держу язык за зубами, ожидая, когда Диксон сам решится хоть немного прояснить ситуацию. У меня до сих пор не возникает желания первой начать разговор с ним. Да что там говорить. Мы оба не особо дружелюбные. -Рация накрылась, - хрипло выдает арбалетчик, поднимаясь со скрипящей постели. -Ты успел связаться с ними? - держусь тени двери, потому что не имею желания заходить в эту комнату. Не имею ни малейшего желания вообще здесь находиться, но разве есть выбор? -Гленн сможет подогнать пикап максимально близко, но оставаясь в безопасности, Мишонн будет прикрывать, пока мы будем добираться до машины. Но для начала нужен план, как нам проделать путь до самого автомобиля, - парень зажимает в руках заряженный арбалет, медленно подходя к окну. Двумя пальцами отодвигает край шторы, выглянув на улицу, но не видит ничего, что могло бы его обрадовать. -Где Гленн сможет остановить авто? - борюсь с сильным желанием взять пистолет в руки, чтобы чувствовать себя безопаснее, хотя понимаю, что единственной потенциальной угрозой здесь и сейчас может быть только Дэрил. Но он ведь не собирается на меня нападать или чего хуже. Надеюсь. И упиваясь этой мыслью, я пытаюсь себя успокоить, отдергивая руку от кобуры, к которой машинально тянулась. -Три линии частных домов, - арбалетчик оборачивается на меня с вечным прищуром своих серых глаз, глядящих на меня с неким то ли подозрением, то ли опаской. И почему-то я уверенна, что мои глаза смотрят на него точно так же. -Будет не просто. Мы подняли много шума вчера, так что ходячих на улицах может быть гуще, чем обычно, - пускай район с частными низкими домиками никогда особо и не кишил мертвецами, но с каждым днем в этом городе их становится всё больше и больше. Словно что-то манит их всех сюда по необъяснимой причине. А это очень усложняет нам ситуацию. Выслушав мой ответ, Диксон молча ступает на первый этаж, всё так же сжимая губы, как и ладони на своем неизменном оружии. Я перемещаюсь по дому, стараясь издавать как можно меньше шума, и заглядываю во все возможные окна, чтобы оценить обстановку снаружи. Прикидываю примерный маршрут, по которому мы будем следовать, все возможные пути отступления и переулки, в которых можно скрыться, если что. Рассчитываю примерное количество патронов и время, которое нам понадобится. Опять же, всё что угодно может пойти не так, но, кажется, мне пора уже перестать об этом говорить. Потому что такое может случиться в каждую секунду каждого дня, и мы иногда мало чем можем повлиять на ход событий. Стараюсь учесть каждую мелочь, уйдя так глубоко в мысли, что резкое движение вызывает у меня очень быструю защитную реакцию. Бью мужчину лопатками о стену, когда тот отдернул меня за плечо, ведь я долго не откликалась, когда он звал. Делаю глубокий выдох, так же резко убрав свою ладонь, а после отхожу от арбалетчика на несколько шагов под его грозный взгляд. -Прости, - выдавливаю тихое слово из сиплого горла, ведь последние сутки только и мечтаю о глотке воды. Вытираю нос, отворачиваясь от парня, что всё ещё смотрит на меня враждебно. Такая реакция у меня выработалась очень давно, а если ещё и учесть то время, которое я провела одна, пытаясь выжить и подвергаясь ежеминутной опасности, то не удивительно, что даже находясь в более-менее защищенной обстановке продолжаю сидеть, словно на иголках, и бросаться на людей, которые в общем-то и не хотели делать мне ничего плохого. Вот, почему мне не следует оставаться с их группой. Может, Гленн действительно был прав. Я теперь дикая, часто позволяющая своим рефлексам и инстинктам брать верх. -Через десять минут нужно выходить, - хриплый голос раздается за спиной, на что я не оборачиваюсь. Но буквально чувствую его взгляд, буравящий мою кожу меж лопаток. Хочется протянуть ладонь и почесать раздраженный участок, чтобы убрать зуд, но продолжаю стоять, задумчиво уставившись перед собой. Ещё не хватало мне содрать корочки с только подсохших ран. Чешется - хорошо. Значит заживает. -Я потеряла мешок с одеждой, когда убегала от ходячих, так можешь обыскать этот дом на предметы чего полезного. Вам-то может пригодится, - покачиваюсь от слабой головной боли, всё так же не оборачиваясь на парня, а затем спешу вернуться в "свою" комнату, чтобы забрать оружие. Спускаюсь обратно, держа пистолет в руках, потому что знаю, что нам пора покидать это помещение. К счастью, раз и навсегда. Я больше не вернусь в этот город. Тайные ходы и подземные тоннели больше непригодны, в здание с провизией не пробраться. Здесь слишком опасно. Когда вернусь в группу Рика, заберу свои вещи, заберу третий рюкзак, чтобы перепрятать его в другом месте, и придется заново искать себе временное здание для обитания. Кто знает, сколько времени это займет. Арбалетчик берет в руки свое оружие, бросив в мою сторону косой хмурый взгляд, когда я вышла из-за поворота лестницы. Внимательно смотрю на выбитое окно, благодаря которому я попала в этот дом, затем перевожу взгляд на входную дверь. Даже находясь на таком довольно не маленьком расстоянии, я слышу стоны и хрипы ходячих, что находятся снаружи. Они буквально прямо около стен здания, так что мы не сможем выйти незамеченными. Нужно действовать иначе. -Всё забрала? - сдержанный кивок, вслед за которым делаю шаг назад, ведь мужчина двинулся в моем направлении. Очередной рефлекс, который уже успевает опережать мои мысли. Может, даже стараясь успокоиться и осознать, что угрозы от Диксона не последует, на подсознательном уровне я продолжаю отгораживать людей от себя и стараться держаться от них на максимальной дистанции. Что поделать, если люди иногда вызывают больше страха и отвращения, чем мертвецы. У ходячих инстинкты, можно понять, как они действуют, ведь есть вирус, заставляющий их есть нас, а людей не предугадать. Они намного хуже. Я убедилась в этом на собственной шкуре. -На заднем дворе небольшой сад, огороженный высоким забором. Это наш единственный шанс, - безэмоционально поясняет мужчина, двигаясь к окну, из которого мы сможем выбраться в тот самый задний двор. Я стараюсь смотреть дальше, чем за два шага, но понятия не имею, какая обстановка ждет снаружи. Вздыхаю, обежав глазами перемотанную эластичным бинтом щиколотку. Я уже практически перестала чувствовать боль. Она есть, тянущая и глухая, но только при большой нагрузке или когда наступаю неправильно. Но это пустяки. Раны на спине саднят, но на них я тоже стараюсь не обращать внимания. До свадьбы заживет, ведь так? Дэрил тянет раму с потресканной краской вверх и проворачивает защелку так, чтобы окно оставалось открытым и без его помощи. Мнется, поглядывая на меня, но все же решается лезть первым. Перекидывает арбалет через плечо и, уцепившись ладонями в отверстие в стене, тянет свое тело вверх, чтобы протиснуться в него. Раз у такого парня это получилось без особого труда, то и мне не составит. С этой мыслью я пихаю пистолет обратно в кобуру, выругавшись. Окно хоть и расположено не высоко от земли, но с моим ростом придется постараться. Подпрыгиваю, руками ухватившись за довольно хлипкую раму, и половину тела пропихиваю на улицу. Деревяшка жмет в живот, и мне приходится прилагать усилия, чтобы полностью очутиться снаружи. Падаю на траву, лопатками приложившись о землю. Диксон вновь сжимает губы, протягивая мне руку с недовольным видом, но я лишь отмахиваюсь от его помощи. -Сама справлюсь, - пыхчу, поднимаясь на ноги. Пистолет опять зажат в ладони, а глаза бегают по периметру, оценивая обстановку. Ходячие идут в одном направлении по ту сторону забора, это слышно по их шаркающим шагам. Иногда ударяются о жестяную поверхность, создавая шум. Дэрил медленно подходит к забору, выглядывает в его щель. Смотрит довольно долго, видимо, ища пути, по которым мы сможем добежать до места, где будет приторможен пикап. -Ну, - оборачивается на меня, -ты ведь у нас знаешь местность. Что делаем дальше? Следую его примеру и тоже выглядываю в маленькую щель забора, где его края не состыковались. Нужно отвлечь хотя бы половину этих мертвяков, тогда у нас появится неплохой шанс. В заборе одного из домов соседней линии есть дырка. Ходячий туда не пролезет, а вот человек вполне себе сможет. Нам главное добежать до неё, а там спланируем дальнейший ход. -Вернись в дом и принеси оттуда бутылку и бумагу. Или что-угодно, что будет гореть, - изрекаю Диксону свою просьбу, сказанную весьма приказным тоном (обстоятельства решают), но он просто долго смотрит на меня, пропитываясь ещё большим подозрением и недоверием. -Почему сама не вернешься туда? - притопнул ногой, сжав челюсти. -У тебя это проще получилось, - язвлю, но когда замечаю, что лицо парня не меняется, глубоко вздыхаю, на секунду прикрыв глаза. -Куда я, по-твоему, могу сбежать? -Давай мне свое оружие, - глаза мои темнеют после его слов, а лицо приобретает совсем не дружелюбное выражение. -Это ещё с какой стати? - лишить меня всего, что защищает меня? Может ещё чего-нибудь? Может сразу кинуться в толпу ходячих? -Чтоб глупостей не натворила, - цедит сквозь зубы, заставляя меня двигать челюстями. Я понимаю - недоверие, меры предосторожности. Но лишить меня всех средств защиты и обороны? Хрен там. -Ладно, сама схожу, - с недовольным видом начинаю топать к фасаду дома. Пыхчу, подпрыгивая к раме окна, но руки устали, поэтому соскальзывают, и я не могу уцепиться. Дэрил понаблюдал за этой картиной десяток секунд, а затем не выдержал и оттолкнул меня в сторону. -Черт с тобой, - бурчит под нос, одним ловким движением оторвавшись от земли, после чего спрыгивает уже на плинтус на полу внутри здания. Кусаю губы, задумчиво глядя на высокий жестяной забор. О чем я думаю сейчас? Иногда наступают моменты, когда тебе хочется забыться, перестать осознавать то, что действительно происходит. Хочется вернуться в свой родной дом, залезть в холодную постель, укрыться не менее холодным одеялом и опустить веки на уставшие глаза. Погрузиться в беспечный сон, не держа нож или пистолет под подушкой, не распахивать веки с каждым потусторонним шумом, шуршанием и дуновением ветра. Хочется выспаться, видя не кровавые сны. Хочется существовать не в окружении ужаса и смерти, а в мире, где ты спокойно можешь прогуляться по парку и зайти в магазин. Чего я добилась в свои двадцать с лишним лет? Закончила школу, выучилась на архитектора, мечтала о будущем, которого так сильно хотела. Но кто сказал, что судьба дает нам того, чего мы действительно желаем? Годы сорванных нервов при учебе, экзаменах, поступлениях, чтобы потом уметь держать оружие в руках и умело целиться им в чужие головы. Кто бы мог подумать, что всё обернется так. Обычно я не позволяю себе уходить глубоко в мысли, когда нахожусь в неблагоприятных условиях, ведь могу даже ходячего заметить в таком состоянии, только когда тот подкрадется предельно близко. И сейчас вновь дергаюсь, когда Дэрил возвращается со своими находками. Тот делает шаг назад, не желая оказаться вновь ударенным мною, а затем показывает то, что раздобыл. Старая стеклянная бутылка из под пива и пожелтевшая газета. -Отлично, - быстро перенимаю всё в свои руки и приступаю сооружать вещь, которая может нам очень помочь. Вытаскиваю из набедренной сумки бутылек алкоголя, на что Диксон приподнимает брови. -Исключительно для подобных целей, - не собираюсь оправдываться перед ним, а тем более говорить, что каждому иногда нужно каким-либо образом выпустить из себя накопившееся дерьмо. Поэтому следом просто поливаю газету и лью немного на донышко бутылки. Скручиваю бумагу трубочкой и засовываю в довольно узкое горлышко. Вновь запускаю ладонь в сумку и теперь вытаскиваю из неё зажигалку. -Видишь гору мусора? - обращаюсь к арбалетчику, который после моих слов устремляет один глаз в щель на заборе. -Поджигай и бросай туда, - протягиваю ему бутылку вместе с зажигалкой. Он выше меня, а значит больше шансов на то, что "бомба" долетит до нужной цели. -Прикрывай, - хмуро бросает парень, а следом двигает щеколду на входе забора. Жестяной лист распахивается со скрипом, привлекая к себе внимание ближайших мертвецов. Они незамедлительно начинают двигаться к нам, и пока я выстрелами пистолета пробиваю их черепушки, арбалетчик поджигает газету, торчащую из бутылки и тут же швыряет её в указанном мной направлении. Огонь вспыхивает резко, моментально начиная поглощать в себя весь мусор, горой валявшийся на дороге. Гнилые поворачивают свои головы на источник света и тепла и заворачивают в его сторону. Это значительно расчищает улицу, чему я внутренне несказанно рада. Не теряя времени, мы бежим к дому, в заборе которого есть дыра, по пути отстреливаясь от мертвецов, чьё внимание огонь не привлек. Близко, осталось совсем немного, чтобы мы снова оказались в относительной безопасности хотя бы на какое-то время. Шустро прячу пистолет и выхватываю из-за пояса мачете, потому что пули закончились. Сношу пол головы сунувшему на нас ходячему и робко ныряю в отверстие в заборе. Дэрил просовывает в него голову и плечи, но мертвец, что настиг парня со спины, хватает его за кожаную жилетку и начинает тащить наружу. Иногда я поражаюсь, откуда у этих паразитов с поломанными руками и костями, торчащими наружу, находится столько сил. Хватаю Диксона за предплечье и рывком дергаю на себя. Парень падает на траву уже за пределами забора, тут же принимаясь подниматься на ноги. Мертвец оказывается настырным и просто идет прямо, пытаясь протиснуться в дыру. Разрывает гнилую кожу о жестяные острые края, клацая зубами и глядя на нас бешеными голодными глазами. И, возможно, он бы содрал с себя верхний слой эпидермиса, лишь бы добраться до еды, если бы между глаз ему не вонзилось лезвие мачете в пол своей длины. Выдергиваю из черепа уже окончательно добитого существа свое оружие, с омерзением глянув на липкую, вязкую кровь, что капала с него. К некоторым вещам невозможно привыкнуть. -Скорее, - слышу раздраженный голос арбалетчика, а когда оборачиваюсь, вижу уже открытое окно на стене здания. -Лезь первая, а то опять карабкаться до вечера будешь, - бурчит парень, нервно оглядываясь на дыру в заборе, в которую в любой момент может полезть услышавший шум ходячий. Цепляюсь руками за треснувшую прежде раму и, делая опору на передние конечности, подпрыгиваю, оторвав ноги от земли. Брыкаю ими в воздухе, проталкиваясь внутрь, пока мужчина не выдерживает. Хватает меня за лодыжки, самостоятельно пропихнув в небольшого диаметра окно. Я возмущенно приоткрываю губы, еле удержав себя от потока оскорбительной речи. Я знаю, что он сделал это с благими целями и чтобы спасти нам обоим жизнь, но человеческие прикосновения вызывают у меня волны рвотных позывов и пробирающую дрожь по всему телу. Особенно прикосновения мужчин. Это просто воротит меня. Вот и сейчас проглатываю ком неприятных ощущений, поднимаясь на ноги. Тру плечо, которым ударилась о плитку на полу, и двигаюсь вглубь дома, чтобы тут же распознать обстановку. Не хочу терять времени. Просто хочу уже поскорее покончить со всем этим дерьмом. Выглядываю в окно противоположной части дома, лишь слабо отодвигая шторки. Чтобы в случае чего не привлечь никакого внимания со стороны наружных обитателей. И тут голову мне осеняет одна мысль. На этой линии промежутки между домами перекрыты низкими калитками, поэтому ходячие сюда не лезли. И если не шуметь и не подавать особой активности, то у них и повода не будет. Мои догадки подтверждает широкая улица, вдоль которой прогуливается максимум с десяток одиноких мертвяков. Мы их должны без проблем уложить, а дальше ещё один ряд домов и пикап с Гленном и темнокожей девушкой, имени которой я не помню. Всё кажется просто. Выхожу из кухонной арки, двигаясь в гостиную, потому что там сейчас находится арбалетчик. -Улица относительно чистая, мы сможем добраться до следующей линии без трудностей, - мужчина долго не дает ответа, и я даже не уверенна, слушает ли он вообще. Держит в руках ту самую рацию, которая этим утром отказалась работать, и вставляет в неё батарейки. Стучит по корпусу, уже, видимо, даже не рассчитывая на работоспособность этой штуки, но та вдруг начинает тихо фонить шипением. Брови мои машинально хмурятся, а руки опускаются на бока. Пока Дэрил пытается восстановить связь, беру с дивана старую тряпку, когда-то служившую кому-то одеждой, и принимаюсь вытирать темную липкую субстанцию со своего мачете. Душа болит, когда я вижу его таким замаранным. -Прием, Дэрил, ты слышишь меня? - доносится едва слышимо из динамика рации, и парень тут же зажимает кнопку, чтобы дать ответ. -Гленн, вы где? -Мы уже в пути, остановлю машину там, где договаривались. Сколько вас ждать? - мужчина косится на меня хмурым взглядом, обдумывая ответ в своей голове. -Десять-двадцать минут, - слышит согласие из динамика, после чего убирает рацию себе за ремень брюк. Берет в руки арбалет и направляется в прихожую. Я согласна с тем, что лучше выйти раньше и раньше прибыть на место, чем делать всё с натяжкой во времени. Мы оба хотим поскорее убраться отсюда. Мужчина распахивает тяжелые входные двери, первым оказавшись на улице. Выныриваю на свежий воздух вслед за ним, тут же оглядываясь по сторонам. Никакого подвоха пока нет, даже ходячие, медленно бредущие по улице, ещё не обратили на нас своего внимания. Дома я успела в очередной раз зарядить пистолет, но только пуль для него больше не осталось. Так что в случае внезапной опасности за мою сохранность будет отвечать мачете (хотя не стоит забывать о ноже, что мирно висит за поясом и ждет своего часа). Напичкана оружием со всех сторон. Не пропаду. К тому же впервые за долгое время работаю в команде, от чего тоже, как оказалось, отвыкла. Одной просто, потому что бежишь вперед, не оглядываясь, и думаешь только о себе. Не заботишься о том, что от твоего неправильного решения может зависеть чужая жизнь. А с другой стороны, никто не прикроет тыл, не поможет протолкнуть твою задницу в высокое окно. У всего есть свои плюсы и минусы. Решаю беречь патроны и вонзаю лезвие мачете в головы первым ходячим, что заметили нас и подошли довольно близко. Дэрил легко управляется со своим арбалетом, следом выдергивая стрелы из голов уже лежащих на асфальте мертвецов. Ряд домов, к которому мы приближаемся, - последний среди всего частного участка. Здания здесь разрушены сильнее, с выбитыми стеклами и досками вместо входных дверей. Сильнее всего ограблены мародерами и проезжавшими мимо города попутчиками. Не самое лучшее место, чтобы прятаться внутри. -Дальше ты должен знать, где остановится пикап, - Диксон кивает, заворачивая в нужный по его мнению переулок. Перекидывает через низкую деревянную ограду сначала одну ногу, следом другую. Я проделываю тоже самое, оказавшись меж двумя домами с довольно устрашающим видом. Держу пистолет перед собой, тихими шагами ступая за широкой спиной впереди. Мы перелезаем через брусья второго забора, оказавшись на следующей улице. Но здесь нас ждет неприятный сюрприз. С десяток ходячих ходили вокруг одной из пустых машин, но тут же перестали толпиться вокруг груды металлолома и быстро перевели свое внимание на нас. Они издают угрожающие рыки, смешанные с гортанными хрипами, и тащатся в нашу сторону довольно быстрыми шагами. Решаю оставить пули на более важный случай, выхватываю из-за пояса мачете и принимаюсь сносить гнилые головы, прикрывая Диксона, который пускает в мертвяков стрелы. Привлеченные хоть и незначительным, но шумом, с северной стороны улицы на нас начинают топать другие ходячие, что скитались без дела до этого момента. Внезапный звук мотора автомобиля заставляет нас повернуть головы в противоположную сторону. Синий пикап на большой скорости мчится вверх по улице в нашем направлении, а поэтому мы с мужчиной срываемся с места и принимается бежать к нему навстречу. Весь этот шум привлекает всё новых и новых мертвецов, но ни я, ни арбалетчик не останавливаемся, чтобы отбиться. Возможно оба просто понимаем, что это лишь трата патронов и усилий, ведь через пару скудных мгновений уже запрыгнем в салон автомобиля и окажемся в относительно безопасном окружении. Именно эта мысль заставляет меня набирать скорость, подбегая к своей цели. Когда до уже затормозившего пикапа остается всего пару метров, один ходячий налетает на меня и сбивает с ног. Бьюсь плечом о асфальт, зашипев, и тут же направляю дуло пистолета ему в лоб. Выстрел раздается в тот же момент, когда длинное лезвие катаны срезает мертвецу пол лица. На момент мой взгляд пересекается с глазами темнокожей девушки. -Скорее в машину, - говорит она, начиная отступать к авто. Я следую её примеру, спиной двигаясь к машине и в то же время отстреливаясь от ходячих, что подобрались к нам слишком близко. Гленн, что сидел за рулем и ждал, пока мы все втроем окажемся в салоне, теперь выжимает педаль газа, заставляя пикап сорваться с места. Облегченно выдыхаю, покосившись на арбалетчика, что сидит рядом на сидении. Тру пальцами уставшие и, наверняка, припухшие веки. Хочу поскорее отстраниться от этой группы, найти место для привала или прочную крышу, и завалиться в крепкий долгий сон, потому что мой организм нуждается в этом, сильнее некуда. И сейчас я сижу, борясь с внезапно нахлынувшей сонливостью от одних лишь мыслей об отдыхе, и всё так же крепко сжимая в руке пистолет. Однажды. Однажды я смогу спокойно уснуть.